Диалоги о poetry slam

Гёте-Институт в Москве
17:42, 03 сентября 2021
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Поэтический слэм или Poetry slam — зрелищное мероприятие, на котором поэты выступают перед аудиторией и жюри, которое выставляет им оценки. По одной из версий, концепция мероприятия была предложена в 1980-х годах американцем Марком Келли Смитом, который считал, что поэзия теряет свою страсть и нуждается в перезагрузке формата взаимодействия между автором и читателем.

Сегодня мероприятия slam poetry популярны в Европе, США, России и многих других странах.

Музыкальный критик и независимый исследователь субкультур Александр Романовский поговорил с Басом Бёттхером, немецким слэм-артистом и поэтом, и Александром Дельфиновым, поэтом-перформером, активистом, одним из героев реалити-сериала канала OstWest «Я псих?», о существующих законах жанра slam poetry, отличиях и сходствах немецкого и российского формата выступлений, а также о поэзии в целом.

Бас Бёттхер

Бас Бёттхер

Какова мотивация участников такого экзотического направления, как poetry slam?

Дельфинов: Прежде всего к участию привлекает интерес к прямому контакту с публикой, другими авторами и, очевидно, желание или даже любовь к звучащему слову. То есть, если тебя интересуют стихия прямого действия, стихия перфоманса, настоящее живое слово, то тогда это шоу для тебя. Грубо говоря, участие в слэме — то же самое, что переживать рокнролльный концерт, находясь на сцене. Если человеку это интересно, то cлэм для него!

Басс: Мне кажется, что у всех участников разные мотивы. Лично меня привлекает непосредственная связь между поэтом и публикой. В отличие от книжной публикации, участвуя в слэме, ты получаешь обратную связь за считанные секунды! Я ценю живой обмен мнениями с коллегами по сцене. В данном случае возможность победить интересует меня в меньшей степени. Так же не стоит забывать, что декламация текстов перед публикой — это ещё и возвращение к истокам поэзии.

А всё-таки, в чём отличие поэтического слэма от обычного группового выступления на литературном вечере?

Дельфинов: Изначально слэмы были придуманы для того, чтобы уйти от скуки и тоски, царящей на конвенциональных, традиционных литературных вечерах. Как правило то, что называется литературным или поэтическим вечером — это какая-то чудовищная скука, какие-то замшелые люди, настоящее сонное царство! Лично я не хочу иметь никакого отношения к таким вещам! Собственно, почему это называется вечерами? Это же какие-то пенсионерские образы. И хотя я сам скоро буду в этом возрасте, я буду пенсионером-убийцей скуки!

Басс: В случае со слэмом всегда важен эффект неожиданности. На таких мероприятиях вас встретит диджей, соответствующее атмосфере освещение, напитки… Ну и, разумеется, многогранность происходящего на сцене — от «ужасно» до «блестяще»!

Текст… Прочитанное перед публикой и прочитанное с листа — какова разница?

Басс: Различия между Stage-Poetry и Page-Poetry столь огромные, что этому можно посвятить целые книги. Например, некий Уолтер Онг так и сделал. Я же рассматриваю художественную декламацию — Spoken Word — как самостоятельный жанр, несущий в себе собственные критерии качества.

Дельфинов: Существует текст и его можно прочитать, можно произнести, а иногда, сделать с ним и то и другое. Иногда тексты, которые воспринимаются с листа, не воспринимаются иначе и наоборот. Например, есть тексты песен, которые не могут существовать в отрыве от музыки, поскольку кажутся несовершенными. А есть тексты, которые могут быть и песней, и строками на бумаге. Есть тексты, которые предназначены для звучания, а есть которые нет. Таков уж закон лирической формы.

Мне кажется, что необходимо сказать о том, что такое плохой, а что такое хороший текст. Во-первых, это может индивидуально пониматься — этот текст хорош, он мне нравится, а этот наоборот. Объективные критерии тоже вещь достаточно условная. Когда ко мне обращаются какие-то молодые авторы или авторки с просьбой прочитать их стихи, я сразу вижу и понимаю, хороший или плохой текст передо мной. Если текст хорош, значит, человек понимает законы современной поэзии, обладает определённым культурным бэкграундом, находится в контексте, способен отличать стили, у него есть чувство вкуса. Именно такое, достаточно большое число факторов в совокупности и создаёт чудо текста, и расцветает волшебный цветок.

На слэм-мероприятиях в России часто выигрывают авторы, которые устраивают шоу — матерятся или используют другие, скорее, низкопробные элементы самопрезентации. Возможно ли вообще говорить о каких-то объективных критериях оценки выступлений slam артистов?

Басс: Победа абсолютно не является мерилом качества в поэтическом слэме. Соревнование — не более чем элемент для создания напряжения и дополнительной мотивации выступающих. Мы никогда не проводим кастингов, нам интересны все. Если же люди выставляют себя на сцене дураками, это их проблема, и с первоначальной идеей поэтического слэма такие «шоу» слабо соотносятся.

Дельфинов: Разница в том, что жюри в формате русских слэмов дают две оценки — за содержание и за исполнение. У нас в Германии принято давать одну, общую оценку, а вот, например, во Франции тоже две… Ну, а что касается клоунады и нецензурной лексики, я и сам этим иногда злоупотребляю, если того требует художественная задача. Так что здесь основной вопрос к автору — если его художественная задача или замысел того требуют, то почему бы и нет. Если же автор не обладает хорошим вкусом и большим умом, то ему не поможет никакая клоунада и нецензурная лексика. Необходимо учитывать, что поэтри слэм — формат подачи текстов, способ собрать людей в зале и на сцене. Лично я не вижу ничего плохого в том, чтобы хорошие авторы, обладающие всеми необходимыми данными, оказывались на сцене вместе с, грубо говоря, плохими. Как правило, публика выбирает из участников того, кого надо. Если посмотреть на результаты, то к победителям нет никаких вопросов. Это результат общего консенсуса, при этом это ещё и игра, в которой со временем те, кто никуда не годится, отсеиваются.

Александр Дельфинов

Александр Дельфинов

Как же быть молодому поэту, чтобы его не приняли за очередного КВНщика или комика стендапера?

Басс: Если оставаться верным себе, ставить искусство выше успеха, быть новатором, не принимать наркотики и следовать ясной поэтике, то можно хорошо жить. Главное — не продавать себя по низкой цене. В ситуации пандемии, когда сценическим искусством пренебрегли как не имеющим системного значения, — я советую своим коллегам повышать цены на поэзию.

Дельфинов: Если молодой человек не хочет казаться стендапером и КВНщиком, просто не нужно быть стендапером и КВНщиком. Если ты работаешь с другими материями и энергиями, то тебя никогда не примут за КВНщика. Поэтри слэм и Spoken poetry — особый жанр, в котором нет места стендапу и КВН. Здесь нет задачи рассмешить публику и сделать ей комфортно. Наоборот, здесь может выигрывать страх и ужас!

Какие трудности подстерегают того, кто впервые выходит на сцену на poetry slam?

Дельфинов: Человеку, который хочет участвовать в слэме, нужно быть готовым к тому, что он проиграет, к тому, что над ним будут смеяться, что он будет волноваться перед началом выступления. Одним словом, его будут ожидать те страхи, с которыми сталкивается любой выступающий перед публикой — будь то театральная сцена или доклад на научном семинаре. С другой стороны, его ждёт масса плюсов — энергия живого общения, обмен этими импульсами с людьми, спонтанность и неожиданность, которая постепенно превращается в искусство…

Басс: Соглашусь, ожидайте неожиданного!

А вообще можно ли научить поэзии?

Дельфинов: Мне кажется, в каком-то смысле можно. Искусству можно научить так же, как можно научить сверлить отверстия, скручивать гайки… У поэзии есть свой язык, который, подобно любому иностранному языку, можно освоить на определённых курсах. Если у человека есть талант, то его ждут большие успехи. Если же таланта нет, то даже в этом случае можно понять, как оформлять ритм текста в размер, как составлять отдельные произведения, хотя бы смешные рекламные слоганы. Если долго долбить в одну точку, со временем будет определённый результат. Другое дело, что, как и в теории волн, на поэтическом поле возникают какие-то люди, которые подобно выстрелу из атомного оружия, пробивают всю возможную броню. Иногда это приходит со временем — человек может годами писать откровенную херню, а потом неожиданно создаёт что-то по-настоящему интересное. Или же наоборот — хорошо начав, автор со временем банализируется и превращается в воздушный шар, наполненный бессмысленным газом…

Есть ли заведомо выигрышные темы для выступающих?

Басс: Если опустить саму неважность победы, то существует несколько приёмов. Так сегодня в поэтри-сообществе говорят, например, о так называемых «шантажных текстах», то есть произведениях, поднимающих какие-то душераздирающие темы, вызывающие жалость с целью эмоционального «шантажа» аудитории.

Дельфинов: Необходимо понимать, что существует различие между поэтри-слэмами во всех языках. Это объясняется тем, что в каждой стране есть своя культура, свои поэтические традиции и как следствие, отличающиеся контексты и актуальные проблемы. Например, если в России выйти и прочитать текст, который как-то связан с ЛГБТ-тематикой, это может вызвать какую-то болезненную реакцию, какой-то скандал. Тогда как в Германии к текстам на эту тему совершенно иное отношение. Главное же отличие немецкого поэтри-слэма в том, что он очень большой, буквально огромный. За все десятилетия, своего существования (с 1993 года), он превратился в отдельный жанр, который стал даже ближе к стендапу, хотя даже от него он весомо отличается. Например, слэм-артистам из Америки, Бельгии или Франции не составит труда собраться вместе и выступить — всем будет понятно, что они являются частью одного целого, чего-то общего. Немецкие же артисты фактически не принимают участие в международных выступлениях. Мне кажется, немецкий слэм сейчас переживает определённый кризис — несмотря на явный интерес и постоянную смену поколений, ему требуется качественная перезагрузка. В противном случае он рискует превратиться в субжанр для начинающих комиков. При этом на каждом слэме в России или Германии я встречаю людей, на которых стоит обратить внимание. Практически на каждом слэме я встречаю автора или авторку, с которыми не был знаком, всегда стараюсь наладить контакт и пригласить их на свои выступления в качестве special guest. Например, недавно я познакомился с чудесной поэткой Дарьей Ма, которая живёт в Берлине, хотя и родилась в Питере. Мне кажется, если бы она выступила в России, ей была бы гарантирована победа… Из интересных слэм-артистов я бы назвал Алю Петрову из Москвы и разумеется Германа Геннадьевича Лукомникова. Дело в том, что я всегда стараюсь называть Германа Геннадьевича Лукомникова, когда есть такая возможность, признаться ему в любви и сказать, как же я восхищаюсь тем, что он делает!

В современном poetry-slam существует несколько устойчивых образов, один из которых — the best poet never wins — лучший поэт никогда не выигрывает. По словам наших собеседников, для тех, кто всерьёз занимается поэзией, победа — всего лишь приятное развлечение. Гораздо важнее радовать читателей, слушателей, зрителей и самих себя. В данном случае slam — одна из граней этой радости.

Материал подготовлен для виртуального фестиваля «Германия-экспресс» в рамках Года Германии в России 2020/2021. Сам фильм в форме живых Q&A можно посмотреть по ссылке

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File