Gender Theory как фашизирующая теория

Элла Дюбуа
22:57, 15 ноября 2019🔥
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Янн Каррьер (Yann Carrière), доктор психологии, клиницист, автор книги «От сексизма к фашизму» (2014).

Автор считает, что гендерная теория — это антропологическая ересь, которая хочет придумать новый мир — без мужчин и без женщин. Дез-идентифицируя человека, отказываясь признать естественное различие и взаимодополняемость мужчины и женщины, Gender Theory является тоталитарной идеологией с радикальными последствиями.

Yann Carrière

Yann Carrière

(Перевод беседы с Янном Каррьером)

Дать определение гендеру

Дать научное определение — это означает строгий научный подход. Но научное определение, как мне ответили в одном университете — это «атрибут», или признак белого гетеросексуального мужчины XVIII века». Надо сказать, что области гендерных изысканий научная строгость принципиально отсутствует.

Гендерная теория — достаточно туманная теория, но приводит она к радикальным последствиям. Речь идет о технике взятия власти. Гендерная теория захватила власть — в прямом смысле этого слова — в Пекине в 1995 году, на одном из заседаний ООН. Людей, плохо знавших английский и не знавших, что означает gender (они думали, что речь шла элементарным образом о понятии пола — мужского и женского), практически вынудили подписать документ, который отсылал к определенной системе идей, в том числе и политических, имеющих радикальные импликации.

Маргарет Питерс (Marguerite Peeters) говорит о гендерной теории как о «слоях луковицы». То есть там есть вполне заслуживающие уважения составляющие, в которых говорится, что гендер как социальный аспект сексуализированной идентичности (identité sexuée)* — это вполне научное понятие, если подойти к нему строго методологически. Можно действительно попытаься рассмотреть, каковы variables социальных аспектов сексуализированных идентичностей, в этом есть вполне легитимный научный интерес. Но это всего лишь façade soft, потому что на самом деле теоретики гендера проводят совсем другие идеи. Le noyau dur («твердое ядро») этой теории — это рассмотрение гендера единственно в терминах «власти». Это означает, что мужского и женского не существует, говорить о «мужчинах» и «женщинах» реакционно, потому что это иерархическое видение общества, это означает поддерживать «патриархальное» устройство, угнетающее женщину. Гендерная теория призвана уничтожить это несправедливое общество, а для этого необходимо разрушить гетеросексуальность, а также мужскую и женскую идентичность.

*Следует отличать понятия «сексуализированной идентичности» (identité sexuée) — имеются в виду мужчины и женщины, и «сексуальной идентичности» (identité sexuelle), определяемой в зависимости от выбора сексуального «объекта» (гетеро или гомосексуальный выбор): https://www.cairn.info/revue-le-carnet-psy-2016-2-page-1.htm

Оруэлл, язык и гендер

События, описанные в романе «1984», опережают приход гендерной теории к власти всего на одиннадцать лет. Оруэлл ошибся ненамного. Когда нам говорят, что мужчины как такового не существует и женщины тоже, это действительно утверждение типа «война — это мир», это ре-дефиниция слов. Эта особенность присуща всем «идеологиям освобождения», это такая общая стратегия, чтобы сбить с толку, извратить способность к рассуждению. Вот уже несколько десятков лет, как вместо использования интеллекта и рассуждения мы функционируем посредством эмоций и образов — в частности, благодаря рекламе. Ре-дефиниция, или пере-определение понятий — это составная часть этой деградации интеллектуальной рефлексии, отчасти задуманной и возникшей не случайно.

Гендер и влечение к смерти

Препятствовать человечеству мыслить — это почти привести к его смерти. Живое и человеческое функционирует с помощью принципа дискриминации (discrimination — «различение»). Первая, жизненно необходимая дискриминация: определить, съедобно это растение или нет? Я должен различать, что хорошо для меня и что плохо. Именно так функционируют живые существа и именно так функционирует мысль. Если мы отказываемся мыслить, отказываемся различать вещи и явления, возникает угроза. Убрать слово «раса» из Конституции означает отказываться видеть реальность и отказываться называть явления. Не хотеть различать мужчину и женщину, не хотеть называть вещи своими именами — гибельно для цивилизации.

Теоретики гендера знают, каковы последствия их теорий, знают, на что идут, они делают это совершенно сознательно. Один из самых блестящих авторов теории гендера — Ли Эдельман, автор книги No Future : Queer Theory and the Death Drive (2004) — так и говорит, что квир — «бунт» против довлеющей над человечеством необходимости размножаться. Он говорит, что это не случайно, что в фильме Хичкока «Птицы» жертвами являются дети. Квир — это те, кто против человеческой репродукции. Ли Эдельман отстаивает квир-идеологию именно в этом качестве.

Итак, исходя из этого non-définition гендерной теории — отсутствия дефиниции, мы оказываемся в non-pensée — отсутствии мысли. Мы оказываемся в чем-то таком, что убивает человечество. Безусловно, среди теоретиков гендера есть интересные авторы. Можно, конечно, рассмотреть, в чем именно они говорят глупости. Но опасны даже не они, а те, кто использует эти теории, чтобы манипулировать массами. В любой идеологии есть два слоя: те, кто верит и те, кто использует эту идеологию в своих целях. Теоретики гендера знают о последствиях того, чего они требуют. И особенно это касается Эдельмана. Он так и говорит: «Да, мы на стороне влечения к смерти».

Ли Эдельман так и говорит: "Да, мы на стороне влечения к смерти"

Гендер и наука

В целом гендерная теория сводится к следующему: никакой разницы между мужским и женским не существует, отстаивать эту разницу означает отстаивать систему, построенную на угнетении женщин. Следовательно, необходимо ее разрушить.

Идея сама по себе не может быть научной или ненаучной. Научным может быть способ исследования и — и это самое главное — насколько объективно было проведено испытание этой идеи реальностью. А также объективная констатация, находит ли эта идея экспериментальное подтверждение и дает ли она предсказуемые результаты.

Но теоретики гендера совсем не ситуируют себя в научной плоскости. И даже если кто-то из них и претендовал бы на это, у гендерной теории есть один изъян — ее в принципе невозможно доказать. Почему? Какие бы вы ни проводили эксперименты, как бы вы ни проверяли эту теорию реальностью, чтобы доказать ее (а наука состоит именно в этом), результаты будут всегда ограничены и конечны. То есть, если вы подтвердите каким-нибудь экспериментом, что разницы между мужчиной и женщиной не найдено, это совсем не означает, что вы доказали, что этой разницы не существует. Это означает всего лишь, что разницы не найдено именно в этих условиях и именно в этой области. То есть всегда можно будет возразить, что надо было провести другие эксперименты, чтобы попытаться увидеть эту разницу, а вы их не провели. Таким образом, всегда можно доказать, что разница между мужским и женским есть, а вот доказать, что разницы нет — практически невозможно. Для этого нужно провести бесчисленное количество экспериментов и продолжать их до бесконечности. Получается, что есть на свете много разных гипотез, но эта — самая идиотская, потому что доказать ее невозможно.

Есть на свете много гипотез, но Gender Theory - самая идиотская, потому что доказать ее невозможно

Гендер как продолжение радикального феминизма

Либеральный феминизм — это «мы хотим таких же прав». К этому феминизму я присоединяюсь на сто процентов, потому что нет причин, чтобы у мужчин и женщин были разные права. Однако при выполнении требований этого феминизма выясняется, что ожидания некоторых не оправдались. Как объясняет один норвежский журналист из Norwegian Paradox, если вы дадите одни и те же права разным людям, имеющим разные преференции, то у вас будут сильные отличия в результатах. Если женщин больше интересует литература и психология, а мужчин — математика и инженерия, то нельзя получить общество из симметрично одинакового количества мужчин и женщин в профессиях. И это не устраивает тех, кто хотел бы иметь fifty-fifty во всех профессиях, и прежде всего на властных должностях.

Надо сказать, что есть два пути: либо вы примиряетесь с реальностью, либо отрицаете ее, как это делает радикальный феминизм. По аналогии с марксизмом, который делит общество на эксплуататоров и эксплуатируемых, радикальный феминизм объясняет, что существует невидимая система, некая идеология, которая насаждает угнетение женщин, и угнетателями и бенефициарами его являются мужчины.

Тут мы входим в область опасного, потому что подобное утверждение пробуждает ненависть к определенному классу, стигматизирует определенную часть общества и порождает психологию раскола в обществе. С одной стороны — «хорошие», с другой — «плохие». И «плохих» все начинают ненавидеть.

То, что этот феминизм занял доминирующие позиции, привело к возникновению мизандрии — сексизма наоборот, ненависти к мужчинам. У нас принимают квоты, неблагоприятные для мужчин, отнимающие у них возможность получения вознаграждения по справедливости — согласно их способностям, компетентности, вкусам (к риску, к политике, к «твердым наукам» и т.д.) и эффективности работы. Это дало две огромные лжи, которые появились задолго до гендерной теории — ложь о «насилии в паре» (или в семье, хотя эти понятия не эквивалентны), и ложь о том, что женщины за ту же работу получают меньше.

«Насилие в паре» и «неравность зарплат»

Эти две лжи показывают, как функционируют наши медиа и наша демократия. Это очень интересный пример, он позволяет пронаблюдать, как рождается идология и как она захватывает власть. С тех пор, как существует статистика о «насилии в паре» (имеются в виду, конечно же, гетеросексуальные пары), то есть с 70-х годов, все исследования показывают, что женщин, прибегающих к насилию, не меньше, чем мужчин. Если серьезно исследовать этот вопрос, становится очевидно, насилие «в паре» распределяется примерно одинаково. Но подобная статистика не публикуется и не распространяется ни медиа, ни правительством. Умышленная ложь об исключительно мужском насилии распространяется везде, хотя существуют исследования на эту тему и статистика, свидетельствующие об обратном. Но на них никто не обращает внимания. Важно показать, что радикальный феминизм прав и что женщины терпят системное насилие со стороны мужчин. Поэтому им нужно всегда и во всем давать преимущества, потому что женщина — жертва в принципе.

Вторая ложь, касающаяся «неравностей зарплат», тоже пропагандируется всеми средствами. Да, женщины в целом имеют меньше доходов, чем мужчины, но если рассмотреть, по каким причинам, то можно найти им объяснения. Американский автор Уоррен Фаррелл (вполне принимаемый феминистами), составил список этих причин — их у него 25! То есть 25 variables, и если внести их в анализ, они сводят на нет эту псевдоразницу в зарплатах. И даже выдает обратный результат — в целом женщины зарабатывают лучше, чем мужчины. Эта информация существует, она доступна всем. Но почему распространяется ложь? А потому, что эта ложь служит определенной идеологии. Кстати, логика капитализма такова, что, если бы женщинам можно было платить меньше — за такую же работу и такую же эффективность — тотчас бы все предприятия бросились нанимать в первую очередь женщин.

Теория радикального феминизма о несправедливой эксплуатации женщин уже не работает. Например, если рассмотреть категорию «самонанимающихся» женщин, никакая система их не угнетает, потому что они назначают себе зарплату сами. И если при этом они зарабатывают меньше, чем мужчины, то это потому, что зачастую они делают другой выбор. Например, женщина-врач старается принимать меньше клиентов, или работать только в определенные дни. И тут теория угнетения не работает. Тогда как объяснить, что женщин мало во власти, мало среди математиков и инженеров, и что женщины меньше стремятся делать карьеру? И тут радикальный феминизм выдвигает новое объяснение: оказывается, все проблемы женщин — от неправильной «социализации». Кэрол Гиллиган, например, объясняет, что женщины, неосознанно продолжая тысячелетнюю модель, созданную мужчинами в собственных интересах, по привычке сами выбирают себе вторые роли.

Гегемония мужчин

Кэрол Гиллиган объясняет нам, что воспитание обуславливает мальчиков с самого раннего возраста — их растят доминирующими и учат отстаивать свою «гегемонность», а девочек воспитывают покорными и внушают им заниженную самооценку. Работы Гиллиган не отвечают требованиям научности с методологической точки зрения, но они в большой моде, потому что новая идеология создала мощный мейнстрим. Ее работы публиковались одновременно с книгами Батлер — это 90-е годы. Так гендерная теория объединенными усилиями завоевывала новые позиции. Потому что невозможно серьезно утверждать, что существуют какие-то объективные препятствия для женской самореализации в нашем обществе, но можно говорить, благодаря Гиллиган, Батлер и иже с ними, что существует некий conditionnement, некая «идеологическая обработка» девочек, что это именно общество воспитывает их в духе подчинения патриархату. Эта мысль в конечном счете выражается сегодня — это мы видим на сайтах американской системы образования — в следующей идее: «Если мы согласны в том, что тот факт, что мальчики ведут себя отлично от девочек, означает продолжение несправедливой патриархальной системы, то мы должны воспрепятствовать тому, чтобы мальчики вели себя отлично от девочек». Именно к этому стремится сегодня образовательная система в США.

Дискриминации

Занимаясь преподавательской работой, я заметил, что люди — даже те, кто имеет высшее образование — потеряли способность рассуждать, учитывая одновременно реальность и легитимное желание равноправия. Например, такое простое рассуждение: если мы берем группу людей, то это нормально — иметь статистические различия между мужчинами и женщинами (разный рост, вес, мускулатура, физическая сила и т. д.), но это не означает, что в силу этих различных характеристик женщинам запрещают заниматься той или иной деятельностью. Приведу пример с профессией лесоруба. Нет никаких причин запретить женщине быть лесорубом, даже если у нее в принципе меньше энергии и физической силы, а также, может быть, меньше желания рубить лес. Но не нужно удивляться, если у нас больше мужчин-лесорубов, чем женщин, потому что мужчины больше к этому приспособлены и, может быть, получают от этого больше удовольствия. Так вот, подобного рассуждения было бы достаточно, чтобы разрешить все проблемы так называемых «дискриминаций». Потому что мы учли бы начальную разницу характеристик — позитивных для одних и негативных для других (для той или иной деятельности) — и таким образом могли бы справедливо разрешить проблемы с людьми, какими бы они ни были, согласно их «реальности». Но я отмечаю, что многие люди уже не способны к такому рассуждению.

Извращенный посыл

Самое простое — это вернуться к сравнению с коммунизмом. Ведь что такое коммунизм? Это фашизм, это одна из самых насильственных идеологий, которые знало человечество в ХХ веке. Во имя добра, во имя защиты бедных — что само по себе есть справедливое «дело» — коммунизм истребил крестьянство, буржуазию, миллионы людей. И это то, что называется pervers, что означает «перевернуть с ног на голову». Коммунизм перверсивен, потому что он извратил цель. Коммунизм должен был принести добро, но принес только зло. Gender обещает то же самое: он обещает не общество без классов, а общество без полов.

Коммунизм обещал нам общество без классов. Gender обещает общество без полов.

Патология нарциссизма

Это патология нарциссизма. Как сказала Симона де Бовуар, «женщиной не рождаются, женщиной становятся». Первоначально это был «освободительный» посыл, он присутствует в ее книге «Второй пол», вышедшей в 1949 году. Но некоторое время спустя феминистка Бетти Фридан (Betty Friedan) спросила ее: «Но как быть с женщинами, которые работе предпочтут семью и детей?». На что Симона де Бовуар ответила ей: «В таком случае надо будет им это запретить». То есть они хотят «освободить» людей, но не терпят другого мнения. Это нарциссизм, он означает: «я реорганизую мир так, как мне кажется нужным». Такие люди часто бывают лидерами, революционерами, и они могут принести пользу обществу. Но чаще всего это означает: «Я освобождаю мир исключительно согласно моему идеалу и я не потерплю другого идеала и другого мнения».

Именно так произошло и с гендерной теорией. Вначале была цель (в частности у Батлер) вступиться за людей, которым «не повезло», которым трудно было вписаться в категорию «мужчина» или «женщина» — либо по причине гермафродитизма, либо потому что они не были гетеросексуальны и т.д. Этим людям действительно бывает трудно найти себя в мире, где господствуют нормы, и иногда это может довести до трагедии. Да, это было похвально — попробовать создать некоторые механизмы и некоторые послабления, могущие облегчить жизнь таким людям, которым трудно найти свое место в обществе. Но Gender Theory, которая распространилась сегодня по всему миру — это совсем не то. Gender Theory говорит совсем другое. Она говорит следующее: «Чтобы эти люди (гермафродиты, гомосексуалы и т.д.) нашли свое место, нужно разрушить психическую структуру всех людей, которые спонтанно считают себя мужчинами и женщинами и являются гетеросексуалами». Это уже свидетельство патологии. Мы видим, что опять во имя «освобождения» небольшого количества людей хотят преследовать большинство. И делают они это так же, как идеологи коммунизма — извращением первоначального посыла.


Gender Theory говорит следующее:  «Чтобы эти люди (гермафродиты, гомосексуалы и т.д.) нашли свое место в обществе, нужно разрушить психическую структуру всех людей, которые спонтанно считают себя мужчинами и женщинами и являются гетеросексуалами».

Отрицание реальности

В психоанализе pervers — это тот, кто отрицает часть реальности, в нашем случае разность между полами. Действительно, гендерная теория эмблематична, потому что отрицает часть реальности — несимметричность между мужским и женским. Но я хочу тут сделать небольшое отступление и сказать, что отрицание реальности — это очень старая интеллектуальная традиция на Западе. И когда мы хотим докопаться до причин успеха гендерной теории, нужно иметь это в виду. Если заглянуть в историю с целью найти, когда началась эта традиция, то можно дойти почти до номинализма Средних веков. Номинализм отказывается входить в отношения с реальностью. Кроме того, у нас есть Декарт, который сказал: «Я предполагаю, что ничего нет, есть только моя мысль». Руссо тоже, когда говорит: «Начнем с того, что отбросим все факты» — это тоже отдаление от реальности. С этой точки зрения теоретики гендера не делают качественного прыжка, они скорее продолжают уже имеющуюся давнюю традицию.

Нарциссы и реальность

Когда мы говорим о toute-puissance narcissique («нарциссистском всемогуществе»), то я, как психолог, именно здесь вижу корень зла. Я тут говорил об отрицании реальности. Нарциссистская личность находится одновременно в своем фантазме и реальности. И когда человек здоров, у него как-то еще получается жонглировать между ними. Но когда он теряет разум, как это бывает в революциях, он старается «прогнуть» реальность под свою мечту — коммунистическую или гендерную, и он готов истреблять тех, кто ему противостоит, чтобы «претворить мечту в жизнь».

Первое ограничение, минимальное и символическое, ограничивающее нарциссистское всемогущество — это идея Бога. Эта идея означает, что я не всемогущ и не могу диктовать свою волю миру. Психологи, изучавшие «нарциссов», как например Кохут (Heinz Kohut), известный специалист по этому вопросу, выделяет два типа гуру: это гуру, который верит, что он — божество (или даже сам Бог) и гуру, который считает себя вестником божества (Бога). У этих гуру (второго типа) нарциссизм разделен на две части — это божество наверху и он сам, представляющий это божество. Первые плохо кончают — если еще можно считать себя божеством, когда вам двадцать, тридцать, сорок лет, то гораздо сложнее делать это в шестьдесят и в семьдесят. Все видят, что божество превратилось в рухлядь. У таких гуру бесславный конец. Но те гуру, которые считают себя вестником божества, могут поддерживать свое психологическое равновесие гораздо дольше. Потому что грандиозный идеал — он не в них, а в божестве, который наверху.

Если мы хотим побороть очередной эпизод безумия, которое с удивительной регулярностью поражает человечество, нужно внимательнее отнестись к идее Бога. Потому что два больших фашизма, которые истребили десятки миллионов в ХХ веке — коммунизм и нацизм — это атеистические идеологии. Действительно, бояться Бога — это начало мудрости. Если я — не самый великий в этом мире, то я буду строить мою связь с миром и людьми на другой основе.

Gender Theory как мировое политическое движение

Эта идеология стала настоящим политическим движением. Гендерная теория захватила власть, она захватила доминирующие позиции во всем мире, как я уже сказал, начиная с Пекина 1995 года. Это огромная опасность для человечества, но опасность другого типа, я имею в виду alignement fascisant («равнение на фашизм») всего общества. Происходит постепенная радикализация гендерной теории, и вот вы уже не имеете права думать иначе, не имеете права не соглашаться с ее постулатами.

Я часто выступаю с лекциями и беседами, в том числе на предприятиях, и сталкиваюсь с пропагандистами гендерной теории (оплачиваемыми из кармана налогоплательщика!) Вот например, как сказал один психиатр, интегрировавший эту идеологию: «В ближайшем будущем все нормы поведения исчезнут, и мы все станем исключениями из правил. И такими людьми будет сложно управлять». Мой ответ на это следующий: «Наоборот, если мы все станем исключениями — абсолютно все» — то никакого исключения из правил не останется. Потому что нет больше законов, нет правил. Это будет бесформенная масса, взвесь из индивидов, которые не знают, кто они такие и что им делать. И это совсем не означает, что «ими будет трудно управлять». Наоборот, ими будет чрезвычайно легко манипулировать!» Как психолог, могу сказать, что если разрушить в людях все repères (основные жизненные ориентации), это дает людей потерянных, слабых, которых очень легко контролировать.

В 90-е годы мне пришлось преподавать теорию менеджмента, которая называлась «хаос менеджмента». «Хаос менеджмента» означает следующее: разрушить базовые представления людей, чтобы сделать их более креативными и более продуктивными. Но этими людьми тоже очень легко управлять. И эта теория — я уже нигде не слышу о ней как о теории — но я вижу, что она действуют повсюду! Она применяется как на предприятиях, так и в политике. Разрушить базовые представления — это как отнять у людей их ориентацию в пространстве. Действительно, сбывается предсказание Маркса: «Капитализм разрушит все, что будет ему противостоять». Все прежние структуры — нации, семья, все устоявшиеся системы — разрушаются во всем мире. Либо войнами, либо миграциями, либо новой идеологией. Что стоит за этим, кому это нужно? Я могу ошибаться, я не специалист в этой области, но я думаю, что это mise en ordre всего человечества, это попытка установления нового идеологического и политического миропорядка — на планетарном уровне. Я думаю, что это порабощение человечества в пользу больших финансовых олигархий. Рискую высказать такую гипотезу. Я уверен в том, что здесь таится огромная опасность, потому что мы имеем здесь дело не с обычной идеологией, а с политическим движением, которое насильственно насаждается во всем мире.

Теория "хаоса менеджмента" означает следующее: разрушить базовые представления людей, чтобы сделать их более креативными и более продуктивными. Но этими людьми очень легко управлять.

Когда бред довлеет над реальностью

Гендерная теория может первоначально показаться чем-то вроде когнитивной ошибки, этаким безобидным вздором. Но если насильно насадить этот бред, насадить вопреки реальности вещей, это дает устрашающие результаты. Например, дело Jandre Botha в ЮАР. https://www.iol.co.za/news/south-africa/lesbian-couple-guilty-of-gruesome-murder-270415#.UJpX-Ia6WSo Это лесбийская пара, у одной из них маленький сын, и вторая потребовала, чтобы ребенок называл ее «папа». Обратите внимание, это совершенно в духе гендерной теории. Если гендер — это социально сконструированная роль, то почему бы ребенку не называть эту женщину папой? Но мальчик отказался, и он был замучен до смерти, в буквальном смысле этого слова. Вот что происходит, когда бредовые идеи насаждаются с помощью насилия и вопреки реальности. Это приводит к истреблениям, как в ХХ веке. Таким образом, гендерная теория — это не только идеология. Везде — и на предприятиях, и в учреждениях, и в правительстве — если говорят о «социальных ролях», это на самом деле всего лишь cache-sexe для маневров власти и социального доминирования.

Гендер в школе

Что происходит в школе? Первое последствие воспитания детей в духе гендерной теории — это распространение того, что описывает в своей книге «Война против мальчиков» Кристина Хофф Соммерс (Christina Hoff Sommers). За псевдомиролюбивым дискурсом о необходимости «деконструирования стереотипов» на самом деле стоит радикальная программа: «Если позволять мальчикам отличаться от девочек, мы продолжаем систему, угнетающую женщин. Поэтому мы запрещаем мальчикам отличаться от девочек». Образовательная система США настойчиво предлагает мальчикам играть в куклы, носить платья, отменяет перемену, чтобы мальчики не могли бегать и т. д. Все это задокументировано в книге Хофф Соммерс.

Здесь проглядывают черты фашизма, фабрикующего «нового человека», нового андрогина, «жено-мужчину», если хотите. Эта же интенция была заметна еще у Симоны де Бовуар («Второй пол», 1949), она не лучше относится к женщинам. Принципиальный мотив у нее — «освобождение женщин», поэтому вся ненависть и ярость направлены против мужчин.

"Если позволять мальчикам отличаться от девочек, мы продолжаем систему, угнетающую женщин. Поэтому мы запрещаем мальчикам отличаться от девочек".

Разрушение личности

Цель этой идеологии — чему она служит и кому она полезна? — в том, что она разрушает личность. Книга Батлер «Гендерная тревога» имеет в качестве подзаголовка «Феминизм и субверсия идентичности». Батлер, таким образом, имеет в виду даже не субверсию сексуализированной идентичности (identité sexuée), а идентичности в принципе. Это значит, что в этой постмодерной идеологии нет субъекта. Путь, обозначенный Декартом — «Я мыслю, следовательно, существую» пройден до конца, и «Я» больше не существует. Мы — всего лишь небольшой комок живой материи, манипулируемой rapports de pouvoir, то есть соотношением векторов власти, которые «делают» нас мужчинами или женщинами.

Но то, что личности больше нет — это гениально для тоталитарного государства. И это противоречит парадигме христианской цивилизации, основанной на идее достоинства личности, созданной по образу Божию. Для капиталистической системы личность не интересна — ни с точки зрения нанимателя, ни с точки зрения потребления. Не случайно на предприятии вы имеете дело с «человеческими ресурсами», а не с личностями. Люди — это «кадры», и они интересны исключительно с точки зрения компетенций, поэтому в дирекциях предприятий сложены их «дела» с перечислением компетенций, которые они постараются наилучшим образом эксплуатировать. Личность неудобна, она мешает капиталистическому производству, ведь у нее есть религиознае и этические потребности. Idem с точки зрения потребления: маркетинг интересуется не личностями, а профилем клиента. К вам обращаются согласно тому, какими могут быть ваши потребительские желания — относитесь ли вы к категории «мусульманин», «еврей», «одинокая мать», «домохозяйка» и т. д. Цель маркетинга — это подтолкнуть вас на компульсивную покупку. Поэтому личность мешает, личность нужно отменить. А для этого стереть все личностные структуры. Это тоталитаризм. Гендерный тоталитаризм уничтожает личность, чтобы организовать мир исключительно под приматом потребления и капиталистического функционирования.

Гендер, насилие и священное

Основатель кафедры социологии Гарвардского университета Питирим Сорокин много работал над проблематикой групп и понятия любви, об этом он написал книгу The Ways and Power of Love («Пути и власть любви», 1954). Он пришел к выводу, что от любви к той или иной группе можно довольно быстро соскользнуть к ненависти к другой группе. Как это было при коммунизме и нацизме — любовь к пролетариям обернулась ненавистью к буржуа, любовь к немцам — ненавистью к «низшим расам».

Я думаю, что в обществе, которое отказалось от Бога, необходимость в Священном настолько сильна, что возникает тенденция сакрализации части человеческого. Для нашей эпохи типично то, что она идеализирует жертв. Эти «бедные жертвы несправедливостей» идеализируются и возводятся на пъедестал — это могут быть женщины, или гомосексуалисты, или какая-нибудь другая группа. Но проблема в том, что если отсутствует регулирующая инстанция — Бог, который над всеми — то идеализация этой группы вызывает дегуманизацию другой группы. Такова логика: если вы делите людей на угнетателей и угнетенных, вы будете чествовать угнетенных, а угнетатели — это «плохие», они теряют свой человеческий статус и можно будет их истреблять. Поэтому это очень важно, чтобы нарциссизм был «мобилизован» на уровне Бога, то есть когда великий и всемогущий — это Бог, а не я.

Второе очень важное понятие христианства, способствующее необходимой регуляции общества — это идея, что зло присутствует во всех, поэтому нельзя использовать психологический механизм раскола, говоря, что люди делятся на «плохих» и «хороших».

Можно увидеть с определенностью, что, отдаляясь от христианского понимания мира, мы все больше и больше впадаем в безумие.

Конечная цель гендера

Это движение имеет своей целью разрушение. Любопытно, что у него есть предпочитаемый враг. Предпочитаемый враг гендерной теории — это христианство и католическая церковь. На это имеется несколько причин, но основные из них две: это мощное международное движение (промотируемое на уровне ООН) предлагает обществу всеобщую деструктурацию. Ее цель — деструктурировать человечество, чтобы манипулировать им. И здесь христианство — первый враг, потому что в христианстве человек наделен собственным достоинством. Понятие личности восходит к христианству: человек создан по образу Бога, и именно это хочет ликвидировать Gender Theory. Потому что связь с Богом делает людей не поддающимися манипуляции. Таким образом, финальная цель гендерной теории — покончить с человеком как с субъектом и личностью.

Перевод с французского: Элла Дюбуа

Источник: https://www.lelibrepenseur.org/theorie-du-genre-rappel-de-lexcellente-video-de-yann-carriere/

Подпишитесь на нашу страницу в VK, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе событий, которые мы проводим.
Добавить в закладки

Автор

File