Create post

Ассаи и Кьеркегор

Андрей Коробов-Латынцев 

Ассаи и Кьеркегор

«Правда, забери свое дерьмо обратно» — Ассаи

«Иов благословен. Ему вернули все, что у него было. И это называется повторением. Когда наступает повторение? На человеческом языке этого не скажешь: когда всяческая мыслимая для человека несомненность и вероятность говорит о невозможности» — Сёрен Кьеркегор

«На весах Иова скорбь человеческая оказывается тяжелее, чем песок морской, и стоны погибающих опровергают очевидности. Когда всякая мыслимая для человека несомненность и вероятность говорит о невозможности, тогда начинается новая, уже не разумная, а безумная борьба о возможности невозможного» — Лев Шестов

Кьеркегор, и вместе (вслед за) с ним Лев Шестов говорят о простой вещи — о сомнении в так называемых вечных истинах. Что такое вечная истина? «Сократ убит» — это вечная истина? Но как же могла «вечная истина» родиться в 399 году до н.э.? Вот Шестов и Кьеркегор и говорят, что что-то не так с этими «вечными истинами», что нельзя им верить просто так. По крайней мере, мы можем противопоставить этим бетонным, неподвижным и нависшим над нами «вечным истинам» Истину Живую, подвижную и преображающую. Над такой Истиной не властны «вечные истины», потому что такая Истина есть Бог, а для Бога всё возможно, даже бывшее сделать небывшим. Кьеркегор и Шестов отчаянно взыскуют такой невозможности, вся их философия — это отчаянный экзистенциальный вопль о невозможном. Но Кьеркегор и Шестов, как и их герои (Иов, Авраам и другие персонажи кьеркегоровских текстов), просят у Бога отменить прошлое, а когда в песне Ассаи говорится «Правда, забери свое дерьмо обратно», то это обращение не к Божеству, но к Действительности, к Правде, которая несет нам скорбь и отчаяние. Здесь интересен именно этот поворот в обращении, от Бога к Миру. Отсюда и другая лексика: ежели к Богу обращаются в страхе и трепете, то к голой Правде можно обращаться именно так: «забери своё дерьмо обратно». Обратно — в небытие. Здесь налицо оскорбительное отношение к тому, к кому обращаешься, нарочито оскорбительное, но ведь это и понятно, потому что если Бог еще может услышать человека, то Мир как голая Правда к человеку совершенно равнодушен, и потому Ассаи, обращаясь к Правде, не надеется вовсе, что его слова будут услышаны. Это бесконечный тупик поворота от Бога к Миру, с которым протагонист сводит счеты при отсутствии всяческого метафизического тыла.

Subscribe to our channel in Telegram to read the best materials of the platform and be aware of everything that happens on syg.ma

Author