Основная проблема русской философии

Олег Марков
08:31, 27 июня 2021
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
Image

Всем привет, сегодня я хочу поговорить об основной проблеме русскоязычной философии.

Какая проблема это могла бы быть? 🤔 Может быть недостаточное количество тем или публикаций? Нехватка новых идей и концептов? Плохо построенная инфраструктура пиара и заработка на работах?

Конечно, некоторые из указанных вопросов имеют актуальность, но меня больше всего заинтересовала проблема стиля.

Что это значит? То, что подавляющее большинство авторов не соблюдают простые и всем известные правила написания публицистики.

Я разделил эту тему на несколько пунктов:

1. Стремление к сложности

2. Книжная лексика

3. Канцеляриты

4. Длинные предложения

5. Нет примеров

6. Отсутствие структуры


7. Пустые отсылки

8. Пустые концепты


9. Концепты без перевода.

Первые пункты — это базовые правила написания публицистических текстов. Пункты 7 и 8 я отделил, поскольку они специфичны для философии. Девятое утверждение — более фундаментальная философская проблема.

Наверное, можно было выделить и больше, ведь рекомендаций для написания хорошего текста очень много. Я просто изложу то, что мне особенно запомнилось при чтении философских работ.

Основные принципы моего рассуждения:

1. Функция философского текста — передача смысла.

2. Автор должен экономить время читателя.

Теперь поговорим по каждой части отдельно и в конце сделаем небольшой вывод.

I. Стремление к сложности

Для начала, давайте поговорим о том, зачем вообще существуют статьи по философии? Я думаю, чтобы передать людям смыслы, которые автору показались важными.

Чтобы передача смыслов успешно состоялась, каким должен быть текст: простым или сложным? Казалось бы, очевидно, что простым. Почему же тогда статьи пишутся так, что их крайне сложно читать? — Я не знаю.

Гипотезы могут быть разные: 1) так все пишут, и люди это неосознанно копируют; 2) этот стиль письма нужен для попадания в рейтинговые журналы; 3) человек пишет не для читателя, а для самого себя; 4) автор считает, что философия — это не публицистика.

Конечно, может быть необходимо написать сложный текст. Богатый всем, чем угодно. Но тогда, чтобы хоть кто-то его понял, придётся писать ещё один текст, который объясняет первый. Заодно изложить читателю, в чём была ценность использованных приёмов.

Как получается сложность — я рассмотрю далее.

II. Книжная лексика

Если задачей философского текста является передача смысла, то я хочу поставить вопрос: должно ли в нём быть что-то ещё?

Возможно, многие авторы считают, что текст должен расширять наш словарный запас или содержать красивые книжные слова, характерные для богатого художественного текста. Ведь если человек читает философию, то он должен стремится всё знать. Быть, так сказать, полноценным интеллигентом.

Но всё знать невозможно, я думаю, это всем ясно. А вот сэкономить время было бы довольно полезно, поскольку это ценный ресурс. В связи с этим, можно выделить следующее правило: идеальный текст не должен выводить читателя за свои пределы.

Возможно, к этому же ведёт закон удержания читателя сайта: не заставляйте его переходить на другие ресурсы, чтобы он мог больше времени уделить вашему контенту.

Например, если я вижу слово „вивисекция“, то я скорее всего не помню, что оно означает, потому что не разговариваю книжными словами. Когда я буду его гуглить, то потрачу время не на смыслы, хотя в философии обращался за ними, что делает эту информацию мусорной для меня.

Далее, я могу, вообще, увлечься чтением словаря и забыть то, что я до этого читал. Это затруднит понимание исходной статьи и заставит перечитывать заново.

III. Канцеляриты

Я бы отнёс к „канцеляритам“ такие странные слова как „формализация“, „вероятностный“, „акцентироваться“ и т.д.

То есть, это слова, смысл которых в целом понятен, но читать их неудобно, поскольку они не используются в повседневной речи. В то же время их легко избежать из–за того, что они не несут специального философского смысла.

Поэтому я считаю, что их использование — это потеря времени для читателя. Это заставляет каждого, кто обращается к статье, переводить текст на обыденный язык. Только после этого можно подумать о самом смысле написанного. Отсюда правило: пишите так, чтобы читатель не занимался переводом.

Я думаю, что перевод с „канцелярского“, может отнять не меньше времени, чем перевод с английского.

IV. Длинные предложения

Как нас всех учили в школе: не пишите длинные предложения.

Почему? А вдруг они украшают текст?

Честно скажу вам: я обожаю длинные предложения в художественной литературе. Ведь там не обязательно понимать их смысл. Это может быть просто набор художественных символов.

Этот пункт аналогичен „книжным словам“. Функция философского текста — передача смысла. Всё остальное — это кража времени у читателя. Понимание длинного предложения занимает гораздо больше времени. Постоянно приходиться его перечитывать, чтобы вспомнить: с чего оно начиналось?

Чтобы не писать длинные предложения, достаточно разложить их на простые утверждения.

V. Отсутствие примеров

Примеры хороши в любом тексте. Наверное, они должны быть достаточно короткими, чтобы не отнимать слишком много читательского времени.

Но если их нет совсем, то люди не поймут смысл концепции. А передача смысла — главная задача философии. То есть — это будет полный провал.

Кстати, в этом тексте я не всегда привожу примеры, потому что он не философский 😃. То есть, не такой сложный.

VI. Отсутствие структуры

Если автор не выделил в тексте основные пункты, слова и прочие важные элементы, то такой текст отнимет гораздо больше времени. Почему? Читателю придётся самому проделывать указанную работу. То, что надо было сделать один раз автору, придётся доделывать множеству его читателей.

Это, естественно, пустая трата ресурсов.

VII. Пустые отсылки

О чём свидетельствует отсутствие структуры? Человек сам не понял, о чём конкретно он в данный момент рассказывает. Мысль может меняться каждое предложение, сопровождаясь отсылками на множество известных классиков и их концептов. Но ни одна из отсылок не будет разобрана. Почему? — Я не знаю.

Видимо считается, что читатель должен сам угадать смысл фраз „свойственное Фрейду“, „как это было у Канта“, „чем-то напоминающее Дазайн“ и т.д.

Каждый из классиков написал несколько томов текстов. В каждой работе было множество мыслей. Следует вывод: если автор не может чётко объяснить параллель с классикой, лучше вообще её не проводить.

VIII. Пустые концепты

К сожалению, философия устроена так, что каждый автор понимает одни и те же слова по-разному. И даже у одного автора одно и то же слово может означать разный смысл в зависимости от контекста. Поэтому, нужно определить основные концепции, прежде чем их употреблять.

Например, слово „чтойность“. Что оно означает? — Я не знаю. Если я прогуглю, то увижу разные версии. Как мне выбрать? — Неизвестно.

Не говоря уже о том, что у автора может быть оригинальная трактовка. Об этом лучше сообщить сразу, чтобы не вводить читателя в недоумение.

Концептов в истории философии очень много, так же как и авторов. Гуглить их неудобно, поскольку нужно выходить за пределы текста. А ведь многие люди читают в общественном транспорте, со смартфона. Гуглить в таких условиях ещё сложнее.

Это возвращает к принципу: „не выводить читателя за пределы текста“.

IX. Концепты без перевода

Приведу пример из Делёза. Там вводятся следующие понятия: „десигнация“, „сигнификация“, „сингулярность“.

С французского языка слово „designation“ переводится как „обозначение“. „Signification“ — значение. В английском „singularity“ — необычность.

Почему мы это не переводим? — Я не знаю.

Является ли это проблемой? Я думаю, это самая большая проблема. Непереведённое слово является пустым для читателя. Что имеет следующие следствия:

1) Текст сложнее понять

2) Творческая пустота

В чём-то эти пункты связаны друг с другом. Ведь если ты не понял текст, то не сможешь его переосмыслить и написать новую статью или концепцию.

Но даже если ты его понял, то прокручивание в голове слова „десигнация“ не продуктивно. Почему? Оно не отсылает к привычным связям со словом „обозначение“, что могло бы породить какие-то новые мысли.

В целом, перевод без перевода выглядит также абсурдно как pis’mo etogo teksta translitom.

Каковы пути решения этой проблемы?

1) Делать новые, более лучшие или альтернативные переводы.

2) Существуют старые концепты, по типу „интерсубъективности“, перевод которых уже устоялся. Их можно заменять в своих статьях на русские слова, делая указание в начале.

С английского „интер“ переводится как „между“. Слово „субъект“ я бы отнёс к канцеляритам и без особой необходимости его не употреблял.

Поэтому, перевод мог бы быть вроде: „межличность“, „общий опыт“ (обоп — если нужно сокращение).

Чем это лучше?

Во-первых, когда я говорю „межличность“ — это связывает меня с понятиями „между“ и „личность“, что уже значительно облегчает разговор.

Во-вторых, просто приятнее использовать повседневные слова.

Важна ли вообще „приятность“ и „радость“ при прочтении текста? Я думаю, что это одна из самых важных вещей. Почему? Поскольку философы и их читатели почти никак не монетизируются, то двигателем к чтению являются две вещи: 1) радость 2) смысл.

Радость возникает от того, что ты просто прочитал интересный и понятный текст, который заставил тебя о чём-то задуматься. Что само по себе занимательно.

Смысл — это то, что мотивирует человека учиться. В том числе философии. Смысл приходит от осознания важности образования и необходимости встроить его в повседневность на протяжении всей жизни.

Заключение.

В этой статье я рассмотрел разные проблемы при написании текста. Их решение приведёт к качественному скачку в развитии философии.

1) Люди получат возможность понимать тексты.

2) Читатель начнёт получать удовольствие от текста, а не просто „преодолевать“ его.

3) При переводе концепций на русский, они откроются в более „родном“ ключе. Это вызовет их качественное переосмысление и творческий всплеск.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

Empty userpic