radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post

Комментарий к статье для знакомых с аналитической традицией

Igor Bitman²

http://syg.ma/@igor-bitman/vviedieniie-v-khronosinierghietichieskuiu-tieoriiu-soznaniia

(Наверное, первое что бросается в глаза, это эвфемизм эмерджентности в (черновом) названии теории. Я долго не понимал причину конфликта панпсихизма и эмерджентизма, поскольку для меня эти категории были изначально слиты. Конечно это панпсихистская теория, и тот эмерджентизм, который я имею ввиду, не тождественен тому, что принято понимать под этим в известных эмерджентистских теориях. Да, человеческое сознание не существовало до того, как обезьяна взяла… извините, но существовало сознание «попроще», в какой момент сознание «попроще» превращалось в «не-сознание» при редукции? (Сознание без функций немыслимо). Как мне кажется, это происходит в тот момент, когда еще нет средств запоминания в физической реальности, т.е. на уровне как минимум ДНК/РНК (гипотетическая супервентность или параллелизм), а эмерджентисты предполагают, что все эти пороги эмерджентности строго супервентны на мозге, насколько я успел понять, кроме того я говорю об эмерджентности в информационном масштабном континууме во времени, а не о биологической системе (железе), выполняющей программу «сознание», следовательно не стоит пока использовать это слово. Но я не могу не использовать его эвфемизм, поскольку смысл этого слова является важнейшей арматурой теории. Без этого смысла мне просто нечего было бы сказать.)

Текст статьи я писал как художник для широкой аудитории, в ней нет подробной библиографии (лишь несколько сносок), но не только поэтому, а и благодаря отсутствию систематического философского образования. В этом комментарии нет и сносок, надеюсь вы простите мне такую вольность со скидкой на формат. Эти 2 текста еще не серьезные документы, но импровизация. Определить с какой полки эта теория мне пока сложно, здесь много нюансов, кочерга Витгенштейна не позволяет идентифицировать теорию по совести. Единственное, что могу сказать вполне уверенно — теория хроноцентрична. Материя, информация, пространство, жизнь, человек, сознание, смысл — все это вторичные категории. Под временем имеется ввиду неизбежность событийности, т.е. абсолютный процесс становления подлежащего (произвольного любого рода).

Можно также предложить приподнять знамя «натурализации трансцендентальной редукции», конструкция теории и метод располагают к этому — феноменология предлагает найти основания мира через наблюдение наблюдения, т.е. отказ от эмпирического содержания более внешнего мира (относительно редуцирующего), и обнаружении в результате этого структуры более внутреннего, я же предлагаю найти основание мира через сопоставление логического и эмпирического содержания наблюдения. Это связано с тем, что эмпирическое содержание может подсказать нам дорогу, когда в результате феноменологической редукции станет темно, так же, как в свое время логика подсказывает эмпирическим данным наилучший способ их организации.

Конечно ближе всего видимо нейтральный монизм. С одной стороны то, что называется материя, с другой то, что называется информация. Но до коллапса это суперпозиция. Поскольку это и не то, и не другое, мы называем его "3-й сущностью", хотя понятно, что это не логическое "2", а «не 1 и не 0».

Эта суперпозиция имеет два разрешения (для субъекта естественно) — «приходящее к» и «исходящее от». Приходящее — «объективная» реальность (в конечном виде хаотический поток данных), исходящее — «субъективная» реальность (в конечном виде организованный мир). Ведь что мы делаем всегда? Выносим суждения, делим приходящее на неравные части, вынуждая его диверсифицироваться. Перцепцию можно представить, как гомогенизирующий квантор, не принадлежащий воле субъекта, различение как дробящий квантор, (как бы) принадлежащий воле субъекта, но есть и третий — синтезирующий квантор — понимание. Однако этот синтез вновь имеет «характер» суперпозиции, он надстройка, диалектическое снятие, т.е. возвращение к объединенной субстанции, т.ч. мир предстает нам в итоге «разнообразно-цельным», «субъективно-объективным».

Но что такое это «исходящее», каким образом оно возникает в природе, вопрос сильно открытый. Не говоря уже о надстройке. Кажется мой метод феноменологичен, но при этом собственно феноменологический метод в теории кастрирован на пороге мгновения.

Все что мы имеем в осознанном опыте ограничено поверхностью (буквально тождественному плоскости поверхности, но не всему содержимому, что она ограничивает) некоторого объема в масштабном пространстве времени (не пространстве-времени Энштейна, а пространстве ВРЕМЕНИ, без пространства как такого). Слои-поверхности этого пространства — одномерные континуумы временных скоростей восприятия, частоты сознания. Т.е. это пространство масштабных градаций времени. Электрон занимает один слой на сетке, а галактика другой, соответственно своему периоду регулярной жизнедеятельности. Такая модель явно отсылает к аристотелевской коcмогонии. Все отдельные человеческие (и не только) сознания именно такие поверхности с фиксированной временной ставкой — ок. 100 мс между пиками (или иными), это та частота, примерно с которой время для нас течет непрерывно. У сознаний иных организмов другая ставка и другое положение в иерархии (ведь это масштабная сетка). (Это ни в коем случае не отличительный признак степени цивилизованности вида). Каждый ритм «натренирован» (как радиоточка) на определенный диапазон частот «приходящего» (реальности) не только физически (с физикалистской колокольни, т.е. что мы видим не вооруженным глазом/ухом/носом и т.д.), но и семантически — исходящее (информация) ограничено тем же диапазоном частот по «принципу зеркала», однако этот смысловой континуум «исходящего» имеет способность трансцендировать за пределы масштабного плато через законы логики, которые судя по всему имеют такую же трансцендентную конституцию, т.е. логика связывает масштабное пространство времени (мы не можем видеть даже маленьких насекомых, но можем догадаться об атомах). Культура, как целое и коммуникация, как элемент имеют природу интерференции близких частот, часто приводящему к резонансу (культура и физическое поле могут рассматриваться, как масштабные синонимы в амбивалентной субстанции).

Но самое главное, то что все эти поверхности сознаний конституированы всеми старшими масштабами, т.е. более высокими частотами, так же как тела носителей этих сознаний конституированы составляющими их биологическими элементами. И этот факт иерархической организации информационных скоростей мы называем логикой. (Вспоминаем мировое древо и прочих неоплатоников).

Можно подумать, что осознанность-осведомленность негласно приравнивается к категории исходящего, и кажется так оно и есть. Т.е. самая минимально возможная осведомленность (если таковая возможна), уже осознанна, именно как акт отторжения, противостояния внешнему данному миру. И вполне вероятно, что я склонен к фундаментальному панпсихизму (пантеизму, панлогизму), будучи абсолютным материалистом. Здесь видимо надо пояснить онтологическую разницу для меня между близнецами материализмом и идеализмом — ее нет. И материя и информация могут иметь и необходимую и контингентную природу становления, в зависимости от системы отсчета.

Суперпозиция (мир-без-нас) — необходимо существует, соответственно и приходящее и исходящее наследуют этот признак. Контингентность также явление системное (естественно не детерминированное), но имеющее не трансцендентную, а имманентную природу, привязанную к масштабу, к «этотсти», и определяемую как меру произвольного исполнения кода в ограниченном поле возможностей на данном масштабе, или, с другой точки зрения, как сумму ошибок прочтения и переписи кода. Само же древо логики в макрофокусе «типично», как и настоящие деревья, различающиеся лишь в деталях. Эта анти-юмовская позиция разграничивает сущее на локальное «в-меру-произвольное» бытие и макроструктурное «механизменное» бытие (солнце завтра встанет на спор).

Т.о. снимается угроза полного детерминизма — его фактическая контринтуитивность объясняется степенями свободы (контингентным поведением) я-акторов на уровне масштаба своей среды, аналогом броуновского движения.

Каждая поверхность-сознание является целым, большим суммы своих частей — Я-актором. Отдельные живые организмы все Я-акторы (Единые, монады), т.е. содружество (Единство) более простых я-акторов. Но содружество такого, что оно именно собор (церковь) — Единое. Недо-Объединенное-Единство — фикция. Оно лишь (еще или уже) общество, социум, колония, группа, вечно стремящееся соединится в Единое. Однако прикол в том, что превращение множества я-акторов в Я-актор никогда не происходит ДЛЯ СВИДЕТЕЛЕЙ эмпирически, т.е. эмерджентность Я-актора не осознается составляющими его я-акторами. Но вовсе не по модели «звездная пыль контингентно слепилась в субъективность питекантропа», все подмножества ментального континуума функционально изоморфны — множество я (Единство) координируют\координируется (свои) действия в старшее Я (Единое). Поскольку сознание лишь функциональная способность Я-актора, оно может отсутствовать, как таковая способность, однако Я-акторы могут существовать и без (до) сознания, в виде квалиа-агентов (не-помнящих).

Поэтому все я-акторы живут именно как общества, никогда не способные узнать (эмпирически), что они уже части целого, а Я-актор, образованный ими, живет сразу же как элементарный, не способный осознать собственную НЕ-элементарность (эмпирически). На примере китайской нации это значит, что «всекитайское-Я» существует уже на базе двух китайцев, но даже триллион китайцев не будут знать, что их взаимодействие «генерирует» всекитайское-Я. Все клетки тела организма самостоятельные Я-акторы, у них тоже есть квалиа, но они видимо (качественно) иные. У клеток свои жители. Где этот мир масштабных подобий обрывается? Неизвестно, поскольку квалиа фундаментальны. А сознание нет.

Однако в этом тезисе есть очевидная нестыковка — ведь в природе мы видим явную разницу между самостоятельными организмами и группами на уровне сложности высших животных. Если среди простейших существуют как отдельные представители, так и колонии, так и собственно организмы, то среди организмов, т.е. на нашем уровне, мы не наблюдаем последнего — самостоятельного физического субъекта, состоящего из организмов нашего уровня сложности. Есть два очевидных ответа на этот момент (на самом деле одинаковых по сути): первый для людей с естественнонаучным менталитетом — это обстоятельство следует списать, на молодость нашего мира, эволюция еще просто не дошла до этого момента. И второй вариант естественным образом следует из самой теории — мы просто не видим того масштаба реальности, который объемлет наш уровень и выше, поскольку входящее и исходящее ограничено поверхностью масштаба, но старшие нижестоящие масштабы проецируются на эту поверхность, а вот младшие, вышестоящие этого не делают, ну или мы не понимаем как они это делают.

Похоже на Лейбница — монады, это масштабные единицы Я-акторов, они полностью изолированы друг от друга смежно в одном времени и метонимически между временами. Как именно? — по Я-параметру: я единый субъект, отдельный от единого (гомогенного) «не-я» вокруг него. Но предустановленная гармония прорубает себе дорогу в условиях термодинамической вселенной, а монады не истинно элементарны.

Мой эмерджентизм не представляет в виде элементов физикохимические процессы в мозге, а в виде целого ментальное, пожалуй это будет самым точным отличием от классических эмерджентистов. Здесь более простые системы фундируют более сложную, эти системы имеют одну и ту же природу (сделаны из одной материи). Т.е. все–таки дуализм, по крайней мере после коллапса волновой функции.

Мы можем предполагать, что мир моничен «на самом деле», но для нас он навсегда дуалистичен.

«Я" появляется только с возникновением во Вселенной памяти, относительно квалиа-агентов нельзя рассчитывать на наличие у них "Я», поскольку отсутствует субъект. Квалиа есть, а субъекта нет, поскольку нет возможности для свидетельства в непрерывности восприятия. Восприятия каждого мгновения дискретны, никак не связаны между собой. Сознание же, как функциональная машина Я-актора, с прилаженным к нему квалиа генератором, супервентно на любой машине воспроизведения памяти, в нашем случае на мозге, но так же и на ДНК. (Степень взаимной каузальности материи и информации при этом не обсуждается). Мозг же супервентен на ДНК (отдельно в материальном измерении). Эти факты условно (временно) параллельны (эпифеноменализм я отрицаю).

Разделяю мнение Коха и Крика о том, что пока стоит воздержаться от поисков причинно-следственных связей между психическими и нейрофизиологическими процессами. Но это не должно мешать уточнять другие вопросы о природе сознания. В связи с чем пока воздерживаюсь от выяснений типов супервентности, подходящих этой теории. Однако если споткнуться о мою оговорку про энтелехию, то видимо можно предполагать обнаружить такую странную вещь, как обратную супервентность, где система младшего масштаба будет строить систему старшей или хотя бы влиять на ее организацию, но пока оставим эту тему.

Так как же появляется сознание, если оно порождается квалиа и памятью? Физически оно появляется в результате (или параллельно) с возникновением аппарата ДНК. Как эмерджентный эффект сознание появляется на базе квалиа вместе со «способом запоминания (сохранения информации)». Если до этого и было нечто подобное механизму фиксации, то оно никогда еще не служило (в совершенно логическом смысле) чему либо, или иначе говоря, не воспроизводило записанное (зачем-то). (Вопрос на уровне бихевиористов). По крайней мере это то, как мы проанализировали Природу.

Или полная контингентность материального становления по необходимым законам (неживое), или полная необходимость материального становления по контингентным законам (живое).

Что-то происходит случайно или что-то происходит из–за «вызванного» воспроизведения ранее сохраненного. ПОЧЕМУ этот рубеж есть? Вот это hard problem.

Т.е. я приравниваю вопрос о начале жизни и начале сознания (но не квалиа).

И вот почему. Прежде чем у того, что называется сознанием, появляются функции, появляется средство, при помощи которого, эти функции можно осуществить. Эти средства называются память. Или архив данных, к которому есть операциональный доступ. «Физически» это средство появляется в виде нуклеиновой кислоты, затем в виде нервной системы и мозга. Это как минимум 2 фундаментальных плато.

В качестве примера — наличие памяти у простейших. Если простейшие помнят, то как? Если контингентная материя помнит, то как?

Но главное — что, как и зачем она делает со своей памятью?

Кристалл структурно состоит из повторов, о нем можно сказать, что он самовоспроизводится. Но очевидно, что между механизмом воспроизведения кристалла и живого организма имеется семантическая пропасть — кристалл производит лишь «сам себя» (себя, которого еще нет), а жизнь производит не только себя (которое уже есть), но и другую жизнь с собственным внутренним «стимулом» (помимо всего прочего).

Конечно можно возразить, что при таком формальном ракурсе и материнский кристалл тоже способствует появлению дочерних, но тем не менее он делает это принципиально иначе — имеет «внешнюю» контингентность становления, тогда как организмы имеют «внутреннюю» необходимость. Здесь и Дарвин и Шеллинг скажут, что сама необходимость имеет контингентную природу (свободное воление Случая или Бога), т.е. что тип системы зависит от произвольной выборки начальных состояний, это скажет даже теория систем, положа руку на эффект бабочки. Но это ничего не меняет — какова бы ни была собственная природа необходимости, реализуется она вполне однозначно как принуждающая сила. В общем забудьте о плавной элегантной трансформации неживого в живое.

Однако надо уточнить — граница напряжения здесь тройная: между А) отсутствием памяти, В) просто запоминанием (происходит ли запоминание уже ради воспроизведения, или просто происходит по физическим причинам, и если второе, то почему за этим следует воспроизведение?) и С) воспроизведением (воспроизводится ли структура ради существования младшего (верхнего) порядка (по его просьбе/указу), или просто воспроизводится, как необходимое следствие от запоминания или чего-то еще неизвестного?)

В конце статьи предложен один вариант ответа на факультативный вопрос D) — почему память копируется? Как мне кажется это не очень острый вопрос, хотя возможно это так в свете предложенного ответа — копируется, поскольку не может расти бесконечно в виду физических ограничений. Но этот ответ не проясняет ничего относительно первых трех.

На мой взгляд кейс китайской комнаты самый важный в вопросе о смысле. Все контраргументы не кажутся мне убедительными. В статье есть две отсылки к этой теме: в первом случае в виде контраргументов физикалистским теориям, во втором, более скрыто и требует пояснения — в виде тезиса «знак предшествует значению». Этот тезис основан на простом наблюдении — азотистое основание (и может и существует) не только как дескрипционный агент, но и как НЕ дескрипционный агент (просто случайная молекула). И глупо было бы предполагать, что все свободные азотистые основания просто отвалились от цепочки нуклеотидов, согласитесь. Следовательно (обобщение логично) означающее конституировано заранее как бы контингентно, но в системе означаемых уже предстает необходимо, как только одна единственная причина данного значения. Однако степень влияния собственной структуры знака на семантическое поле его значений не представляется (не понятно). Мне кажется это очень интересная зацепка для выяснения природы смысла, но у меня нет пока соображений по этому поводу.

Смысл определенно требует наличия операциональности, т.е. наличия системы отношений между данными, в то время, как квалиа теоретически не требуют вообще ничего, кроме бесконечного изменения некоего потока данных. Но каким образом бесконечное изменение может привести к началу небезразличия одного элемента относительно иного (в памяти)? Может быть Лейбниц все же прав, и все это безобразие лишь предустановленная гармония, а смысл иллюзия?

Но все же интуиция подсказывает не соглашаться с таким положением дел, из–за лазейки в неясности природы отношений между элементами и целым.

Позволю себе здесь пинок Чалмерсу, с которым у меня есть некоторые разногласия, несмотря на общий курс, однако один момент задел меня особенно: он делает завуалированную логическую ошибку в своих интересах — пирожное, это не только рассыпчатое, но и например ЕДА. Что имеется ввиду? Давайте снова посмотрим на его шутку и оригинал Серла более внимательно (здесь я на стороне Серла естественно):

1. Компьютерная программа имеет синтаксический характер. (имеет единственный корректный вариант прочтения и имплементации)

2. Синтаксис недостаточен для семантики. (именно так, но безусловно требует пояснений)

3. Сознания семантичны. (да)

4. Поэтому имплементации программы недостаточно для сознания. (с пояснениями ко 2-му пункту, да)

и

1. Рецепты синтаксичны. (да)

2. Синтаксис недостаточен для рассыпчатости. (нельзя ли узнать, каким образом семантика превращается в рассыпчатость? и отчего же не нашлось эвфемизма для синтаксиса?)

3. Пирожные рассыпчаты. (no way!)

4. Значит, имплементации рецепта недостаточно для пирожного. (ложность вывода верна, возьми с полки свое пирожное)

Конечно имплементации рецепта достаточно, чтобы пирожное оказалось рассыпчатым, но достаточно ли марсианину в китайской комнате приготовить пирожное по рецепту, чтобы он догадался, что его можно СЪЕСТЬ? Или хорошо, зануды парируют: в рецепте написано, что его надо съесть. Ок, а написано ли в рецепте, что пирожное может быть наградой за хорошее поведение или напоминанием о бренности всего сущего? Некорректность сравнения семантики и рассыпчатости очевидна — ведь рассыпчатость принадлежит лишь одному из типов предикаций, отвечающему на вопрос «какой?». Как вы думаете, большого ли труда стоит роботу определить степень рассыпчатости изготовленного им пирожного? Усугубим ситуацию: большого ли труда стоит роботу определить степень сладости изготовленного им пирожного своим глюкометром? А что нам ответит робот на вопрос «что это такое для тебя?» или «зачем ты это сделал?» Но не надо говорить о некорректности условий эксперимента, это не я, а Чалмерс приравнял вторую сущность к значению вообще. Просто подставьте вместо рассыпчатости съедобность в его шутку и поймете насколько его адвокатура сильного ИИ пролоббирована его бессилием перед сложной проблемой смысла. Рассыпчатость будет присутствовать в пирожном в виде потенции, как потенциальная возможность данного куска материи подвергнутся энтропии, но съедобность пирожного является потенцией не пирожного, а заинтересованного в нем постороннего агента.

Добавлю масла в огонь — огромное число значений НЕОБХОДИМО следуют из имплементации, например такие как рассыпчатость или сладость. И не следует ли по этой причине исключить эти значения из области семантического, понизить их в звании до синтаксического следствия? А семантическое ограничить областью таких значений, которые из имплементации не следуют? Вы ведь понимаете, что такие значения есть? Эти значения «волшебным образом» обнаруживаются на плато культуры, т.е. системы в которой «китайская комната» является элементом, а вовсе не следуют изнутри нее, как эффект от ее работы.

Если гармония предустановлена, синатаксично все, этот аргумент не работает. Если гармония предустановлена, но энтропия препятствует корректной имплементации, мы все еще не понимаем что такое семантика. Мы просто не понимаем что такое семантика вообще в синтаксической системе координат.

Ведь вся гениальная суть китайской комнаты как раз в том, что никакая бурная ее внутренняя деятельность не может объяснить появления понимания собственных действий. Т.е. ее действия (неважно: действия демона, или действия всего комплекса комнаты) никак не могут обнаружить той границы, прежде которой смысла нет, но за которой он есть. Это напоминает его же (Чалмерса) инспекцию онтологии квалиа, где он доказывает, что квалиа либо есть, либо нет, но не может быть чего-то среднего, и я с этим полностью согласен. Означает ли это, что я пытаюсь поженить квалиа со смыслом? Нет, определенно нет, это было бы категориальной ошибкой на мой взгляд, впрочем об этом я говорил выше (квалиа фундаментально, смысл (и сознание) системный феномен). Но совершенно очевидно, что смысл переживается, и без квалиа никакого смысла просто не существует.

Проблема здесь видимо в том, что при таком раскладе всякий синтаксис неизбежно оказывается семантикой для собственных синтаксических подмножеств, где каждая бумажка-инструкция сама оказывается китайской комнатой, и все истинные мясные китайцы тоже, что возвращает нас к архаичному дуализму и дурной бесконечности (впрочем дурнота слабое оправдание для ложности).

Может быть смысл это иллюзия (а не сознание)? Кажется я довольно идиотским образом пытаюсь опровергнуть эту версию в статье, чуть ли не на декартовский манер — если мне кажется, что я нечто понимаю, то не мыслимо то, что мне это только кажется. Понимание может быть ложным, истинным, фиолетовым, с изюмом или в четверг относительно предмета, но не может быть так, чтобы мне казалось, что я понимаю, в то время как на самом деле я бы не понимал (нечто). Еще тупее — невозможно чтобы я чувствовал себя бегущим, в то время как я бы стоял (бодрствуя). Очевидно, что этот акт не может быть фальсифицирован. Следовательно этот акт понимания чего бы то ни было не может быть иллюзией.

Но опять же, если, и только если, энтропии не существует.

Как может нечто, основанное только на синтаксисе, производить семантику? Никак. Никакие комбинации символов и их имплементации не позволят нам перейти от синтаксиса к семантике, никакое количество синонимов и определений не даст нам «переживания понимания смысла».

Это переживание понимания значения чего либо имеет такую же квалитативную природу, что и переживание красного.

Представим себе очередного зомби, на этот раз у него есть и квалиа и функциональный мозг, однако лешим его понимания чего бы то ни было. Он может ощущать мир, но не понимает что все это такое, мозг же занят лишь приемом и запоминанием, но не сопоставлением одного с другим. Это сознание не выносит суждений, не обнаруживает каузальности в происходящем. Очевидно, что ни о каком мире таких существ говорить не приходится, даже растение «понимает» (хотя бы в бихевиористском смысле), что свет это хорошо и действует соответственно (тянется листиками).

Какой квантовый/химический факт действительности может быть «виновен» в начале увязывания разрозненной информации между собой? Лейбниц скажет, что это делает бог, Лейбниц самый последовательный материалист из всех. Физикалист выразится слабее — он скажет что монады связываются такими-то законами природы, причина появления которых не обсуждается. Я просто обобщу мнения — семиогенезис тоже внешний закон, такой же объективный, как 4 фундаментальных физических взаимодействия, если их столько, но он скорее не 5-ый, а все они 4 в одном. Черт, здесь что-то не чисто.

Бесконечный регресс в поисках основания смысла бесплоден, поскольку смысл ограничен поверхностью, наш смысл не имеет смысла за пределами нашего масштаба. Смысл значения является квантом информационного поля, он одномерен и не может масштабироваться в иную размерность.

На помощь спешит голограмма, но ее весть печальна — она для нас, но не наоборот: логос проецирует свои законы на нашу поверхность, мы же едва ли можем ответить в пространство масштаба.

Т.о. смысл может быть эмерджентным (корзина для всех непоняток) явлением при бракосочетании памяти и квалиа, либо третий аспект (виртуальный градиент между двумя экстремумами) в нейтральном монизме (квалиа<(информация)>материя), либо второй аспект вместо одного из двух других (квалиа-информация или материя-информация или квалиа-материя, в то время как третий лишний оказывается «концептом»).

Но скорей всего, если этот вопрос когда-то прояснится, станет понятно, что выше обозначенные пункты не более чем словоблудие.

-

p.s.: Чалмерс, удобно усевшийся заменять свои нейроны на кремни, возможно сможет рапортовать об опыте умерщвления от первого лица. В какой момент он таки умрет? Если все его тело не будет разорвано внутренним давлением от постоянной нейрональной регенерации (пренебрежем этой биологической проблемой), то он умрет по чистому (но градуированному) градиенту без намека на бинарность, т.е. будет умирать поэтапно, стремится к нулю (при не ослабевающих квалиа), просто его сознание будет умирать, но не опыт. Функциональные аппараты будут деградировать по очереди или параллельно. Конечно это видимо зависит, от того, какие именно нейроны, из каких областей, будут заменятся раньше или позже, например при замене областей Вернике или Брока он утратит возможность вербального отчета (постепенно) и т.д. С тем же успехом он мог бы заменять свои нейроны вишенками для коктейлей.

Меня поражает неспособность нейро-теоретиков осознать принципиальную роль нуклеиновых кислот в своих воздушных замках. Конечно никакого сильного ИИ моя теория не предполагает, как минимум до тех пор пока кремни не снабдят «живым» геномом (или хотя бы не подключат к ним квалиа-генератор), и как максимум, пока мы не найдем принцип фундаментальной природы отношения синтаксиса и семантики.

p.s.2: В смысле функциональной (иерархической) модели работы сознания, я очень во многом солидарен с функционалистами, поскольку функции сознания супервентны (или коррелируют) на определенном уровне организации (любой) архитектуры, но не тупо на всем комплексе нейронных взаимодействий или душе (не-биективном множестве).

Но я не согласен, что сами эти факты (материальной) организации автоматически вызывают сознательный опыт, т.е. что квалиа супервентны на мозге, квалиа фундаментальны.

Тем не менее в пассивной роли наблюдателя в момент организации информационных данных о «приходящем» (и частично «исходящем») различными машинами (мозга И сознания) я не сомневаюсь.

-


Subscribe to our channel in Telegram to read the best materials of the platform and be aware of everything that happens on syg.ma

Author