radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Antijob

«Беру больничный». Как мобилизация повлияла на рабочих?

Антиджоб

Антифонд — совместный проект Антиджоба, ФАС и Антивоенного больничного, организованный после начала войны. Проект занимается поддержкой забастовок и защитой трудовых прав, в том числе при притеснениях на работе за антивоенную позицию.

В начале прошлой недели в качестве формы протеста и инструмента саботажа мобилизации мы, проект Антифонд, призвали россиян не ходить на работу. Рабочее место — важнейшее пространство сопротивления, ведь только благодаря труду обычных людей социальная система и, вместе с ней, государство способны функционировать. Обязав работодателей вручать повестки, власть разрушает свою собственную способность к действию. Когда поход на работу становится вопросом жизни и смерти, многие предпочтут рискнуть благополучием и отношениями с начальством, лишь бы не убивать и не быть убитым. Тем более что почти каждый может прикрыться «больничным». Не важно, по какой причине в железнодорожном депо не хватает работников — важно лишь то, что поезда стоят и не везут технику и солдат.

Мы решили помочь режиму в этой саморазрушительной деятельности и кинули клич в соцсетях. Некоторые из тех, кто решил поучаствовать в «больничной забастовке», написали нам в бот. Это были люди из совершенно разных регионов и сфер деятельности: железнодорожники из Ленобласти и продажник из Краснодара, рабочие из Тюмени, Череповца, Тульской и Свердловской областей, маркетолог из Москвы и работник шахты из Североуральска.

Мы попросили их рассказать о ситуации на рабочем месте: что думают коллеги, и как война сказывается на работе их предприятий. Их голоса особенно важны, потому что эти люди не смогли спешно сорваться и уехать из страны и остались внутри. Это объединяет их с теми, с кем они работают — людьми, с которыми их свела не дружба или общие интересы, а потребность зарабатывать себе на хлеб. Разговоры на рабочем месте — это выход за пределы «пузыря» соцсетей и манипуляций общественным мнением соцопросов.

Мы попросили наших респондентов указать сферу занятости и регион. Их ответы поделились на четыре группы: специалисты из мегаполисов, специалисты из регионов, рабочие старшего возраста из регионов и рабочие «мобилизационного» возраста из больших городов.

Специалисты из мегаполисов против войны

Предсказуемым образом более негативно к войне и мобилизации оказались настроены коллективы специалистов из Москвы, Санкт-Петербурга и других больших городов. В некоторых случаях руководство само стремится спасти сотрудников от военкомата. Кроме личной этической позиции, стоит учитывать, что потеря включенного в работу специалиста дорого обходится любому предприятию.

Синьор-маркетолог в PR-компании из Москвы:

«К счастью, у нас очень адекватный коллектив. С самого начала войны мы все были в ужасе — отправляли гуманитарную помощь мирным жителям, руководители знали о наших ребятах, которые выходили на митинги и старались вытаскивать их из ОВД. Сейчас многие уехали: кто-то в марте, кто-то в сентябре… В воздухе есть тяжелое, буквально свинцовое ощущение, что все разом потеряло смысл, любая деятельность бесполезна. Но стараемся не сдаваться — сейчас главы отделов стараются выписывать больничные и отпуска трудоустроенным по ТК, так как в главный офис заглядывал военком, помогать с иммиграцией и переводом на удаленку. Важно напоминать, что жизнь и деятельность каждого из нас важна и нужна».

Офисный сотрудник:

«У нас огромный бизнес-центр и добрая половина перестала ходить на работу, я со вчерашнего дня тоже не выхожу, но, ещё 22 числа все разговоры были либо об уклонении, либо о выезде из страны. Мнения сильно разделились. Есть тенденция перехода ярых сторонников войны с громких слов на молчание».

Айтишник из Ярославля:

«Непосредственно у нас все, кроме руководства, адекватные, так что для нас принципиально ничего не поменялось — мы с 23 числа в ужасе. Есть один конченный: орал что пойдет добровольцем. Сказал ему чтобы валил — почему-то никуда не пошел.

Ситуация в сопровождаемых фирмах: все подавленные, молчаливые, делают вид что ничего не происходит. Я графиков не видел, но думаю, что с таким настроем ничто нормально работать никто не будет. Так что экономике песец».

О такой-же остановке бизнес-процессов говорит сотрудник фирмы по продаже стройматериалов из Санкт-Петербурга:

«Один уехал, по одному из Белорусии и Украины, остальные девушки. Я на больничном. Ещё до вашей акции сел. На работе война сказывается напрямую. Заявок от клиентов нет».

И сотрудник IT-компании из Уфы:

«Работать определённо сложнее стало, так как все заняты волокитой по мобилизации и все боятся, что будет завтра. Из клиентов никто на контакт не идёт. (В коллективе) практически у каждого своя точка зрения, но, к сожалению, чаще либо за войну, либо «а мы что сделаем мы простой народ». Так что не особо густо. Опять же, возможно, люди просто боятся говорить против, работа нужна. Молодые в основном все спокойно говорят, что они против, старшие ничего кроме телевизора не смотрят».

Региональные рабочие старшего возраста верят телевизору

Диаметрально противоположная ситуация в региональных коллективах, занятых материальным производством. Многие из написавших нам ощущают себя в меньшинстве среди коллег старшего возраста, одурманенных теле-пропагандой.

Работница ГАЗа, Нижний Новгород:

«Добрый день! Как ни страшно было бы это признавать, люди в основном относятся к мобилизации и войне либо нейтрально, либо «пошлют, значит поеду». Они не умеют добывать и анализировать альтернативную информацию, политически не грамотны даже в элементарных вещах, слушают то что «льют» им в уши. Очень стыдно и обидно».

Особенно ситуация плачевна там, где преобладают сотрудники старшего возраста.

Рабочий завода из Череповца:

«Коллеги в подавляющем большинстве мужики за 50, конечно войну они поддерживают. Я боюсь высказать свое негативное мнение, так как есть вероятность что на меня донесут в милицию. Глобально предприятие переживает кризис, работы практически нет. Некогда мощное производство чахнет с каждым днем».

Аналогичное отчуждение чувствует сотрудник арматурного завода из Тульской области:

«На работу предприятия война не повлияла т.к. мобилизованных заменяет аутстафф из Таджикистана, Узбекистана и Украины. Коллеги в лучшем случае терпят и говорят о неизбежности оказаться на войне, в худшем же — не способны критически оценивать ситуацию и поддерживают войну (в основном старики)».

В региональных офисах игнорируют «политику»

Впрочем, отношение к происходящему среди «белых воротничков» в регионах не слишком отличается от отношения немолодых рабочих. Они не чувствуют опасность мобилизации и либо поддерживают власть, либо стремятся закрыть глаза на те опасности, которая несет война.

Сотрудница из сферы продаж в Ленобласти:

«Из наших родственников, только 1,5 человека разделяют нашу позицию. На работе у всех шуточки, половина уверена, что все не так серьезно, а вторая половина поддерживает весь этот кошмар. Если честно, то это страшно — страшно жить с такими людьми рядом».

Работник фирмы по наружной рекламе на Дальнем Востоке:

«Все, в основном, в недоумении. В последний мой день на работе, в пятницу, продолжали отшучиваться, будто их это не может затронуть, ведь они практически все 35+ лет. Компания маленькая, так что как минимум моё отсутствие точно скажется на одном отделе, его могут закрыть».

Непродовольственная торговля, Краснодарский край:

«Соотношение примерно 70% — сторонники, 30% противники. Между собой ругаться и спорить некогда, рабочих задач много, поэтому конфликтов не возникало. По мобилизации среди противников настроения более спокойные. Мы, наверное, оказались более подготовленные, потому что понимали, куда в конечном счёте всё идёт. И основной моральный слом пережили ещё в феврале. Сейчас взять себя в руки легче.

Среди сторонников у одной сотрудницы сына уже забрали. Плакала. Остальные пытаются обезопасить близких, но их действия сейчас уже несвоевременны и наивны с моей точки зрения. В военкомат никто не бежит и мужей силком не отправляет».

Страх рабочих призывного возраста — ресурс для политизации

Но ситуация далеко не так однозначна для рабочих призывного возраста, особенно в больших городах. Вероятно, доступность альтернативных источников информации, а также призывной возраст заставляет иначе оценивать опасность быть отправленными на войну. Эта тревога пока не привела к радикальной переоценке политических взглядов, но в будущем может стать драйвером роста оппозиционных настроений.

Человек, попросивший представить себя «оператором станка одного ленинградского завода» пишет:

«Прислали повестку на мобилизацию, на завод. Беру больничный. Настроение в цеху не боевое, никто не хочет идти, но и делать ничего не хотят».

Работник механического цеха РЖД из Ленинградской области описывает похожую картину:

«На войну многие положительно реагировали, но уже тогда они были против мобилизации. Сейчас большинство пребывает в недоумении и отрицании, но это во многом безропотное явление. Резко отрицательно — с готовностью бороться — к войне относится один из пятидесяти. На работе компании это пока никак не сказалось, потому что руководство и до этого хищениями занималось, так что техника гробится, еще год и ее не останется…»

Пока что этот страх не рождает действие, но он усиливает позиции противников войны и подрывает положение лоялистов. Работник оборонного предприятия из Нижегородской области пишет:

«Если коротко, то количество патриотов после объявления мобилизации существенно сократилось. Раньше их было процентов 90, сейчас уже нет этого «Киев за три дня». Теперь уже я их подкалываю, они молчат. В конце февраля расклад был другой».

Регионы начинают осознавать происходящее

Несмотря на то, что на данный момент большинство в регионах ещё не успело осмыслить всю глубину катастрофы, этот процесс может носить стремительный характер. Особенно на фоне неминуемого экономического коллапса и жертв среди мобилизованных. Яркой иллюстрацией таких процессов является дискуссия в региональной городской группе, которой поделилась наша подписчица из города Козьмодемьянск республики Марий Эл:

«Хочется поделиться своим наблюдением. Из нашего города и района отправили три волны мобилизованных. 26-го, 28-го и 30-го сентября. 26-го об этом была сделана первая публикация в местных пабликах в VK. Публиковал местный протоиерей Алексей Сущев. 26-го реакция в комментариях однозначная — Господи, благослови. 28-го реакция уже другая — влетело всем патриотам и Сущеву тоже. 30-го — публикаций нет. Вы представляете, какая слабая власть на местах, как они боятся любой критики! Вангую — добро победит!»

В какой-то момент соотношение противников и сторонников войны неминуемо поменяется местами, и тогда для борьбы на рабочем месте и улицах возникнут совершенно иные перспективы. Закончим словами одного из участников «больничной забастовки»:

«Боюсь, что из–за эпидемии работа моя рухнет. Но я рад, что вы спросили. Мы победим шизофренический империализм!»

P. S.

Отдельного внимания заслуживает рассказ о ситуации в Нововоронеже на градообразующем предприятии — АЭС. Из–за своей специфики — закрытый наукоград — он плохо ложится в аналитическую модель, но является яркой иллюстрацией происходящего в стране даже на самых чувствительных предприятиях:

«В нашем городе градообразующим предприятием является АЭС. На обслуживании такого объекта необходим мужской персонал. Такое ощущение, что к мобилизации готовились давно, с младшего персонала (слесарей, обходчиков и пр.) сняли бронь, некоторых уже мобилизовали, некоторые взяли больничные, некоторые просто не выходят на работу. Как будет функционировать атомная станция? Этих людей нет в указе о брони! Есть IT-специалисты, банковские работники… А то, что АЭС это объект атомной промышленности, никого не волнует.

Мужчины в нашем городе прячутся, уезжают, или просто сидят по домам. Кстати, количество таксистов уменьшилось в разы! Людям не нужна эта война. Люди стали понимать, что им там не за что воевать. Это захватническая война и не надо спекулировать Отечественной войной и дедами».

* * *

Антифонд — совместный проект Антиджоба, ФАС и Антивоенного больничного, организованный после начала войны. Проект занимается поддержкой забастовок и защитой трудовых прав, в том числе при притеснениях на работе за антивоенную позицию.

Subscribe to our channel in Telegram to read the best materials of the platform and be aware of everything that happens on syg.ma

Author