Практика уничижения интеллигенции современной властной Системой

Олег Гуцуляк
22:52, 08 июня 2021
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
Image

Интеллигенция, собственно, всегда и рассматривалась господствующими классами как занимающая «маргинальное (периферийное) положение» в обществе: «…интеллигенция клубилась, была чрезвычайно реактивна, но при этом зачастую душевно аморфна и житейски беспомощна. Она с большим трудом воспринимала все то, что требовало от нее какой-то самоотдачи, самой скромной жертвы (хотя могла искренне почитать отдельно заявивших о себе борцов за права человека, с бесчеловечным режимом, видя в них какой-то оторванный от своей жизни эталон героизма). В этой среде не сложилась и готовность осознавать и отстаивать свои интересы в трудной битве жизни» [Ермолин, Булат…, с. 189]. Но от неё, все же, требовали, чтобы она была частью, «слугой» господствующих институтов, а не противопостовляла себя им, разделяла бы идейные и политические позиции существующего строя или класса и не была самостоятельной политической силой общества [Иванов, Финал…, с. 187 ; Арон, Опиум … ; Тендряков, На блаженном…, с. 32-33].

В первых годах советской ласти Н.И. Бухарин говорил: «…Нам необходимо, чтобы кадры интеллигенции были натренированы идеологически на определенный манер. Да, мы будем штамповать интеллигентов, будем вырабатывать их, как на фабрике. Я говорю, что если мы поставили себе задачу идти к коммунизму, мы должны этой задачей пропитать все решительно. Тов. Сакулин говорит, что мы должны воспитывать культурных людей. Верно. Но не просто культурных, а таких культурных, которые работали бы на коммунизм. Скажите, есть режим, который не ставил бы этой задачи? Где вы найдете учебное заведение высшее, среднее и низшее, которое не вырабатывало бы определенного кадрового состава? Таких стран и таких учебных заведений нет. Разница заключается только в том, что мы других людей вырабатываем для того, чтобы устроить другой порядок. Мы рассуждаем, как строители, как архитекторы, а не как люди, которые говорят, что не надо заниматься политикой» [Бухарин, Судьбы…].

Теперь мы наблюдаем совсем противоложную ситуацию: Система сама умышленно и очень активно вытесняет интеллигенцию на задворки, в аутсайдеры, маргиналы, всячески утрируются в СМИ и социальных сетях. Яркий образец последнего — откровенный пасквиль в стиле поименных доносов сталинской эпохи от «бизнесмена из девяностых» относительно т.н. «творческой интеллигенции»: «… это никакие не великие люди, никакая не интеллигенция, а просто самые настоящие отбросы общества, как пена в грязной воде, поднявшиеся на поверхность, и красивыми (хотя не такими уж и красивыми) трелями, которыми они нас десятилетиями зомбируют через средства массовой информации (а точнее дезинформации), сумевшие внушить нам мысль о своём, безусловно мифическом, величии. Отбросами общества они являются в силу своих моральных качеств и отсутствия интеллекта… Ни в коем случае … нельзя разрешать им нести отсебятину, нести то, что придёт им в голову (в голову им ничего хорошего прийти не может, в силу внушаемости и отсутствия разума)… А ненавидеть этих людей тоже нет смысла, скорее уж стоит их пожалеть, ведь это как капризные, невоспитанные, избалованные и испорченные дурным влиянием дети, только этим детям скорее всего уже никогда не суждено стать взрослыми… контролировать и не ждать от них разумного, доброго, вечного, а, как бывает нужно в отношении очень невоспитанных детей, осуществлять неусыпный контроль, проявлять строгость, и даже суровость, и, конечно же, заниматься их воспитанием. А главное, нужно понимать, кто они такие есть, и не придавать никакого значения словам, что вылетают из их уст, ибо сами они не ведают, что говорят. А будущих людей искусства, так же, как детей, нужно обязательно воспитывать, ни в коем случае не оставлять без пригляда, не пускать их становление на самотёк. А то такого эти дети натворят… Ооо… Так что наша сегодняшняя задача в отношении современных скоморохов — не дать им сегодня повторить ту подлость (удар нам в спину информационным оружием)» [Писарев, Почему…].

По существу, интеллигенция уже как таковая Системе не нужна (для неё они — «визионеры, мечтатели, словоблуды, некомпетентные и оторванные от реальности идеалисты»), ей достаточны лишь «поденщики» («прекарии», «нестабильно занятые работники», «неопролетарии», по Г. Стэндингу [Стэндинг, Прекариат…]) нематериального труда («биополитического нематериального производства», по А. Негри и М. Хардту) — производители образов, текстов, идей, эмоций [Гі, Бідність…]. Их сознание убаюкивают тем, что им присваявают имя «креативных людей» («креативщиков», Homo creativus) [Флорида, Homo…], подкупают возможностью реализовать желаемые ценности («мобильность», «гибкость», «самообразование», «досуг как работа», «социальная вовлеченность», «не далать так, как принято» и т.д.), являющиеся, в действительности, лишь их жалкими симулякрами, «лейблами», иллюзией… «Неопролетарии»-«креативщики» организованны на подобии учеников цеховых мастеров прошлого, но ныне им никогда и «не светит» самим стать «мастерами»: «… уже сегодня я могу взять десяток ребят с минимальным опытом, дать им задание, чтобы они нашли нужную мне информацию, которую я потом соберу воедино и получу результат дешевле и лучше, чем если бы нанимал одного специалиста. Причём все эти компьютерные мальчики взаимозаменяемы. Специализация и разделение труда. Когда-то это происходило при переходе к фабричному, конвейерному способу производства: разделение труда на простые элементы убило профессию мастера. Теперь этот процесс происходит не в физической, а в интеллектуальной сфере. И у нас исчезает интеллигент. Понятно, что такого рода работники не в силах сделать никакого следующего шага, они не могут ничего придумать нового. Но беда в том, что мир сейчас пришёл к такому состоянию, когда следующего шага никто и не хочет. Всех устраивает уже сделанное. А то, что уже сделано, как показывает опыт Китая, можно тиражировать, имея не сильно грамотное население» [Переслегин, Исчезает…].

Да, эти «постиндустриальные неопролетарии» также опасны для Системы, так как они обладают потенциалом поставить под вопрос текущий политический и экономический порядок и поэтому, согласно А. Горцу, «…являются главным действующим лицом грядущего культурного антипродуктивистского и антигосударственного переворота» [Горц, Знание…, с. 54]. Особенно в связи с тем, что к ним прислушивается всё больше членов постиндустриального общества, так как в последнем наблюдается экспоненциальный и поразительный по тенденции рост «массовой интеллигенции» — «популяций» образованных взрослых с дискреционным доходом, которые преследуют интеллектуальные интересы посредством книжных клубов, культурных ассоциаций, литературных фестивалей и т. д. (см., например: [Melvyn Bragg on the rise…]), социальных сетей. Собственно, направление к появлению «массовой интеллигенции» как социально-политической силы описал, по гарячим следам анализируя студенческие бунты в 60-70-х гг. ХХ в., американский социолог Р. Флэкс в своей книге «Campus Power Struggle» (1973): «…То, что Маркс не смог указать, было тем, что антибуржуазные интеллектуалы своего времени были первыми представителями того, что стало в наше время массовой интеллигенцией, группой, обладающей многими культурными и политическими характеристиками [социального] класса в смысле Маркса. Под интеллигенцией я подразумеваю, что [люди] профессионально занимались производством, распределением, интерпретацией, критикой и внедрением культурных ценностей» [Flacks, Campus…, P. 126].

В качестве примера революционной активности «массовой интеллигенции», можно взглянуть на события «Арабской весны» 2011 г., когда она стала основной социальной базой протеста, поскольку государствам не удалось обеспечить хорошую работу для ежегодно приходивших на рынок труда тысяч университетских выпускников, получивших европейское образование, но не в Европе, а непосредственно на Ближнем Востоке, не принадлежащих к элите, тесно связывающих свое будущее именно с родными странами, но не имеющих реальных перспектив — академической или профессиональной, не нужные собственным племенам и кланам, традиционно живущих, и даже государству, хотя и жаждущему модернизироваться и нуждающемуся в интеллектуальной подпитке, но превращенной в орудие по обогащению коррумпированной военной и бюрократической элиты. Слишком многие из «шабаб» («молодёжи», т.е. людей 20-40 лет) оказались предоставлены сами себе [Косач, Революции…].

Но Система понимает, что без интеллигенции, как «единственного культурного элемента», хотя и сведя её только к «обучению, выступлению или творчеству», все же невозможно полноценное существование общества. Ведь «…именно интеллигенция формулирует и обосновывает новые типы социального поведения, языковой культуры» [Пиреева, Языковая…, с. 134-135], и «…легитимация политического режима от имени интеллигенции как наиболее моральной части общества во многом выводит правящую элиту из ситуации “морального коллапса»…» [Мартьянов, Постсоветская…, с. 94]. Поэтому, люмпенизируя интеллигенцию, Система надеется и её превратить в опору режима, как это удалось ей провернуть с другими люмпенизированными слоями классов и социальных групп (люмпен-пролетариатом, люмпен-крестьянством, люмпен-менеджментом и т.п.). Власть надеется, что социальная незащищенность и отсутствие перспектив интеллектуального развития внесут элемент социальной покорности и безразличия в бытие интеллигенции как социального субъекта, девальвируя ее способности к осуществлению движущей и обновляющей функции в обществе. Иными словами, представители интеллигенции, живущие ниже уровня минимального потребительского бюджета, не в состоянии будут вносить сколь-нибудь объемный и качественный вклад в развитие общественных отношений. И главный из этих вкладов — это вклад политический как выражение социальной субъектности. Поскольку сознание интеллигенции есть наиболее чувствительный к переменам социальный субъект, в отличие от зашоренного сознания «расчеловечевшейся» массы, поэтому Система стремится сознание «интеллов» держать в узде (например, с помощью «наукометрического индекса»), а то и вообще — уничижить. Но на начальном этапе ставиться задача её дезориентировать с помощью все наростающего «информационного шума”, прекрасно описанного еще Олдосом Хаксли, а также, используя склонность интеллигенции к самодисциплине и преобладанию персональных идентификаций, внедрить в её подавляющее число социальную практику «сдержанного патриотизма», что обеспечит её не противопоставление власти, осуществит показное воздержание от выражения политической позиции и даже отрешит от политики.

Помощь Системе в этой политике оказывает и сама интеллигенция, будучи неспособной посмотреть на себя саму критически, со стороны: «…Коренной порок интеллигентов в том, что мир для них состоит из интеллигентов» [Канетти,Человек…, с. 37]. Интеллигенция предстает как «… воеобразный суррогат труктур гражданского общества, «выразитель интересов народа» перед властью…» [Москвина, Государственная…, с. 65].

Но, при этом, во-первых, интеллигенция была лишена возможности защищать интересы народа перед властью, так как действовал механизм индивидуального приобщения к власти, что исключало всякую возможность сопротивления [Москвина, Государственная…, с. 72], во-вторых, социологические исследования свидетельствуют, что человек с более высоким уровнем образования более склонен «идти на компромисс с властью», менее критически к ней настроен [Уханова, Российская…, с. 86], отдает предпочтения «оправданию действий думающих о высшем благе властей», нигилистической оценке «иждивенческой позиции населения», а также отказывается от «гражданской активности» из–за мнения о невозможности оптимизировать общественно-политическую и экономическую ситуацию именно в следствии иллюзорного представления о том, что у него выше способность к пониманию происходящих общественно-политических процессов.

Часть интеллигенции действительно станет и (уже становится!) опорой Системы Но только часть. И меньшая. Поэтому и будет агрессивной на этой интеллектуальной «сервисной» службе («цепные псы» и «шакалы», «скатившись до роли мелкотравчатого подстрекателя» [Цымбурский, Интеллигенция…]), блестяще выполняя социальный заказ Системы на развенчание «всех и вся», проявляя по первому зову властей «нонкомформистское отношение к чужеродным влияниям» во имя «защиты национально-государственных приоритетов». Именно такой миссией наделяют «подлинную / позитивную интеллигенцию» некоторые интеллигентоведы [Юдин, Бандурин, Интеллигенция…, с. 57 ; Васильев, Интеллигенция…, с. 28-29]): «…позором русской интеллигенции можно считать восхваление ее отдельными представителями в Бетховенском зале Большого театра только что “переизбранного» на новый срок известного политического деятеля, «гаранта Конституции», здравицы в его адрес, «неукротимая» поддержка намеченного им, «всенародно одобряемого» курса реформ… Как стыдно понимать, что славословие это из уст интеллигенции порождено всего лишь предвкушением бесплатных бутербродов в театральном буфете и возможностью получения «царских” подачек в виде дач, квартир, званий…» [Репринцев, Интеллигентность…, с. 34-35].

Превращение нынешней российской интеллигенции в традиционную «шовинист-интеллигенцию» [Семенко, Викриття…], попирающую самые простейшие нормы морали и здравого смысла, агрессивное, воинствующее человеконенавистничество, в «цепных псов» компрадорско-террористической власти ярко, например, проявилось, как в подписании 11 марта 2014 года обращения деятелей культуры Российской Федерации в поддержку политики президента РФ В.В. Путина в Украине и в Крыму [Деятели…], так и в непосредственном участии в «мочении хохлов» (Михаил Пореченков, Иван Охлобыстин, Захар Прилепин)… Не говоря о том, что такие представители интеллигенции как Ирина Яровая и Виталий Милонов стали прямо-таки фонтанирующими генераторами мракобесных идей по пресечению демократических свобод … Безусловно, когда «изменятся времена», мы от них услышим (и слышали в подобных ситуациях не раз!) скулеж: «… “мы так верили», «мы так считали», «такое было время», «все так делали», «мы тогда еще не понимали», «мы были под наркозом» и пр.» [Гарин, Инстинкт…]. Часть из этой «служилой” интеллигенции даже возводиться Системой в особый ранг: «… Креативный класс — это функциональный интеллект, это квазиинтеллект. Это класс, который интеллектуальными идеями, технологиями, как правило, поддерживает власть, бизнес, процесс потребительства, сохранение богатства богатых. Люди, которые функционально интеллектуалы, но не интеллектуалы по сути… Представитель креативного класса — тот, кто сидит в телевизоре. Вот он доступен для массового потребления. Он есть ожидаемым гостем в медиа. Его компетенции обладают свойством к унификации и распространению. Все, что он знает и умеет, может быть ретранслировано внутри образования, мастер-классов, тренингов…» [Дацюк, Революцию… ].

Считается, что эта часть интеллигенции «продала свою душу» («комплекс Фауста») Власти в обмен на привелигированное положение и чиновничьи должности (т.н. «привилигенция») [Gella, The Life…, p. 25]. Но более верно также то, что такое обожание российской интеллигенцией Власти — подлинная её сущность: «…мы вышли на самую главную тайну левой интеллигенции — она не за страх, а за совесть служила Советам — в надежде, что сможет через неё реализовать свой Большой проект — «педагогическое воспитание народа». Сама интеллигенция власть взять не могла, но заключив фаустианский союз с коммунистами, полагала, что с помощью их пропаганды и их бюрократии, сможет возглавить духовную деятельность, стать жрецами сталинизма… Поэтому даже самый либеральный левый интеллигент мечтает о ручном тоталитаризме, позволяющем интеллигенции воспитывать социум» [Ихлов, Страшная…]. И да, в реализации проекта «Великого воспитания народа» «…и лояльная к власти старая, и новая интеллигенция и в России, и в национальных республиках буквально захлебнулись в пафосе востребованности, в возможности всеохватной созидающей активности во всех профессиональных сферах; они были в известной мере подкуплены этой востребованностью» [Бялый, Звезда…, № 5-6].

И только единицам удается «вырваться на свободу», «за шлагбаум», правда, не без опасения что и там их найдут и вернут «шпионы» деспотизма (об этой трагедии см., например, роман Б. Окуджавы «Путешествие дилетантов» [Матюшкина, «Частный»…]).

Поэтому, не взирая на весь пафос, опять хочется воскликнуть: «Интеллигенты, будьте бдительны!».

Литература.

Арон Р. Опиум интеллектуалов / пер. с фр. // Логос. — 2005. — № 6 (51). — С. 182-205. — http://www.ruthenia.ru/logos/number/51/10.pdf

Бухарин Н. Судьбы русской интеллигенции // Печать и революция. — 1925. — № 3. — С. 1-10 // http://marxist-texts.narod.ru/olderfiles/1/bukharin_sudby_russkoy_intelligentsii.html

Бялый Ю. Звезда или смерть русской интеллигенции // Россия ХХІ. — 1997. — № 5-6 ; http://russia-21.ru/xxi/rus_21/ARXIV/1997/bialy_05_06_97.htm ; № 7-8. — http://russia-21.ru/xxi/rus_21/ARXIV/1997/bialy_07_08_97.htm

Васильев Н.Н. Интеллигенция и идеология в современной России // Интеллигенция и мир. — 2018. — № 2. — С. 21-40.

Гарин И.И. Инстинкт самосохранения или вырождения? : эссе о русской интеллигенции // Литсовет. — 2017. — 3 март. — http://www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=523174 ; http://www.mesoeurasia.org/archives/18079

Гі, Аластер. Бідність змушує американських викладачів-сумісників заробляти секс-роботою та спати в машинах / з англ. ; післямова Д. Новікова // Спільне. Commons. — 2017. — 23 жовт. — http://commons.com.ua/uk/bidnist-amerikanskih-vikladachiv/ (Gee, A. Facing poverty, academics turn to sex work and sleeping in cars // The Gurdian. — 2017. — Available 23.10. — https://www.theguardian.com/us-news/2017/sep/28/adjunct-professors-homeless-sex-work-academia-poverty).

Горц А. Знание, стоимость, капитал : к критике экономики знаний / пер. с нем. // Логос : философско-литературный журнал. — 2007. — № 4 (61). — С. 5-63.

Дацюк С. Революцию делают только интеллектуалы // http://falangeoriental.blogspot.com/2013/08/blog-post_7585.html

Деятели культуры России — в поддержку позиции Президента по Украине и Крыму // Официальный сайт Министерства культуры Российской Федерации. — http://mkrf.ru/press-tsentr/novosti/ministerstvo/deyateli-kultury-rossii-v-podderzhku-pozitsii-prezidenta-po-ukraine-i-krymu

Ермолин Е.А. Булат Окуджава и разложение советской и антисоветской массовой культуры // Ярославский педагогический вестник. — 2019. — № 2 (107). — С. 187-190. — DOI 10.24411/1813-145X-2019-10369. — https://cyberleninka.ru/article/n/bulat-okudzhava-i-razlozhenie-sovetskoy-i-antisovetskoy-massovoy-kultury

Иванов Вс. Н. Финал русской интеллигенции // Молодая гвардия. — 1991. — № 7. — С. 184-87.

Ихлов Е. Страшная тайна интеллигенции // Ихлов Евгений. — 2017. — 4 авг. — https://www.facebook.com/ihlov.evgenij/posts/1799964606685356 ; http://intelligentsia1.livejournal.com/747899.html

Канетти Э. Человек нашего столетия: худож. публицистика / пер. с нем. ; сост. и авт. предисл. Н.С. Павлова ; ред. Л.Н. Григорьева ; коммент. Р.Г. Каралашвили. — М. : Прогресс, 1990. — 474 с.

Косач Г. Революции арабских разночинцев // Левая политика. — 2012. — № 17-18. — С. 191-204. — http://www.intelros.ru/pdf/Left_politic/17_18/8.pdf

Мартьянов В. Постсоветская Россия. Социально-теоретические размышления // Мыслящая Россия : История и теория интеллигенции и интеллектуалов / под. ред. В. Куренного. — М. : НФ «Наследие Евразии», 2009. — С. 72-95. — https://vk.com/doc182338403_445039798

Матюшкина Е.Н. «Частный» человек в романе Б. Окуджавы «Путешествие дилетантов» // Ученые записки Петрозаводского государственного университета. — 2021. — Т. 43, № 3. — С. 79-83.

Москвина Р.Т. Государственная интеллигенция — советский феномен ХХ века // Интеллигенция и мир. — 2018. — № 2. — С. 63-74.

Переслегин С. Исчезает интеллигент // Записная книжка пессимистического оптимиста. — 2017. — 6 июля. — https://kobol-caprica.blogspot.com/2017/07/blog-post.html

Пиреева Г.И. Языковая маргинальность как культурный феномен // Вісник : філософія, філософія права, політологія, соціологія. — 2017. — Вип. 32 (1). — С. 126-137.

Писарев А. Почему «интеллигенция» против России? — 2014. — 12 с. — https://vk.com/doc94886473_287380431 (под измененным названием: Писарев А. Почему «творческая интеллигенция» против России? // «Советник» — книги о счастье, здоровье и долголетии. — http://www.1-sovetnik.com/articles/article-1247.html).

Репринцев А.В. Интеллигентность как форма проявления социальной и профессиональной позиции российского педагога // Вестник КГУ им. Некрасова. — 2008. — Т. 14. — С. 27-36.

Семенко С.В. Викриття лицемірної політики російської інтелігенції щодо українського питання в публіцистиці Олени Пчілки // Молодий вчений. — 2018. — № 9.1 (61.1). — С. 108-112.

Стэндинг Г. Прекариат : новый опасный класс // Гараж. — https://garagemca.org/ru/publishing/the-precariat-the-new-dangerous-class-by-guy-standing

Тендряков В. На блаженном острове коммунизма : рассказ [окончание] // Новый мир. — 1988. — № 9. — С. 20-37.

Уханова Ю.В. Российская интеллигенция: образование как фактор формирования гражданской позиции // Интеллигенция и мир. — 2018. — № 1. — С. 72-89. — https://www.ceeol.com/search/article-detail?id=679268

Флорида, Річард. Homo creativus. Як новий клас завойовує світ / З англ. — Київ : Наш формат, 2018. — 432 с.

Цымбурский В. Интеллигенция во времена кризисов и катастроф (логика гражданского поведения) (29 ноября 1993 г.) // Свободное слово : Интеллектуальная хроника десятилетия / редакторы-составители А.А. Гусейнов, В.М. Межуев, В.И. Толстых. — М. : Школа культурной политики, 1996. — С. 333-334. — https://intelligentsia1.livejournal.com/787524.html

Юдин К.А., Бандурин М.А. Интеллигенция как социально-интеллектуальная сила : идейно-теоретическая топография. История и современность // На пути к гражданскому обществу. — 2016. — № 2; — С. 56-66

Flacks, Richard. Campus Power Struggle / edited by Howard S. Becker. — New Brunswick (New Jersey) : Transaction Publishers, 1973; 2009. — 236 p.

Gella, Aleksander. The Life and Death of the Old Polish Intelligentsia // Slavic Review. — 1971. — Vol. 30, No. 1. — P. 1-27. — DOI: 10.2307/2493440

Melvyn Bragg on the rise of the ‘mass intelligentsia’ // Philosophy for Life. — 2012. — 4.07. — Retrieved from http://www.philosophyforlife.org/melvyn-bragg-on-the-rise-of-the-mass-intelligentsia

Опубликовано — Гуцуляк О. Б. Практика уничижения интеллигенции современной властной Системой // Соціально-гуманітарні виміри правової держави : матеріали Всеукраїнської науково-практичної конференції (м. Дніпро, 30 квітня 2021 р.). Дніпро : Дніпропетровський державний університет внутрішніх справ, 2021. — С. 65-72. — https://www.academia.edu/49170625/Гуцуляк_О_Б_Практика_уничижения_интеллигенции_современной_властной_Системой

Также тут — https://proza.ru/2021/04/18/1455

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File