Абразивная сторона — деконструкция границ

Elena Ershova
12:21, 21 апреля 2016951
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Границы — это один из камней преткновения в жизни и современной психологической практике. Различные уровни границ — коммуникативные и физические, реальные и воображаемые, в пространстве или во времени — оказываются мишенью пристального внимания, оставаясь неоднозначной категорией в толковании.

Образ жизни, культура изменяют понимание границ. Новые коммуникационные технологии позволяют преодолеть пространство — интернет, видеозвонки и сервисы мгновенного обмена сообщениями создают эффект единовременного присутствия в разных местах. Область личного, Privacy, размывается — новые смыслы создаются уже не только словами, а скоростью ответа, поскольку в виртуальности все оказываются подключенными почти в режиме нон-стоп, поэтому быстрота ответа кажется определенной выбором ответчика (и она несет в себе определенное значение), а не обстоятельствами. В больших городах проявляется очевиднее, в менее крупных — это динамический процесс, в котором мощно нарастает длительность присутствия в виртуальной среде, стремясь к круглосуточной доступности человека для контакта.

Реальные и воображаемые границы смешиваются: ряд преступлений люди совершают, полагая, что они находятся в «Матрице» или в компьютерной игре, убивая в реальности. Границы восприятия размываются, вбирая в себя пространства, смешивая реальность и виртуальность в единую среду существования. Виртуальность перестает быть однозначно вторичной, дополняющей возможности реального мира. Теперь виртуальная реальность многомерно переживается в непосредственных телесных ощущениях (как очки дополненной или виртуальной реальности). Причудливо смешиваясь, мир предстает перед нами во всей сложности гиперреальности, которая перестает принадлежать философии, оказываясь бытовой действительностью.

С расширением восприятия до единого сложного мира, отдельную часть начинает занимать и пространство игры. Игровое пространство «как бы реальности» из непродуктивной деятельности, свойственной детскому возрастному периоду, она превращается в полноценный инструмент познания, принцип обучения и даже отчасти существования, дополняя действительность.

Рефлексия субъект-объектных отношений

Эволюция границ затрагивает контекст деловых отношений. На тренингах, вебинарах, посвященных искусству презентации, обучают деликатно «наступать» на мнения, интересы другого человека для удержания контроля над ситуацией. Возникает возможность использовать условность границ как конкретный инструмент интеллигентно-агрессивного влияния. В этой ситуации мерой субъекта коммуникации служат не представления о себе, а степень нарушенности рубежа интересов другого, возможность управлять вниманием другого. Осознанная манипуляция границами людей входит в профессионально-важные компетенции бизнесмена. Встреча двух лиц из сопоставления, чей павлиний хвост красивее, превращается в битву, кто выиграет лидерство и звание доминирующего «альфа». Победа за тем, кто ловчее сделает другую сторону объектом своего воздействия, не подпадет под влияние, не сдаст свои позиции.

Субъект-объектные отношения не менее актуальны как область установления, воспитания, обсуждения и исследования границ. В тренде среди просвещенных родителей не делать ребенка объектом, а помочь обрести субъектность. В качестве примера укрепления самостоятельности в вопросе границ– не заставлять ребенка обнимать, целовать или приветствовать других взрослых. Так у маленького человека возникает возможность проявления доброй воли, выбора, исходя из собственных желаний вступать в контакт со взрослым или имитировать поведение взрослых. Несомненно, такая свобода может быть серьезным шагом и к сложному имитационному социальному научению для ребенка. Таким образом, ребенок получает право на волеизъявление, его тело принадлежит ему самому в большей мере, чем представителям предыдущих поколений, которым следовало быть послушными воле родителей «через не хочу».

Исследование границ изменяют смысловую нагрузку и структуру отношений в семье. У ребенка появляются иные возможности: он перестает быть полностью включен как объект Детская самостоятельность в оценках и желаниях, учет личности ребенка — это новый элемент статуса прогрессивного родителя. В конечном итоге, субъектность ребенка оказывается симулякром, что подтверждается историческим контекстом развития родителей «новых» детей, поскольку их воспитывали посредством фиксированных институтов социализации с однозначно заявленными «хорошо и плохо», зачастую без дифференциации специфики и направленности личности.

Я весь не помещаюсь между шляпой и ботинками?

Границы призваны отделять одно от другого, будь то тела, «человеки» или ситуации. Одна из главных философски ориентированных сторон вопроса — где начинаются границы вообще? На первый взгляд, все просто — тело ограничено кожей. Однако достаточно провести эксперимент и, к примеру, сесть на пальто соседа в транспорте, сразу окажется, что границы человека выходят гораздо дальше видимых буквально, телесных. Кажется, что чувственное восприятие ограничено органами чувств, однако, изучая нечто другим предметом, оказывается, что граница контакта смещается с кончиков пальцев на инструмент изучения. Таким образом, человек соединен с опытом, представлениями, одеждой, увлечениями, за счет чего происходит расширение границ. Пальто как объект находится в границах того, что считается «мной» в транспорте, но легко отделяется от «меня» дома; инструмент познания оказывается «мной» в процессе познания, продлевает границы меня, но только на момент познания. «Я» продлевается до того, с чем можно себя бесконфликтно идентифицировать в каждом конкретном случае.

Границы Я вообще меняют локализацию. Это наглядно продемонстрировано на примере теории открытого индивидуализма, взгляда на тождество личности которого придерживался Эрвин Шредингер. Согласно этой теории любое Я обнаруживает само себя в различных телах, а за всеми разными людьми прошлого, настоящего и будущего стоит единый субъект. Где и когда начинается Я? С момента зачатия во чреве матери или в необъятном Всегда любого человека? Сама возможность наличия этой теории усложняет понимании Я. Я уже не равно одному человеку.

Губка Боб или Фридрих Ницше сказал: «Я сочувствую вашей потере самих себя»?

Яркий пример осмысления границ представлен в мультфильме «Абразивная сторона» — одной из историй о Губке Бобе квадратные штаны. В этой серии главный герой мультфильма Губка Боб обещает своему другу Патрику поехать в парк развлечений на первом автобусе. Для этого Губка Боб с ночи занимает очередь на автобус. Не смотря на планы и договоренности с Патриком, Губка Боб безоговорочно уступает свое место в очереди незнакомцу по первому требованию. Это оказывается не единственным препятствием: он приходит на помощь каждому, кто об этом попросит, не в силах отказать. Подруга требует, чтобы Губка Боб немедленно поучаствовал в ее эксперименте, начальник не в силах самостоятельно сказать своей жене «нет» и просит от этом главного героя. Интересы других вытесняют его собственные желания. Ему приходится даже перевести бабушку через дорогу — словно больше некому прийти всем на помощь. Поглощенный чужими проблемами, Губка Боб пропускает поездку в парк развлечений.

При этом он отлично понимает внутреннее противоречие между своим желанием отдохнуть и потребностью угодить другим, но не в силах изменить себе и выбрать отдых. Патрик дает совет уставшему Губке Бобу: надо научиться говорить нет, научиться защищать себя. Абразивная сторона — вот он вариант выхода, Губка Боб решает им воспользоваться. Однако эта сторона создает альтернативную сильную самостоятельную часть личности героя, которая норовит взять все под контроль, отстаивая свои интересы в грубой форме. Он легко отказывает в просьбах друзьям, знакомым и даже бабушка осталась один на один с пешеходным переходом оживленной дороги. Такие черты и реакции главного героя отталкивают от него все окружение. Главный герой оказывается без друзей до момента избавления от абразивной стороны.

Интересны расставленные смысловые акценты. Губка Боб является заложником ситуации «Ты должен научиться говорить нет, надо постоять за себя», но и с абразивной стороной он продолжает быть несамостоятельным «Гэри приклеил мне абразивную сторону, чтобы я был круче… Я приклеил абразивную сторону, чтобы изменить характер». Герой не выбирает методов управления ситуацией, скорее, этот выход рождается будто бы сам собой. И даже избавление от альтер эго сопровождается действиями и комментариями других «Не пытайся стать тем, кем ты не являешься. Ты такой, какой есть». Таким образом, главный герой не справляется с нарушением границ и пытается измениться средствами, нарушающими его целостность.

История с Губкой Бобом может быть понята с точки зрения теории социальной идентичности (разработанной Анри Тэшфелом). Согласно этой концепции в личности каждого человека объединяются «Я-имиджи». «Я-имиджи» — это отдельные части личности, которые рождаются из взаимодействия и адаптации к людям, социальным статусам, любым социально опосредованным ситуациям. Я-имиджи похожи на роли, которые люди играют в коммуникации — семейные Я-имиджи (отец, мать, сын, дочь, муж, жена и т.д.), рабочие Я-имиджи (профессионал, коллега, начальник, подчиненный), личные (подруга, любовник) и самоидентичность — как Я воспринимает себя самое.

Губка Боб в этом мультфильме представлен в различных «Я-имиджах»: «Я друг Патрика», «Я помогаю другим», самоидентичность (я тот, кто я есть; я есть тот, кто осознает свои состояния — я устал), «абразивная сторона» (отстаивающая интересы самоидентичности новыми методами, но разрушающая целостную систему личности). Губка Боб ратует за уничтожение абразивной стороны, поскольку она угрожает контактам с другими существами и социальному принятию вообще. В то же время уничтожение абразивной стороны вызвано не только импульсами изнутри, но и внешней средой, и инициируется снижением социальных контактов. Страх разрушения Я-имиджа «Я помогаю другим» связан с близостью этого Я-имиджа с самоидентичностью. Так посыл мультфильма может быть прочитан, как Я-имидж «я помогаю другим» важнее, чем ущерб внутренним ресурсам и желаниям, так как принятие и оценка других очень важна для целостности. Границы Я главного героя распространены до удовлетворения уровня потребностей других существ.

Помимо этого, абразивная сторона хочется вытеснить и самоидентичность. Она критикует самоидентичность, разрушает самооценку. Это такие же агрессивные тенденции, что проявляют герои мультфильма, когда могут наступить Губке Бобу на лицо. Как будто абразивная сторона делает это событие метафорой.

В этом контексте вопрос помощи относителен. Где границы помощи, которая не разрушит исполнителя? Авторами уравнены необоснованное требование уступить место и просьба сказать «Нет», безоговорочное требование участия в эксперименте и просьба бабушки перевести ее через дорогу, работа сверхурочно без оплаты и грубость. Легким салатом перемешаны форма, содержание и суть ответа. Ответ в защиту границ сопоставим с хамством. Получается, что сказать «нет» за другого — это принимается внутренним цензором героя, а сказать нет «во имя себя» — это агрессивно и грубо.

Что же такое границы в этом мультфильме? Границы внутри личности оказываются очень важны и одна часть может управлять происходящими процессами деструктивно, нарушая границы потребностей, возможностей (в предельном смысле, выживания). Даже если часть, овладевающая личностью, социально приемлема и желательна — «я помогаю другим», эта же часть может быть губительна (хотя именно так изнутри и выглядит мир героического поступка — умереть во имя идеи, отодвинув инстинкты выживания). Когда часть стремится управлять всей системой, нарушается внутренний баланс. От этого «короля» не так просто избавиться, ведь он встроен в систему «я-имиджей» личности.

Границы нарушены не только во внутриличностном пространстве героя, но и поддерживаются такими во взаимодействии с другими персонажами. Они меняют движение главного героя, устанавливают свой контекст. У героя не хватает внутренних сил осуществить свои планы, он оказывается функцией для других персонажей. Конфликт находится именно в этой приграничной зоне. Именно здесь проявлена неопределенность границ. В зоне развития героя — формирование внутренней опоры. Для этого необходимо руководствоваться внутренними принципами в установлении границ (этого не происходит), а не копировать убеждения или поведение (что делал герой через абразивную сторону, ее ценности и мотивы). Какой выход дает мультфильм? Будь таким, каков ты есть, не меняйся. Внутренний посыл исходит из области потребностей — будь таким, каким мы хотим тебя иметь.

В психологической практике такого рода проблематика — частое явление. Человек помогает другим, исходя из внутренних ценностей помощи, но забывает о своих потребностях. После ему кажется, что границы нарушены — он истощен, нет ни сил, ни времени, ни ресурсов. Эта проблема не может решиться на уровне взаимоотношений с другими людьми, поскольку отражает сложные границы Я-имиджей, столкновение их интересов, их оценок. Так может статься, что в границы помощника входят проблемы других людей, а собственные сложности могут оказаться во вне. Границы внешнего и внутреннего преломляются в различных ситуациях причудливым образом. И порой трудно сказать, где реальность нарушения границ, а где только отражение их расширения.

Елена Ершова

Добавить в закладки

Автор

File