Поль Б. Пресьядо. Святой Валентин — засранец

No Kidding Press
13:33, 13 февраля 2021🔥1
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
Поль Б. Пресьядо

Поль Б. Пресьядо

По случаю 14 февраля хочу рассказать вам один секрет. Пусть это будет моим подарком ко Дню святого Валентина. Этим летом я перестал верить в любовь. В любовь внутри пары. Я пришел к этому не постепенно. Это случилось в один момент: в моих мыслях произошел сдвиг, и мое желание изменилось. Или, может быть, все было наоборот: я вдруг заметил, что теперь желаю иначе, и мои мысли обрушились под собственным весом. Хотя я атеист и методологический номиналист, до сих пор любовь противилась герменевтике подозрения и другим деконструвистским атакам. Что же касается добродетели, любовная риторика застряла во мне как пережиток неоплатонизма. Кроме того, я, без сомнения, находился под влиянием россказней апостола Павла («Любовь превыше любви»), которого католики читают на венчаниях, толком не зная, что это — слова напутствия или наведение порчи. В гей-, лесбийских и трансдвижениях мы не так далеко ушли от апостола Павла, как стоило бы, и любим говорить о «праве на любовь». Как оказалось, даже в жилах изгоев гендерно-половой системы текут нормативные соки любви.

Все началось с того, что я расстался с человеком, с которым думал прожить всю жизнь. С которым прошел весь путь любовной идеологии, принял все ее последствия и все побочные продукты ее дискурсивной логики. Но я и представить не мог, что пространство боли, порожденное этим разрывом, создаст аппарат верификации, который будет отравлять каждое мое утро.

Более того, утопия могла бы вырасти из ощущения краха. Но разговоры с друзьями — близкими и не очень — привели к демонтажу гипотезы любви. Собранные эмпирические данные были похожи на данные полевого исследования, и вместо того чтобы доказать любовь, они, как по Фейерабенду, ее упразднили. Когда я говорил с друзьями о своем расставании, многие признавались, что втайне тоже хотели бы расстаться, но им не хватает смелости. Они говорили, что давно уже перестали трахаться или что у них есть тайные любовники. Упоминая человека, которого они якобы любили, они исходили бесконечной злобой, будто их пара была неисчерпаемой бездной скуки и фрустрации. Я слушал их и терялся: мне казалось, что им-то как раз и стоило бы расстаться, а нам — оставаться вместе. Но мы расстались, а они продолжали быть в паре. Они выбрали любовь как влечение к смерти. Мы же решили не верить в любовь, чтобы спасти ее от института пары. Вместо любви мы выбрали свободу.

Платон — мошенник, святой Валентин — засранец, апостол Павел — маркетолог-пройдоха. Душа разъята на две половины, которые сливаются воедино при встрече? А вдруг она поделена не на две симметричные части, а на два неравных куска? А если там не два, а 12 568 малюсеньких кусочков? А может, душа неделима? А может, души вообще нет?

А потом, в июне, я проснулся с единственной мыслью в голове: любовь — это дрон. В то время я уже думал сменить имя на Поля (Павла), и вдруг оказалось, что я напеваю панк-версию Послания к Коринфянам. Привожу здесь полную копию из моего июньского дневника, как если бы воспроизводил слова незнакомца: Любовь жестока. Любовь эгоистична. Любовь не знает чужой боли. Любовь всегда бьет по другой щеке. Любовь разрушает. Любовь груба. Садовые ножницы суть любовь. Любовь лжива. Любовь обманчива. Любовь алчна. Банкир есть любовь. Любовь ленива. Любовь завистлива. Любовь жаждет всего. Насос есть любовь. Любовь ненасытна. Любовь абстрактна. Алгоритм есть любовь. Любовь мелочна. Клык есть любовь. Левиафан есть любовь. Любовь надменна. Любовь обжигает. Биологическое оружие есть любовь. Любовь агрессивна. Любовь бьет наотмашь. Любовь как кассетная бомба. Кнут есть любовь. Любовь капризна. Любовь нетерпелива. Любовь не знает меры. Любовь тщеславна. Любовь — это дрон. А святой Валентин — рядовой, которому весело палить по экрану. Любовь не чувство. Это технология контроля над телами, политика управления желанием, цель которой — подчинить способность двух живых машин действовать и наслаждаться, чтобы поставить их на службу социальному воспроизводству. Любовь — лесной пожар, из которого невозможно спастись, не обжегши ноги. Пламя и опаленная кожа — вот обещания святого Валентина. Хватай и беги. Робко, неуверенно мы пытаемся изобрести новые технологии производства субъективности. Как ни парадоксально, только теперь, когда я больше не верю в любовь, я впервые готов любить — случайной, конечной, имманентной, ненормальной любовью. Я чувствую, что начинаю учиться умирать. С Днем святого Валентина!

Нью-Йорк, 14 февраля 2015 года


Перевод с французского: Наталия Протасеня

Редактор: Ваня Соловей

Текст был впервые опубликован в газете Libération; вошел в книгу «Квартира на Уране» (готовится к публикации в 2021 году в издательстве No Kidding Press при поддержке Музея современного искусства «ГАРАЖ»).


Поль Б. Пресьядо — философ, писатель, квир-теоретик и активист. С 2011 по 2014 год был руководителем отдела исследований Музея современного искусства Барселоны (MACBA) и директором Программы независимых исследований (PEI). С 2014 по 2017 год — куратор публичных программ documenta'14. В 2019–2020 — приглашенный философ Центра Помпиду. Живет в Париже.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File