Вопрос о государстве в «Философии общего дела» Н.Ф. Федорова

Сергей Ряполов
18:30, 27 сентября 2019
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

При философском конструировании таких оригинальных и ярких проектов жизнеустроения, к которым, безусловно, нужно отнести «философию общего дела» Н.Ф. Федорова, и особенно обращая внимание на ее устремленность к действительной реализации, неизбежно возникает вопрос о политическом устройстве общества.

Соборность, как наиболее оригинальное и вместе с тем первостепеннейшее понятие русской философской мысли, получила особенно глубокое осмысление и истолкование в «философии общего дела» Н.Ф. Федорова, что обнаруживается и в его политическом идеале патриархальной монархии, которая, как указывал Н.А. Бердяев, по Н.Ф. Федорову, не является государством, и потому, критикуя современное государство, являющееся воплощением небратских отношений, философ, таким образом, обосновал своеобразный анархизм, совмещенный у него с патриархальной монархией [1, c. 181]. Государство, которое, по Н.Ф. Федорову, подменило собой отечество [5, c. 150], противопоставляется самодержавию, понимаемому им как проявление братства и родства.

Интересно, что, несмотря на критику Н.Ф. Федоровым капитализма, мыслитель не менее отрицательно относился к философии марксизма. Тем не менее, в философии евразийства была совершена попытка совместить марксизм и «философию общего дела», которая в конечном итоге привела к расколу в евразийстве. Так, В.Н. Ильин опубликовал серию работ, в которых обосновывал неприемлемость смешивания философии Н.Ф. Федорова с революционным богоборчеством [2, c. 133].

Вообще, нужно отметить, что русский анархизм имеет глубокие религиозные корни и прорастает из раскола, русского странничества и русских мистических сект. В повести «Отец Сергий» Л.Н. Толстого, мировоззрение которого так же можно отнести к своеобразному религиозному анархизму, так описывается изменение жизни о. Сергия, связанное с духовным преображением: «И он пошел, как шел до Пашеньки, от деревни до деревни, сходясь и расходясь с странниками и странницами и прося Христа ради хлеба и ночлега» [4, c. 544].

Но, как отмечал Н.А. Бердяев, «у народа анархического по основной своей устремленности было государство с чудовищно развитой и всевластной бюрократией, окружавшей самодержавного царя и отделявшей его от народа» [1, c. 169]. Примечательна легенда, связывающая странника, святого праведного Феодора (Томского) и российского императора Александра I. Н.А. Бердяев писал в «Русской идее»: «О конце его [Александра I, — прим. С.Р.] жизни создалась легенда о том, что он стал странником Федором Кузьмичом, легенда очень русская и очень правдоподобная» [1, с. 27].

Попытку совместить монархизм и русский анархизм можно обнаружить уже в философии славянофильства. Так, анархическое мировоззрение получило своеобразное выражение в философии А.С. Хомякова, полагавшего, царь избирается с тем, чтобы нести тяжкое бремя власти. «Монархизм славянофилов, по своему обоснованию и по своему внутреннему пафосу, был анархический, происходил от отвращения к власти» [1, c. 171], — писал Н.А. Бердяев. С этим, безусловно, нужно согласиться.

Анархизм в русской философии отражает «русское отвержение соблазна царства этого мира» [1, c. 175], неприятие мира, отпавшего от изначального замысла о нем, в котором, выражаясь словами С.Г. Семеновой, «как закон существования царит пожирание, половой раскол, вытеснение и смерть» [3, с. 6]. Н.Ф. Федоров писал: «Самодержавие в первоначальном смысле есть диктатура, вызванная опасностью не от других себе подобных людей, а от силы слепой, всем без исключения грозящей смертью. Самодержавие, т.е. власть в отца-место стоящая, явилась тотчас после смерти первого отца, соединив всех в единой воле, в едином желании, вызванном утратою, смертию» [6, c. 20]. Потому критика государства в русской философской мысли совмещается с монархизмом, переставая быть исключительно политической теорией. Начала русского анархизма нужно искать в необъятном горизонте бескрайней русской равнины, в самом мировоззрении русского крестьянства, в русской крестьянской общине и в русской вольнице. Поэтому нет ничего необычного в анархической устремленности русской философской культуры, все наиболее яркие и оригинальные черты которой нашли своеобразное отражение в «философии общего дела» Н.Ф. Федорова.

1. Бердяев Н.А. Русская идея. — СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2016. — 320 с.

2. Гулыга А.В. Творцы русской идеи. — М.: Молодая гвардия, 2006. — 320 с.

3. Семенова С.Г. Тайны Царствия Небесного. — М.: Школа-Пресс, 1994. — 415 с.

4. Толстой Л.Н. Повести и рассказы. — М.: Худож. лит., 1986. — 652 с.

5. Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. Т. I. — М.: Издательская группа «Прогресс», 1995. — 518 с.

6. Федоров Н.Ф. Собрание сочинений: В 4-х тт. Т. II. — М.: Издательская группа «Прогресс», 1995. — 544 с.


Image

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки