ПОДУШКА

Степан Никоноров
11:27, 29 октября 2021
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
Image

Вера Никитична запахнула темно-синюю рабочую робу и щелкнула кнопку на электрическом чайнике. Она сидела за старым, янтарного цвета столом, где на столешнице расположился некий журнал с четырьмя графами, стояла большая кружка, лежала выкрученная испорченная лампа, а под столом была неясная коричневая коробка. Вера Никитична посмотрела в окно своей небольшой будки с названием «Контрольно-пропускной пункт» и ничего не увидела. Окно все заиндевело, в углах нарастала наледь. Зима в этом году лютая, не как ныне, а как давно. Чайник с нарастанием начинал шуметь, подсвечивая пока ещё спокойную воду синим цветом. Вера Никитична что-то записала в журнале, захлопнула его и отодвинула на край стола. За окном было темно, наступала ночь, от того Вера Никитична зевнула. Она достала мобильный телефон и стала смотреть фотографии своего внука, потом своего сына, потом своего дома. Вера Никитична жила таким образом, что жизнь свою отодвигала от себя, как отодвигают нелюбопытный объект, и пододвигала объект любопытный. Она постоянно употребляла выражение — «а я что, я ничего». Некоторое время назад пришёл к Вере Никитичне человек и сказал: «Бабушка, давайте в вашей квартире сделаем газ» она махнула на него рукой и сказала: «Мне, газ? На кой мне газ, я и так живу, ты лучше внучку моему набор для бадминтона приобрети». Как-то пришёл к ней сын и сказал: «Я тебя, мать, на море повезу», а она схватилась за грудь, перекрестилась три раза: «Ошалел, Игорь? Куда ты меня повезёшь? На кой мне море, лучше Женьку свози, а я как-нибудь без моря…». В общем Вера Никитична была женщина не то, чтобы несчастная, но очень любезная.

Чайник щелкнул, она вздрогнула, отложила телефон и залила в кружку кипяток. Небольшое пространство будки наполнилось запахом барбариса. Надо сказать, что у будки, за спиной Веры Никитичны, была некая выпуклость, где стояла небольшая койка, над которой крепился стенд «Что надо делать при возникновении ЧС».

Вера Никитична вернулась к мобильному телефону и стала смотреть видео (этому ее научил рыжий внук Женя, который уже в детстве был, как выражаются люди некультурные — полной сукой, а более приличные — человеком с не приятным складом характера). На экране телефона были танцующие сальсу коты, конспирологические сюжеты об американцах и немецких евреях, где в конце поднимался ядерный гриб, затем играла русская музыка; отрывки из сериалов про ментов и другое. Вера Никитична то хихикала, то сжимала брови, то утешалась слезой. Она хлебнула кипяток, посмотрела на часы и поняла — пора спать. Сняла робу, встала, развернулась и сделать шаг к койке. Она откинула покрывало, оттянула уголок толстого кашемирового одеяла, посмотрела на край лежанки и схватилась за лицо — подушка. Точнее, — нет подушки. Но Вера Никитична точно помнила, что подушка была, а когда подушка была, здесь дежурило два кадета — Сентюрин и Куликов. Она сжала кулак и произнесла: «Скоты!». Надела обратно рабочую робу, завязала на голове платок, на платок натянула шапку из козьей шерсти, вдарила ладонью дверь и та, с такой силой распахнулась, что треснулась об стену будки.

— Подушку они стащили, шмон устроили, а потом заханырили, мерзавцы.

Метель стояла бешеная. Заметало крыши, огороды, дома, статуи классиков перед школами, уличные скамейки. Вера Никитична шла в сторону спального корпуса, но по факту в темноту, потому что фонари не горели, а снег валил стеной. Она шагала медленно и тяжело. Потом увидела фонарик. К ней подошёл, державшись за глаза, офицер Лопатников и спросил:

— Вера Никитична?

— Я, — сказала она громко.

— Вы что делаете?

— У меня ваши кадеты подушку упёрли, я их сейчас с постели подниму и по жопам на даю!

— Какая подушка, буран и ночь, идите обратно!

— Подушка, — не успокаивалась Вера Никитична.

— Хорошо, — разводит руками офицер Лопатников. — Я вам сейчас вынесу подушку, а вы идите обратно! Хорошо?

— Что? Нет… Мне, подушку? Да я и без подушки проживу, вы лучше Женьке моему помогите…

Когда метель закончилась, рассвело и маленькие птичьи следы появились на больших сугробах в парке, Женя вышел гулять. Возле продуктового магазина он схватился языком за металлическую перилу и намертво склеился с металлом. Мимо проходил офицер Лопатников, увидел Женю с высунутым языком и прошёл мимо, подумав: «Не хочу я никому помогать»…

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File