Есть дискурс тяжестей материнства, но нет дискурса радостей

Katerina Marueva
19:37, 06 апреля 2021
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
Image

Наша встреча назначена в Парке Горького на Площади Искусств. Светит солнце. В понедельник днем тут спокойно и не слишком людно. Вдали появляется фигура в черном пуховике, которого почти не видно за детским голубым комбинезоном и коляской. Мы машем друг другу. Сегодня нас будет трое. С нами еще одна участница интервью — Зоя. О ее маме Виктории и о том, как изменилась ее жизнь после рождения дочери, будет этот разговор.

Сколько Зое лет?

10 месяцев.

Ого, да ты уже совсем взрослая женщина!

(Смеемся)

Расскажи мне, каково быть мамой в XXI веке?

Очень сильно давит, так называемая, концепция «интенсивного материнствования» — органичное занятие детьми без ранних яслей, без няней. Согласно теории привязанности, ребенок постоянно должен чувствовать маму рядом, чувствовать ее любовь и заботу. Сегодня вообще есть мода на все органичное. И я думала, когда готовилась стать мамой, что готова всю себя отдавать ребенку и пойму, как это нужно делать. Но самое главное, за этими общими словами никто не говорит, как это реализовывать. А это тяжело. Я думала, что буду сама хотеть все время быть с ребенком, а помощь мне будет нужна в том, чтобы обеспечивать наш с ней быт: готовить нам, мыть посуду, мыть полы. Но зачастую ты хочешь отдать ребенка кому-то и наготовить еды на десять человек. И не потому что ты его не любишь, просто хочется сменить деятельность. И очень скучаю по своей профессиональной самореализации. И поэтому тоже хочется отдать ребенка на время. И постоянно думаешь: этим я не додаю ей тепло и заботу? Мы с ней большую часть времени вдвоем дома, она очень общительная и любит со мной играть. И это здорово! Но часто я просто не знаю, что еще ей предложить, и просто сижу за столом, занимаюсь своими делами, а она стоит, опираясь на мои колени, смотрит на меня, требует новых идей, а я ничего не могу предложить. И думаю, насколько мне сейчас нужно выжать из себя любовь, тепло и заботу, чтобы она их ощутила. Не чувствует ли она, что я ее игнорирую. Самое тяжелое вот в этом. Потому что концепция интенсивного материнствования тиражируется очень широко, и есть давление соц сетей. А из плюсов, конечно же, потрясающее количество всевозможных устройств, которые можно приобрести очень легко сейчас. Часто случайно обнаруживаешь штуку, которая потом спасет тебе жизнь. Это очень облегчает жизнь, и я благодарю за это 21 век.

Давай теперь немного вернемся назад. Ты вот говорила про скучание по деятельности. Как я понимаю, это скучание по своей прошлой жизни, да?

Да, конечно. Это в первую очередь про личное пространство, про возможность самой свое время организовывать. Я выпустилась из магистратуры, потом у меня был год перерыва прежде чем я поступила в аспирантуру по другой специальности. В аспирантуре я училась на философии, и это для меня совершенно новая сфера. К сожалению, я в этом была совсем одна, занятий у нас было мало, и мне приходилось много работать самостоятельно, писать статьи и диссертацию. Я почти как сейчас все время сидела дома или ходила в библиотеку. Была сама с собой. С другой стороны, я ездила на йогу два раза в неделю, встречалась с друзьями, ходила на выставки. Было много социальной активности. А потом случилась пандемия. Это очень интересно совпало с последними месяцами моей беременности и первыми месяцами жизни Зои. Мне все подруги говорили, что я счастливая, потому что я и так бы ограничила свою социальную активность на этот период, а тут это совпало со всеми. Сейчас я по прежнему предоставлена сама себе, но с ребенком ты совершенно не можешь ничего планировать на день. Зоя может проснуться через полчаса или полтора или проспать два, но это в редких счастливых случаях. И ты находишься постоянно в подвешенном состоянии, не знаешь, когда именно она проснется и не знаешь, что ты могла бы сделать, если бы захотела и нашла силы. Поэтому почти не получается делать ничего крупного. Я стараюсь писать диссертацию, но это смешно, слишком мало и эпизодично. В основном думаешь: “ну сколько у меня? 15 минут? лучше посмотрю Ютуб” (смеется) Вот это для меня очень трудно — организовать мою жизнь сейчас.

А какой ты была до того? Где ты училась до аспирантуры?

Я все время училась в МГИМО на международных отношениях, потом решила в МИД не идти, поэтому получился перерыв. Я долго осмысляла, что хочу делать. Пыталась пойти в журналистику, но мне не понравилось работать в СМИ с глобальной международной тематикой, поэтому я немножко зависла… потом поняла, что мне хочется заниматься философией. Я выпустилась с первым китайским языком, была на двух стажировках в Китае, очень люблю Китай и китайских язык. Мне захотелось войти в него и китайскую культуру глубже. Было много знакомств в Китае, которые этому способствовали. Я решила пойти в философию, и, поскольку у меня не было базового философского образования, продолжила в своей альма-матер, чтобы было комфортнее входить в новую для меня сферу. Но это было и до сих пор остается очень трудным вопросом. До сих пор у меня ощущается синдром самозванца. С другой стороны, философия для меня сложна тем, что я должна сосредоточиться больше на восточной философии, а на моей кафедре никто этим не занимается. Поэтому я в какой-то момент поняла, что углубляюсь довольно сильно в западную философию, и перестала понимать, зачем мне это нужно. Чтобы обеспечить себе связь с локальным сообществом? Я стала углубляться не в свою тему, а своя зависла где-то, где у меня были одинокие часы самостоятельного труда.

Мне показалось, пока я заглядывала в твою жизнь через Инстаграм, что ты человек активный, что ты супер организатор, тебе все время нужно куда-то ехать, что-то делать. Это так?

(Смеется.) Ты знаешь, про меня многие так говорят. И когда я плачусь мужу, что ничего не делаю. Он говорит мне: боже мой, тебе перечислить, что ты делаешь? Я иногда заглядываю в свое резюме и думаю: ну да, вроде бы что-то есть… И даже да, просто в соц сети. Но у самой у меня почему-то совершенно другое впечатление — что я провожу большую часть времени дома сама по себе. Как это получается для меня до сих пор загадка. Наверное, именно потому что я делаю много всего разного, начинаю что-то, не закончив предыдущее, занимаюсь и интересуюсь многими вещами сразу, могу в нескольких проектах участвовать. (Зоя завывает). Сейчас-сейчас, моя хорошая…

Она тоже хочет участвовать в разных проектах.

Абсолютно на меня похожа в этом, да! Сейчас будем укладываться…

Мы делаем паузу. Располагаемся на скамейке.

Вот за что еще я очень рада 21 веку, сейчас стали спокойнее относиться к кормлению в общественных местах. Мне ни разу не говорили, чтобы я прикрылась или что-то такое. Это очень удобно. Хорошо, что можно ходить в люди.

Есть такой пережиток или страх в тех, кто еще не был мамой или только-только стал, что ты как будто должна быть исключена из всего социального пространства.

Да, но знаешь, что удивительно. До того, как я забеременела, я не замечала сколько вокруг нас много мам с детьми. Сейчас я смотрю и думаю, неужели они были всегда здесь? Так много. Я не замечала раньше. Я сейчас стараюсь приглашать в гости своих подруг, которые в серьезных отношениях и без детей, чтобы они смотрели на Зою и наше взаимодействие. У меня такой возможности не было. Зоя — первый младенец, которого я взяла в руки. Конечно, очень сильно ожидания расходились с реальным материнством.

У тебя было ощущение, что инстинкты проснутся и ты поймешь, что надо делать?

Они действительно проснулись, и мне многое дается легко. Тут скорее про организацию социальной жизни. Своей личной жизни с ребенком. Конечно, бывает по-разному, очень много зависит от ребенка. Кто-то легче входит в режим, например, и все лекарства действуют по щелчку. Моя соседка по лестничной клетке родила через четыре месяца после меня. Я тогда подумала: “боже, сестра, я с тобой! держись! Это такие сложные первые месяцы”. Прошло время, мы столкнулись с ней, и я спросила: “Ну что, как материнство?”. Она ответила: “Да все хорошо, мы спим по восемь часов. Думала, по работе буду скучать — не скучаю”. Думаю, это зависит и от ребенка, и от тебя, как ты адаптируешься к моментам, не поддающимся контролю.

Как на тебе сказалась пандемия?

Мне кажется, я даже не заметила ее. У меня не изменилось ничего. Я в последний раз в метро была 12 марта 2020 года. Год назад. И это не из–за пандемии.

Во время пандемии ты начала вести свой инстаграм-проект “Бардак”. В одной из подписей к фотографии ты писала, что ты, фотографируя, как будто контролируешь момент. То есть у тебя было желание контролировать что-то?

Это не связано с карантином. Это совпало с последними месяцами беременности, когда я ушла в какой-то дзен и погрузилась в себя. Стала замечать вокруг вещи, которых раньше не замечала. У меня очень хорошие ощущение от всего этого. Хотя нас не обошел страх самого вируса. Мой муж заболел одним из первых, и нас сразу посадили на жесткий карантин на месяц. У него все прошло в легкой форме, но тогда все этого очень боялись. Нам грозили огромным штрафом, если мы сунем нос из дома. Это было что-то совершенно новое и переживалось довольно неоднозначно. Мы сидели месяц, и дни были похожи один на другой. Но дело в том, что тогда мне это было даже нужно. Мне было очень радостно, что муж рядом со мной и мы можем быть вместе. Ощущение, что я все время вижу мужа перед глазами, и такое медитативное состояние, которое у многих на последних месяцах беременности, — это очень помогало. Мы, конечно, переживали, что я могу заразиться, и никто толком не знал, как это может отразиться на ребенке. Хотя уже тогда были исследования из Китая, что никак не отражается при краткосрочном наблюдении, и я успокоилась. И так и не заразилась. И я переболела сейчас во вторую волну. Были страхи, что меня могут отправить в роддом для ковид-инфицированных или тех, кто под подозрением. Тогда для этого выделили отдельные роддома. Грозили тем, что ребенка заберут на карантин на две недели, и ты будешь две недели без него. Вот это меня ужасно пугало. Мы охотились за справками, и никто тогда еще не понимал, как писать их. Что мне нужна просто бумажка о том, что я не болею. Бюрократические дела вымотали в последние месяцы… Остальное я даже не почувствовала, не пережила.

У тебя просто было более важное событие, которое разделило жизнь на до и после. У карантина не было шансов. Я, когда читала твой телеграмм-канал “Не язык — речь!”, мне показалось, что я вижу разницу до/после в текстах. Это не что-то явное, но какое-то мимолетное ощущение.

Я как минимум стала реже туда писать. Все меняется очень быстро, очень часто. Зоя родилась в такое хорошее время в начале лета. 1 июня. Мы сразу поехали на дачу к родителям мужа. Я уже два года прохожу психотерапию, и моя психотерапевт говорила мне, что родители твоего мужа спасли тебя от послеродовой депрессии. Было очень хорошо быть всем вместе в эти первые месяцы. И то, что было лето, тоже положительно повлияло на мое самоощущение. Об этом сложно говорить, потому что уже размылось в голове, забылось. Потому что все так стремительно развивается, появляются новые переживания, а ты еще не успел зафиксировать те. Постоянно появляется что-то, к чему ты был совершенно не готов. У какой-то мамы в блоге я прочла, что ребенок — это как переезд в новый город. Ты же не будешь обвинять человека, что он чувствует себя потерянным, растерянным, захлебывается в новых впечатлениях и не может понять, как на них реагировать, когда он в новом городе. Почему же мы ждем от матерей какой-то устойчивой реакции на их новое положение.

А как именно родители мужа тебе помогли?

Хотя мы с мамой мужа очень близки, они помогли просто тем, что были рядом со мной, как я стараюсь быть рядом с Зоей. Просто я была не одна. Когда Зое было две недели, у меня было ощущение, что за все, что с ней происходит, я ответственна прямым образом. Мы с мужем были как выжатые лимоны, приехали на дачу к его родителям. Был вечер. Зоя капризничала. И это не как сейчас, когда она уже взрослый ребенок, это был маленький комок, который страдает. А у меня уже не было сил. Мама Саши предложила нам взять велосипеды и проехать немного. Когда мы уезжали, Зоя начала плакать. И это чувство, что плачет что-то внутри тебя… Я настолько не разделяла себя и ее. Мне не близко, как успокаивает Зою свекровь — она начинает отвлекать. И также делает моя мама. Мы с мужем недавно подметили, что это, возможно, тоже разница поколений. Когда ребенок плачет, это “а посмотри какая кукла, а что это у нас здесь”. У меня другое отношение к этому. Нужно признавать право за ребенком расстраиваться. Я просто ношу ее на руках, пока она не успокоится. И обычно это быстро происходит. Иногда когда моя мама с Зоей, а я в другой комнате и я слышу, что происходит, что-то с чем я не согласна, у меня зудит в душе. Но я понимаю, что мне очень нужно время позаниматься еще чем-то кроме Зои, поэтому лучше пока все так и останется. Сейчас она действительно еще не в том возрасте, когда это критично может повлиять. Тем более ребенку полезно видеть разные модели поведения. Ребенок сам поймет, с каким человеком он имеет дело: с бережным или не бережным, справляющимся со своей жизнью или нет. С заботливым или нет, любящим или нет, опекающим или дающим свободу. Они не облекают это в слова, но совершенно точно чувствуют и начинают больше общаться с теми, кто им больше по душе и дистанцируются от тех, кто нет. Это четкий индикатор. Если Зоя будет бежать к бабушке с распростертыми объятиями, значит ей по душе, и классно.

Нас прерывает Зоин плач. Какое-то время мы молчим, чтобы не мешать ей нашим разговором.

Зоины закрытые глаза — это мой символ счастья 2020. Когда ты видишь, как твой ребенок засыпает. Понимаешь, что сейчас у тебя будет немного времени побыть со своими мыслями. Это прекрасно.

Поэтому и говорят, что дети ангелы, когда спят. (Смеемся)

Но при этом я не хочу звучать, как будто я не счастлива в материнстве. Я счастлива. Это замечательный опыт. Но это самое сложное, как будто нет для этого языка, чтобы описать и радость и сложность.

В твоем блоге было две цитаты, которые меня особенно зацепили: “Есть дискурс тяжестей материнства, но нет дискурса радостей”. Мне кажется, дискурс тяжести мы уже затронули, это про бесконечные ожидания от себя. А дискурс радости скрыт, ты пишешь дальше: “решить родить ребенка — это решить пережить опыт тотальной и безотказной любви, зависимости (да-да, меня от нее) и единства”. И дальше про то, что единственный способ пережить это легально — родить. Это напоминает чувство тотальной влюбленности.

Даже созависимости токсичной.

У тебя же наверняка были свои ожидания и фантазии о том, что ты будешь чувствовать, когда родишь ребенка. Особенно, когда ты понимала, что это уже неизбежно произойдет.

Ты не смотрела “Древо жизни” Терренса Маллика? Герои этого фильма очень похожи на всех его героев. Это такое очень благостное созидание, какое-то всеприятие, мудрость, свет и все прочие. Вот я думала, что буду такой мамой. Там показана мама, которая где-то в 50-60х годы живет в одном из городков одноэтажной Америки со своими тремя сыновьями и мужем. Мне запомнилась сцена, где она валяется в идеально зеленой траве со своим новорожденным сыном. Сдувает ему одуванчик в лицо, а он смотрит на нее с таким неподдельным интересом, как будто он уже постиг все тайны космоса. У меня были очень романтичные ожидания, похожие на это. Я очень хотела быть такой воздушной, сто процентов доброй, сто процентов любящей. Погрузиться в материнство. Это очень связано с тем, что было у меня в семье. У меня с мамой сейчас очень сложно строятся отношения. Она довольно резкий человек, а я очень чувствительная, иногда даже слишком. Она может походя сказать какие-то вещи, которые меня ранят. И я думала, что я никогда не буду говорить Зое ничего неприятного. Все мои слова будут как слово божье — что-то очень светлое, очень воздушное и все про принятие и заботу. Такие были ожидания…

Но, согласись, это очень радостные, но при этом очень идеализированные образы. Когда ты рассказывала про фильм, у меня возникло ощущение, что это про то, как мужчина-режиссер нафантазировал себе свою идеальную маму.

Кстати да! Интересно… Мне всегда казалось, что мне не достает перспективы. Я легко верю на слово. Не достает критического взгляда в целом. Я легко увлекаюсь картинкой. Но конечно с тех пор, как я стала мамой сама, я стала понимать различие с тем, как на самом деле. Про благость. Я думала об этом вчера вечером, мы возвращались на машине с дачи. Зоя была особенно капризна, мы никак не могли уложить ее на последний дневной сон. И даже в машине она не укладывалась, кусала меня за грудь. Это было очень неприятно. Я в такие моменты почему-то обижаюсь на всю вселенную за все, что со мной происходит. А потом — она заснула. Вот как сейчас. Она заснула. И у тебя все переворачивается в голове. Только что ты обижалась на всю вселенную, а теперь чувствуешь “боже, это прекрасно”. Знаешь, закрывающиеся глаза ребенка — это даже не столько символ того, что наконец-то я смогу побыть с собой и этот маленький демон не будет меня терзать, а именно что я все сделала для того, чтобы это случилось, и это случилось. Я молодец. Все устроилось и сработало так, как должно. В эти моменты ощущаешь свою силу. Ощущаешь что-то очень хорошое. И этот контраст я стала замечать уже очень давно. Вот только что было так, а теперь иначе. И в какой-то момент я поняла, что очень сильно утомилась драматизировать то в одну сторону, то в другую. Может быть, можно достичь какого-то баланса? Более взвешенно и спокойно ко всему подходить. Я научилась это подмечать буквально на днях. Когда она вчера выводила нас, я чувствовала, что через пять минут она заснет и все будет хорошо, и я опять готова буду взять обратно все свои негативные переживания. Я ощутила это в моменте и поняла, что можно спокойно ко всему относиться. Очень-очень помогает психотерапия. Не знаю, как бы я без этого справлялась. Моя психотерапевт по основной специальности детский психолог, и она советует мне очень много классной литературы. И помогают наши с ней разговоры, они всегда про то, что спокойнее нужно, без драмы. Это даст возможность пережить что-то более взрослое. Мне кажется, я это ощущаю. Мне бы очень хотелось, чтобы в конце концов я переживала это ощущение, что… весы уравновешены. Что получается и когда тяжело, и когда радостно все равно чувствовать себя спокойно радостно. Здесь важен еще один момент: это получается, когда ты перестаешь думать, что ты можешь что-то сделать для того, чтобы ей стало еще лучше, если ей хорошо. И стало хорошо, если ей плохо. Нужно понимать про ребенка, что это его проблемы — то, что с ним происходит. Он другой человек. Отдельный. И в 90% случаев я не могу помочь, я могу только быть рядом. Я могу молчать. Просто быть с ней. При этом не перенимая на себя ее проблемы. Ее переживания, которых я пока даже толком не понимаю. Это очень помогает держать взрослое спокойное отношение к материнству.

Ты не задумывалась, как опыт твоей мамы и твоего детства повлиял на то, как ты себя ведешь сейчас?

Да, очень! До сих пор появляется страх… а как он был силен в начале материнства! Страх, что я сломаю психику ребенку. У меня был очень строгий папа. До абсурда доходили его правила, которые он пытался насаживать в семье. Так надо. Так делается. И все. Моя мама этому всегда сопротивлялась, но подсознательно волей не волей за долгие годы брака переняла эти черты и тоже так делала. Например, когда я была беременна, она очень любила говорить мне, что беременным нужно пить молоко, чтобы у ребенка были крепкие кости. Я пыталась объяснить, что современные исследования уже опровергли это. Но она не слушала и просто говорила, что так делается. И это настолько выводит из себя. И очень мешало мне, пока я была в их семье. Я думаю, как сделать так, чтобы Зоя выросла вообще без эмоционального насилия. Чтобы она была уверенной в себе, самостоятельной, без всего того негативного, что, я считаю, есть у меня. Гиперопека со стороны моей мамы уже нерелевантна. Был такой случай у нас с Зоей. Мы куда-то собирались, и я очень волновалась, как она перенесет долгую дорогу. Я видела, что уже на этапе сборов она начинает капризничать, как будто устала. И на фоне всех этих тревог, я не выдержала и сказала ей строго: Зоя, ты доведешь меня сегодня! И сразу подумала: “боже-боже, нельзя так говорить, какая я плохая мать! Это же я волнуюсь, она просто канючит”. Я в такие моменты всегда себя ругаю, потому что я ужасно боюсь хоть как-то, хоть мизинчиком на нее надавить, показать, что она причина моего плохого настроения. Но это не здорово… и я это уже вижу в себе. Не нужно пытаться ее в этом так опекать, как будто я скатываюсь в ту же гиперопеку, что и моя мама. Только если мама заботилась о том, как я была одета, обута и ела правильную еду, я опекаю Зою еще больше, пытаясь ограничить ее от каких-то переживаний. Отфильтровать ее эмоции и тревоги. Но это же еще больший тоталитаризм. Недавно я видела на эту тему классный мем. Сидит семья: два больших кружочка и маленький. На больших написано “мы никогда не будем мучить тебя так, как мучили нас наши родители”, а на маленьком — “куча новых абсолютно неизвестных проблем”. (смеемся) У них будет свое. И их также будет бесить наша рефлексия, как нас — родительская опека. Мне пока очень сложно с этим. Головой понимаю, а сердцем не могу принять, что все равно будет не без косяков.

Тут раздался писк из коляски. Проснулась Зоя. Мы отвлеклись. Зою пристегнули к маме и мы пошли дальше.

Такое неподдельное любопытство к миру.

Вот еще к радостями. Мне нравится материнство, потому что ребенок — это постоянное событие вне зависимости от того, делаешь ты что-то или нет. Как будто ты едешь на поезде и смотришь в окно.

Но ты же много делаешь вокруг этого…

Вокруг да, но это нелинейно работает. И кажется, что происходит само собой. То, что ты получаешь на выходе, как будто ты ничего для этого не сделал. Очень приятно получать фидбэк. У меня есть много опасений по поводу игр, где нужно показать как правильно делать, именно так нужно нанизывать на пирамидку колечки и так снимать. И если ребенок берет и переворачивает пирамидку, нужно не радоваться, что он такой сообразительный, а сказать ему, что нужно НЕ ТАК. Моя мама любит говорить: играть нужно научить. Я это ужасно не люблю. Странный подход к ребенку. Я за то, чтобы дать ей исследовать самой. Если она чем-то заинтересовалась, я не отвлекаю ее. Очень мало предметов у нас дома, которые ей нельзя брать. Мне кажется, это очень важный процесс, когда ребенок сам с собой что-то изучает. Очень важно его не прерывать, не окликать ее. Я все время думаю, может быть надо озаботиться и начать ее развивать. Но потом думаешь, ведь родители это делают для себя, чтобы им поскорее было понятно, как общаться с ребенком. Для себя, не для ребенка.

Ты всегда знала, что будешь мамой?

Да, всегда. Мне было интересно, неужели в семье нельзя было не накосячить так, как это сделали мои родители? (смеется) Неужели без этого никак нельзя было? И поэтому я сразу выбрала семью, а не карьеру. Я выпустилась из магистратуры и хотела поехать на очень крутую стажировку в Гонконг. И даже подала документы и меня взяли. Работа мечты. Но в итоге отказалась. Подумала, как я могу уехать от мужа? Я не могу уехать от него. И сейчас для меня это является поворотным решением, где я сама себе показала, что семья для меня всегда будет важнее, чем карьера.

Ты чувствуешь из–за этого какое-то давление в современной повестке?

Я раньше чувствовала, а теперь понимаю, что вся феминистская повестка состоит из того, что у женщины есть право на все, выбрать быть матерью или не выбрать. И трактовать феминистскую повестку как требование, чтобы женщина обязательно состоялась в карьере — неправильно. Я буквально недавно для себя сформулировала, что захотела замуж и ребенка рано, до тридцати лет, потому что мне это было всегда гораздо интереснее, чем состояться как профессионал. Посмотреть, каково это иметь счастливую семью. Трудно ли это, в каком направлении этот труд осуществлять. Вот это мне ужасно интересно.

А наоборот давление “когда внуки”?

Мама очень много говорила, что хорошо родить как минимум троих. Хотя я у нее одна. Очень здорово родить погодок или чтобы разница была до трех лет. Меня до сих пор это выводит из себя.

Ты молодец сегодня!

Говорит Вика Зое.

Сегодня нам она не мешала. Я тебе ужасно благодарна, что мы обсуждаем материнство. Потому очень целительно — говорить про это. Для молодых матерей самое важное, чтобы их слушали, это очень освобождает. И я опять не подумала, но ведь это основное, чем я сейчас занимаюсь. И есть такой момент, что как будто бы стесняешься, что занимаешься одним лишь ребенком. Хотя на самом деле не одним лишь, но тебе так кажется. Если у вас есть подруга, которая недавно стала матерью, вторгайтесь в ее пространство бесстыдно, приезжайте, приносите свои разговоры, себя, какие-то события, потому что для нее сейчас трудно даже организовать вас, чтобы вы пришли к ней. И как-то поддержать ее. Ментальный груз колоссальный.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки