radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Society and Politics

Славой Жижек. Пацифизм — это неправильный отклик на войну в Украине

Alexandr Zakh 🔥2
+6
Перевод статьи Славоя Жижека, опубликованной в The Guardian, в которой Жижек критикует пацифизм в вопросе войны в Украине.

Перевод статьи Славоя Жижека, опубликованной в The Guardian, в которой Жижек критикует пацифизм в вопросе войны в Украине.

Подписывайтесь на мой канал в Telegram.

По мне мега-хит Джона Леннона «Imagine» всегда был такой популярной песнью по неверным причинам. Представлять, что «мир будет жить как один», лучший способ закончить жизнь в аду.

Те, кто цепляется за пацифизм перед лицом российского нападения на Украину, остаются в плену собственной версии «Imagine». Представьте себе мир, в котором напряженность больше не разрешается посредством вооруженных конфликтов… Европа упорно пребывает в этом мире «воображения», игнорируя жестокую реальность за пределами своих границ. Настало время пробудиться.

Мечта о быстрой украинской победе, повторение первоначальной мечты о быстрой российской победе, закончилась. Россия медленно продвигается вперед в том, что все больше напоминает затяжной тупик, и ее конечная цель четко обозначена. Больше нет необходимости читать между строк, когда Путин сравнивает себя с Петром Великим: "Казалось бы, воевал со Швецией и что-то там отторгал. Ничего он не отторгал! Он возвращал и укреплял, вот что он делал… Судя по всему, на нашу долю тоже выпало возвращать и укреплять»

Чем концентрироваться на конкретных вопросах (действительно ли Россия просто «возвращает» и что?), нам следует внимательно прочитать основное оправдание Путиным своих претензий: "Для того, чтобы претендовать на какое-то лидерство, я уж не говорю глобальное лидерство, но хоть в чем-то, безусловно, любая страна, любой народ, любой этнос должны обеспечить свой суверенитет. Потому что не бывает каких-то промежуточных составляющих, промежуточного состояния. Или страна является суверенной, или колонией, как бы колонии не называть.»

Смысл этих строк, как выразился один из комментаторов, ясен. Существуют две категории государства: «суверенное и завоеванное. С имперской точки зрения Путина, Украина должна относиться к последней категории».

Как не менее ясно из российских официальных заявлений последних месяцев, Босния и Герцеговина, Косово, Финляндия, страны Балтии… и, в конечном итоге, сама Европа «относятся к последней категории».

Теперь мы знаем, что означает призыв позволить Путину «сохранить свое лицо». Это означает согласие не на незначительный территориальный компромисс в Донбассе, а на имперские амбиции Путина. Причина, по которой эти амбиции должны быть безоговорочно отвергнуты, заключается в том, что в сегодняшнем глобальном мире, в котором нас всех преследуют одни и те же катастрофы, мы все находимся между ними, в промежуточном состоянии, не являясь ни суверенной, ни завоеванной страной: настаивать на полном суверенитете перед лицом глобального потепления — простое безумие, поскольку само наше выживание зависит от тесного глобального сотрудничества.

Но Россия не просто игнорирует глобальное потепление. Почему она так разозлилась на скандинавские страны, когда те заявили о своем намерении вступить в НАТО? В условиях глобального потепления на карту поставлен контроль над Северным морским путем (вот почему Трамп хотел купить Гренландию у Дании). Из–за бурного развития Китая, Японии и Южной Кореи главный транспортный маршрут пройдет севернее России и Скандинавии. Стратегический план России — извлечь выгоду из глобального потепления, контролируя главный мировой транспортный маршрут, в добавок развивать Сибирь и контролировать Украину. Таким образом, Россия будет доминировать в производстве продовольствия настолько, что сможет шантажировать весь мир. Такова конечная экономическая реальность, лежащая в основе имперской мечты Путина.

Те, кто выступает за меньшую поддержку Украины и большее принуждение её к переговорам, включая принятие болезненных территориальных уступок, любят повторять, что Украина просто не может выиграть войну против России. Верно, но именно в этом я вижу величие украинского сопротивления: они рискнули на невозможное, бросив вызов прагматическим расчетам, и самое меньшее, что мы им должны — это полная поддержка, а для этого нам нужно усиление НАТО, но не в качестве продолжения политики США.

Стратегия США по противодействию через Европу далека от самоочевидности: не только Украина, но и сама Европа становится местом прокси-войны между США и Россией, которая вполне может закончиться компромиссом между ними за счет Европы. У Европы есть только два способа выйти из этого положения: играть в игру нейтралитета — короткий путь к катастрофе — или стать автономным агентом. (Только подумайте, как может измениться ситуация, если Трамп победит на следующих выборах в США).

Пока некоторые левые утверждают, что продолжающаяся война отвечает интересам военно-промышленного комплекса НАТО, который использует потребность в новых вооружениях, чтобы избежать кризиса и получить новые прибыли, их настоящее послание Украине таково: «Хорошо, вы жертвы брутальной агрессии, но не надейтесь на наше оружие, потому что таким образом вы играете на руку военно-промышленному комплексу…»

Дезориентация, вызванная украинской войной, порождает такие странные союзы, как Генри Киссинджер и Ноам Хомский, которые «принадлежат к противоположным концам политического спектра: Киссинджер занимал пост государственного секретаря при президентах-республиканцах, а Хомский является одним из ведущих левых интеллектуалов в США. Они часто конфликтовали, но когда речь зашла о российском вторжении в Украину, оба недавно выступили за то, чтобы Украина рассмотрела соглашение, в результате которого она могла бы отказаться от претензий на некоторые земли, чтобы быстрее достичь мирного соглашения.»

Короче говоря, они оба отстаивают одну и ту же версию «пацифизма», которая работает только в том случае, если мы игнорируем ключевой факт, что война идет не из–за Украины, а как момент жестокой попытки изменить всю нашу геополитическую ситуацию. Истинной целью войны является демонтаж европейского единства, за которое выступают не только американские консерваторы и Россия, но и европейские радикальные правые и левые — на данный момент во Франции Меланшон встречается с Ле Пен.

Самое безумное мнение, витающее в воздухе в наши дни, заключается в том, что для противостояния новой полярности между США и Китаем, которые олицетворяют излишества западного либерализма и восточного авторитаризма, Европе и России следовало бы объединить усилия и сформировать третий «евразийский» блок, основанный на христианском наследии, очищенном от либеральных излишеств. Сама идея «евразийского» третьего пути — это форма сегодняшнего фашизма.

Что же произойдет, «когда избиратели в Европе и Америке, столкнувшись с растущими ценами на энергоносители и нарастающей инфляцией, вызванной санкциями против России, потеряют аппетит к войне, которой, кажется, не будет конца и потребности которой только растут, поскольку обе стороны стремятся к затяжному тупику»? Ответ ясен: в этот момент европейское наследие будет утрачено, и Европа будет де-факто разделена между американской и российской сферами влияния. Короче говоря, сама Европа станет местом войны, которой, похоже, не будет конца…

Для настоящего левого сегодня абсолютно неприемлемо не только поддерживать Россию, но и делать более «скромное» нейтральное заявление о том, что левые разделены на пацифистов и сторонников Украины, и что к этому разделению следует относиться как к малозначительному факту, который не должен влиять на глобальную борьбу левых против мирового капитализма.

Когда страна оккупирована, именно правящий класс обычно подкупается к сотрудничеству с оккупантами, сохраняя свое привилегированное положение, так что борьба с оккупантами становится приоритетной. То же самое можно сказать и о борьбе против расизма: в состоянии расовой напряженности и эксплуатации единственный способ эффективной борьбы за рабочий класс — это сосредоточиться на борьбе с расизмом (вот почему любое обращение к белому рабочему классу, как в сегодняшнем популизме альт-правых, предает классовую борьбу).

Сегодня нельзя быть левым, не встав безоговорочно за Украину. Быть левым, который «проявляет понимание» к России, все равно, что быть одним из тех левых, которые до нападения Германии на Советский Союз всерьёз воспринимали «антиимпериалистическую» риторику Германии, направленную против Великобритании, и выступали за нейтралитет в войне Германии против Франции и Великобритании.

Если левые потерпят здесь неудачу, то игра проиграна. Но означает ли это, что левые должны просто принять сторону Запада, включая правых фундаменталистов, которые также поддерживают Украину?

В своей речи в Далласе 18 мая 2022 года, критикуя политическую систему России, экс-президент Буш сказал: «Результатом стало отсутствие системы сдержек и противовесов в России и решение одного человека начать совершенно неоправданное и жестокое вторжение в Ирак». Он быстро поправил себя: «Я имел в виду, в Украину… Ирак, в любом случае». Под смех толпы он добавил «семьдесят пять», имея в виду свой возраст.

Как отметили многие комментаторы, в этой довольно очевидной оговорки по Фрейду не могут не бросаться в глаза две вещи: факт того, что общественность восприняла неявное признание Буша в том, что нападение США на Ирак (по его приказу) было «совершенно неоправданным и жестоким вторжением» со смехом вместо того, чтобы обращаться с этим в качестве признания в преступлении, сравнимого с российским вторжением в Украину; плюс загадочное продолжение Бушем его самопоправки «Ирак, в любом случае» — что он имел в виду? Что разница между Украиной и Ираком на самом деле не имеет значения? Последняя ссылка на его преклонный возраст никак не влияет на эту загадку.

Но загадка рассеивается, как только мы воспримем заявление Буша серьезно и буквально: да, с учетом всех различий (Зеленский не диктатор, как Саддам), Буш сделал то же самое, что Путин сейчас делает с Украиной, поэтому их следует судить по одним и тем же стандартам.

В день, когда я пишу эту статью, из средств массовой информации мы узнаём, что экстрадиция основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа в США была одобрена министром внутренних дел Великобритании Прити Пател. Его преступление? Ничто иное, как предание гласности преступлений, признанных Бушем в своей оговорке: документы, обнародованные WikiLeaks, показали, как во время президентства Буша «американские военные убили сотни гражданских лиц в незарегистрированных инцидентах во время войны в Афганистане, а просочившиеся файлы по войне в Ираке показали, что 66 000 гражданских лиц были убиты, а заключенные подвергнуты пыткам». Преступления, полностью сопоставимые с тем, что Путин делает в Украине. Задним числом мы можем сказать, что WikiLeaks раскрыл десятки американских Буч и Мариуполей.

Поэтому, пока передача Буша под суд не менее иллюзорна, чем привлечение Путина к Гаагскому трибуналу, тем, кто выступает против российского вторжения в Украину, необходимо сделать минимальное, а именно потребовать немедленного освобождения Ассанжа. Украина утверждает, что борется за Европу, а Россия утверждает, что борется за весь остальной мир против западной однополярной гегемонии. Оба утверждения должны быть отвергнуты, и здесь на сцену выходит разница между правыми и левыми.

С точки зрения правых, Украина борется за европейские ценности против неевропейских авторитаристов; с точки зрения левых, Украина борется за глобальную свободу, включая свободу самих россиян. Вот почему сердце каждого настоящего российского патриота бьется за Украину.

оригинал

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
+6

Author