***
1
Это случилось осенью, глубокой осенью…
Мужчина чуть ниже среднего роста, в сером пальто, вышел на улицу рано утром. Утро было обычным, пасмурным и склизким. Такая погода удивительно хорошо сочеталась с местностью. Вокруг были сплошные дома: не успевал один закончиться, как начинался другой. Высота их была одинаковой, но из-за неровности земли одни возвышались над другими.
Дома кишели людьми, казалось, вот-вот лопнут. А утром они были похожи на рожениц, усиленно выталкивающих детей из себя.
И вот в очередной раз из парадной вышла партия. Среди них и был маленький человек с чемоданчиком. Он ни с кем не здоровался, а просто проходил мимо. Мужчина был чрезмерно сосредоточен на дороге словно находился в незнакомом месте. Но непонятно, по какой причине он въедливо вглядывался во все повороты, знаки и дома вокруг, ведь знал всё наизусть. Мистер Кроквэй — так его назовём, чтобы не путать с другим, — проделывал один и тот же путь в течение долгих лет. Надо сказать, что он ни разу не отклонился от маршрута.
Так мистер каждое утро, как и все остальные: просыпался, завтракал и выходил на улицу. Сейчас он идёт всё также к метро «Братиславская», садится в вагон и проезжает 10 станций на север Москвы. Выйдя из метро, он теряется из вида. Дальше отследить его перемещения не представляется возможным, но мы точно знаем: что он возвращается к метро через ровно два часа и едет обратно. Чем занимается мистер, точно не установлено.
Итак, сегодня по обыкновению Кроквэй испарился на выходе из метро. Прошло два часа — никто не появился; прошло ещё полчаса — опять никого. Весьма странно: этот человек был расчётлив и пунктуален. Гораздо большее удивление испытывала консьержка, когда мистер не явился домой. Она испуганно смотрела то на дверь, то на часы и не понимала, что чувствовать. К вечеру ситуация не изменилась. Консьержка начала судорожно спрашивать у всех, видели ли они мистера, но те мотали головами и уходили.
Последующие дни люди начали замечать отсутствие мистера. Они обычно не разговаривали с ним напрямую и имени-то его не знали, но он всегда находился утром с ними. Его присутствие было незаметным, но его полное отсутствие уже два дня подряд вызывало неприятные ощущения.
Люди перешёптывались, строя теории исчезновения, но они были, по большей части, раздутые. Консьержка пыталась успокоить себя мыслью, что, видимо, у него появились дела. Но как бы ни обманывала себя женщина, было ясно: что случилось нечто серьёзное.
Через неделю людям надоела эта возня, и они решились пойти в квартиру мистера Крока. Большие крепкие мужчины стучали в его дверь, но никто не откликнулся. Тогда они без всяких промедлений вломились внутрь. В квартире было пусто. Сама по себе квартира была чистой и уютной, но при этом была похожа на любую другую чистую и уютную. Глаз просто не мог ни за что зацепиться. Всё лежало на своих местах, и всё было таким бессмысленным. Может быть, всё так выглядит, когда нет живого существа?
Итак, мужчины обыскали дом и, озадаченные, вернулись в подъезд. Подойдя к консьержке, самый коренастый из них сказал, что надо вызвать полицию— дела совсем плохи.
Консьержка — сердобольная женщина пятидесяти восьми лет —трясущимися руками позвонила в отделение. Она корила себя за то, что так запоздала делает это.
Г92
Полиция долго обрабатывала заявку консьержки и лениво потянулась на вызов. Оно и понятно: пропавшие без вести — не шибко интересное дело сейчас: опять придётся всех поднимать, искать…. короче, нудятина какая-то, а не работа. Вот если было убийство какое-нибудь изощрённое, то можно походить и изучить. А главное тело есть! Может по частям, но всё равно в одной локации.
Полицейские добрались до места лишь на завтрашний день, хотя находились от дома всего в двух километрах: просто вчера у всех возникли непредвиденные дела. Кто-то сказал, что опаздывает на стрижку; к другим приехали родственники из Ростова; третьи тоже что-то придумали. А главный, тогда после обеда почувствовал недомогание — и было решено оставить пустяки на завтра.
На следующий день, молодцы приехали после обеда, хотя большая часть возмущалась: и этот день у них был расписан. И вообще заранее, желательно, за неделю надо предупреждать о таких вещах. А то люди вон планируют, себе графики чертят— и всё это летит к чёрту, потому что кому-то нужно было испариться.
Войдя в парадную, полицейские меняются в лице, моментально, становясь серьёзными и суровыми. Ну так им казалось. Правда, они были уж больно пухлощёкими и рыхлыми, чтоб производить такое впечатление. Главнокомандующий рассказывал, как вчера они практически добрались до них, но террористическая атака в ТЦ перечеркнула их планы.
Все разбрелись по углам, изучая окрестности. Начальник бригады не раздавал указания— а давал проявить себя каждому своему бойцу: у каждого был свой индивидуальный подход к расследованию преступлений.
Сам он пошёл расспрашивать консьержку. Женщина была сметена с самого начала своего существования, так что любое изменение микроклимата ощущала болезненно. Она начала, хлюпая носом, бубнить о произошедшем неслыханном случае. Действительно, в здешних местах не случалось ни убийств, ни похищений. Если в благополучном районе Москвы такое происходит, то, получается, в Саранске вообще людей заживо едят?! Ведь это очень далеко от Москвы?
Пока начальник убеждал плачущую старушку, что в регионах нет каннибализма, его подчинённые сантарки рыскали по дому и отлавливали женщин и детей для допроса: кто что видел? кто чем занят? кем приходился пропавший им?
Один человек из бригады выбивался. Он не собирался расспрашивать свидетелей. Он был одним из тех индивидуалистов, которых спускал с цепи начальник, позволяя плыть по волнам своего воображения. Звали его Вяткин, по имени не звали! потому что слишком громоздкое и соединение старославянского и современного европейского имени внушает ужас, поэтому просто Вяткин. Так вот, Вяткин всегда носил с собой рулетку, напольный огромный циркуль и другие непередаваемые штуки. Он обожал цифры и геометрию. Вяткин считал, что вся красота и загадка мира заключена в цифрах. На уроках геометрии и алгебры при решении задач он всегда искал новые тропы и схемы. Часто приходил к неверному ответу, по словам учительницы, но он-то знал: что творить просто другие неспособны. Да, он не применяет формулы, часто путает или просто не помнит, но зато выводит свои законы.
Вот и сейчас юный кубометр взошел на авансцену и принялся мерить рулеткой все плоскости, и так увлёкся, что чуть не померил женщину, стоящую в углу. Потом пошли другие приспособления. И после того, как были получены все цифры, он открыл свой ноутбук, внес всё в таблицу и начал колдовать. Через три часа сосредоточенного движения чисел и формул по таблице он победно вскинул кулак вверх. Увидев это, начальник быстро подбежал к нему — обычно Вяткин просто так не размахивает кулаками. Все подбежали к нему и стали слушать. Вяткин встал в учительскую позу и начал объяснять слепоглухонемым, где собака зарыта, а точнее — труп.
По его словам, выяснялось, что убийца — консьержка, а труп — под раковиной. Как Вяткин осмыслил ситуацию в цифрах и нашёл верный ключ? Всё элементарно. Он ведь измерял не только парадную, но и место консьержки. У неё в углу стоит злосчастная раковина. Так вот, периметр раковины был равен росту мистера Крока. Другие возразили: «Периметр равен 160 см, а рост — 162». Тогда юноша почувствовал раздражение — надо прям всё разжёвывать идиотам! —и он терпеливо объяснил, что мы живём в трёхмерном мире, и эти два сантиметра уходят вниз, образуя третье измерение и придавая глубину печальному событию. К тому же, почему эта старушенция так взволнована и вся трясётся? Правильно, боится возмездия.
Вяткин привёл блестящие аргументы, которым никто, в том числе начальник, не смог возразить. И было решено арестовать старушку, а раковину не трогать — всё-таки не по-человечески расковыривать могилу.
Консьержка, ошарашенная, выслушала предъявленные обвинения, начала отбрыкиваться и кричать. Женщину сковали наручниками и отправились с ней в отделение. К сожалению, никого из мужчин дома не было, а женщины не смогли оказать сопротивление.
3
Вечером люди, как обычно, вернулись в свои дома. И, узнав о том, что произошло днём, жильцы были шокированы и не могли поверить. Трое человек поехали в отделение, чтобы узнать подробности задержания. А другие начали звонить в вышестоящие инстанции. В ОМВД района не смогли дозвониться и разошлись по квартирам. К ночи вернулись мужчины. Вызволить старушку из отделения им не удалось.
Все это нарушило обычный ход событий в конкретном доме. Во-первых, не было консьержки, а значит, непонятно, кто впускает и кто выпускает; замены никакой не подослали, да и неясно, куда нужно было обращаться с этим. Во-вторых, все еще не было того странного типа, что уполз в неизвестном направлении. Проще говоря, все не находили себе места, женщина: которая поливала цветы в парадной, не могла проникнуть в дом, и посторонние тоже.
Тогда жильцы решили коллективно обратиться к вышестоящим: они написали письма во многие инстанции, в которые входили помимо полицейских, следственного комитета и суда еще профсоюз вахтерш, ООО «Стройград» и, наконец, вице-мэру Москвы.
Через неделю им пришёл ответ от следователей, что они ознакомились с материалами и тоже не особо поняли позицию Вяткина, поэтому было решено освободить консьержку и продолжить расследование. На самом деле это не следователи выяснили и решили, а вице-мэр: как назло, ему на глаза попалось письмо; и по случайному стечению обстоятельств он был трезв; и ещё он устал от безделья; и решил поработать (а это, замечу, было самым редким явлением за его долгую службу на посту). Аргументы Вяткина мужчина плохо воспринял, так как ненавидел всё, что связано с математикой. Вот если бы доказательства были обоснованы с точки зрения керлинга или ресторанного бизнеса, он мог бы их принять.
Вяткин, прознав новость, сильно огорчился: ему уже светила медаль за молниеносное завершение дела, а тут всё пролетело мимо. Он подходил к своим коллегам и пытался понять, что не так, почему всё плохое происходит с ним. Почему должен всегда страдать Вяткин? Все же видели, как старушка вела себя — да, выглядит она как преступница. Болтая с другим полицейским, он не видел, как теряет своего собеседника, и продолжал разгонять свое мрачное обиженное настроение на всех.
После старушки в ход шли все женщины, которые отказали Вяткину, — будь то в конфетах или в нахождении в собственном доме. Он помнил всех женщин, начиная от утробы до сегодняшнего дня, которые ему насолили; он делил их по степени тяжести их грехов в отношении него. Как-то Вяткин позвал девушку на свидание и после знакомства с ней сделал комплимент, сказав: «Ты так красива, что хочется облизать тебе ляжки», — а та начала возмущаться и кричать. Короче, непонятно, что с ними делать — вот эта консьержка из той же породы.
В итоге он постоянно возвращался к преступлению и произносил:
— Дело алогичное, следовательно, женское. Она самый подходящий кандидат.
Так он слонялся по участку, думая о том, как система ценностей другого человека его угнетает, ведь если бы вице-мэр вместо спорта любил логику, он увидел бы всю полноту бытия — и, то есть преступления.
4
По делу же Кроквея открыли дело и начали его активно искать. Ну, как активно искать: просто распечатали листовки и развесили вокруг этого дома. Листовки полицейских перекрывали объявления жильцов дома, хотя информации на вторых было больше и просто они были более качественными. У полицейских была всего одна фраза, написанная от руки: «Пропал человек». На некоторых мужчины писали свой номер — кому-то нужно было продать электропилу, кто-то хотел преподавать рисование. А один написал, что хочет взятку, а то он давно её не получал и ему от этого грустно. Весь участок веселился как мог.
Вяткин же за несколько дней изменил свое мнение радикальным образом: теперь он убежден, что дело сложное и изощренное, следовательно, не женское. Надо сначала найти тело, а чтоб найти, нужна информация о пропавшем. Но у полицейских было два сведения, что это мужчина и фамилия Кроквей (второе вызывало сомнение).
Парень начал пробивать фамилию по всем базам данных — все, кого он обнаружил, работали в посольстве США. Тогда Вяткин отправил письмо в посольство со словами: не пропал ли кто-нибудь из консулов?
Пока натуралист искал тело, жильцы во главе с консьержкой начали свои поиски. Они решили искать по всей Москве. Поделили между собой на округа и пошли в поход. Люди без остановки искали митера Кроквея, забросив работу и детей, днём и ночью. Остальных горожан пугали факельное шествие ночью, но что можно было поделать с этим — и они присоединялись. Весь юго-восток Москвы пылал, начиная с 19:00.
После прохождения по всей периферии оставался центральный административный округ — благо он маленький. И вся толпа двинулась в центр. Когда жильцам присоединилась большая часть населения, то консьержка подумала, что половину можно отправить искать в Подмосковье, а с центром они быстро управятся. Вот частями батальоны уезжали: некоторые вздумали расширить ареал поиска и уехали в Хабаровск; один коллектив юных программистов сказал, что нужны международные поиски и лучше им начать со Швейцарии.
Оставшаяся часть со старушкой двинулась в сторону Садового кольца. Ночью возобновились действия, люди перекрыли дорогу. Они не хотели этого, но так получается, когда четыре миллиона людей с факелами в унисон ищут что-то. Потом неудобства исчезли: поселенцы ЦАО также присоединились и продолжили путь. Вот уже был черед Красной площади.
5
Вяткину всё не спалось: он не мог разгадать загадку уже целый месяц. У него были данные фамилия и род. Парень сделал таблицу, куда внёс все конфигурации человеческого поведения и его взаимодействия с неодушевленным и одушевленным миром. Так он обрабатывал схему из показаний, что пропавший — мужчина. Фамилия мало что давала, возможно она была вымышленная. Так что он всё время соединял и разъединял версии. Одна из его версий, когда он её соединил с параллельной, до него дошло: вот-вот разгадка! Вяткин подпрыгнул от радости и помчался на Красную площадь.
Через час он смог добраться до пункта: из-за людей пришлось проталкиваться. Все плотной массой окружили Вяткина, но он не сдавался и наконец дошёл до консьержки. Она, завидев его — разозлилась, недавние воспоминания мешали ей быть объективнее к полицейскому. А тот мчался рассказать прекрасную новость о раскрытии преступления. Но старушка не хотела его слушать, тогда юноша закричал в мегафон, что тело здесь, в мавзолее, — он точно знает.
6
Кроквей спокойно спал в саркофаге Ленина. Он ничего не знал о том, что происходит вовне. И вообще ему надоело лежать, но что делать. Кто-то должен лежать, пока нет тела. Эх, сколько можно!!! Вот уже 2–3 месяца прошло, а Ленин не нашёлся. Ему, конечно, нравилась его работа, но этого уже чересчур — переработкой не назовёшь.
А как было дело: мистер Кроквей, как всегда, пришел на работу, лег в саркофаг, а потом ему сказали лежать дальше — видите ли, тело выкрали. И вот с тех пор лежит; после закрытия, конечно, можно позаниматься своими делами, но работа отнимает у него все силы. Обычно он приходит, лежит два часа (пока тело Ленина приводят в порядок) и уходит — и так уже 10 лет.
Его и взяли на работу, когда увидели на собеседовании, как он талантливо притворяется бальзамированным телом. Это был природный талант. Помимо того, что у него прекрасно получался Ленин, так в этой работе были сплошные плюсы: платили много, лежать нужно два часа, и с ним периодически совокуплялись посетительницы. Лежишь себе такой и чувствуешь, что уже началось. Он так искусно не шевелился, что никто и не понимал: это просто притворщик, а не вождь.
Ну вот идеальная работа, но эта идиллия разрушалась с момента похищения тела. Кто мог похитить — загадка, кто вообще узнал, что он сменяет Ленина на посту? Пару раз он приобнял кого-то, но они были заняты. А те специальные отряды, которые должны искать Ленина, забросили дело в самом начале, увидев, что Кроквей неплохо справляется.
В то время, когда мысли крутились в голове у несчастного мистера К., Вяткин пробивался к мавзолею с камерой и толпой. Они все не поместились бы, поэтому вошли десять человек, а остальные ждали внизу. Вяткин покачал слегка мистера, тот проснулся, но не шелохнулся по привычке, его начали трясти со всех сторон, но опять ничего.
-Что сказать, профессионал своего дела, — восхитился старательностью полицейский.
Через пять минут качания, дергания и криков мистер К. открыл глаза. Вяткин его обнял и сказал, что всё завершено, они могут идти. Мужчина смутился и сказал, что его пока не отпустят. Кто вместо него ляжет?
В разгар происходящего в мавзолей ворвался спецотряд Ленина и объявил, что мистер Кроквей должен остаться: на кого будут смотреть люди? А Ленина не получается найти. На это у Вяткина тоже был ответ: он указал направление, в котором надо копать.
7
Далее события протекали еще быстрее.
Мистер Кроквей и Вяткин вышли к людям, и, так как мистера никто в лицо не знал: то люди не сразу поняли, что нашли его. Пришлось Вяткину объяснять, что случилось. Люди постояли еще полчаса и разъехались по домам. Жильцы были удовлетворены и тоже пошли спать.
На следующий день в новостях шёл репортаж с места захвата банды некрофилок во главе с почетной дамой света, которая выкрала Ленина. По их показаниям, они вынуждены были пойти на этот шаг, так как уже много лет вместо холодного и твердого Ленина им подсовывают нечто теплое и рыхлое. Если другие — идиоты, то только не они. В словах сквозила досада, что многие годы их водили за нос.
И как так: ладно юные, только начинающие и неподкованные любительницы Ленина, но и опытные дамы не заметили подмены, не заметили признаков жизни! Шарлатанство закончилось, когда приехала их предводительница и по доброй памяти заглянула к Ленину и уже вся была готова, как поняла, что это не он.
Она-то знала каждый дюйм этого прекрасного человека еще с 1954 года. В юности проходило и дня без посещения мавзолея, потом уже она организовывала съезды, где группами приводила девушек к телу. О беззаботные деньки, полные радостных моментов! Поэтому её обескуражило то, что она увидела: какой-то сероватый мужичок, который еще старается подглядывать. Непонимание обернулась злостью: как так можно поступать с людьми-то бессовестно, отнимать единственный легальный способ утолить свою страсть. Получается, годы они щупали живого мужчину?! И он ещё от этого получал удовольствие.
И тогда у них родился план: выкрасть тело, когда оно будет в лаборатории, и вернуть им Ленина!!!!! И правда, всё бы получилось, если бы не этот гениальный Вяткин.
Вяткин же в свою очередь получил награды и купался во всеобщем обожании. Как он разобрался в этой истории — невероятно.
Для него же это было проще простого: в своих схемах он расписывал все возможные варианты человеческого поведения с его рождения, и у него были кусочки мозаики, которые идеально сошлись. Это был 3876-й и 985-й варианты, и там, и там Ленин был связующим элементом. К тому же его на мысль навело его недавнее свидание, когда девушка на него накричала из-за ляжек. Сейчас он понимает, что тогда произошло. Девушка не хотела с ним встречаться, а это значит, что ей не нравятся мужчины; но она согласилась прийти — это значит, что всё-таки нравятся; она накричала после комплемента — значит, ей не нравятся движущиеся и инициативные; Но движение — это признак живого существа, значит, ей не нравятся живые мужчины. А где достать в Москве мертвого хорошего мужчину, которому будет свободный доступ? Это только Ленин. Дело раскрыто!
Начальство было восхищено, как тонко чувствует материю мира Вяткин. Ему внимание льстило, хотя и было обидно, что женщины даже Ленина ему предпочитают.
Что же до Кровея, то он вернулся домой, собрал свои вещи и готовился к отъезду. Работы больше нет, некрофилок тоже, да и денег… В один миг он лишился всех благ и был огорчен, и теперь впереди только длинная пенсия. Хотя кто его знает, может, когда-нибудь он вернется к Ленину.
