radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post

Звучание «Грозы»

Antonina Shevchenko


Благодаря фестивалю «Золотая Маска», 1 апреля Москва увидела и услышала постановку Андрея Могучего «Гроза». Создатель Формального театра и художественный руководитель БДТ имени Г.А. Товстоногова давно прослыл режиссером-визионером. В его постановке «Школа для дураков» по одноименной повести Саши Соколова практически не было текста, но было много музыки, которая лишь обрамляла визуальный ряд, сделанный настолько тщательно и детально, что слова там были и не нужны. Став художественным руководителем Большого Драматического Театра, Андрею Могучему пришлось вписываться в новый контекст, и одной визуальности оказалось мало. «Нет текста без контекста», — любит повторять режиссер. Текстом для нового контекста и стала «Гроза» Александра Островского.

На вопрос, почему Андрей Могучий выбрал для постановки именно «Грозу», он отвечает, что в театре как раз подобрался подходящий для этой пьесы состав актеров. В 2016 году в стажерскую группу поступила молодая актриса Виктория Артюхова и тут же получила роль Катерины. Видимо, она и была последним элементом в этом паззле. Роль Кабанихи исполнила Народная артистка Росси Мария Игнатова, Тихона — Алексей Винников, купца Дикого — Дмитрий Воробьев.

В постановке «Грозы» Андрей Могучий отказался от психологического театра Станиславского и обратился к существовавшему во времена Островского театру исполнительскому. Актеры не переживают свои роли, а играют типажи. Так было в площадном искусстве скоморохов, и так работал Анатолий Васильев, пытаясь создать еще в Советской России условный театр. Все участники постановки Могучего облачены в черные стилизованные костюмы, где форма головного убора дает персонажу характеристику: у Катерины это солнце, у Варвары — козьи рога, у Кабанихи — готический храм. Декораций практически нет, задника сцены не видно — всё погружено в непроницаемую тьму, будто черная грозовая туча давно поглотило город Калинов. Лишь иногда сверкают синие молнии, и мы можем увидеть то силуэты деревьев, то фигуры лошадей, то какие-то подвешенные мешки, будто с их останками. Художественный подход к постановке не случаен. В древнерусских былинах Калинов мост соединяет два берега — мир живых и мир мертвых. На этот мост и попадает Катерина из своей беспечной жизни, чтобы умереть. Ее красный наряд — это не только материализация идеи Николая Добролюбова о луче света в темном царстве, но и знак того, что она в этом маргинальном мире чужая. Чтобы быть счастливым в Калинове, нужно уметь врать, но Катерина не в силах этого делать. Изменив своему мужу Тихону с Борисом, она признается во всем и начинает себя корить и изъедать. Жить в обмане для нее — хуже смерти. Борис, образованный молодой человек, который приезжает из Москвы к дяде — купцу Дикому. Но после признания Катерины ему по воле дяди приходится уезжать в Сибирь, то есть на верную гибель. Для него, человека со стороны, Калинов мост такое же переходное место, как и для Катерины.

Актеры всегда обращены лицом к зрительному залу, их выкатывают на специальных платформах молчаливые персонажи с закрытыми лицами, похожие на плачей, а по окончании сцены неспешно закатывают обратно во тьму. Каждое движение артистов продумано и точно. Но Андрей Могучий ушел далеко от визионерского театра, сделав своим соавтором композитора Александра Маноцкова, с которым уже работал в стенах БДТ над спектаклем «Что делать».

Актеры Александра Маноцкова не говорят, а распевают. Их речитативы и народные распевы сопровождаются большим барабаном, стоящим прямо в зрительном зале у подмостков, отбивающим ритм и гремящим громом. Мало того, все герои, кроме москвича Бориса, произносят текст со специально созданном псведоволжским говором. Эта идея пришла Александру Маноцкову во время тренингов, когда он отрабатывал с актерами ритмические рисунки персонажей. А благодаря музыкальному руководителю спектакля Анне Вишняковой идея тренинга переросла в одну из главных эстетических составляющих спектакля.

Борис отличается не только московским говором, но и оперным распевом. На роль Бориса Андрей Могучий пригласил солиста оперной труппы Михайловского театра Александра Кузнецова. Оперная тема Бориса на слух воспринимается довольно странно и несуразно, зрители подчас не могут сдержать смех. Сам Маноцков назвал ее «нарочито банальной и чрезвычайно знакомой». А технику создания обозначил, как «темпоральную тональность»: Александр Маноцков смешал поздний городской фольклор, русский романс и эстетику музыки Даргомыжского.

«В спектакле “Гроза» я работаю тем способом, каким и должен, в принципе, работать композитор в театре: как оперный композитор, — говорит Александр Маноцков. — Андрею Могучему пришла в голову идея, что роль Бориса — оперная; соответственно, поёт эту роль, по нотам, в сопровождении живых инструментов, оперный певец. Он как бы носит оперу с собой: она возникает в спектакле то на время его отдельных реплик, то на время больших эпизодов с его участием; Катерина в сценах с Борисом тоже поёт. Музыкально — в более широком смысле — существуют и все остальные исполнители. Мы придумали особую ритмо-интонационную эстетику, отсылающую к «достаниславскому» способу существования артиста в традиционном театре. Это органично тексту, написанному до возникновения «психологического” театра».

Когда Катерина признается Варваре в любви к Борису и получает от нее ключ от калитки в саду, она преображается не только физически, распрямив спину и перестав плакать. В дуэте с Борисом она сливается с ним в музыкальное целое, уйдя от народной мелодики к его оперной теме. Но ее счастье длится не долго, и, вернувшись в дом Кабановых, она снова перейдет на речитативы. Все действие спектакля сопровождается еле заметным минималистичным музыкальным сопровождением. Хор то и дело начинает распевать «Калинку», но заканчивает ее только в конце первого действия под раскаты грома и сверкание молний, что больше похоже на вакханалию в загробном мире.

Из школьной программы мы помним, что Катерина гибнет из–за Кабанихи. В постановке Андрея Могучего Катерина сама изводит себя размышлениями о грехе и стыде за этот грех. Она говорит, что лучше быть наказанной на Земле, чем предстать с грехом перед Богом. Она доводит себя до изнеможения муками и терзаниями. Искупив таким образом свой грех, теперь ей не страшно предстать перед Богом. Поэтому, когда она решается покончить с собой и войти в реку, она кружится на помосте, распевает «Жить нельзя» и щебечет по-птичьи. Со смертью она, наконец, обретает свободу. Финальная сцена с Тихоном и Кабанихой разыгрывается под женский хор, который, обращаясь к традиции причитаний, поет на несколько голосов: «Женщина в воду бросилась».

Союз Могучий-Маноцков на наших глазах создает новый музыкальный театр, где музыка так же важна, как и визуальность. В спектакле «Гроза» БДТ фигура композитора встала на один уровень с фигурой режиссера. Музыка в «Грозе» создает не только оформление и передает настроение сцены, она обозначает характеры персонажей, как обычно это происходит в оперном театре.

Subscribe to our channel in Telegram to read the best materials of the platform and be aware of everything that happens on syg.ma

Author