Закончил читать книгу Колина Крауча "Победит ли гиг-экономика¹?", она маленькая такая, 140 стр. всего, но несмотря на это, там есть несколько интересных ссылок на эмпирические исследования, которые я хотел бы здесь обсудить. Стоит сказать, что сам Крауч преподавал социологию в Лондоновской Экономической Школе, и бóльшую часть своей жизни посвятил именно ей. Он же автор популярной книги "Странная не-смерть неолиберализма", в которой он пишет, что кризис 2008 года должен был покончить с неолиберализмом, а на деле, наоборот укрепил его. Надо будет почитать когда-то, звучит вполне интересно.

В нашей же книге на 16 сранице Крауч описывает типы занятости характерные общему положению рабочих — прекарной² занятости. Из них он выделяет работу "по требованию" ("on-call") и трудовой договор "с нулевым временем" ("zero-hours" contracts), причем отмечает, что во втором случае "работники должны находиться в состоянии постоянной готовности к выполнению заданий". На самом деле это не так. Крауч живет в Англии, поэтому будем ссылаться (также как и он) на английское законодательство, а оно нам в этом случае говорит, что физическое лицо не обязано соглашаться на любую предлагаемую работу³.

Очень примечательная вещь мелькнувшая на первых страницах — это статья от The Telegraph, рассказывающая о том, как женщины могли бы возглавить гиг-экономику. В ней приводят данные, что благодаря компании "Women Mean Business", число женщин, работающих неполный рабочий день в качестве самозанятых, увеличилось с 439 000 до 812 000 в период с 2001 по 2016 год. Ожидается, что к началу 2019 года два миллиона женщин станут сами себе начальницами. И хоть женщины-фрилансеры, как правило, работают в отраслях с более низкой оплатой труда, это не мешает им зарабатывать больше мужчин в Вашингтоне, Миннеаполисе, Атланте, Детройте, Сан Диего, Чикаго, Нью-Йорке и Лос-Анджелесе⁴.

Теперь, из интересных статистических данных представленных в 3 главе:

На рис. 1a показаны оценки степени защищенности занятости в различных странах в случаях увольнения отдельных работников. Крауч пишет, что наблюдается общая тенденция на снижение оценок, в некоторых случаях весьма значительное. В ряде стран имело место незначительное сокращение гарантий занятости (например, в Бельгии и Германии); заметное повышение степени защищенности (хотя и с низкой базы) наблюдалось всего в двух странах — Новой Зеландии и Австралии (в особенности). Очевидно, что к более поздней дате отличия между государствами уменьшились, что предполагает определенную конвергенцию (преимущественно в сторону снижения защищенности). Примечательно, что и в самом начале проекта, и в 2013 г. на самых низких местах находились англоязычные страны (за исключением Австралии). Возможное объяснение этому заключается в том, что в этих странах наряду со статутным (выраженным в законах) правом все еще используется старое английское общее право.

В странах, где раньше действовали очень строгие нормы и правила временной занятости, эти нормы были значительно смягчены; и наоборот, во многих странах с ограниченной защитой последняя была усилена. Послабления в основном были связаны с отменой положений, препятствовавших использованию временных работников, а усиление — с предоставлением прав самим временно занятым исполнителям. Таким образом, с точки зрения регулирования временной занятости страны ОЭСР значительно сблизи лись друг с другом.

Между странами ОЭСР существует огромная разница — от 164 недель отпуска в Словацкой Республике до нуля недель в США. В 13 странах положение работников улучшилось, а в 9 не изменилось. В 5 государствах общее количество недель оплачиваемого отпуска в связи с рождением детей и исполнением родительских обязанностей снизилось, но это были либо страны с очень высоким показателем обеспечения прав (Австрия, Чехия и Германия), либо сокращения оказались незначительными (Дания и Швеция).

Начиная с 1995 г. членство работников в профсоюзах уменьшилось практически во всех странах, за исключением Бельгии и Испании. В Италии и Франции произошло незначительное снижение численности, хотя начальный ее уровень и без того был крайне низким. Особенно сильно сократилась численность членов профессиональных союзов в странах ЦВЕ, где в первые годы после краха государственного социализма она искусственно поддерживалась на высоком уровне, по- скольку профсоюзы унаследовали базу, созданную в период обязательного членства работников в старых объединениях трудящихся, пользовавшихся государственной поддержкой. Самым высоким остается удельный вес членов профсоюзов в странах Северной Европы.

В заключение, уровень обеспечения занятости, предусмотренный трудовым законодательством, снизился; при этом самым сильным является законодательство государств Южной Европы, а самым слабым — англоязычных стран. Однако во многих странах имела место и противоположная тенденция, выражавшаяся в расширении и усилении родительских прав, а также прав других уязвимых и подвергавшихся дискриминации групп. В странах ОЭСР сильно сократилась сфера деятельности профсоюзов, особенно показатели членства в рабочих объединениях. Лучше всего деятельность профсоюзов защищена в странах Северной Европы и некоторых других государствах, расположенных на Северо-Западе, а хуже всего — в англоязычных странах и в государствах ЦВЕ.

На 90-й странице Крауч вспоминает ключевой аргумент неолиберальных реформаторов рынка труда, использовавшийся ими в 1990-е годы: права на обеспечение рабочих мест создают безработицу на том основании, что отсутствие у работодателей возможности легко и быстро уволить работников лишает первых мотивации к найму. Эмпирические данные не позволяют ни подтвердить, ни опровергнуть это утверждение. Например, автор одного исследования⁹ из британского журнала заключил, что несмотря на широкий спектр моделей и спецификаций, существует четких доказательств негативного влияния защиты занятости на уровень безработицы. Хотя одна модель безработицы среди молодежи предполагает, что снижение строгости защиты занятости может усилить эффект снижения безработицы от сокращения налогов на рабочую силу, ни одна модель не демонстрирует убедительных доказательств независимого влияния защиты занятости. Рассмотрение положений о постоянных и временных контрактах по отдельности выявляет некоторые статистически значимые связи с показателями безработицы. Однако ни одна из этих связей не сохраняется при использовании альтернативных оценок или метода джекнайфа¹⁰. Координация переговоров и рост ВВП, имеет гораздо больший вес, чем защита занятости, при определении уровня безработицы.

В книге еще есть сноска на исследование¹¹ ОЭСР, мол, и они признают неоднозначность результатов, однако там не все так однозначно. Сначала они в заключении ко 2 главе пишут, что есть эмпирические данные, а в следующем абзаце вводят "но".

Последнее, что я бы хотел обсудить из этой книги, это кейс¹², когда во время евроинтеграции предпринимались попытки найти конструктивный компромисс между господствовавшим (в общем случае) неолиберальным стремлением к ослаблению гарантий прав участников рынка труда и стараниями социал-демократов защитить рабочих от высокой неопределенности на этом рынке. Этот компромисс (названный "flexicurity", от flexibility и security) позволял найти гибкие гарантии занятости, что было принято во внимание при разработке Европейской стратегии занятости.

Список источников:

¹ — гиг-экономика — рынок труда, характеризующийся преобладанием краткосрочных контрактов или фриланс-работы вместо постоянной занятости: работа в гиг-экономике означает постоянную зависимость от расписания, которое меняется в последний момент. Определение из Oxford Dictionary.

² — прекарность — состояние постоянной неуверенности в отношении занятости или дохода: растущая экономическая нестабильность. Определение из Oxford Dictionary.

³ — Generally, this is best understood as a working arrangement in which the employer does not guarantee the individual any work, and the individual is not obliged to accept any work offered.
URL: https://www.gov.uk/government/publications/employment-status-and-employment-rights/employment-status-and-employment-rights-guidance-for-hr-professionals-legal-professionals-and-other-groups

⁴ — Top of the list were Atlanta, where women had a 16% lead, Washington, D.C., where women earn 14% more, and Minneapolis, where women earn 13% more.
Women freelancers out-earn the national average in New York (by 32%), Los Angeles (by 19%), Detroit (by 17%), San Diego (by 5%), Chicago (by 4%) and San Francisco (by 1%), Lystable found.
URL: https://www.forbes.com/sites/elainepofeldt/2017/04/04/the-freelance-fields-where-women-out-earn-men/#11081c42233d

⁵ — OECD indicators of employment protection. OECD, 2018a
URL: https://www.oecd.org/els/emp/oecdindicatorsofemploymentprotection.htm

⁶ — OECD indicators of employment protection. OECD, 2018a
URL: https://www.oecd.org/els/emp/oecdindicatorsofemploymentprotection.htm

⁷ — Length of maternity leave, parental leave and paid fat- her-specific leave. OECD, 2018b
URL: http://stats.oecd.org/index.aspx?query-id=54760#

⁸ — Visser J. ICTWSS Data Base, Version 5.0. Amsterdam: Amsterdam Institute for Advanced Labour Studies (AIAS), 2015.

⁹ — "Despite a wide array of models and specifications, this analysis has not found clear evidence of adverse effects of employment protection on unemployment. While one model of youth unemployment suggests that a reduction in the strictness of employment protection may augment the unemployment-reducing effects of cuts in labour taxes, no model shows robust evidence of independent effects of employment protection. Considering regulations for permanent and temporary contracts separately reveals some statistically significant associations with unemployment outcomes. However, none of these associations survive the use of alternative estimators or the Jackknife procedure. From these results, it seems justified to conclude that the effects of other variables, such as bargaining co-ordination and GDP growth, carry far greater weight than EPL in determining unemployment."
Avdagic S. Does Deregulation Work? Reassessing the Unemployment Effects of Employment Prote ction // British Journal of lndustrial Relations. 2015. Vol. 53. No. 1. pp. 6–26.
URL: http://gesd.free.fr/avdagic2014.pdf

¹⁰ — Складной нож (англ. jackknife) — один из методов ресэмплинга (линейное приближением статистического бутстрэпа), используемый для оценки погрешности в статистическом выводе. Определение из Википедии.

¹¹ — "One clear fact that emerges from the chapter is that, since the onset of the recent economic crisis, a large number of countries with relatively strict EPL undertook some action to relax their regulations on individual or collective dismissals, thereby reducing the gap in the stringency of regulations affecting permanent and temporary contracts. In some cases, notably in Estonia, Greece, Italy, Portugal, the Slovak Republic and Spain, the breadth of reforms was significant. These developments reinforce a tendency that emerged since the beginning of this century and is in marked contrast with the typical trend of the 1990s, whereby a number of countries implemented partial reforms of employment protection legislation, in which regulations on temporary contracts were loosened while maintaining stringent restrictions on regular contracts, thereby contributing, in many cases, to the emergence of dual labour markets. Based on a large theoretical and empirical literature, summarised in the chapter, it can be expected that this new wave of reforms will increase labour reallocation and yields dividends in terms of job creation as well as efficiency and productivity growth in the near future. This should also help reducing labour market duality and provide more opportunities to outsiders to get into career job paths. In addition, the evidence also suggests that a number of workers will benefit from these reforms because greater job creation will allow better matches and higher wage premia to job change.
However, not all workers are likely to gain from these reforms in the same way. In particular, the evidence also suggests that reforms involving the relaxation of overly strict regulatory provisions on individual and collective dismissals are likely to increase the number of dismissed workers. Even if the evidence suggests that, in normal times those who lose their jobs in the aftermath of these reforms — but would have not lost their job otherwise — are likely to find another job relatively quickly, these workers are nonetheless likely to experience income losses both during their search for another job and at re-employment (see Chapter 4). Moreover, in the current context as of mid 2013 with labour demand remaining weak in many OECD countries, finding a job is likely to be harder, due to labour market congestion, and wage penalties at re-employment larger. For equity and political-economy reasons, therefore, it is important that governments consider putting in place a comprehensive policy mix to reduce these individual losses, including adequate unemployment-benefit schemes — where, however, eligibility is conditional on strictly enforced work-availability conditions — coupled with effective re-employment services for jobseekers."
OECD. Employment Outlook 2013. Paris: OECD, 2013. Ch. 2.
URL: https://www.oecd.org/content/dam/oecd/en/publications/reports/2013/07/oecd-employment-outlook-2013_g1g2ef9d/empl_outlook-2013-en.pdf

¹² — "In June 2009, the European Commission issued a communication endorsing flexicurity as a commendable approach to follow in times of crisis. Similar endorsement has come from the European Parliament, the European Social Partners, and the Council of Europe, to the extent that a European flexicurity consensus seems to have emerged, resulting in mounting pressure to adopt flexicurity in national-level employment policy, and to crystallise it in labour laws."
Ronald G. Sultana, Flexicurity: Implications for Lifelong Career Guidance, Jyväskylä, Finland 2012.
URL: https://www.elgpn.eu/publications/browse-by-language/english/Sultana_Flexicurity_concept_note_web.pdf