Donate
Society and Politics

Независимые СМИ и национальные республики: проблема расовой предвзятости в освещении войны

Indigenous of Russia22/05/24 19:08332

С начала полномасштабного вторжения, некоторые независимые российские медиа участвовали в построении образа жителей национальных республик как провоенных и исключительно лояльных власти. 

Рассказывая о войне и об отношении жителей национальных республик, зачастую журналисты не упоминают антивоенные движения или активистов из республик, тем самым участвуя в нарративе Кремля о том, что русские хорошие, и не так уж виноваты в войне, а вот все эти «дикари» и «азиатчина» — главные головорезы. 

23 февраля в издании «Люди Байкала» вышел материал под заголовком «Два года войны: что жители Иркутской области и Бурятии говорят о погибших военных», где два соседних региона противопоставляются по потерям и отношению людей к войне. Если в статье про Иркутскую область звучат антивоенные голоса и одна героиня говорит, что «все устали от войны», то при чтении материала про Бурятию создается впечатление, что все войну поддерживают.

В статье рассказывается об исследовании социолога, участницы Лаборатории публичной социологии Аиды Белокрысовой, в котором разговоры с жителями Бурятии произвели на нее «обескураживающее впечатление». «Во многих других регионах России это совсем не так» — делится впечатлениями Аида Белокрысова. Другие участники Лаборатории в это время отправились в Краснодарский край и Свердловскую область. Сейчас они сводят результаты поездок в один аналитический отчет.

Таким образом, у журналистов и исследователей пока нет окончательных данных исследования по разным регионам, и не упоминается, в каких еще регионах и районах Бурятии побывала социолог, чтобы утверждать, что в Бурятии все спокойно относятся к войне, а в других регионах иначе.

Традиционно в этике бурят присутствует сдержанность в выражении чувств, например не принято плакать на похоронах, проявлять нежность на людях или громко ругаться. Подобное незнание специфики региона и народа приводит в выводам, граничащим к расистским клише.

«Люди Байкала» также очень вольно используют определение «бурятский» — например, никто в самой Бурятии не скажет «бурятский город Кяхта» или «бурятская Селендума» (так как в этих населенных пунктах буряты составляют меньшинство.)

6 июня в «Медузе» вышла статья с заголовком «Мы все умрем, а народ будет жить. В Калмыкии живет больше буддистов чем где-либо в Европе. Многие из них охотно идут воевать с Украиной. Вот как оправдывают войну те, чья религия отвергает любое насилие». Этот материал изначально вышел в издании «Верстка» совсем под другим заголовком «Если Россия останется такой, какая есть — я не вижу перспектив ни у нее, ни у Калмыкии».

В заголовке «Медузы» подсвечивается кремлевский нарратив, что многие калмыки поддерживают войну и не смотря на мирную ненасильственную религию охотно идут воевать с Украиной. При этом в оригинальной статье нет даже прямой цитаты или какой-либо статистики по военнослужащим и отношению региона к войне. Зачем делать акцент на буддизме, если и в христианстве отвергаются любые формы насилия?

Похожий материал вышел и у беларуского независимого канала «Вот Так», где есть строчка «десятки тысяч калмыков добровольно пошли убивать украинцев». Снова нет ни статистики, ни этой цитаты в оригинальном фильме Радио Свободы. Зато можно подумать, что Республика Калмыкия и ее жители сами решили объявить войну Украине и толпы калмыков обивают пороги военкоматов. «Кровожадные! Дикий народ!», — может подумать человек извне, не знакомый с республикой и ее жителями.

15 сентября 2022 в репортаже для «Черты» и «Людей Байкала» журналист Владимир Севриновский рассказывает о Надежде Байкаре.  В самом начале статьи редакции «Черты» и «Людей Байкала» отмечают, что «Тува — самый бедный регион России и один из самых воюющих» и назвали Надежду женщиной из «старого воинского тувинского клана». Впоследствии сам Севриновский в другой статье написал про это следующее: «Пришлось объяснять, что родители и деды героини занимались чем угодно, но только не войной, а «военный клан» образовался в позднем СССР и ничем не отличается от советских воинских династий где-нибудь на Урале или в Приморье.»

Мы согласны с автором и называть регион "самым воюющим" нельзя, потому что регион не воюет с Украиной сам по себе и по собственной инициативе. Эту войну начали в Москве, а не в Улан-Удэ или в Кызыле. И ни один регион не решал, быть ему "воюющим" или нет. В этом вопросе у регионов просто нет субъектности, которую подразумевают авторы подзаголовка.

Как и чем измеряли самый воюющий регион? 

На тот момент по абсолютному числу погибших лидирует Краснодарский край, Свердловская область, Башкортостан и Челябинская область. Тыва возглавляла список с учетом плотности мужского населения, но это скорее говорит о том, что коренное население активно пускали в расход как пушечное мясо.

В статье Медиазоны описаны страшные преступления, совершенные российскими военными, совершенные российскими военными на фоне политических и идеологических разногласий из-за войны в Украине. В материале описаны пять случаев насилия, но в колонке про убийство Николая Березуцкого и убийства в лагере для мобилизованных «Гренада» везде указана только одна национальность преступников: «тувинец зарезал», «тувинский мобилизованный». 

Довоенная традиция указывать этническую принадлежность преступников только порождает расистские представления у  читателей. Так часто пишут  русские националисты. Но если мы хотим жить в свободном и демократическом обществе, то такие  высказывания от либеральных независимых СМИ недопустимы.

В западных странах антирасистское движение существует куда дольше, поэтому там активисты добились разработки методических материалов, которые документируют расовую и этническую предвзятость в освещении преступлений в СМИ.

Например, в исследовании Equal Justice Initiatives указывают на расовую предвзятость в более чем 20 различных темах, связанных с освещением в СМИ, включая использование изображений, выбор языка, представление обвиняемого и жертвы, а также происхождение репортёра. Этническая принадлежность не является причиной или определяющим фактором преступления и не должна представляться таковой.

Её использование, скорее всего, отвлекает общественность от понимания причин преступления и порождает расистские стереотипы. Таким образом, даже независимая журналистика может поддерживать эти стереотипы, делая акцент на этнической принадлежности, когда она не имеет значения.

Quinchenzzo Delmoro
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About