Лейбл «ТОПОТ»: документация московской импровизационной музыки

Даниил Бурыгин
19:08, 10 февраля 2015🔥
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
"ТОПОТ" (слева направо): Иван Якушев, Евгений Галочкин, Константин Сухан, Дмитрий Кузовлев

"ТОПОТ" (слева направо): Иван Якушев, Евгений Галочкин, Константин Сухан, Дмитрий Кузовлев

За последние несколько лет московская импровизационная сцена заметно разрослась. Количество групп увеличивается, музыканты часто сотрудничают друг с другом, существует несколько мест, где регулярно проходят концерты этой музыки. Доказательством этому служит появившийся летом 2014 года московский лейбл (и одноименная газета) «ТОПОТ». Основатели лейбла — трубач Константин Сухан, дизайнер Иван Якушев, журналист Евгений Галочкин и гитарист Дмитрий Кузовлев.

За свое короткое существование лейбл успел выпустить шесть релизов. Среди артистов лейбла — молодые музыканты-импровизаторы и академические композиторы из Москвы и Петербурга. Газета «ТОПОТ» делает попытку осмыслить эту сцену и ее аудиторию.

В преддверии концерта 11 февраля в клубе «Китайский летчик Джао Да», на котором состоится презентация двух новых релизов, основатели «ТОПОТа» рассказали о своей деятельности и о состоянии импровизационной музыки в Москве.

Что такое «ТОПОТ» — совокупность отдельных проектов, сообщество?

Константин Сухан: Сейчас это издательство, лейбл и параллельно еще и музыкальный коллектив «ТОПОТ Аркестра», в котором играют музыканты, занимающиеся импровизационной музыкой. 11 февраля у нас будет концерт, где все это можно увидеть и послушать. Издательство выпускает газету — пока что вышел только один номер. Я занимаюсь лейблом, Ваня занимается графикой, оформляет диски, газету и постеры, Женя отвечает за организацию газеты. Дима — внештатный редактор. Мы все вместе это делаем, но кто-то больше выполняет какую-то определенную функцию.

Кто пишет материалы для газеты?

Иван Якушев: Часть материалов пишут Женя и Дима, какую-то часть пишут наши знакомые музыканты того же круга и зрители, которые активно ходят на концерты. Алексей Борисов, например, написал для нас статью. К концерту должен выйти второй номер.

Евгений Галочкин: Сейчас выпущен нулевой номер, причем мы сразу вышли на международный контекст — там есть интервью с норвежско-датскими музыкантами Метте Расмуссен и Столе Лиавик Сульберг. Они выступали в ДОМе, на следующий день — на какой-то закрытой вечеринке, а 8 марта — в студии Андрея Митенева вместе с «Бромом». Мы у них взяли на кухне такое кривоватое, но вроде смешное интервью. Есть стихи композитора Кирилла Широкова, обзоры наших альбомов.

Image

Газету можно приобрести только на концертах?

Иван Якушев: Да. Вообще мне кажется, есть ощущение какой-то общности среди молодых московских музыкантов. История «ТОПОТа» как газеты и лейбла — это попытка собрать все это в одном месте, описать как единое явление. Газета распространяется на концертах такого типа музыки.

Дмитрий Кузовлев: Это как стенгазета на предприятии. Стенгазету читают рабочие, у которых есть какая-то размеренная жизнь, связанная с этим предприятием. У тех людей, которые ходят на концерты, тоже есть своя жизнь и интересы, связанные с такого рода музыкой. Газета — вестник этой микрокультуры.

Константин Сухан: Но пока это реализуется на простом уровне, это еще не конечный результат, нельзя пока назвать вестником.

По каким критериям отбирается музыка для издания?

Константин Сухан: Сначала появляется материал — свой или то, что предложили друзья. Мы его слушаем, если нравится, начинаем реализовывать. Технически это довольно просто, мы выпускаем все на CD-R.

ПоЧеСуСы – «На Выставке Фарш-2013» (июнь, 2014).

ПоЧеСуСы – «На Выставке Фарш-2013» (июнь, 2014).

Иван Якушев: У нас сейчас выходит серия под названием «Документы», ориентированная на бутлеги. Все это часть репортажа. Конверт с неким документом или фиксация истории, которая развивается во времени. В основном, это записи концертных выступлений. В импровизационной музыке интересны сами точки соприкосновения разных музыкантов. И интерес часто фиксируется именно на маргинальных проявлениях деятельности коллективов, на каких-то совместных проектах. Мне лично интереснее издать на «ТОПОТе» концерт группы Бром с каким-нибудь Рубановым (саксофонист группы «Аукцыон» Николай Рубанов. — Ред.), чем, скажем, студийный альбом Брома.

Дмитрий Кузовлев: «ТОПОТ» — это некая площадка, где можно издать какие-то непричесанные мысли — случайные коллаборации, неожиданные сочетания групп и приглашенных музыкантов.

Можно ли сказать, что такой тип документации — наиболее адекватный для сегодняшней московской импровизационной сцены?

Дмитрий Кузовлев: Наверное, можно. Я, например, сейчас не знаю группу, которая записала бы такой альбом, который мне захотелось бы издать — как продукт, который можно много раз переслушать, в который много вложено, когда альбом — это вершина айсберга над кучей переживаний. С другой стороны, здесь есть интересные находки, в импровизациях и на концертных выступлениях, которыми хочется поделиться. Мне кажется, сейчас вообще такая ситуация, что у музыкантов недостаточно свободного времени, чтобы погрузиться в себя, переработать материал. Но в концертных записях есть какая-то жизненность — как в набросках, в них есть хрупкость, красивость сиюминутного впечатления. Ты сильно не вглядываешься, насколько правильно там все нарисовано.

Изразец – «Концерт в культурном центре ДОМ» (июль, 2014).

Изразец – «Концерт в культурном центре ДОМ» (июль, 2014).

Константин Сухан: Я вот не согласен. Мне кажется, выходят альбомы, которые имеют такой результат, который имеют, и в этом их ценность. Конкретно наши диски для меня — это записи, которые имеют определенные акустические свойства. Материал непричесанный в силу того, как он фиксировался. Например, запись группы One Room сделана в коммунальной квартире на Поварской. Изначально мы сняли фильм, в котором музыканты разошлись по комнатам, импровизация записывалась на zoom, музыканты взаимодействовали друг с другом из разных комнат, а оператор все это снимал.

Потом мы пошли в одну комнату и сыграли еще одну импровизацию. Этот диск интересен акустическими свойствами пространства и самой ситуацией, в которой он был записан. Первый релиз, проекта «ПоЧеСуСы», интересен тем, что там практически не слышишь музыкантов, а слышишь помещение, которое звучит — депо Курского вокзала во время художественной выставки. Следующий релиз, который скоро выйдет, где играем я, Генри Кайзер и Антон Пономарев, записан в номере отеля. Эта серия — свершившиеся ситуации, которые хочется материализовать. Следующая серия у нас будет состоять из студийных записей, с другим звуком и уже другим оформлением.

Дмитрий Кузовлев: Хотел бы добавить, что концерты проходят, но после них ничего не остается. Поделиться воспоминаниями о концерте, который был четыре года назад, ты можешь только с тем, кто тоже там был. А если есть такой документ, ты всегда можешь его предъявить, как улику.

Какие альбомы должны выйти в ближайшее время?

One Room (январь, 2015).

One Room (январь, 2015).

Константин Сухан: Запись с Генри Кайзером, Антоном Пономаревым и мной была сделана в сентябре. Мы выступали все вместе на фестивале «Апозиция» в Петербурге. В одно утро я подошел к Генри Кайзеру и сказал: «Генри, а давай запишем с тобой альбом в номере отеля!» Генри сказал «окей», мы пошли в номер и поимпровили где-то час с лишним, получилось интересно. Второй — альбом питерской группы «Византийский Арт Панк Ансамбль». Это музыканты, скорее, предыдущего поколения — Алексей Плюснин, Дмитрий Каховский, Кузьма из группы «Коммунизм» и московский пианист Константин Гурьянов по прозвищу Жаба.

Евгений Галочкин: Релизы «ТОПОТа» зачастую носят случайный характер — то есть рождаются случайно. Например, первого релиза, записи концерта группы «ПоЧеСуСы» на фестивале «Фарш», могло бы и не быть — каким-то чудом удалось завести аппаратуру и вовремя включить диктофон. До этого у нас сломался генератор и обесточил всю сцену. Релиз One Room сложился за пару дней — волей случая французский музыкант Хьюго Винсент оказался в эти дни в Москве и был свободен, также как и контрабасист группы Goat’s Notes Владимир Кудрявцев — в последнее время его чаще можно встретить в Париже, нежели тут. Ну и не имей Костя столько смелости, чтобы подойти и так напрямик предложить Генри Кайзеру поимпровизировать вместе, не было бы этого замечательного альбома, записанного в гостиничном номере.

Метро 3\Граммъ – «Amanita\Tayna Live» (январь, 2015).

Метро 3\Граммъ – «Amanita\Tayna Live» (январь, 2015).

Группы, чьи альбомы выпускает «ТОПОТ», звучат совсем по-разному. Что-то их объединяет, на ваш взгляд?

Иван Якушев: Если посмотреть на группы, чьи альбомы у нас выходят, можно заметить, что в их составы зачастую входят одни и те же люди. В одном случае они играют что-то агрессивное, в другом, что-то совсем тихое и построенное на нюансах. Я бы сказал, что это единство каких-то творческих историй музыкантов, которые сейчас живут в Москве или Петербурге. Для меня наш лейбл — это как раз попытка исследовать то, в чем эта общность заключается. Она распространяется на широкий спектр — от молодых композиторов из консерватории до каких-нибудь нойзовых ребят из панк-среды. Первично здесь артикулированное высказывание музыканта, а стиль уже вторичен. Для нас важно, чтобы за этими записями стояла глубокая внутренняя работа. А как будет стилистически выражено — зависит от музыканта.


Вы планируете издавать музыку иностранных музыкантов?

Иван Якушев: Мне кажется, «ТОПОТ» — это скорее история про Россию, если нужно ввести хоть какое-то ограничение.

Константин Сухан: Я лично за то, чтобы разные были истории. Я думаю, мы должны взаимодействовать и с питерскими музыкантами, и с калифорнийскими. Вот, например, мы знакомы с Леонидом Сойбельманом из группы «Не ждали». Говорят, он уже наделал много сольных работ с гитарой. Может быть, попросим его прислать, никто не издает, а «ТОПОТ» издаст.

Иван Якушев: У нас как раз должна скоро выйти серия сольных альбомов. На вышедших дисках мы видим разные комбинации музыкантов, которые складываются вместе, и мы слышим общий голос. А слушая сольные диски, мы можем понять, из чего состоят эти элементы, и это обогащает восприятие музыки. У нас уже готов один альбом для этой серии, Кати Рекк.

Сейчас в мире существует огромное количество независимых лейблов, которые издают импровизационную и экспериментальную музыку. Многие из них — нет-лейблы, вообще не выпускающие музыку на физических носителях. Понятно, что все они сильно отличаются от лейблов 1960-х, которые издавали фри-джаз и свободную импровизацию — ESP или FMP. Тогда это были скорее предприятия, занявшие определенную маргинальную нишу в джазовой рекорд-индустрии — во многом, благодаря буму 1950-х–60-х годов. Какой, на ваш взгляд, может быть функция таких независимых лейблов сегодня?

Иван Якушев: Создание коммьюнити и истории внутри этого коммьюнити. И еще это знак качества. Ты видишь шильдик Tzadik, и понимаешь, что это хорошая музыка. Потом видишь Rune Grammofon и думаешь: это тоже хорошая музыка, но, наверное, как-то по-другому. Издавая музыку на «ТОПОТе», мы заявляем, что в этом есть какая-то ценность. У нас очень маленькие тиражи, в пятьдесят копий. Весь материал мы дублируем интернете для свободного прослушивания. По сути, эти диски сейчас — скорее объект фетиша, потому что приятно держать вещи в руках. Ведь, вообще, ривайвл винила связан с тем, что вся музыка скачивается в интернете. А если ты не слушаешь диск, то какая разница? Лучше уж купить винил, у него хотя бы большой и красивый конверт.

Константин Сухан: Меня лично устраивает формат CD-R, потому что он не требует вмешательства каких-то заводов, то есть все можно изготавливать своими руками.

Есть общеизвестная тенденция: количество музыкантов у такой музыки растет, аудитория, если не снижается, то по крайней мере не успевает за этим ростом. В такой ситуации усиливается важность непосредственной связи между музыкантами и слушателями. Как вы поддерживаете эту связь?

VAPA (Византийский Арт Панк Ансамбль) – «Lucky Boy» (февраль, 2015).

VAPA (Византийский Арт Панк Ансамбль) – «Lucky Boy» (февраль, 2015).

Константин Сухан: Со временем со многими людьми, которые не занимаются музыкой, но регулярно ходят на концерты, мы становимся знакомыми, и это — естественно и правильно. Чтобы на концерты приходила масса каких-то незнакомых людей, такого не бывает в этой музыке, в том-то ее кайф. То есть нет такого противопоставления музыкантов и аудитории, как, например, у Майкла Джексона и его публики. Это музыка другая, она о каком-то единении и нахождении общего через процесс открытия себя. Это может происходить по-разному: может, как мы сейчас сидим и разговариваем, или это происходит на сцене, потому что сцена подходит для исполнения музыки.

Дмитрий Кузовлев: Важно чувство контакта с публикой на концерте. Я, и как человек, который периодически где-то играет, и как зритель, который ходит на те же концерты, всячески стараюсь этот контакт максимально настроить. Бывает, что музыкант чувствует себя не в своей тарелке, потому что не доверяет до конца публике, а публика не может расслабиться, потому что музыкант слишком крутой или — наоборот. Если получается сгладить эту грань, тогда посетители получают удовольствие, потому что понимают, что есть в этом событии что-то душевное.

Henry Kaiser / Антон Пономарёв / Константин Сухан – «On Stranger Waves» (февраль, 2015).

Henry Kaiser / Антон Пономарёв / Константин Сухан – «On Stranger Waves» (февраль, 2015).

Константин Сухан: На мой взгляд, все зависит от того, насколько ты это делаешь бескорыстно. Вообще эта музыка подразумевает бескорыстие. Взаимосвязь строится на том, с каким качеством и интересом музыканты делают свое дело и каким образом происходит коммуникация со слушателем. На концерт мы приглашаем как можно больше людей, делаем концерт-событие, назначаем презентации новых релизов и тому подобное. Чтобы то, что произойдет, было как можно более весело.


Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки