Случай Зои: Елена Костылева и Джоан Брукс

Галина Рымбу
18:28, 09 мая 2020🔥
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

«Ф-письмо» публикует главу из планирующейся к выходу в издательстве АСТ книги Джоан Брукс (Д. Б. Платт) «Про гендер, насилие и Зою Космодемьянскую», посвященную тексту Елены Костылевой «Случай Зои», и сам этот текст, ранее не публиковавшийся. Стихи (2014) и комментарии (2018) были изъяты из сборника по цензурным соображениям и в итоговый текст книги не вошли.

Фото Жанны Чамкиной

Фото Жанны Чамкиной

Елена Костылева

Случай Зои

I

Фрейд говорит, что бели похожи на рвоту
Он говорит, что многие из тех, кто боится бывать в обществе, боятся на самом деле видеть очертания мужских гениталий
Все это он говорит в «Случае Доры»

Я уже вижу
Очертания мужских гениталий
В метро
В обществе
И во время лекций

II

Я не знаю, как работают твои чувства
Ты не знаешь, как работают мои чувства
Фрейд полагал, что Дора влюблена в господина К.
(Он ошибался)

III

В случае с Зоей
Прими во внимание,
Что, по данным из архивов ФСБ,
наконец полностью рассекреченных
Фашисты засунули ей в пизду двадцать мороженых кур,
Потому что свежие не стояли.
Они так долго водили ее по морозу затем, чтобы куры успели, застыв, приобрести форму мужских гениталий,
Они водили ее кругами, я не ошибаюсь?

Мы долго
Экспериментировали с тем цыпленком,
Сначала искали самого маленького
(Я его купила)
(А не украла)
(У меня есть чек)
Коза вырезала ему ребра
Безобразное тельце
Мы обработали хлоргексидином
И, подморозив слегка,

Двинулись
Навстречу своему подвигу,
Влекомые ревностью и обидой.

Поищи у подростка Зои Космодемьянской несчастную любовь в анамнезе,
Потому что, конечно, все советские девушки, как одна, могли совершить такое,
Но не все совершали.

Не все возвращались к сожженным только что деревням, ЧТОБЫ ДОЖЕЧЬ
Свою же деревню
(«Тактика выжженной земли»)

Так сильно желая избавиться от себя
Отвергнутой
Жалкой
Ненужной

(Левая грудь!)

Мое тело в кольце врагов —
Public disgrace Зои Космодемьянской
Мое бедное тело атлета
Сексуальной сверхженщины
Впускающей
Насилие в себя
Безоглядно
Как в детстве крылатые качели

(Мое тело в кольце очертаний мужских гениталий
В метро
В обществе
И во время лекций)

Я еще собиралась тебе рассказать
Как хотела уехать в Африку
Чтобы дожечь
Малярийным огнем
Себя
Вместе с этим кошмаром

Курица стала моей Африкой
Моим пробуждением

Доломала, дожгла лодку все время несчастной любви, лодку жизни, где надо платить за квартиру
С тех пор моя нога не переступала порога офиса,
Любовь взаимна
и я чиста
пред Богом

IV

Прими же
Мой скромный вклад
В твою теорию подвига

А я

Обещаю тебе

Высыпаться.

Побольше играть с детьми.

Иллюстрации — ботанические сорта, названные в честь Зои Космодемьянской

Иллюстрации — ботанические сорта, названные в честь Зои Космодемьянской

Комментарий Джоан Брукс

В этом стихотворении Елена Костылева связывает подвиг Зои Космодемьянской с собственным опытом, как участница знаменитой акции группы «Война» «Пошто пиздили Куру?» В этой акции она вынесла курицу из супермаркета, спрятав ее в вагине. Но, если сама акция пропагандировала бунтарскую, «безблядную» жизнь (т.е., жизнь без денег), то Костылева обнажает скрытые травмы в ее основе, отсылая к дискуссии истерии у Фрейда в «Случае Доры».

При всех ошибках и предрассудках у Фрейда в своем анализе (особенно касающихся вероятной гомосексуальности Доры, на который Костылева намекает), травмирующий эффект сексуального насилия не умалчивается полностью. Когда Доре было четырнадцать лет, друг ее отца, Господин К. неожиданно прижал ее к себе и поцеловал. Фрейд объясняет тошноту, которую Дора испытывает — когда она «должна» была возбуждаться — тем, что она почувствовала эрекцию К. через его одежду. С тех пор она не может пройти мимо мужчины, если видит его в разговоре с женщиной. Тошнота заменяет возбуждение через процесс, который Фрейд называет «извращением аффекта». Далее он пишет, что многие истерические женщины сторонятся общества именно из–за страха увидеть очертания мужских гениталий через одежду. Костылева ставит этот образ рядом со вторым «извращением», замеченным Фрейдом. Другая четырнадцатилетняя девочка страдает от истерической рвоты, стыдясь своей склонности к мастурбации, и рвота напоминает ее обильные вагинальные выделения. Получается формула сексуального отчуждения субъекта, травмированного «заговором» своего собственного тела (непроизвольные сексуальные реакции) с насильником. От эрекции тошнит, и секреция — это рвота[1].

Но Фрейд ошибался, и эта формула отвергается в диалектическом повороте. Давайте не будем в анамнезе Зои искать ранний опыт насилия, как у Доры. Ее травмирующий опыт лежит в обиде несчастной, невзаимной любви. Поэтому она не боится мужских гениталий, а пристально их отыскивает, чувствуя эрекции везде в потенциале, и она хочет их провоцировать. Брошенный субъект насильственно требует насилия, чтобы завершить свою травму и исчезнуть в ней. Зоя возвращается дожечь не Петрищево, а себя.

Но, оказывается, враги все импотенты. Они должны использовать странные фаллоимитаторы замороженных куриц («потому, что свежие не стояли»), чтобы удовлетворить саморазрушительную ярость субъекта. И эти «безобразные тельца» эрегируются только через тщательную подготовительную работу.

Это второй диалектический поворот. Сам фаллический мир, вместо того, чтобы испепелиться в мазохистской оргии, обнаруживает себя как жалкий и ненужный. Безобразная (бесформенная) телесность означающего власти унижает не жертву насилия, а самых насильников, которые становятся просто толпой, служащей целям субъекта. Это их должно тошнить. Поэтому субъект идет на подвиг не «безблядно», а «безоглядно», прощаясь с прошлой обидой как раз через опыт, который напоминает какого-то рода священное блядство, принимающее грубое фаллическое насилие в себя. Можно представить, как она стоит в этом дьявольском кольце, смеясь: «Сдавайтесь в плен!»

Но есть и третий, финальный поворот, скрытый в (под)тексте. В какой-то момент субъект понимает, что можно вместить в себе сколько угодно куриц, и еще и еще, потому, что есть одно неприкосновенное место, которое им всегда будет недоступно — сакральное место по ту сторону фаллоса. Теперь она понимает, что не надо больше хранить там сокровище своей травмы («моя травма — это мое достижение»). Не нужно насильственно требовать насилия. Зачем играть сверх-женщину? В этом месте она чиста.

Пройдя этот опыт, прощаясь теперь и с ним, она входит в новую жизнь.

Image

[1] См.: Фрейд С. Знаменитые случаи из практики / Пер. с нем. В.И. Николаева и А.М. Боковикова. М.: Когито-Центр, 2007.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File