Неразрешимая проблема неравенства

Марина Соколова
17:36, 07 сентября 2021🔥
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию
Image

Рецензия на книгу Jason Hickel “The Divide: A Brief Guide to Global Inequality and its Solutions” (2017) и некоторые мысли по этому поводу

Пролог

Никто не будет отрицать, что наши знания о мире неполны. Однако из этого очевидного факта вытекают некоторые следствия, которые не всеми осознаются. Давайте для простоты представим, что все известные нам явления и связи между ними составляют некоторое множество точек. Понятно, что в головах одних людей точек больше, чем у других, и упорядочиваются они в разных головах по-разному. Нам по умолчанию кажется, что различия во мнениях в целом можно свести к различиям в количестве таких точек и в способностях к их упорядочиванию. На самом деле это не совсем так.

Посмотрим на три картинки:

Image

На первой мы видим два гриба, на второй — две медузы, на третьей — две девичьих головки в беретах. Цвет у грибов, конечно, странный, но это объясняется тем, что в основе всех трех изображений лежит случайная картинка, найденная на просторах интернета.

Три этих множества — грибы, медузы, девушки — можно использовать как условные обозначения для разных картин мира: тот, кто видит меньше точек (знает и анализирует меньше фактов), видит грибы, тот, кто видит больше точек (знает и анализирует больше фактов), видит медуз, а тот, кто видит все точки, видит девушек. Разный объем знаний о мире — это не более или менее адекватные представления об одном и том же объекте, это принципиально разные объекты в разных головах, потому что объект (картина мира) всегда выстраивается из того множества точек, которые человеку известны. Наблюдения за людьми свидетельствуют о том, что большинство из них даже грибов не видит: далеко не у всех есть хоть сколь-нибудь целостное представление о мироустройстве (здесь и далее речь идет об обществе, а не о вселенной). У большинства в голове просто хаотический набор точек, но этот случай не представляет интереса в контексте данного эссе. Интересна ситуация, когда у одного человека в результате анализа данных формируется представление типа «гриб», а у другого — типа «девушка». Сложившаяся в голове картина мира будет определять наши реакции и действия: первый захочет пожарить, второй — поговорить (для простоты выбрано гендерно нейтральное действие). Понять друг друга эти люди не смогут в принципе: первый сочтет безумием идею поговорить с грибом, второй придет в ужас от идеи пожарить девушку. Разные проекции реального мира, формирующиеся в разных мозгах, могут быть принципиально несводимы к общему знаменателю, хотя само наличие такого знаменателя представляется нам самоочевидным.

Можно ли расширить множество точек в голове у человека, который видит грибы, чтобы он увидел хотя бы медуз? Теоретически — да, и книга Хикела представляет собой отличный инструмент для решения такой задачи. Но, к сожалению, глобальные проблемы, которые в ней обсуждаются, не поддаются решению, и о причинах этого следует поговорить отдельно. Поэтому дальнейшее изложение разбито на две части: в первой я расскажу о книге, во второй — о том, почему ни она, и никакой другой текст не могут ничего изменить.

I

1. The Divide: почему это очень важная книга

Центральная тема книги — бедность и существующий в современном мире разрыв между богатыми и бедными странами. На протяжении 250 страниц Джейсон Хикел обсуждает масштабы мировой бедности и причины ее появления и сохранения, а затем на 53 страницах излагает способы, с помощью которых, по его мнению, можно было бы изменить существующее положение вещей.

Книга состоит из предисловия и четырех частей. Первая часть описывает современное состояние проблемы. Во второй прослеживаются исторические обстоятельства, в которых бедность эволюционировала, начиная с эпохи колонизации и вплоть до последней четверти XX века. В третьей рассматриваются события последних 30–40 лет — периода господства идей неолиберализма и глобализации мировой экономики. В четвертой набрасываются возможные пути выхода из создавшейся ситуации. Я нахожу последний раздел слабым: на мой взгляд, автор поступил бы дальновиднее, если бы в пояснении к названию написал о неравенстве и его корнях, а не о неравенстве и способах его преодоления, поэтому я сосредоточу внимание на первых трех частях.

Для начала следует объяснить, почему эту книгу вообще необходимо читать, во всяком случае тем, кого интересует как устроен мир, в котором мы живем.

Сложившийся миропорядок, в котором одни страны стабильно богаты, а другие стабильно бедны, ныне модно объяснять качеством общественных институтов в разных странах. Как-то так вышло, что у одних в результате исторического развития сложились эффективные институты управления, у других не сложились, и в этом корень проблемы. Книга Хикела очень важна потому, что она убедительно показывает, что подобные объяснения равносильны виктимблеймингу, т. е. перекладыванию ответственности на жертву.

Механизм виктимблейминга неплохо описывается в терминах множеств, которые были предложены выше. Если человек считает, что одну девушку изнасиловали, потому что она ходила в мини-юбке, а другая осталась цела, потому что ходила в длинном платье, это значит, что в голове у этого человека гриб. Он выстраивает свою картину мира, анализируя неполное множество явлений: он исключает из рассуждения насильника. То же самое делают люди, полагающие, что качество институтов есть основная причина отставания одних стран от других. Они исключают из рассуждения фактор внешнего насилия. Заслуга Хикела именно в том, что он доказывает существование этого фактора beyond any reasonable doubt.

Тут следует сделать две оговорки. Книга Хикела — не строгое академическое исследование, и он, безусловно, не всегда на 100% объективен в своих оценках событий и общественных лидеров. В его книге есть то, что презрительно называют «левацким уклоном». Тем не менее, я считаю, что она доказательна.

Автор поставил перед собой монументальную задачу: показать существование силы, принуждающей глобальный Юг к бедности, на макроуровне, т. е. в таком хронологическом и географическом масштабе, который делает наличие этой силы очевидным. Хронологический масштаб на уровне пяти столетий нужен, чтобы проследить, как эта сила рождалась и трансформировалась с течением времени. Географический масштаб на уровне планеты (за исключением стран бывшего Варшавского договора, периферийных европейских государств, которые никогда не вели активной колониальной политики, и Азиатских тигров) нужен, чтобы описать многообразие проявлений этой силы и их внутреннюю логику. По сути дела нам представлена систематизированная совокупность прямых и косвенных доказательств глобального преступления.

Такая работа в принципе не могла быть проделана в рамках строго академического исследования. Потому что академическое исследование событий, происходивших на протяжении пяти веков и на большей части земного шара, не по силам ни одному человеку. Эта книга — своего рода следственный отчет, представляющий систему доказательств события преступления.

Скептически настроенный человек немедленно спросит: какого же преступления? Кто истец и кто ответчик по предполагаемому иску? Глобальный Север и глобальный Юг это умозрительные конструкты, они не обладают субъектностью и не могут выступать в качестве сторон, ведущих судебную тяжбу. О каком преступлении вообще можно говорить, если нет ни преступника, ни жертвы? И тут мы сталкиваемся с проблемой языка: явление есть, а универсальных терминов для его описания нет.

2. Стигматизация языка

Думающие люди знакомы с феноменом изменения содержания при сохранении внешней формы. Это явление встречается на самых разных уровнях: с течением времени могут меняться не только значения слов, но и функции целых общественных институтов. Например, слово «позорище» еще в XIX в. употреблялось в своем исконном значении «зрелище», а Государственная Дума в начале XX в. была не позорищем, а парламентом.

Из–за чудовищных последствий коммунистических революций, произошедших в нескольких странах, процессу изменения содержания подверглись все термины, связанные с теорией, обосновывавшей неизбежность таких революций. В результате большинство критически мыслящих людей сегодня с презрением отказывается смотреть в сторону идей, за которыми проглядывает мысль о перераспределении богатств, а слова типа «капитализм», «эксплуатация», «классы», «Маркс» и т. д. просто неприлично употреблять. Распространенное ныне убеждение сводится к тому, что человек, мыслящий в таких категориях, это идиот, который не понимает или не желает понимать, к каким чудовищным последствиям приводит подобное мышление.

В русскоязычной среде эта стигматизация приобрела особенно острую форму в силу исторических обстоятельств: после 70 лет советской власти, задавившей на одной шестой части суши все живое, многие пришли к убеждению в том, что антитеза «социализм — капитализм» фантомна. На самом деле существует просто нормальный свободный западный мир и больные общественные системы, свернувшие с естественного пути развития. Концепт «нормального свободного западного мира» стал аксиомой в обществе здравомыслящих людей. Поэтому прошедшим через жернова СССР нет смысла задавать вопрос, почему можно считать жертвы коммунизма, но нельзя считать жертвы капитализма. Такой вопрос смешон, потому что капитализм это устаревший концепт из ложной теории К. Маркса и Ф. Энгельса, которые не муж и жена. У нормального свободного западного мира нет никаких массовых жертв, иначе он не был бы нормальным и свободным.

Любой, кто попытается поставить под сомнение выстраданную советскими людьми аксиому «нормального свободного западного мира», автоматически попадает в ловушку Хемингуэя. Как известно, Эрнест Хемингуэй в последние годы жизни находился в депрессии, отягощенной паранойей. Ему казалось, что за ним постоянно следят, читают его почту, прослушивают телефон и т. д. В результате он дважды оказывался в психиатрических клиниках, где его лечили с помощью электрошоковой терапии, утратил способность писать и покончил с собой летом 1961 года. Спустя двадцать лет, когда ФБР рассекретило его дело, факт слежки подтвердился.

Ловушка Хемингуэя — это положение, из которого не существует выхода. Вы обладаете авторитетом, вы говорите правду, ваши слова в целом соответствуют действительности, но вам никто не верит. Вы вольны говорить что угодно, приводить любые аргументы, и все это не будет иметь никакого смысла из–за исходного предубеждения, с которым люди относятся к вашим словам. Потому что современный человек живет грибом насущным: у нормального свободного западного мира нет и не может быть существенных жертв, иначе он не был бы нормальным и свободным.

Судьба левой мысли в западных странах оказалась иной. Истерическая борьба с красной угрозой сошла на нет еще в 50-е годы, а после развала Советского Союза и распада Варшавского блока утратила актуальность и антикоммунистическая риторика. В результате в странах глобального Севера люди новых поколений, чья картина мира формировалась в 90-е годы и позднее, оказались лишены той мощнейшей анти-левой прививки, которую получили жители бывших соцстран на несколько поколений вперед. Все же риторика обладает меньшей эффективностью, чем испытания, пережитые на собственной шкуре.

И в результате стал возможен феномен Джейсона Хикела: он родился в 1982 году в Свазиленде в семье белых врачей и рано познакомился с условиями жизни коренного африканского населения. Высшее образование получил в США, в 2011 защитился и перебрался в Европу, до 2017 преподавал в Лондонской школе экономики. Ему довелось собственными глазами наблюдать жизнь в Африке и в богатейших странах Запада, и, обладая незаурядными способностями к анализу и обработке больших объемов информации, он сумел обобщить и систематизировать огромное количество данных. При этом он ясно мыслит и ясно излагает, его английский текст читается очень легко. Но есть нюанс: слова типа «империализм» и «эксплуатация» не вызывают у него рвотного рефлекса, и он время от времени пользуется ими для описания наблюдаемых явлений. Более того, он рассуждает с позиций человека, который осознает реальность климатической катастрофы и истощения планетарных ресурсов, что с точки зрения многих разумных русских читателей автоматически переводит его в разряд левых маргиналов.

Кстати, если вы, уважаемый читатель, в 2021 все еще полагаете, что климатическая катастрофа это миф, или новая массовая религия, или преувеличенная опасность, потому что однажды нам уже пророчили улицы, заваленные навозом, и это оказалось ерундой, и потепление климата периодически случается на планете, и высокоразвитая наука XXI века непременно вытащит нас из любой ямы, и катастрофы не будет, потому что до сих пор ни разу не было, то вы можете дальше не читать и спокойно вернуться к жеванию своего высокоинтеллектуального гриба. Quid est veritas? Галлюцинируйте на здоровье.

И теперь, когда самые умные покинули аудиторию, мы можем продолжить.

Главная сложность, связанная с восприятием книги Хикела русскоязычными читателями, заключается в том, что русские должны читать в этом тексте не слова, а мысли. Потому что многие простые слова означают для автора и для нас разные вещи. Когда Хикел употребляет слово «класс», он имеет в виду группу людей, объединенных общими условиями жизни и общими экономическими и политическими интересами, и это слово в его тексте не подразумевает автоматически того антагонизма, что немедленно всплывает в голове у русскоязычного читателя, которого идея классовой борьбы достала до печенок. Хикел использует марксистскую теорию как человек, никогда не набивавший на ней шишек: он не отвергает ее целиком и полностью со всеми потрохами, но фильтрует и достаточно аккуратно применяет те теоретические концепты, которые пригодны для описания современных явлений, если отбросить отрицательные коннотации, приставшие ко всем марксистским терминам за сто с лишним лет жестокой вульгаризации. Хикелу не составляет труда их отбросить, он с ними не рос. Но и мы можем это сделать, приложив усилия для преодоления отвращения, ради того, чтобы понять, что именно нам говорят на этом проклятом языке. Потому что текст, делающий нашу картину мира более адекватной реальности, достоин этих усилий.

3. Стигматизация рассуждений

Существует вид рассуждений, которые отвергаются современным сознанием независимо от присутствия или отсутствия в них логики. Такая же непробиваемая стена изначального предубеждения, как та, что не допускает использования марксистской терминологии, стоит перед любым рассуждением, относящимся к категориям «конспирология» или «теория заговора». Открытое высказывание предположения, что за каким-либо важным событием или явлением, не имеющим прямого отношения к лоббированию, стоит группа заинтересованных лиц, обладающих богатством и влиянием, немедленно высмеивается. Предположение о существовании «злой» воли или, скажем мягче, воли, идущей вразрез с представлениями о должном в здоровом обществе, жестко табуировано самым надежным из всех возможных способов: оно воспринимается как незаслуживающее рассмотрения и опровержения и автоматически отвергается с презрительным смешком. Это та же ловушка Хемингуэя, о которой шла речь в предыдущей главе.

Преодолеть эту стигму так же сложно, как вернуться к буквальному непредвзятому восприятию марксистских терминов. Но я все–таки попробую объяснить, почему это стоит сделать. Можно показать на примере простых и всем понятных звеньев логической цепочки, как в сознании происходит щелчок, который заставляет нас отрицать существование цепочки, несмотря на то, что каждое отдельное звено в ней логически убедительно и/или соответствует действительности.

Рассмотрим всем известный случай Греты Тунберг. Перед вами ряд утверждений, среди которых нет ни одного ложного:

1) Роль любого лидера общественного движения можно рассмотреть не только с точки зрения пользы, которую он приносит движению, но и с точки зрения вреда, который он вольно или невольно может ему наносить.

2) Роль Греты Тунберг с точки зрения возможного вреда, наносимого ей климатическому движению, никогда не анализировалась в СМИ.

3) Вред, нанесенный Гретой движению, может превышать принесенную ей пользу, хотя точная количественная оценка невозможна: можно приблизительно подсчитать привлеченных ей сторонников движения, но нельзя подсчитать, у какого числа людей она сформировала предубеждение. Особенно сложно судить о том, как повлияло появление Греты на неопределившихся: было ли среди них больше тех, кто пошел за Гретой, или тех, кто стал относиться к возглавленному ей движению с недоумением или презрением.

4) Подсчитать сложно, но определить как минимум два значительных множества людей, которых Грета оттолкнула от движения, можно. К ним относятся, во-первых, все критически настроенные взрослые, которые считают, что серьезные общественные движения не возглавляются маленькими девочками; во-вторых, все те, у кого эмоциональное мышление превалирует над рациональным, т. е. люди, которые в первую очередь реагируют на харизму (а таких, как известно, большинство. Непопулярность Греты в России, где люди в целом больше склонны думать сердцем, чем головой, или не думать вовсе, демонстрирует это особенно ярко).

5) Маленькие девочки хуже подходят на роль лидеров общественных движений, чем взрослые мужчины или женщины.

6) Люди без харизмы и, тем более, с отрицательной харизмой, хуже подходят на роль лидеров общественных движений, чем люди с яркой харизмой.

7) Можно спорить с тем, что у Греты отрицательная харизма, но трудно отрицать, что на некоторых широко разошедшихся фотографиях она выглядит отталкивающе.

8) Маленькая девочка с отсутствующей и временами отрицательной харизмой — худший вариант лидера широкого общественного движения из всех возможных.

9) Всемирная популярность Греты началась с ее выступления в Давосе. Именно после него СМИ начали активно освещать все ее действия.

10) В Давосе собирается много влиятельных людей, интересы которых вступают в прямое противоречие с интересами тех, кто требует решительных действий для предотвращения климатической катастрофы.

На последних двух пунктах щелкнуло? Примитивная теория заговора. Конечно, нет никакой злой воли, и все вышеперечисленное — просто стечение обстоятельств. Обстоятельства вообще имеют свойство стекаться более удачно для богатых и менее удачно для небогатых.

В русском есть полезное грубоватое выражение «разуй глаза». Это очень точный императив: он призывает захотеть увидеть. Есть немало вещей, которые нельзя увидеть, пока сам того не захочешь. Стигматизация любых теорий заговора, т. е. умозаключений без строгих доказательств — это отличный способ закрывать глаза. А вы докажите! Что не доказано, того не существует! Между тем, это совсем не так: истинные утверждения не становятся истинными тогда, когда их докажут; они являются истинными с самого начала, доказательство лишь делает их истинность очевидной. Если в это вдуматься, то станет понятно, что стигматизация «теорий заговора» приносит больше вреда, чем сами эти теории. Потому что если рассматривать разные гипотезы, то плевелы отсеются, зерна останутся, а если вообще ничего не рассматривать, то зерен и вовсе не будет.

Одна из главных целей Хикела состоит в том, чтобы показать, что существующее ныне положение вещей не является результатом объективного исторического развития, а в значительной степени обусловлено целенаправленными усилиями «глобального класса» (термин, встречающийся в книге лишь однажды), обеспечивающего себе господствующее положение благодаря ряду международных институтов.

Речь вовсе не идет о тайном заговоре. Речь идет о реальной ситуации, которая всем известна. В январе 2020 ее хорошо описали «Ведомости» в статье «Состояние 1% богатейших людей в мире больше, чем у остального населения»: Если бы вы откладывали $10 000 каждый день с момента, когда были построены египетские пирамиды, то скопили бы только 20% среднего состояния пяти самых богатых людей…

Мы живем в мире, в котором интересы одного условного процента (условного, т. к. едва ли можно сказать точно, где именно проходит граница) сверхбогатых людей противоречат интересам всего остального населения планеты: очевидно, что большинство хотело бы такое положение изменить, а один условный процент, он же «глобальный класс», хотел бы его сохранить. Хикел подробно рассказывает, как этот класс выстроил существующую систему, какими способами он поддерживает status quo, и какую цену за это платит глобальный Юг. Об известном заклинании «игра с ненулевой суммой», которое многим придет на ум в этом месте, мы поговорим позже, а пока посмотрим на содержание книги.

4. Краткое содержание. Часть 1

В первой части, названной так же, как вся книга (The Divide), две главы:

1. Иллюзия развития (The Development Delusion).

2. Конец бедности… откладывается (The End of Poverty… Has Been Postponed).

Первая глава рассказывает, откуда есть пошла риторика развития — те привычные нам формулы, которые объявляют одни страны развитыми, а другие развивающимися. Хикел подмечает, что эта риторика формирует в умах динамическую картину, в которой менее развитые страны постепенно движутся вверх, а более развитые им в этом помогают. Но это ложная картина. На деле большинство бедных стран остаются бедными, а богатые становятся все богаче. Было бы неправдой утверждать, что благосостояние бедных стран совсем не растет, однако оно растет гораздо медленнее, чем благосостояние богатых. Реальный разрыв не сокращается, а увеличивается [1]. Хикел показывает, как официальная статистика ООН вводит в заблуждение: например, в 2015 было объявлено, что уровень бедности в мире снизился вдвое по сравнению с 1990, но на самом деле почти все достижения в этом направлении были китайскими. Кроме того, о 50-процентном снижении можно говорить, если рассматривать пропорциональные соотношения, а в абсолютных цифрах выходит, что в 2015 бедных в мире было столько же, сколько в 1981, когда начались подсчеты, — около 1 млрд.

Тут я от себя добавлю, что на самом деле в отчетах ООН и Всемирного банка речь идет вовсе не о бедности. Речь идет о глубокой нищете. В вышеприведенном подсчете в качестве порога «бедности» был принят уровень менее $1 в день. (Всемирный банк сегодня оценивает «бедность», исходя из $1,9 в день. Чтобы понять, что это означает на практике, полезно знать, что $1,9 в день по ППС это ниже, чем уровень потребления у рабов в США в XIX веке [2].) Если же принять за точку отсчета менее $5 в день, то окажется, что на этом уровне живет ок. 4,3 млрд человек. Это более 60% мирового населения и вчетверо больше, чем сообщают отчеты ООН и Всемирного банка.

-----------------------------------------------------------------------

[1] Краткое изложение этой мысли, проиллюстрированное цветными графиками, можно найти здесь: www.jasonhickel.org/blog/2019/3/17/two-hump-world. Процитирую лишь одну фразу: «разрыв между доходом среднего человека на Севере и среднего человека на Юге вырос почти вчетверо: с $9000 в 1960 до $35 000 сегодня». Не сомневаюсь, что эти цифры можно оспорить, как и любые средние цифры мирового масштаба, но чтобы возразить по существу, необходимо доказать, что подсчет в корне не верен, и разрыв в доходах либо остается прежним, либо сократился.

[2] R.C. Allen. Poverty and the Labor Market: Today and Yesterday, in: Annual Review of Economics, 12 (2020), 107–134. Цит. по: www.jasonhickel.org/blog/2021/3/28/extreme-poverty-isnt-natural-it-is-created

-----------------------------------------------------------------------

Вторая глава подробно описывает, как различные организации манипулируют со статистикой по бедности, выворачивая реальность наизнанку и убеждая всех в том, что бедность и разрыв между богатыми и бедными снижаются. Очень любопытно почитать: Росстат, оказывается, лишь жалкий эпигон ведущих мировых институтов. Но зачем эти манипуляции проводятся, в т. ч. на уровне ООН? На это есть простой ответ: реальные цифры показывают, что в существующей экономической системе проблема бедности неразрешима. Потому что бесконечный экономический рост как способ увеличения всеобщего богатства невозможен в ограниченных масштабах планеты. Например, есть такой расчет: чтобы при сохранении нынешней системы преодолеть бедность на уровне $5 в день, нужно увеличить глобальный ВВП в 175 раз. Но наш уровень производства и потребления уже сегодня выходит за пределы доступной экологической емкости планеты: чтобы его поддерживать нам нужно 1,6 Земли [3]. Даже если расчет неверен, даже если оценка необходимого прироста ВВП завышена в 10, 20, да хоть в 100 раз, нам все равно не хватит планетарного ресурса, чтобы решить проблему бедности хотя бы на уровне $5 в день в рамках действующей системы.

У этой проблемы, как известно, есть и обратная сторона: 60% населения планеты живет в нищете и глубокой бедности, а в странах глобального Севера люди с жиру бесятся: в год в Евросоюзе пропадает около 20% всей производимой еды, в США — 30–40% [4a, 4b]. По некоторым оценкам потери могут достигать 50% [5]. Новые вещи надеваются в среднем 7 раз [6], и многомиллионные состояния завещаются любимым собачкам [7].

Интермедия 1: проблемы восприятия

Давайте немного отвлечемся и поговорим о важных психологических нюансах, которые влияют на наше восприятие информации.

Первый — это бессодержательность чисел. Когда мы начинаем говорить о глобальном неравенстве в макроэкономических терминах, подсчитывать ВВП разных стран, средние зарплаты по больнице и т. п., у человека не складывается адекватного представления о реальной ситуации, потому что тысячи долларов, в которых измеряется разрыв между средними доходами на Севере и Юге, — это относительные величины. Простому русскому, бывавшему за границей лишь в групповых турах или в дешевых турецких отелях, непонятно, что такое, скажем, $10 000 в США или в Евросоюзе, потому что в богатых странах деньги обладают одной покупательной способностью, а в бедных — другой. И разница не только в том, что за одни и те же деньги в разных странах можно купить разное количество хлеба или бензина. Не менее существенно то, что в одних странах у среднего человека все деньги уходят на условный хлеб и бензин, а в других не все. Поэтому когда русский с зарплатой 25–35 тысяч рублей в месяц думает о $10 000, он, грубо говоря, представляет себе квартиру побольше или машину получше. А когда американец или европеец с зарплатой 3–4 тысячи долларов или евро в месяц думает о $10 000, он представляет себе, например, поездку на какой-нибудь тропический остров, или новый айфон для второго ребенка и счет, открытый недавно на имя первого, или акции, которые можно еще прикупить, потому что хорошая квартира и машина у него уже есть. Одни и те же цифры, т. е. одни и те же имена денег имеют разный смысл для людей с разными доходами и разным социальным статусом, потому что помимо покупательной способности в сферическом вакууме (что на данную сумму МОЖНО купить) у денег есть еще покупательная способность в человеческом восприятии (что на данную сумму ХОТЯТ купить). Поэтому когда обсуждаются суммы в масштабах зарплат, разные люди понимают их по-разному, наполняя их разным реальным содержанием.

У сумм в масштабах ВВП другая особенность. Обычному человеку непонятно, насколько значительны расхождения между ВВП разных стран, потому что существует предел восприятия, за которым цифры утрачивают конкретные значения: мозг просто не может адекватно представить себе количество благ, которые описываются словами «миллиард долларов» и «триллион долларов», а если вы не можете себе представить ни того, ни другого, то по сути эти слова обладают для вас примерно одним и тем же смыслом. Да, триллион больше миллиарда, а миллиард больше миллиона, но реальный масштаб этих различий в голове обычного человека тонет в густом тумане.

Второй нюанс — это девальвация слов. В Африке дети голодают, а в США люди отправляют на помойку каждое четвертое яйцо и каждый пятый пакет молока. Слова вроде правильные, а почувствовать реальный разрыв в уровне жизни, который за ними стоит, способен не каждый, потому что голодающие африканские дети — это давно уже не дети, а застывший набор слов. Мы не знакомы лично ни с одним голодающим африканским ребенком, поэтому слова, к которым мы давно привыкли, не вызывают в нашем сознании конкретных образов и падают в пустоту.

С этим связан третий нюанс — фокус. Наше сознание обладает тем же свойством, что и наше зрение: близкие вещи кажутся нам большими/значительными, далекие — маленькими/незначительными. Трагедия одного близкого человека воспринимается несравненно острее, чем трагедия миллионов далеких чужих людей. Чужая массовая трагедия вообще не воспринимается эмоционально, если информация о ней поступает лишь на уровне общих слов и цифр. Поэтому большинство жителей Севера понятия не имеют о том, что именно и в каких масштабах происходит на Юге. Люди реагируют на конкретные газетные публикации, если те попадаются им на глаза, но поток новостей ныне быстр, в нем одни всплески эмоций немедленно заглушаются другими, процесс этот бесконечен, и в итоге не получающие выхода и не задерживающиеся эмоции девальвируются так же, как приевшиеся слова. А девальвация эмоций, в свою очередь, ведет к тому, что внимание людей становится все труднее привлечь и сфокусировать: чтобы на чем-то сосредоточить внимание, нужно этого захотеть, а чтобы захотеть, нужна эмоциональная вовлеченность.

К чему я это говорю? Чтобы объяснить, почему книга Хикела важна и почему многим трудно это понять. К людям сегодня нельзя пробиться, оперируя лишь цифрами и примерами, даже если цифры очень показательны, а примеры очень впечатляющи. Но я очень хочу, чтобы эту книгу читали, и ради этого попробую изложить здесь несколько живых мыслей, потому что живые мысли обладают способностью западать в головы и прорастать в них.

Интермедия 2: два поля и два вида денег

Глобальный Юг и глобальный Север можно представить себе как два поля, которые резко различаются по величине напряженности. Напряжение в каждом из них определяется разностью потенциалов: на Юге большинство людей находится между полюсами «пахать или сдохнуть от голода», на Севере — между полюсами «кушать больше или кушать меньше».

Например, в Кот-д’Ивуаре и Гане — странах Западной Африки, которые являются крупнейшими производителями какао в мире, — на плантациях какао-бобов в 2013/2014 работало более 2 млн детей, причем в Кот-д’Ивуаре число детей, работающих в опасных условиях (в частности, подвергающихся воздействию ядовитых удобрений), между 2008/2009 и 2013/2014 выросло на 46% [8a, 8b]. В это же время на этой же планете в Германии семьям платят на детей пособия. В 2009 на каждого из первых двух детей платили €164, на третьего €170, на четвертого €195; размер выплат постоянно индексируется, поэтому к 2015 они составляли €188–194–219 [9], а сегодня уже €219–225–250 [10]. Для полноты картины добавим, что месячное пособие на ребенка в Германии может быть больше, чем годовая зарплата взрослого в Кот-д’Ивуаре [11].

Если вы безработный в Германии, вы тоже получите пособие. Если вы безработный в Кот-д’Ивуаре, вы сдохнете. В Германии вам будут давать деньги просто так, пока вы живы, в Кот-д’Ивуаре вам придется лет с пяти и до последнего вздоха вкалывать даже не за гроши, а за доли грошей.

Из этого вытекает любопытное следствие: деньги на Юге и на Севере различны по качеству. Попробую объяснить это простыми словами. Всякая деньга имеет две стороны в руке и в уме: в руке это орел и решка; в уме это то, что получаешь, когда ее отдаешь, и то, что отдаешь, когда ее получаешь. Первую сторону можно назвать ценностью денег (value of money), вторую — ценой денег (cost of money) [12]. Ценность денег нас в дальнейшем интересовать не будет — с этой стороной дела экономисты более-менее справляются и без меня. Мы сосредоточимся на цене денег, а точнее, на конкретном вопросе: что именно человек должен отдать, чтобы их получить?

Ответ на этот вопрос для Севера и Юга разный. Суть различия можно определить через КИМ — коэффициент используемой мощности, который рассчитывается как отношение ФМ — фактической мощности к ПМ — потенциальной (возможной) мощности. А мощность, как известно, это количество энергии, переданное или преобразованное (в нашем случае — затраченное) в единицу времени. Деньги Юга и деньги Севера отличаются тем, что за первые нужно отдать работу с динамичным КИМ, который всегда стремится к единице (потогонка), а за вторые — работу со статичным КИМ, который никуда не стремится (синекура). Конечно, и на Севере бывает потогонка, но у нее есть принципиальное отличие: она возникает в силу частных причин (амбиции, стремление побольше заработать, давление сверху и т. п.), а не из–за предельной разности потенциалов [13]. Это в частности означает, что поля Севера и Юга различаются еще по такому фундаментальному параметру, как свобода распоряжаться временем собственной жизни: высокая разность потенциалов на Юге лишает людей этой свободы.

-----------------------------------------------------------------------

[12] Во избежание недоразумений поясню: мне известно, что термин cost of money в английском имеет другое значение, я ввожу его здесь в специальном, четко определенном значении исключительно в рамках моего рассуждения.

[13] Мне могут возразить, что я не учитываю фактор конкуренции. Он безусловно существует, но его значение в нынешних странах глобального Севера не следует преувеличивать: далеко не все жители этих стран вовлечены в конкурентные отношения. Большинство людей в современном западном обществе занимает такие ниши, где конкуренция отсутствует или выражена очень слабо. Участие в конкурентных отношениях давно стало делом личного выбора, хотя, конечно, бывает, что людей вынуждает конкурировать ситуация или стечение обстоятельств. Но не надо забывать, что проигравший конкуренцию на Севере не рискует жизнью. Он рискует лишь снижением ее уровня.

-----------------------------------------------------------------------

Из сказанного вытекает, что у денег Юга и Севера разная энергоемкость или, иными словами, деньги Юга значительно дороже денег Севера: за одну и ту же сумму южанин отдает гораздо больше энергии, чем северянин. Поэтому все разговоры о преодолении бедности на уровне 2–5–10 долларов в день — это лукавое целеполагание. Разрыв между Югом и Севером не может быть преодолен простым подъемом уровня заработков на Юге, потому что проблема глубже: требуется не просто поднять зарплаты, но и выровнять их энергоемкость, устранить существенное различие между ценой денег на Севере и Юге. А для этого, очевидно, в двух глобальных полях нужно выровнять напряжение. Можно ли это сделать? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо выявить причину, которая порождает дисбаланс — низкую разность потенциалов на Севере и высокую разность потенциалов на Юге.

Люди склонны думать, что существующее положение вещей есть результат естественного исторического развития, поэтому кардинально изменить ничего нельзя. Однако, как я уже говорила, книга Хикела демонстрирует, что это не так. Ответ на вопрос, естественна ли сложившаяся ситуация, или она создана и поддерживается искусственно, контринтуитивен.

5. Краткое содержание. Часть 2

Вторая часть книги называется «О насилии» (Concerning Violence), и в ней тоже две главы:

3. Откуда взялась бедность? (Where Did Poverty Come From? A Creation Story).

4. От колониализма к перевороту (From Colonialism to the Coup).

Хикел полагает, что сложившаяся в мире система уходит корнями в эпоху колониализма, и потому начинает повествование с XVI века, т. е. с того времени, когда европейцы начали первую крупномасштабную внешнюю экспансию — колонизацию Америки. Он приводит ряд цифр (со ссылкой на K. Pomeranz, The Great Divergence. Princeton, 2000), показывающих, что к 1500 уровень жизни европейцев по некоторым базовым параметрам (продолжительность жизни и качество питания) мог уступать уровню жителей Южной Америки, и на долю Европы в то время приходилось лишь около 15% мировой экономики, тогда как на Индию и Китай около 65%. Далее он переходит к перечислению тех исторических событий, которые привели к резким переменам в экономическом положении разных стран и разных социальных слоев на протяжении следующих веков. Он рассказывает о разграблении Америк и уничтожении их коренного населения: по некоторым подсчетам в Латинской Америке было уничтожено до 95% жителей (в т. ч. из–за завезенных болезней) и к началу 1800-х годов оттуда вывезли ок. 100 млн кг серебра. В том же XVI в. началась масштабная работорговля, которая к середине XIX в. привела к перемещению 12–15 млн африканцев на другую сторону Атлантики (и гибели 1,2–2,4 млн человек в процессе перевозки) и к приобретению колонизаторами Америки колоссального ресурса даровой рабочей силы. Тогда же в Англии стал набирать силу процесс огораживаний (он начался раньше, но его первый пик пришелся именно на XVI в.), суть которого в общих чертах состояла в том, что ради повышения доходности своих земель крупные землевладельцы начали превращать их в пастбища, сгоняя с них крестьян. В результате впервые в истории значительная доля населения страны оказалась практически лишена средств к существованию. Люди стали стекаться в города: появились трущобы и дешевая рабочая сила — одно из исходных условий грядущей промышленной революции. Одновременно с рынком труда бедняки формировали и рынок сбыта, поскольку люди, лишенные земли и хозяйства, нуждались буквально во всем.

Хикел задает важный вопрос: был ли этот процесс естественным и неизбежным? Люди, чье знакомство с мировой историей ограничивается школьным курсом, пребывают в убеждении, что это именно так. Эволюционные теории XIX в., представлявшие эволюцию как поступательное движение вперед от простых форм к более сложным, от менее эффективных к более эффективным, оказали настолько фундаментальное влияние на наше восприятие истории, что это влияние до сих пор не преодолено и непонятно, как его вообще можно преодолеть после ста с лишним лет рассуждений в подобном духе. Идея исторического прогресса так глубоко въелась в нас, что ныне уже мало кто отдает себе отчет в том, что наше представление о ходе истории как «прогрессивном развитии» в значительной степени определяется формулой, которую Маркс отчеканил в предисловии к «К критике политической экономии»: In großen Umrissen können asiatische, antike, feudale und modern bürgerliche Produktionsweisen als progressive Epochen der ökonomischen Gesellschaftsformation bezeichnet werden. Между прочим, книга «К критике политической экономии» вышла в том же 1859 году, что и великий эволюционный труд Дарвина «On the Origin of Species by Means of Natural Selection, or the Preservation of Favoured Races in the Struggle for Life». Мимоходом отметим, что актуальность великих текстов со временем не только не снижается, но даже растет: оригинальное название дарвиновского труда на глазах обретает все большую злободневность.

Ответ на вопрос Хикела вовсе не прост. Процесс, который шел ценой невиданного, колоссального насилия, чинимого элитами нескольких европейских стран над населением своих и чужих земель, конечно же, не был естественным. Надо отдавать себе отчет в том, что в XVI в. насилие над людьми вышло на принципиально новый уровень и по масштабу, и по безоглядности: не было дотоле такого в истории, чтобы ради прибыли сметались целые континенты и социальные слои. Конечно, всегда были локальные завоевания и уничтожения, но при крупномасштабных завоеваниях местное население подчинялось или ассимилировалось, а не изводилось под корень, и никогда еще люди массово не приравнивались к нулю в рамках одной государственной системы: даже рабы и крепостные обеспечивались средствами существования в отличие от английских крестьян, которых сгоняли с земли в ходе огораживаний. Но дикий рост насилия, по-видимому, был неизбежен, пусть и не в силу «объективных законов развития» (которые отчего-то всегда ведут европейцев путем «исторического прогресса», а всех остальных — разными путями [14]), а в силу малоизвестных законов развития человеческой мысли.

-----------------------------------------------------------------------

[14] Например: «Величайшей загадкой в истории техники является неспособность Китая сохранить свое техническое превосходство. За долгие века своей истории до 1400 г. Китай набрал поразительный технологический импульс, развиваясь, насколько мы можем судить, не менее, а то и более быстро, чем Европа… Китайцы, можно сказать, находились в двух шагах от мирового господства, но отказались от него». Цит. по: Дж. Мокир. Рычаг богатства. Технологическая креативность и экономический прогресс. М., 2014.

-----------------------------------------------------------------------

Интермедия 3: банальность зла

В XVI в. в Европе происходит, если так можно выразиться, взрывной рост рационального мышления, одним из ярчайших проявлений которого стала Реформация. Всего за один век Европа прошла путь от цинизма Макиавелли, протестантского принципа sola fide и морали иезуитов к эмпиризму, рационализму и материализму. И если в философских трудах эти направления выкристаллизовались лишь в следующем, XVII веке, то на практике лавинообразно нарастающая рациональность проявила себя раньше: пока на востоке продолжали расширяться традиционные империи, включавшие в свой состав все новые и новые земли (империя Великих Моголов в Индостане и к северо-западу от него, Османская империя в Европе, Африке и на Ближнем Востоке и Московское царство, начавшее покорение Сибири), на Западе стали возникать прибыльные частные компании. Сначала не институциализированные, как конкистадоры, пираты и работорговцы, а затем и институциализированные, как английские и голландские акционерные торговые компании [15], в т. ч. Британская Ост-Индская, на базе которой возникла империя нового типа, — империя, нуждавшаяся не в подданных, а в прибыли.

-----------------------------------------------------------------------

[15] Подробнее см., например: В.Н. Ключко, Первые европейские акционерные компании XVI–XVIII веков: особенности становления. «Менеджмент и бизнес-администрирование», 2 (2014), 6–27.

-----------------------------------------------------------------------

Сегодня нам трудно представить себе мир без тех явлений, которые воспринимаются нами как нечто совершенно естественное. Например, не все осознают, что до Нового времени в Европе практически не существовало авторских текстов с произвольным сюжетом, т. е. того, что ныне зовется художественной литературой. Не менее трудно представить себе мир, в котором деньги не были абстрактным понятием и не были целью сами по себе. Мы не задумываемся над тем, что идея «деньги могут делать деньги», возникла лишь тогда, когда деньги полностью оторвались от конкретных означаемых и замкнулись на себе: деньги стали означать лишь «деньги» — не власть, не землю, не слуг и т. д. Изменилось само содержание понятия «богатство»: утратив привязку к конкретным вещам, оно тем самым утратило и меру, став безмерным. Одновременно с этим в христианском мире, обретавшем все большую рациональность, стала слабеть великая иррациональная заповедь «не делай другому того, чего не желаешь себе». На смену ей шла рациональная идея выгоды любой ценой. Сама идея выгоды конечно была не нова, но характерной чертой новой эпохи стало ее доминирование. Угасание иррациональной заповеди открывало простор для невиданной свободы действий.

Рациональное мышление имеет одну особенность, о которой мало говорят, и которая почти никем в полной мере не осознается. Заключается она в том, что мышление, опирающееся на логические аргументы и известные человеку факты, всегда оперирует произвольным и неполным набором аргументов и фактов, порождая в сознании грибы, т. е. искаженные картины мира. Более того, рациональное мышление позволяет по желанию изобретать нужные аргументы и отбрасывать ненужные — иными словами, оно фильтрует реальность в соответствии с волей рационального наблюдателя. Именно этот феномен лежит в основе явления, известного как «банальность зла»: человек может согласиться с чем угодно и допустить что угодно просто потому, что его мозг фильтрует «допустимое» и «недопустимое» в соответствии с тем, чего ему хочется или с тем, в чем его убедили [16]. Ужасы нацистской Германии, на базе которых это явление описано, приобрели хрестоматийное значение, но при этом стали своеобразным жупелом, притягивающим к себе внимание и выполняющим роль ментальной ширмы: они буквально заслоняют собой множество аналогичных преступлений в более ранней и более поздней истории. Холокост выглядит чудовищнее других подобных явлений лишь благодаря большей технологичности процесса: крематории и газовые печи повысили эффективность человеческого уничтожения, но не изменили его по существу. Историю ведь, как известно, пишут победители. Поэтому ужасы побежденной Германии описаны многократно и тщательно, а ужасы колонизации и работорговли всплывают иногда в художественных произведениях и научных исследованиях, не доходящих до широкой аудитории. Между тем, в основе тех и других лежит один и тот же принцип объявления группы людей низшими существами. Присвоение статуса «низших» избавляет «высших» от необходимости применять к «низшим» те нормы, которые приняты «высшими» для самих себя. Фундаментальная проблема, лежащая в основе такого подхода, заключается в том, что логически оспорить присвоение статуса «низшего» невозможно. Для элиты все остальные — плебс, для рабовладельца рабы — грубые дикари, для колонизатора покоренные народы — слаборазвитые общества, нуждающиеся во внешнем управлении.

-----------------------------------------------------------------------

[16] Ханна Арендт считала, что дело в бездумности (thoughtlessness), но это не точная формулировка. Человек не отключает в себе мышление, он направляет его в желаемую сторону.

-----------------------------------------------------------------------

В основе колониальной политики всегда лежала презумпция превосходства белых колонизаторов, которая оправдывала любые их действия по отношению к «низшим». На почве этой презумпции в XVIII–XIX вв. сформировалась вполне авторитетная научная парадигма расизма. Расизм, обоснованный рациональной аргументацией и порожденный потребностью в самооправдании, стал общим местом, стереотипом мышления и глубоко въелся в общественное сознание — не менее глубоко, чем идея прогресса, вариантом которой он, в сущности, и является.

Современному читателю Википедии может показаться, что научный расизм XVIII–XIX в. — это что-то вроде алхимии: давно отброшенное, дискредитированное, тупиковое направление мысли. Но это впечатление поверхностно: научный расизм — это лишь крайнее проявление великой двуликой идеи прогресса и превосходства, которая питала тексты маркиза де Кондорсе, Томаса Маколея, Редьярда Киплинга и прочих гордых певцов. Эта песнь белой элиты не умолкла и не может умолкнуть, потому что сегодняшним потомкам колонизаторов и рабовладельцев так же нужно заглушать шелест денег, как и их отцам. Они просто изрядно поднаторели в этом искусстве, уступили сольные партии борцам за равноправие и иные мечты плебеев, и потому их песнь стало сложнее вычленить в нынешнем многоголосье.

Оспаривание статуса «низших» делегитимизирует преимущества и права «высших», поэтому люди, находящиеся на верху пирамиды, всегда выдвигают и рьяно отстаивают те аргументы, которые оправдывают и обосновывают их положение, и игнорируют те, что ему противоречат. «Банальность зла» — это истинное лицо нашего рацио, ничего более.

Интермедия 4: точки, меняющие картину

Победители весьма преуспели в создании комфортной картины мира, в которой противопоставление внешних форм отвлекает внимание от содержательного тождества. Нацизм — это кошмар и преступление, а колониализм — это бремя белого человека и благо для колонизируемых, приобщившихся к плодам европейской цивилизации. Между тем, Холокост начался не с газовых камер, а с экспроприации еврейских предприятий, банков и прочей еврейской собственности. Немецкие компании извлекали из притеснения евреев выгоду [17] точно так же, как английские, голландские, французские и др. компании извлекали выгоду из работорговли и ограбления колоний. Но трагедия евреев в Европе продолжалась 10–12 лет (от бойкота еврейских предприятий в 1933 и нюрнбергских законов 1935 г. до конца войны), а трагедия Индии растянулась почти на 200 лет (от битвы при Плесси в 1757 до провозглашения независимости в 1947). И разница в оценках этих явлений не менее велика, чем в их хронологии: события, происходившие в Германии, признаны преступлением, и человек, который их возглавил, стал величайшим злодеем всех времен и народов. События, происходившие в Индии, представляются как естественный ход вещей, подчиненный «объективным законам развития», а Роберт Клайв, чьей феноменальной подлости и алчности Британская Ост-Индская компания обязана колоссальным расширением своего влияния, получил титул пэра, и позднее, при расследовании его деятельности, был оправдан за услуги, оказанные стране. Многие знают число жертв Холокоста — около 6 млн человек, но практически никто не сможет назвать ни числа жертв голода в Индии времен британского колониального владычества, ни числа самих голодных катастроф, случившихся там между 1757 и 1947. А это очень важные числа: они дают понять, до какой степени искажена наша картина мира.

-----------------------------------------------------------------------

[17] См., например: www.dw.com/ru/dresdner-bank-и-третий-рейх-на-одном-из-перекрестков-истории/a-1907910

-----------------------------------------------------------------------

Первый голод датируется 1769–1773. Он начался в Бенгалии через два года после возвращения хорошо послужившего Британии Роберта Клайва на родину. Погибло до 10 млн человек (впрочем, в английской Википедии вы прочтете, что modern scholars estimate a much lower and more plausible revised number, in the range of around 1.2 million Bengalis, со ссылкой на одного индийского профессора, защитившего диссертацию в Лондоне). Ост-Индская компания при этом не только не снижала налоги, но даже продолжала их повышать [18].

Голод 1782–1784 в северо-восточной Индии унес около 11 млн человек.

Череда голодных лет 1789–1792 в разных частях Индостана (тут следует оговорить, что не все они были тогда под властью британцев) стоила жизни около 11 млн человек [19].

В следующем столетии голодные годы между 1860 и 1870 унесли еще около 8 млн.

Голод 1876-1878 — от 6 до 10 с лишним млн [20].

Голод 1896–1897 — 12–16 млн.

Голод 1899–1900 — до 10 млн.

Голод 1943–1944 — до 3 млн [21]. Почти одновременно, в 1942–1943 голодала и другая британская колония, северная Нигерия. Там погибших просто никто не считал [22]. Общее число жертв Второй мировой в самом Соединенном Королевстве около 450 тыс. человек.

Приведенный список включает лишь наиболее значительные вспышки голода. На самом деле только в период между 1770 и 1900 в Британской Индии насчитывается не менее 22 вспышек, по многим из которых нет данных о жертвах [23].

После провозглашения независимости ни одного крупного голода в Индии не было.

-----------------------------------------------------------------------

[18] Красноречивые детали приводятся, например, в небольшой статье, выложенной в открытый доступ:

www.researchgate.net/publication/347945823_Reasons_behind_the_Great_Bengal_Famine_in_1770_British_claim_vs_Reality/link/5fe96a0645851553a0fb3c98/download. То же самое происходило позднее: например, Майк Дэвис приводит цифры, показывающие почти двойной рост экспорта зерна из Индии в период голода 1876–1877 (M. Davis. Late Victorian Holocausts. London, 2001. P. 30).

[19] http://sro.sussex.ac.uk/id/eprint/83046/3/final1780srevised1.pdf (p. 9).

[20] Подробнее об этой и последующих вспышках голода см. M. Davis. Late Victorian Holocausts.

[21] См., например: www.ibtimes.com/bengal-famine-1943-man-made-holocaust-1100525

[22] M. Watts. Silent Violence: Food, Famine and Peasantry in Northern Nigeria. Berkeley CA, 1983. P. 355.

[23] M. Alamgir. Famine in South Asia. Cambridge Mass., 1980.

-----------------------------------------------------------------------

Приведенные числа невозможно осознать так же, как невозможно осознать суммы порядка миллиардов и триллионов: все они находятся за пределами человеческого воображения. Общий счет жертв голода в одной лишь колониальной Индии превышает число жертв коммунизма в СССР и жертв нацизма за весь период гитлеровской Германии и сопоставим с общим числом военных и гражданских потерь во Второй мировой войне всех стран-участниц вместе взятых.

Конечно, британская колониальная администрация не вызывала голод намеренно. Непосредственными причинами смертей были засухи и вспышки болезней, но чудовищная смертность в результате природных катаклизмов возникала оттого, что колониальное управление нарушало порядок вещей, складывавшийся на протяжении столетий: экономика колонизированных земель переформатировалась под потребности колонизаторов и теряла устойчивость. Ресурсы, которые прежде использовались для преодоления циклических природных катаклизмов, высасывались метрополией. К людям покоренных стран относились как к скоту, и отличие от политики нацистской Германии по отношению к «низшим» расам заключалось лишь в том, что их не уничтожали целенаправленно, им просто создавали условия, в которых они могли подыхать в любых количествах ради прибыли колонизаторов. Различие между нацизмом и колониализмом на самом деле сводится к различию между убийством и доведением до смерти. И то обстоятельство, что нацизм признан преступлением и страна-виновница принуждена платить жертвам репарации, а колониализм преступлением не признан и репараций никто не платит, связано лишь с тем, что Германия проиграла большую войну, а прочие европейские страны-колонизаторы больших войн не проигрывали и живут припеваючи в отсутствие той силы, которая вынудила бы их платить по счетам. Победители делают вид, что отсутствие суда равносильно отсутствию преступления, и по мере сил пытаются скрывать чудовищные масштабы содеянного [24]. Масштабы же таковы, что те, кто пытается их оценить, получают результаты, в которые невозможно поверить [25].

-----------------------------------------------------------------------

[24] Британия: https://ishguru.com/misremembering-the-british-empire-the-new-yorker/, www.theguardian.com/uk/2012/apr/18/britain-destroyed-records-colonial-crimes и др.

Голландия: www.humanityinaction.org/knowledge_detail/whitewashed-slavery-past-the-lost-struggle-against-ignorance-about-the-dutch-slavery-history

Португалия: www.politico.eu/article/portugal-slave-trade-confronts-its-past

Франция: www.wral.com/-this-is-our-history-a-french-city-confronts-its-slave-trading-past/17957270/. На протяжении одного лишь XVIII в. Франция осуществила 3343 перевозки рабов из 22 морских портов. Нант был крупнейшим из них: на его счету 1427 перевозок (J. Mettas. Répertoire des expéditions négrières françaises au XVIIIe siècle. T. 1–2. Paris, 1978, 1984. Оба тома выложены в открытый доступ: www.persee.fr/doc/sfhom_0222-027x_1978_mon_1_1, www.persee.fr/doc/sfhom_0222-027x_1984_mon_2_1).

[25] В 2018 г. индийский экономист Utsa Patnaik подсчитала, что если сложить всю разницу между индийским экспортом и импортом за 173 года британского правления и сделать поправку на годовую доходность 5%, то объем вывезенных британцами ресурсов составит 45 триллионов долларов: www.livemint.com/Companies/HNZA71LNVNNVXQ1eaIKu6M/British-Raj-siphoned-out-45-trillion-from-India-Utsa-Patna.html

Число рабов, вывезенных из Африки через Атлантический и Индийский океаны, могло достигать 28 млн человек: http://news.bbc.co.uk/2/hi/africa/1523100.stm. Трансатлантическая работорговля (с побережья Западной Африки) документирована и изучена гораздо лучше, чем масштабная работорговля в Индийском океане (с побережья Восточной Африки), которую вели арабы, голландцы, португальцы, французы, см.: www.jstor.org/stable/20079204, www.scribd.com/read/264105378/European-Slave-Trading-in-the-Indian-Ocean-1500-1850, www.persee.fr/doc/cea_0008-0055_1970_num_10_37_2845, www.dw.com/en/east-africas-forgotten-slave-trade/a-50126759 и др.

-----------------------------------------------------------------------

Если мы не считаем нацизм «объективной закономерностью развития» общества и признаем его преступлением, то колониализм и работорговлю Нового времени следует оценивать по той же шкале и тоже признавать преступлениями, а не «объективными историческими процессами». Не надо убеждать себя в том, что «это другое». Это то же самое. В шотландском Абердине в XVIII в. ловили на улицах детей и отправляли их на продажу в Америку [26a, 26b]. Это объективный исторический процесс? Торговля шотландскими детьми отличается от торговли африканцами? Чем же, масштабом? Кто же приучил нас верить в то, что преступление огромного масштаба не является преступлением?

Если у вас достаточно интеллектуальной смелости, чтобы посмотреть реальности в лицо и начать расставаться со своими грибами, вы задумаетесь над утверждением Хикела, что бедность в современном мире это явление, в значительной мере порожденное колониальной эпохой, т. е., в сущности, результат глобальных грабежей. Взгляните на цифры, демонстрирующие неуклонное сокращение доли Индии в мировом ВВП в период колониального владычества: 1700 — 22,6%; 1820 — 15,7%; 1890 — 11%; 1952 — 3,8% [27]. Можно сколько угодно спорить о методике расчетов и неточности цифр, но невозможно отрицать сам факт: доля большой и богатой страны в мировой экономике за два с лишним века не выросла, а снизилась в несколько раз.

-----------------------------------------------------------------------

[27] M. Davis. Late Victorian Holocausts. P. 310. См. также

en.wikipedia.org/wiki/British_Raj#/media/File:Share_of_Global_GDP.gif (скопируйте выделенный текст целиком и вставьте в адресную строку браузера, т. к. сайт Сигмы почему-то не позволяет корректно ввести эту ссылку).

-----------------------------------------------------------------------

Тем не менее, если бы колониализм XVI–XX вв. был основной причиной бедности в современном мире, проблема бы поддавалась решению. Беда в том, что оставшиеся безнаказанными преступления колонизаторов не закончились с их уходом из колоний. Система трансформировалась, но не перестала существовать. Хуже того, она расширилась и усугубилась. Процесс трансформации классического колониализма в современный неоколониализм и результаты, к которым он привел, т. е. реальное положение вещей в нынешнем мире составляют содержание дальнейших глав книги Хикела.

Но прежде, чем мы к ним вернемся, необходимо сделать еще одно отступление, чтобы показать, как незнание фактов влияет на наше восприятие происходящего.

Британский премьер-министр Дэвид Кэмерон произнес в 2013 в Амритсаре: I think there’s an enormous amount to be proud of in what the British Empire did and was responsible for… («Я думаю, что очень многое из того, что было сделано Британской империей, и за что она была ответственна, заслуживает гордости…») [28] Апология Британской империи в устах британского премьер-министра естественна, но эти слова приобретают несколько иной смысл, если знать, кто именно их произносит.

В 1833 в Британской империи был издан закон об отмене рабства. Спустя два года правительство приняло решение выплатить рабовладельцам компенсации за утраченную «собственность». На это потребовалось 20 млн фунтов, из которых 15 млн были взяты в долг у Ротшильда и Монтефиори.

Еще раз, для тех, кто не сразу осознал: с принятием законов об отмене рабства рабовладельцы в разных странах просто лишались права иметь рабов, а в Британии корона заплатила своим рабовладельцам огромный выкуп, на который все население страны отчисляло деньги на протяжении почти 200 лет. Британские налогоплательщики погашали этот колоссальный заем (многомиллиардный в современных фунтах) вплоть до 2015 года. Компенсации получили 47 000 рабовладельцев, и среди них есть члены семей, из которых происходят Дэвид Кэмерон и его супруга [29].

Надо осознавать, что похвалы империи звучат из уст родственников колонизаторов и рабовладельцев, которые продолжают стоять у руля, а голоса десятков миллионов жертв этой империи, которые могли бы им возразить, не слышны, потому что эти жертвы мертвы.

-----------------------------------------------------------------------

[29] www.theguardian.com/news/2018/mar/29/slavery-abolition-compensation-when-will-britain-face-up-to-its-crimes-against-humanity, www.theguardian.com/world/2015/sep/29/how-do-we-know-david-cameron-has-slave-owning-ancestor

Другие примеры можно найти здесь: www.ucl.ac.uk/lbs/project/new2020

-----------------------------------------------------------------------

Теперь перейдем к главе 4 (От колониализма к перевороту).

С тех пор, как в XX в. распалась старая колониальная система, изменились внешние формы управления и политическая риторика, но не изменилась движущая сила, остающаяся одним из главных мотивов человеческих действий в последние 500 рациональных лет: Большие Деньги. Изменение внешних форм заставило бывших колонизаторов отступить с первого плана за кулисы, и это отступление происходило поэтапно.

С уходом из колоний колонизаторы теряли два основных источника дохода: дешевые ресурсы и выгодный рынок сбыта, так как цены на местные ресурсы можно было занижать, а цены на собственную продукцию, реализуемую в колониях, завышать. Как только в бывших колониях или иных зависимых территориях стала возникать угроза национализации, т. е. возвращения себе контроля над собственными ресурсами, был изобретен эффективный способ борьбы с этой опасной тенденцией. Борьбу за восстановление контроля над ресурсами возглавили Соединенные Штаты, и ее активная фаза началась при президенте Эйзенхауэре (1953–1961). Метод был довольно прост: любые попытки обретения самостоятельности, угрожавшие финансовым интересам бывших колонизаторов, стали шельмоваться как коммунистическая угроза, и борьбой с этой угрозой оправдывались массовые военные перевороты и заговоры, благодаря которым управление зависимыми странами передавалось подходящим людям. Хикел описывает эту эпоху переворотов довольно подробно, но общее представление о масштабах происходившего в 50–70-е годы можно составить, просто взглянув на страницу Википедии, которая называется United States involvement in regime change [30].

-----------------------------------------------------------------------

[30] Только что вышло новое расследование, посвященное действиям ЦРУ в Африке в 1950–60-х годах: S. Williams. White Malice: The CIA and the Neocolonisation of Africa. NY, 2021.

-----------------------------------------------------------------------

Параллельно с этими прагматическими действиями шло формирование новой экономической и политической идеологии, ныне известной как неолиберализм. Ее ключевым пунктом стал рыночный фундаментализм — объявление свободы рынка базовым условием для достижения процветания и индивидуальной свободы. Хикел, как и многие другие критики неолиберализма, убедительно показывает на конкретных цифрах, что реальные результаты применения этой идеологии кардинально отличаются от ее обещаний. Вполне возможно, что отцы неолиберализма были искренни в своих намерениях и в своих заблуждениях. Но если так, тогда что же отличает их от полезных идиотов, сослуживших хорошую службу тем, кто донес их идеи до президентов и премьеров?

Сейчас, спустя несколько десятилетий после того, как усилиями Тэтчер и Рейгана неолиберализм приобрел в мире статус господствующей экономической модели, оспаривание очевидного расхождения между заявленными им целями и достигнутыми результатами превращается в такую же упрямую защиту идеологии вопреки фактам и здравому смыслу, как упорное убеждение людей в прогрессивной роли коммунистической партии в СССР. Но если в случае коммунизма заявленные цели изначально были искренними, но оказались недостижимыми и дискредитированными при попытке их реализации на практике, то в случае неолиберализма все было наоборот: заявленные цели с самого начала были чистой риторикой, а достигнутые результаты оказались именно такими, какие были нужны людям, стремившимся сохранить контроль над ресурсами.

Как можно утверждать с уверенностью, что заявленные цели с самого начала были ложью? Для этого нужно перестать обращать внимание на слова и переключить его на вещи, точнее — на ресурсы. Например, почитать отчет «Стратегическое соперничество ведущих экономик мира за африканские ресурсы (2006-2008)», опубликованный Институтом Африки РАН [31]. Вот небольшая цитата:

Военная промышленность и энергетика США… зависят от импорта африканского кобальта — металла, используемого при производстве термостойких и особо прочных сплавов, в том числе при производстве лопаток турбин реактивных двигателей. Другая важная сфера применения — производство магнитосплавов для электронной промышленности. В США имеются собственные месторождения кобальта, но основная их часть уже выработана… Поэтому с 1971 г. весь потребляемый промышленностью США кобальт также ввозился из–за границы. 52% мировых запасов кобальта приходится на четыре африканские страны — ДРК, Замбию, Марокко и Ботсвану. Из этого количества львиная доля приходится на ДРК, которая одна покрывает 65% внутренних потребностей США в этом металле… В США примерно 70% африканского импорта этого металла используется в производствах, где ему нет замены.

Ребенку понятно, что в ситуации дефицита ресурсов последнее, что нужно богатым странам с развитой промышленностью, — это новые конкуренты. Появление новых промышленно развитых стран на планете с конечными запасами ресурсов означает прямую угрозу благополучию старых. Наиболее благоприятной и отвечающей интересам США ситуацией в республике Конго является такая ситуация, которая позволяет вывозить оттуда кобальт с наименьшими издержками и препятствиями. Поэтому для США предпочтительно, чтобы ДРК оставалась неразвитой и плохо управляемой страной. Это и есть неоколониализм. Все остальное — риторика.

6. Краткое содержание. Часть 3

Третья часть книги называется «Новый колониализм», и в ней три главы:

5. Долг и экономика спланированной нищеты (Debt and the Economics of Planned Misery).

6. Свободная торговля и появление виртуального сената (Free Trade and the Rise of the Virtual Senate).

7. Грабеж в XXI веке (Plunder in the 21st Century).

В этой части объясняется, какими методами одни современные государства подчиняют себе другие, и как элита богатых стран использует человеческие и природные ресурсы бедных стран в собственных интересах.

Хикел начинает с примечательной и малоизвестной широкой публике последовательности событий: в 1974 Генеральная ассамблея ООН приняла Декларацию об установлении Нового международного экономического порядка (New International Economic Order, NIEO) [32] и соответствующую ей программу действий, предложенную развивающимися странами, которые стремились к установлению более справедливой международной экономической системы и, в том числе, к контролю над собственными природными ресурсами, которые по большей части оставались в руках бывших колонизаторов. Через год после этого события лидеры шести ведущих индустриальных стран — США, Великобритании, Франции, Западной Германии, Италии и Японии — собрались в замке Рамбуйе под Парижем. Встреча была инициирована тогдашним президентом Франции Валери Жискар д’Эстеном, происходившим, как лаконично сообщает нам Википедия, «из состоятельной дворянской семьи». Дядей матери французского президента был тот самый Жорж-Пико, который в 1916 подписал тайное соглашение Сайкса-Пико о послевоенном разграничении зон влияния Британии и Франции на Ближнем Востоке (т. е. о колониальном разделе Османской империи). Отец французского президента в 1975 был еще жив и лишь за пару лет до описываемых событий ушел с поста президента SOFFO. В русской Википедии он назван «финансовым инспектором», а в английской «high-ranking civil servant». На самом деле папа Эдмон Жискар д’Эстен входил в состав восьми различных административных советов Индокитая, в трех из них был председателем, а с 1930-х годов возглавлял Французское финансовое и колониальное общество (Société financière française et coloniale, SFFC), которое в 1949 сменило название, превратившись в Финансовое общество Франции и заморских территорий (Société financière pour la France et les pays d“Outre-Mer, SOFFO) [33]. Кстати, его дочерняя компания SIPH тоже поменяла название, превратившись из Société Indochinoise de Plantations d”Hévéas в Société Internationale de Plantations d’Hévéas (www.groupesifca.com/en/siph.php) [34]. Дальнейшая судьба SOFFO тоже заслуживает внимания, но я расскажу о ней в примечании [35], чтобы не отвлекаться от основного повествования.

-----------------------------------------------------------------------

[34] Из документов, собранных на полезном сайте www.entreprises-coloniales.fr, можно узнать, что одним из владельцев SIPH была компания Euronat (почти 70%, см. www.entreprises-coloniales.fr/inde-indochine/SIPH_1975-1995.pdf), которая теперь владеет крупным курортом на атлантическом побережье Франции: www.euronat.fr/en/pass-and-information/. Полистайте их рекламную брошюру, и вы увидите, какие удивительные метаморфозы произошли с кровью и потом Индокитая, обеспечившими роскошь популярных французских курортов. На сайте SIPH, кстати, можно также найти свидетельство текущей решительной борьбы с детским трудом (www.groupesifca.com/pdf/siph/Child_labour_policy_siph.pdf), которую компания все никак не может выиграть со времен своего основания в 1905 году.

[35] На www.entreprises-coloniales.fr можно интересно провести время, читая отчеты SOFFO, последний из которых (www.entreprises-coloniales.fr/empire/SOFFO_1972-1998.pdf) сообщает (см. в конце), что в 1990-х годах SOFFO слилась с Suez Industrie, она же Compagnie de Suez (https://fr.linkedin.com/in/pierre-mestchersky-94940778). Различные перипетии, происходившие с последней, в общих чертах описаны здесь: https://fr.wikipedia.org/wiki/Suez_(entreprise,_1858-2008), https://en.wikipedia.org/wiki/Suez_(company). Эта компания восходит к основанной в 1858 La Compagnie universelle du canal maritime de Suez, т. е. французской колониальной компании, эксплуатировавшей Суэцкий канал. На сайте European Business History Association (EBHA) выложен любопытный документ (https://ebha.org/ebha2007/pdf/Piquet.pdf), рассказывающий о том, как французы выводили из Египта деньги этой компании, покидая его после национализации канала правительством Насера в 1956. Там упоминается, что одним из директоров компании в то время был Жак Жорж-Пико, который приходится племянником тому Жоржу-Пико, что подписывал соглашение Сайкса-Пико (об этом родстве подробнее: https://en.wikipedia.org/wiki/Georges_Picot). Таким образом, слияние SOFFO с Suez Industrie в 90-х было фактически слиянием финансовых интересов предков французского экс-президента по отцовской и материнской линии. Но история сей любопытной ветви колониальных традиций на этом не заканчивается. Она продолжается по сей день, о чем каждый может узнать, почитав, как компания Suez приобрела в 1993 в Аргентине крупную концессию на обеспечение водоснабжения Буэнос-Айреса (т. е. приватизировала доступ к воде в столице) и принялась поднимать тарифы на воду, выжимая из нищих людей дикие прибыли (A report from the Universidad Argentina de la Empresa stated that profits in 1995 were 28.9 percent of revenues, in 1996 they still reached 25.4 percent and in 1997 they were 21.4 percent. This compares with average profit rates in the water sector in England and Wales (often cited as the model of privatization), which averaged 9.3 percent in 1999-2000 and 9.6 percent in the year preceeding — см. https://idl-bnc-idrc.dspacedirect.org/bitstream/handle/10625/50161/IDL-50161.pdf, p. 19–22). Когда концессионный договор был разорван по инициативе аргентинских властей, компания Suez с коллегами подала против Аргентины иск в арбитражный суд Всемирного банка (2003). И, не теряя времени даром, в 2006 заняла 5 место в рейтинге наиболее социально ответственных корпораций мира по версии славного журнала Fortune (лишь немного уступив BP (2 место), которая вскоре вылила в Мексиканский залив 5 млн баррелей нефти). В 2015 концессионеры выиграли дело против Аргентины, отсудив у небогатой страны $405 млн с процентами. Зайдите на сайт компании Suez, почитайте там пресс-релиз о выплате этого штрафа (www.suez.com/en/news/press-releases/definitive-settlement-of-the-dispute-between-suez-and-argentina-on-aguas-argentinas), а потом откройте страницу “What we do” (www.suez.com/en/our-offering/success-stories/our-references) и насладитесь головокружительными картинками волшебных проектов, восстанавливающих биоразнообразие, очищающих воду и воздух, утилизирующих мусор и т. д.

-----------------------------------------------------------------------

Все помнят о нефтяном кризисе 1973 года, но мало кто помнит о NIEO, а между тем для промышленно развитых стран появление OPEC и NIEO были событиями одного порядка, потому что и то и другое означало для них угрозу утраты контроля над ресурсами. Неудивительно, что главы этих стран осознали необходимость объединиться для решения важнейшей насущной проблемы и, движимые самыми искренними побуждениями, засекретили результаты своих переговоров на 30 лет. Документы встречи в Рамбуйе стали доступны лишь в 2006 [36], и читать их очень любопытно, особенно стенограмму 3-й сессии (Energy, raw materials and relations with developing countries): речь идет о восстановлении мировой экономики после нефтяного кризиса, и британский премьер несколько раз повторяет там мысль, что для блага мировой торговли, от которой «мы все выиграем», необходимо восстановить покупательную способность развивающихся стран. Еще нужно помочь им «стабилизировать доходы от экспорта». Стимулирование внутреннего развития этих стран никто не обсуждает, они рассматриваются исключительно как рынок сбыта и источник сырья (иного существенного экспорта у бедных стран не бывает), как в добрые старые времена. На смену простому слову «колонии» пришли лукавые слова «развивающиеся страны», но их функции в глазах колонизаторов, переименовавших себя в «развитые страны», нисколько не изменились. В стенограмме есть замечательная фраза, в которой, словно в капле воды, сверкает вся будущая политика глобализации, весь рост мирового благосостояния, все «игры с ненулевой суммой» и прочие изобретательные сорта сладкой лапши для верующих в лучшее будущее:

Turning to the wider prospects, the Prime Minister* said that we must do what we could in the multilateral trade negotiations in the GATT** to help the developing countries, while recognizing that we must be able to create more resources before we could re-distribute them [37].

————————————————

* Harold Wilson.

** The General Agreement on Tariffs and Trade.

И на старуху бывает проруха: стенограмму с таким откровением надо было бы, конечно, засекретить навсегда. Но что вышло — то вышло. Через год к G6 присоединилась Канада, и спустя некоторое время этот славный альянс переформатировал под себя ряд международных организаций, добавил к ним несколько новых и фактически стал определять ситуацию на большей части планеты, камуфлируя свои действия с помощью относительно свежего метода, эффективность которого стала очевидна по опыту тоталитарных стран XX в. До появления G7 он, однако, в планетарном масштабе не применялся — я имею в виду метод диаметрального расхождения между авторитетным словом и делом.

Интермедия 5: дьявольский метод

Рационально мыслящим людям кажется, что их убеждения основываются на аргументах, тогда как в действительности дело обычно обстоит наоборот: люди подверстывают аргументацию под свои убеждения. Иными словами, с помощью аргументов люди убеждают себя в истинности того, во что они верят. Замечательный пример подобного рода — убеждение большинства богатых британцев (из числа 1% людей с самыми высокими доходами в стране) в том, что их зарплаты (сотни тысяч фунтов в год) — заслуженный результат их тяжелой работы и талантов [38].

-----------------------------------------------------------------------

[38] K.M. Hecht. A Sociological Analysis of Top Incomes and Wealth: a study of how individuals at the top of the income and wealth distributions perceive economic inequality. PhD thesis, London School of Economics and Political Science http://etheses.lse.ac.uk/3699/1/Hecht__a-sociological-analysis.pdf (p. 16 и др.). Реальное положение вещей описано в этой же диссертации на с. 134. Не проходите мимо: там цитируются любопытные свидетельства.

-----------------------------------------------------------------------

Имманентная слабость рационального мышления проявляется в разных сферах по-разному. Например, на уровне глубокой специализации или при анализе больших массивов данных бывает так, что сложное исследование никто не в состоянии досконально проверить, и в таких случаях критерием оценки исследования становится не столько аргументация, сколько имя и статус автора. В общественных науках есть области, где можно убедительно обосновать разные точки зрения, и в этих случаях арбитром истины тоже обычно служит авторитет. Если добавить к этому то прискорбное обстоятельство, что большинство людей не являются специалистами ни в одной из областей и не обладают навыками критического мышления, то становится очевидна колоссальная роль авторитета и статуса в современном мире. Решение любых вопросов ныне делегируется «специалистам», которые формируются в рамках жестко канонизированной системы, а уровень «специализма» отождествляется с уровнем в научной или административной иерархии.

Иерархические структуры современного общества выстроены по строго определенным шаблонам. Международные организации занимают в них более высокое положение, чем национальные институты, нобелевские лауреаты более авторитетны, чем лауреаты государственных премий. Поэтому институции типа МВФ, Всемирного банка и ВТО априори обладают очень высоким авторитетом. Не подлежит сомнению, что в авторитетных международных организациях работают высококлассные специалисты. Обратное, конечно, не менее очевидно: если вы работаете в МВФ или ВТО, значит, вы высококлассный специалист. Немного порочнокругло, зато эта красота спасает мир.

«Высококлассные специалисты» ныне суть источники истин. Попробуйте поспорить — а вы вообще кто такой? Специалисты — это сословие, спорить с которым могут лишь равные. На такие споры требуется лицензия: предъявите-ка свои публикации в реферируемых научных журналах. Но даже если у вас есть такие публикации, вы все равно не выйдете далеко за пределы собственной весовой категории — на вас просто не будут обращать внимания. Потому что аргумент сам по себе в современной системе мало что значит: реальной значимостью обладает не он, а комплексная величина «авторитет плюс аргумент», где авторитет — действительная часть, а аргумент — мнимая. Отсюда вытекает, что чем выше авторитет говорящего, тем меньше у него эффективных, полноценных оппонентов.

Но авторитет — это один полюс, так сказать источник (истин), а есть ведь и обратный полюс, приемник — доверие к авторитету, готовность воспринимать истины. Тоталитарные общества показали, что от высших источников люди готовы принимать что угодно, любые «истины». В масштабах общества истину делает истиной именно авторитетный источник, а не ее отношение к реальности. Тут действует тот же психологический порог, который не дает людям осознать, что такое миллионы смертей и триллионы долларов. Есть хорошее английское слово capacity, которым это можно описать. Переведем его как «емкость»: у человеческого восприятия ограниченная емкость. У него есть предел, выход за который делает вещи непредставимыми и тем самым лишает их смысла. Ложь высших, облеченных максимальным авторитетом, выходит за пределы человеческого восприятия потому, что его пределы — это та картина мира, которой оно оперирует, а в этой картине вершина по определению является источником истин. Если верховный авторитет лжет, тогда вся картина мира рушится, а с этим мало кто способен справиться. Распад сложившейся картины мира крайне болезненный процесс, он требует немалой силы воли. Вчера у тебя в голове росли грибы, а сегодня шевелят щупальцами медузы. Такое не каждый может пережить. Большинство людей сдается: сталкиваясь с реальностью, которую нет сил принять, люди отвергают ее и создают деформированную реальность. (Отрицание климатической катастрофы — прекрасный пример подобной деформации: люди устраняют тяжкую и страшную проблему из своей картины мира, подбирая те аргументы, которые позволяют это сделать.)

Однако это не все. Ограниченная емкость нашего восприятия порождает дьявольский парадокс: чем наглее верховная ложь, тем выше ее устойчивость. Тут действует тот же эффект, что в глобальных преступлениях: если вы убили человека — вы убийца, а если миллионы людей — великая империя; если украли сто тысяч — вы вор, а если сто миллионов — удачливый финансист. Искажение явлений, выходящих за пределы воображения, происходит как на уровне непосредственного восприятия, так и на уровне анализа. Чем дальше верховная ложь выходит за пределы мыслимого, тем больше люди склонны уверять себя в том, что перед ними правда: посадите десять невинных, и все решат, что произошла чудовищная ошибка; посадите тысячи, и люди начнут говорить, что просто так у нас не сажают. Любой нормальный человек убежден, что полного абсурда наверху быть не может, и потому метод наглой лжи сверху исключительно эффективен до тех пор, пока верхи сохраняют авторитетный статус.

Один из ключевых тезисов Хикела — утверждение, что ведущие международные экономические организации являются не тем, чем кажутся. Их реальные цели и намерения кардинально расходятся с тем, что они говорят. Прикрываясь риторикой «развития», они на самом деле функционируют как инструменты разграбления мира, представляя собой не что иное, как новый аппарат старых колонизаторов. В это очень трудно поверить, это чудовищный разрыв шаблона. Но откройте страницы Всемирного банка, ВТО, МВФ в Википедии и почитайте разделы «Критика». За несколько десятков лет существования этих организаций набралось немало фактов, которые невозможно скрыть и которые говорят сами за себя: простейший статистический анализ демонстрирует серьезные расхождения между заявленными целями и результатами политики этих замечательных институций.

Но «просто так у нас не сажают» и люди отказываются признавать очевидное, предпочитая верить в непреднамеренные ошибки. Действительно, как тут доказать намеренную ложь? На самом деле сделать это не так сложно, потому что масштабную ложь нельзя надежно скрыть — ее уши торчат повсюду, надо просто научиться их различать. Я приведу один конкретный пример, чтобы не раздувать текст, который и так уж получился гораздо больше, чем задумывалось. Чтобы его найти, мне потребовалось 15 минут и гугл.

Открываем официальный сайт Международной финансовой корпорации (www.ifc.org) — одной из пяти организаций, входящих в Группу Всемирного банка. Идем в меню, находим там раздел About IFC > IFC History, открываем IFC History Book, пролистываем оглавление, бла-бла и красивые картинки. Доходим до с. 18 «Шестьдесят лет опыта» (Six Decades of Experience) и начинаем приглядываться к этому опыту. Видим гордый заголовок «1960 Первая инвестиция в Африку» и под ним «кредит $2,8 млн для Kilombero Sugar Co. в Танзании». Гуглим Kilombero Sugar Company pdf (расширение добавляем, чтобы сразу выйти на аналитику, отсекая новостные порталы, сайт компании и прочий инфомусор) и буквально по третьей ссылке находим исследование https://media.africaportal.org/documents/FAC_Working_Paper_106_1.pdf, из которого узнаем, что Kilombero Sugar Company была основана в 1960 как совместное предприятие, в которое вложились IFC, the Commonwealth Development Corporation (CDC), Standard Bank and two Dutch development finance agencies (p. 6), т. е. англичане, голландцы и белая верхушка ЮАР. Знакомые все лица, кровно заинтересованные в развитии Танзании. Ниже в тексте видим слова After Independence… Задумываемся, открываем Википедию и — тра-та-та-там! — узнаем, что Британия предоставила независимость материковой части Танзании в декабре 1961 года. Так о чем же нам сообщает IFC History Book? О том, что в 1960 эта непорочная организация вместе с англичанами, голландцами и белыми южноафриканцами вложилась в колониальное предприятие, намеревавшееся получать прибыль с плантаций сахарного тростника в Танзании. Ныне это гордо именуется «первой инвестицией в Африку». И правда, кто же станет вдаваться в подробности?

А надо вдаваться. Надо брать на себя труд и самостоятельно разбираться в том, что происходит, потому что никто и нигде не расскажет вам о реальных масштабах неоколониализма. Картина складывается по фрагментам. Прочтите вышеприведенное исследование про Kilombero Sugar Co. — поймете как компании с иностранным капиталом относятся к работающим на них местным жителям, чьи страны они «развивают». Задайтесь вопросом, кому на самом деле принадлежит Африка, поищите карту африканских природных ресурсов с указанием тех, кто их разрабатывает, и вы увидите, что этой информации нет в сети. Зайдите с другого конца: почитайте сайты нефтедобывающих компаний вроде норвежской Equinor (www.equinor.com/en.html), узнаете много интересного (см. раздел “Where we are” [39]). Скачайте книгу A. Deneault, W. Sacher, Imperial Canada Inc.: Legal Haven of Choice for the World’s Mining Industries (2012) [40]. Поинтересуйтесь ценами на статистику по мировым запасам основных металлов (даже без стратегических лития, кобальта и др.) [41].

-----------------------------------------------------------------------

[39] Процитирую один фрагмент с этого сайта, который замечателен тем, что компания аккуратно перечисляет доли всех разработчиков месторождений, в которых она участвует. В Нигерии (крупнейшей нефтедобывающей стране Африки) Equinor has a 20.21% stake in the Agbami oil field, while Chevron is the operator with 67.30% interest and Prime 127 holds the remaining 12.49% (www.equinor.com/en/where-we-are/nigeria.html).

-----------------------------------------------------------------------

Вдайтесь в детали, и вы увидите, как «развитые» страны буквально раздирают в клочья мир, лежащий за пределами наших комфортных городов, пока мы читаем новости и обсуждаем новую этику, выборы, прививки, искусственный интеллект, футбол и прочие важные текущие проблемы, которым нет числа. И читаем выдающихся экономистов, которые рассказывают нам, что бедные страны оттого бедные, что не могут наладить инклюзивное управление (см. Д. Аджемоглу, Дж. А. Робинсон. Почему одни страны богатые, а другие бедные. М., 2016).

Общества, разделённые на враждующие кланы, никак не могут обрести централизованную власть — пример объяснения, упускающего самое главное, истинную причину вещей. Откуда же в странах третьего мира взялось столько враждующих кланов? Из колониальной политики «разделяй и властвуй» они взялись, а не из воздуха и не из дикости примитивных народов. Почитайте, например, про истоки геноцида в Руанде: www.inquiriesjournal.com/articles/272/a-critical-analysis-of-the-rwanda-burundi-genocide-and-the-sociopolitical-implications-of-colonial-rule-in-africa. Одно из самых чудовищных и недооцениваемых последствий колонизации — это искусственно спровоцированные процессы национального самоопределения, благодаря которым веками существовавшие бок о бок общности (племенные, религиозные, ареальные) превратились и продолжают превращаться в непримиримых врагов.

Инклюзивные институты защищают права всех слоев и не допускают необоснованного отчуждения собственности? Да неужели? Выходит, экстрактивная дочь президента Анголы сама рассовала по карманам $2 млрд? [42] Или, может быть, правильные институты в Мексике не позволили бы американцам отчуждать мексиканскую воду? [43a, 43b] И порочный круг нищеты в Пуэрто-Рико — это результат бездарного пуэрториканского управления, а не колониальной политики развитых инклюзивных институтов США [44], которые в 1984 незаметно внесли небольшую поправочку в закон H.R. 5174, регулирующий банкротства [45], и с тех пор отказываются ее отменять, потому что это невыгодно американским компаниям, владеющим долговыми обязательствами Пуэрто-Рико?

…the court held that Puerto Rico is uniquely legally disabled from managing its financial problems. Every state in the union has the right to put its municipalities into bankruptcy under Chapter 9 of the bankruptcy code; Puerto Rico does not. The court offered no explanation or justification for why Puerto Rico should be treated differently from the states; it just told Puerto Rico that it would have to ask Congress to change that state of affairs. But… Puerto Rico isn’t represented by a voting member in Congress. The whole thing… amounts to “business as usual colonial treatment” of the commonwealth. The judge’s implication was clear: Congress was favoring Puerto Rico’s creditors for no better reason than that Puerto Rico has no representation of its own. By extension, the island’s debt crisis is a product of its colonial status. [46]

-----------------------------------------------------------------------

[46] www.bloomberg.com/opinion/articles/2015-07-08/puerto-rico-s-colonial-power-struggle

См. также www.huffpost.com/entry/puerto-rico-deserves-bank_b_7708810 и

www.motherjones.com/politics/2016/06/puerto-rico-cant-make-its-own-bankruptcy-laws-because-its-colony/

-----------------------------------------------------------------------

Пора, однако, вернуться к Хикелу, который последовательно объясняет, как складывалась существующая система, в которой богатые страны с инклюзивными институтами признают необоснованно не отчуждаемой лишь свою собственную собственность.

Нефтяной кризис 1973 года вызвал экономический спад, из–за которого развивающимся странам пришлось влезть в долги. Полученные ими ссуды были, естественно, номинированы в долларах. И в 1981 Федеральный резерв США совсем непредумышленно, просто чтобы обуздать инфляцию, поднял процентную ставку почти вдвое, до 21%, и — что бы вы думали? — таки обуздал инфляцию, «что являлось значительным вкладом в стабильность экономики США» (согласно статье «Волкер, Пол» в Википедии). А страны-должники оказались на грани банкротства, которое поставило их в сильнейшую зависимость от кредиторов, чем последние не преминули воспользоваться. Для этого они немного подкорректировали политику МВФ: если исходно его ресурсы предназначались для того, чтобы предоставлять временные займы государствам для «исправления диспропорций в их платёжных балансах без применения мер, которые могут нанести ущерб благосостоянию на национальном или международном уровне», то теперь МВФ и Всемирный банк стали давать деньги при условии проведения структурных преобразований (Structural adjustment programs), которые переформатировали экономику стран-должников в направлении, выгодном странам-кредиторам. Не буду пересказывать подробности, чтобы не отбивать интереса к чтению (а если у вас нет времени читать Хикела, загляните в критический раздел статьи https://en.wikipedia.org/wiki/Structural_adjustment).

Результатом этой политики стало то, что бедные страны теперь вынуждены тратить значительную долю национальных бюджетов на обслуживание внешнего долга, который при всем том не снижается, а растет благодаря процентам на проценты: между 1973 и 1993 долг глобального Юга вырос со 100 млрд до 1,5 триллионов, из которых лишь 400 млрд были исходным заимствованием. На сегодняшний день бедные выплатили богатым более 4 триллионов в качестве процентов. Мы с вами живем в мире, где пуэрториканцы платят американцам, и американцы не позволяют им прекратить платежи. А представляем мы себе этот мир так, словно бездарные вечно нищие пуэрториканцы существуют в нем за счет американской гуманитарной помощи. Совокупный объем ежегодных (!) долговых платежей Юга превышает ту сумму, которая по мнению ООН необходима для окончательного решения проблемы мировой бедности. Но инфополе, в котором мы находимся, устроено так, что мы слышим только о благотворительной помощи богатых стран, которая на деле составляет лишь малую толику того, что они выжимают из бедных.

Дальше тоже интересно. Хикел объясняет, почему принципы свободной торговли, навязываемые бедным странам, препятствуют развитию их толком несформировавшихся, неустойчивых экономик. Возможность свободного распоряжения таможенными тарифами, которые страна может повышать и понижать по собственному усмотрению, есть необходимое условие для создания производительной экономики: если страна не может повысить пошлины на ввоз тех товаров, производство которых она хочет наладить сама, ей никогда не удастся ничего наладить, потому что ни одно начинающее местное производство не может конкурировать с развитым зарубежным. Из этого следует, что система свободной торговли с отсутствием таможенных барьеров и прочих ограничений выгодна только странам с развитой производительной экономикой. Всех остальных она загоняет в состояние сырьевых экспортеров и в нем удерживает. Эта мысль настолько элементарна, что нужно быть крупным неолиберальным экономистом, чтобы этого не понимать. Неоколонизаторы между тем отлично знают, что их собственная производительная экономика формировалась в условиях меркантилизма, прямо противоположных свободной торговле.

Совершенно чудовищная главка (How to Profit from a Plague) рассказывает о том, как ВТО помогает западным фармацевтическим компаниям наживаться на лекарствах, искусственно удерживая высокие цены на препараты, отчего люди просто массово гибнут. Хикел объясняет этот механизм на примере эпидемии СПИДа в Африке, но мы можем наблюдать его в действии прямо сейчас, в режиме реального времени: несмотря на пандемию, западные компании отказываются делиться патентами с развивающимися странами, которые могли бы подключиться к производству вакцин: https://apnews.com/article/drug-companies-called-share-vaccine-info-22d92afbc3ea9ed519be007f8887bcf6, www.globaljustice.org.uk/news/rich-nations-vaccinating-one-person-every-second-while-majority-of-the-poorest-nations-are-yet-to-give-a-single-dose/.

Еще одна очень важная тема — использование международных экономических организаций для подчинения стран третьего мира транснациональным корпорациям (то, что Хикел называет the Rise of the Virtual Senate, букв. «появление Виртуального Сената» — силы, стоящей над суверенными государствами): как мы уже видели на примере Аргентины (см. прим. 35), арбитражный суд Всемирного банка позволяет корпорациям инициировать и выигрывать крупные иски против суверенных стран. Обратный процесс — возможность подать иск против транснациональной корпорации, нанесшей стране третьего мира существенный ущерб, не только не налажен, но эффективно блокируется, о чем можно почитать, например, в книге A. Deneault, W. Sacher, Imperial Canada Inc.: Legal Haven of Choice for the World’s Mining Industries (2012) (см. прим. 40).

И под занавес — всем известные, уже набившие оскомину темы офшоров и ответственности богатых стран за изменение климата, а также несколько менее известная история массовой скупки земель в развивающихся странах.

На этом лучшие главы книги заканчиваются и начинается четвертая часть «Сокращение разрыва» (Closing the Divide), в которой автор предлагает идеи по исправлению сложившейся ситуации. Я не буду подробно о них рассказывать, потому что считаю их нереализуемыми.

Не надо тешить себя иллюзиями. Честнее было бы собраться с духом и осознать реальность такой, какова она есть: мир попал в клещи, которые невозможно разжать никакими силами, имеющимися сегодня в нашем распоряжении.

II

7. О природе клещей

Осознание реальности нужно начинать с избавления от ФИГ — фундаментальных интеллектуальных галлюцинаций. Браться за это дело можно практически с любой точки, потому что ФИГами ныне является чуть менее, чем все. Стремясь описать грязное человеческое общество, наш чистый разум породил такую уйму мутных понятий, что мы давно перестали различать, где наши представления, а где действительность. Изначально, конечно, понятия не были столь мутными, но их содержание менялось, меняется и продолжит меняться с течением времени; многие термины, которые изначально были просты, как сухарики, давно превратились в слоеные пироги. Однако люди по большей части думают словами, и потому все рассуждения об обществе теперь ведутся с использованием концептов, отношение которых к нынешней реальности вообще не определено.

Противоположны ли правые левым? Есть капиталисты или нет капиталистов? Что изображено на политической карте Африки? Можно ли ныне договориться о терминах? Человечество как никогда свободно или как никогда порабощено? Что означает слово «демократия» применительно к современным США и Британии, если в США 61% избирателей считают, что ни одна из двух основных политических партий не отражает их взглядов [47], а наиболее значительная сила в Британии — City of London со всеми его корпорациями — не контролируется парламентом?

Мы очутились в сумрачном лесу и мечемся в нем, отдаваясь на волю той пурги, которая кажется нам более правдоподобной. Или более авторитетной. Или более складной. Или более многообещающей. Вроде колыбельной про игру с ненулевой суммой, которой полезные идиоты убаюкивают бесполезных идиотов, объясняя им преимущества глобализации и неолиберализма. Интересно, адепты «игры с ненулевой суммой» знают о существовании в реальном мире поправки Бамперса?

В ноябре 1985 года сенатор Дейл Бамперс впервые предложил поправку, направленную на запрет помощи иностранным государствам, если она поощряет экспорт сельскохозяйственных товаров из развивающихся стран. В законопроекте подчеркивается конкуренция за мировые рынки между потенциальными экспортерами из развивающихся стран и фермерами США. Поправка (№ 1129) частично гласит:

None of the funds to be appropriated to carry out chapter 1 of the Foreign Assistance Act of 1981 may be available for any testing or breeding feasibility study, variety improvement or introduction, consultancy, publication, conference, or training in connection with the growth or production in a foreign country for export if such export would compete in world markets with a similar commodity grown or produced in the United States. (U.S. Senate, 1985)

Аналогичная версия, теперь обычно именуемая поправкой Бамперса (Bumpers Amendment), была вновь введена в действие в мае 1986 и стала законом. По словам самого Бамперса, этот акт призван «предотвратить использование долларов американских налогоплательщиков для помощи иностранным государствам, которые пытаются захватить наши экспортные рынки». [48]

-----------------------------------------------------------------------

[48] P.B. Thompson, The Ethics of Aid and Trade: U.S. Food Policy, Foreign Competition, and the Social Contract. Cambridge, 1992. P. 41.

-----------------------------------------------------------------------

Как эта поправка работает, можно увидеть на примере Афганистана.

Вот график, который показывает, как с 1989 в Афганистане пришел конец производству хлопка: www.indexmundi.com/agriculture/?commodity=cotton&country=af&graph=production (скопируйте выделенный текст целиком и вставьте в адресную строку браузера, т. к. сайт Сигмы почему-то не позволяет корректно ввести эту ссылку).

А вот график, на котором видно, как после 1989 выросло производство хлопка в штате Джорджия: https://gacotton.wordpress.com/2015/08/21/gmos-increase-cotton-farmer-revenue/.

И статья, рассказывающая, как USAID под разными предлогами (в том числе апеллируя к поправке Бамперса) препятствует тому, чтобы афганские крестьяне перестали выращивать мак и вернулись к выращиванию хлопка: www.theglobalist.com/aid-and-the-afghan-cotton-saga/.

В книге Хикела есть не менее роскошная история про четыре африканские страны, которые являются главными производителями хлопка на континенте (Бенин, Буркина-Фасо, Мали и Чад). В этом производстве занято около 8 млн человек и еще примерно 13 млн зависят от их доходов. Но поскольку правительство США субсидирует собственных производителей хлопка, мировые цены на него примерно на 10% ниже, чем они были бы без этих субсидий. Таким образом четыре бедные африканские страны получают от хлопка на 10% меньше, чем могли бы. Они пытались поднять этот вопрос в ВТО, апеллируя к тому, что американские субсидии противоречат правилам ВТО, но США отказались уступать. И ВТО не может ничего с этим поделать. Единственное средство, остающееся в распоряжении Бенина, Буркина-Фасо, Мали и Чада, — это санкции, которые они могут наложить на США.

Я хотела бы посмотреть в глаза тем, кто рассказывает про «игру с ненулевой суммой», и спросить, осознают ли эти люди смысл слов, которые они произносят. Какая игра? Кто с кем играет и чем? Уважаемые экономисты не видят, что играют богатые страны с бедными? Что в качестве карт в этой игре выступают ресурсы, запасы которых конечны? Что богатые страны играют не только собственными картами, но и картами бедных стран? Если в игру с ненулевой суммой играет шулер с ребенком, да к тому же шулер играет и своими картами, и детскими, какой выигрыш достанется ребенку? Те копейки, которые ребенку время от времени подбрасывают, чтобы он не выходил из игры, означают, что ребенок что-то выигрывает?

Возможно, сравнение бедных стран с ребенком покажется кому-то некорректным. Тем, кому так покажется, нужно поближе познакомиться с историей Родезии, где в 1965 белый премьер-министр Ян Дуглас Смит решил провозгласить независимость от Британии. Погуглите аббревиатуру NIBMAR и сообразите, почему вдруг Британия принялась яростно отстаивать право африканского большинства руководить этой страной. Не справляетесь без подсказки? Позвоните в гугл еще разок, спросите Zimbabwe natural resources.

Специалистов, рассказывающих байки про «игру с ненулевой суммой», следовало бы дисквалифицировать, а на деле происходит наоборот: их байки возвышаются до уровня теорий, объясняющих устройство мира. И в результате у людей в головах такая ФИГова каша булькает, что с помощью одних лишь слов их уже вряд ли удастся вернуть к действительности.


Тем не менее, необходимо попытаться. Мне кажется, стоит начать с азов, с базовых свойств человеческой природы. Человек, как известно, создан по образу и подобию Божьему, а Бог троичен. И человек троичен: у нас есть разум, воля и эмоции — три неразрывно связанных друг с другом начала, которыми определяются все наши действия и реакции. Существует, однако, особая порода людей, у которых разумное и волевое начала развиваются в ущерб эмоциональному. Такие люди практически лишены одной из базовых человеческих способностей — способности к эмпатии. Я бы назвала их двоичными, поскольку у этих людей из трех базовых начал остается лишь два. Это люди, исказившие в себе образ Божий.

То же самое можно изложить иначе для тех, кто морщится при упоминании Бога. Есть люди, для которых не существует правила «не делай другому того, чего не желаешь себе», и которые одновременно обладают способностью очень страстно желать. У таких людей гипертрофированы рациональная и волевая сферы и атрофирована эмоциональная. Они есть во всех слоях общества, но собственное обозначение имеют лишь те из них, кто относится к самому нижнему слою: мы называем их бандитами. Остальных мы не выделяем из общей массы или выделяем недостаточно четко.

Нетрудно сообразить, что на долгой дистанции в условиях конкуренции всегда будут побеждать именно такие люди, потому что в арсенале двоичных, не связанных моральными ограничениями, больше средств, чем в арсенале троичных (простейший пример подобной победы — сосредоточение власти в руках Сталина). Конкурентная среда является тем питательным бульоном, в котором двоичные размножаются и процветают. Конкуренция не только выносит двоичных наверх, но и катализирует в людях те внутренние процессы, которые формируют двоичность, приводя к подавлению эмоционального начала, поскольку именно оно мешает выигрывать любым способом.

Если посмотреть на человеческую историю с этой точки зрения, то станет понятно, что слова типа «капиталист» или «крупный производитель» — это частные случаи именования двоичных внутри определенной общественной системы. Тот, кто в подворотне именуется бандитом, на вершине одного общества становится главой компартии, а в водовороте другого — колонизатором, капиталистом, финансистом и т. д. Одна и та же исходная матрица в разных условиях дает разные результаты. К двоичным принадлежали, например, многие «великие мореплаватели», видные фигуры эпохи Великих географических открытий. Ведь если стряхнуть с истории словесную шелуху, которой она засыпана по самую маковку, то становится очевидно, что люди XV–XVII веков руководствовались вовсе не страстью к познанию. Большие экспедиции снаряжались за большие деньги не ради удовлетворения любопытства, а ради поиска новых земель, которые должны были стать источником прибыли. «Великие географические открытия» — это пафосный занавес, ФИГа, которая превращает реальную историю кровавой колонизации в миф о прогрессе человеческого знания [49].

-----------------------------------------------------------------------

[49] Ср. отказ от ФИГи «Голландский золотой век» в главном музее Амстердама: www.smithsonianmag.com/smart-news/major-rijksmuseum-exhibition-confronts-brutal-history-enslavement-180977857/

-----------------------------------------------------------------------

Многие концепты, которыми мы оперируем, — демократия, национальные интересы, либерализм, консерватизм, политические партии, свобода слова, рейтинги коррупции и т. д. и т. п. — давно превратились в ФИГи и белый шум, в дымовую завесу, отвлекающую внимание людей от сути вещей. Суть же в том, что к XXI веку двоичные победили в межвидовой борьбе, подчинив себе мир. Пока шли наивные диспуты о роли личности в истории, прагматичные люди типа Сесила Родса и Зигмунда Варбурга [50] эту историю делали.

На сегодняшний день для выстраивания адекватной картины мира нужно переключиться со старой пространственной логики (государств в установленных границах) на логику силовых полей (крупных финансовых интересов). Противопоставление глобального Севера и глобального Юга в целом адекватно реальности, но описывает ее не полностью, потому что внутри каждой отдельной страны наблюдается такое же разделение, как между Севером и Югом. Это разделение можно условно назвать разделением на колонизаторов и колонизируемых, на хищников и жертв, но лучше — разделением на двоичных и троичных (или, что более точно, на особенно рьяных двоичных и всех остальных).

Сегодня различие между богатыми и бедными странами состоит не только в уровне жизни, но и в том, что в бедных странах двоичные верхушки отжимают доходы в основном у собственного населения (поддерживая тем самым высокую разность потенциалов «пахать или сдохнуть от голода»), а в богатых точно такие же верхушки оставляют собственному населению немного больше жизненного пространства (поддерживают низкую разность потенциалов «кушать больше или кушать меньше»), поскольку отжимают доходы не только у него, но и у населения других стран. Завершающийся процесс межвидовой дифференциации, разделения людей на победивших двоичных и проигравших троичных, внешне выглядит как резкий рост социального неравенства и диктаторских режимов. Но истинные масштабы этого процесса осознаются людьми очень плохо: инерция человеческого мышления играет тут на стороне двоичных.

В США реальные различия в доходах разных слоев населения значительно расходятся с тем, что об этом думают сами американцы: https://nymag.com/intelligencer/2019/06/the-fed-just-released-a-damning-indictment-of-capitalism.html. Бедные страны Евросоюза не столько подтягиваются до уровня богатых, сколько играют роль колониальных рынков, куда сбываются товары низкого качества (www.spiegel.de/international/business/eastern-europeans-tired-of-inferior-products-a-1182949.html, www.theguardian.com/inequality/2017/sep/15/food-brands-accused-of-selling-inferior-versions-in-eastern-europe) и откуда выкачиваются ресурсы (например: www.vastplc.com/operations/, https://miningwatch.ca/news/2018/11/5/justice-ro-ia-montan-ro-ia-montan-voices-be-heard-illegal-romanian-gold-mine).

Недооценка реальности налицо и в отношении диктаторских режимов: рассматривая ситуацию в каждой стране вне общего контекста, люди сравнивают новоявленных диктаторов с фигурами из прошлого и тешат себя иллюзиями, что новые диктатуры рано или поздно падут так же, как пали прежние. Но у современных диктатур есть одно существенное отличие от прежних: за нынешними стоит могучее порождающее и поддерживающее их поле. К тому же следует признать, что и прежние не все рухнули. Не надо фильтровать реальность, обращая внимание только на то, что вселяет надежду: Северная Корея демонстрирует бесспорную устойчивость, Китай — способность приспосабливаться к изменчивым обстоятельствам, теократия в Иране тоже не разваливается.

Так что же это за поле, сила которого держит современный мир в клещах, способствуя нарастанию неравенства и появлению новых диктатур? Это интересы сформировавшейся транснациональной элиты (далее ТЭ), группы рьяных двоичных, находящихся на вершине современного глобального общества. ТЭ не миф и не искусственный конструкт, она реально существует, и ее составные части распознаются современными социологами как национальные элиты [51]. Каждый отдельный человек в составе ТЭ имеет национальность и может быть искренним патриотом, жертвующим деньги на университеты, научные исследования, медицину и т. д. в своей стране. Но основной интерес, которым он руководствуется, — не благополучие родного общества, а максимизация прибыли собственной компании. Транснациональной эту элиту делают интересы, а не паспорта. И вред, который она наносит своим собственным обществам, значительно превышает все ее благотворительные инициативы: соотношение здесь примерно такое же, как между деньгами, которые неоколониалисты выкачивают из глобального Юга, и деньгами, которые они возвращают ему в качестве гуманитарной помощи.

-----------------------------------------------------------------------

[51] Например: M. Savage et al. A New Model of Social Class? Findings from the BBC’s Great British Class Survey Experiment (2013) https://journals.sagepub.com/doi/10.1177/0038038513481128

-----------------------------------------------------------------------

Чтобы пояснить, о чем идет речь, проще всего прибегнуть к сказочному образу. Мне даже не придется ничего придумывать — все давно придумано до нас. Представьте себе дракона с десятью головами, стоящего на семи холмах. Холмы — это G7, а головы дракона — это 10 функциональных сфер глобализованного мира, в которых правила игры диктуются транснациональными корпорациями:

1. финансы,

2. разработка недр (Big Oil + mining),

3. промышленность,

4. сельское хозяйство,

5. ретейл,

6. транспорт,

7. Big Pharma,

8. IT-индустрия,

9. индустрия спорта и развлечений,

10. медиа.

Поправьте меня, если я что-то упустила. В каждой из этих ветвей сформировались крупные транснациональные конгломераты, которые поделили между собой соответствующие рынки и не допускают появления на них новых серьезных конкурентов. Для полноты картины головы дракона можно украсить десятью коронами — G10 currencies.

Сердце этого дракона находится в City of London — международном финансовом центре с уникальным статусом, который, как уже говорилось выше, полностью выведен из–под общественного контроля [52]. Этот финансовый центр породил современную систему офшоров (см. прим. 49) и, в сущности, растлевает мир, обеспечивая укрытие для любых крупных денег, независимо от их происхождения: www.theguardian.com/world/2019/jul/05/how-britain-can-help-you-get-away-with-stealing-millions-a-five-step-guide.

Взгляните на распределение цен на российский газ, и подумайте, за какие заслуги Россия продает Британии газ по самой низкой цене в Европе: https://www.rferl.org/a/gazprom-russia-gas-leverage-europe/25441983.html (скопируйте выделенный текст целиком и вставьте в адресную строку браузера, т. к. сайт Сигмы почему-то не позволяет корректно ввести эту ссылку). Вся эта адская кухня уже осуждается вслух на уровне президентов, но ничего не меняется: www.theguardian.com/business/2021/may/25/belarus-end-flow-of-corrupt-money-via-uk-says-estonia-president.

Глобальное мошенничество и нарушения закона на уровне крупных международных банков и корпораций — это факты, которые в XXI веке превратились в привычные новости [53]. Но если скандалы получают широкую известность, то наказания, которым подвергаются виновные, обычно известны гораздо хуже. Между тем, наказания — более важная информация, потому что они демонстрируют существование скрытой круговой поруки. Куда же без нее, если на олимпе глобального общества теперь находятся такие же двоичные бандиты, что и внизу, в подворотнях: https://goldenfront.ru/articles/view/bankstery-gangstery-ili-istoriya-o-tom-kak-bank-hsbc-obsluzhival-terroristov-i-narkotorgovcev-emu-za/, www.pauldavisoncrime.com/2012/08/where-mob-keeps-its-money.html. Тут российская ситуация вовсе не уникальна, она вполне соответствует глобальным тенденциям.

-----------------------------------------------------------------------

[52] Некоторые подробности можно найти здесь: www.theguardian.com/commentisfree/2011/oct/31/corporation-london-city-medieval.

[53] Неплохая подборка по ранним скандалам XXI века: https://mirec.mgimo.ru/2008/2008-4/socialnaya-otvetstvennost-ochen-krupnyh-korporacij#_ftn34.

-----------------------------------------------------------------------

Помимо того, что всплывает в новостных изданиях, есть еще колоссальная скрытая часть айсберга, не попадающая в поле зрения широкой публики. Почитайте, например, старый отчет Global Witness (2004) о том, какие феноменальные злоупотребления творятся на уровне транснациональных добывающих компаний, которые никто не может заставить публично раскрывать информацию о платежах в казну тех стран, где они добывают ресурсы: https://reliefweb.int/sites/reliefweb.int/files/resources/4F2D6E7D11DB3BD8C1256E66002F1219-gw-transparency-24mar.pdf (существует также в переводе на русский [54]). У этой истории есть продолжение: добывающие корпорации по сей день покупают американских конгрессменов, не давая ввести в действие закон, который принудил бы их публично раскрывать информацию о платежах правительствам: www.globalwitness.org/en/blog/opening-flood-gates-corporate-money-us/.

ТЭ усиливает внутреннее неравенство в богатых странах [55] точно так же, как она усиливает неравенство между Севером и Югом. Уход корпораций от налогов (означающий, в том числе, рост private capital в ущерб public capital [56]), монополизация рынков, спекулятивное ценообразование, провоцирование излишнего потребления [57], ущерб, наносимый окружающей среде [58], не говоря уж о прямой ответственности за климатическую катастрофу [59a, 59b, 59c], — долгосрочные кумулятивные эффекты всех этих глобальных явлений не перекрываются никакими достижениями и никакой благотворительностью.

-----------------------------------------------------------------------

[55] Федеральная минимальная заработная плата в США, составляющая ныне $7,25 в час, с поправкой на инфляцию упала почти на 30% с 1960-х годов: www.piie.com/microsites/how-fix-economic-inequality; cтавка налога для 400 богатейших американцев снизилась с 60% в 1960-х до немногим более 30% сегодня, а для нижних 90% налоги выросли с менее чем 10% в 1910-1920-х до примерно 30% в 1990-2000-х: www.piie.com/sites/default/files/documents/chancel20191017.pdf (p. 27–28). В странах ОЭСР более трети людей не хватает ликвидных финансовых активов для поддержания жизни на уровне черты бедности в течение трех месяцев: www.oecd.org/officialdocuments/publicdisplaydocumentpdf/?cote=SDD/DOC (2018)1&docLanguage=En (скопируйте выделенный текст целиком и вставьте в адресную строку браузера, т. к. сайт Сигмы почему-то не позволяет корректно ввести эту ссылку).

[56] https://wir2018.wid.world/files/download/wir2018-summary-english.pdf (p. 10).

[57] www.nature.com/articles/s41467-020-16941-y

[58] Неопубликованное исследование, проведенное для ООН более 10 лет назад, показало, что цена загрязнения и другого ущерба окружающей среде, причиненного крупнейшими мировыми компаниями, уничтожила бы более трети их прибыли, если бы они несли за это финансовую ответственность: www.theguardian.com/environment/2010/feb/18/worlds-top-firms-environmental-damage.

-----------------------------------------------------------------------

Заметьте, я до сих пор ни слова не сказала про заговор элит. Потому что теория заговора — это ненужное усложнение системы. Простой двоичной элите вполне достаточно возможности координировать свои действия, для этого у нее существует множество закрытых форумов, о существовании которых публике по большей части известно [60]. Куда хуже известно, чем именно они занимаются. Они очень разные, полноценной информации по ним нет, стороннему человеку разобраться в их системе крайне сложно. Это мутная вода с глубинными течениями: упоминание одних вызывает стойкие ассоциации с теориями заговора (Бильдербергский клуб, Богемский клуб, Трехсторонняя комиссия), названия других практически ничего не говорят широкой публике: примерами могут служить институт Милкена [61] или AEI World Forum, созданный людьми, знакомыми нам по встрече G6. Джеральд Форд, Валери Жискар д’Эстен, Хельмут Шмидт и присоединившийся к ним через год британский премьер Джеймс Каллаган в 1982 учредили форум на базе Американского института предпринимательства (AEI). Он не заслуживал бы особого внимания в контексте этого рассказа, если бы не личность основателя AEI (изначально — AEA, Американской ассоциации предпринимателей) Льюиса Брауна. Он был одним из крупнейших производителей асбеста в мире и остался памятен вошедшими в Википедию словами, приведенными в федеральном суде сотрудником компании, которой Браун руководил:

I said, ‘Mr. Brown, do you mean to tell me you would let them (= employees who had asbestosis) work until they dropped dead?’ He said, ‘Yes. We save a lot of money that way.’

К тому времени, как был учрежден AEI World Forum, Льюис Браун уже тридцать лет как умер. Но основанный им институт предпринимателей не пропал даром, и дело его живет [62].

-----------------------------------------------------------------------

[60] Впрочем, на форумах свет клином не сошелся, иногда вполне хватает частных яхт: http://content.time.com/time/subscriber/article/0,33009,975748,00.html

[61] Создан человеком, осужденным за мошенничество с ценными бумагами (мог получить до 28 лет тюрьмы, дали 10, реально отсидел 2 года). Стоимость членства в этой организации: https://milkeninstitute.org/support.

[62] Число think tanks — аналитических центров, которые могут быть связаны с политическими партиями, правительствами, группами интересов или частными корпорациями, — довольно велико: в 2020 только в США их было 2203, см. https://repository.upenn.edu/cgi/viewcontent.cgi?article=1019&context=think_tanks (p. 44) (скопируйте выделенный текст целиком и вставьте в адресную строку браузера, т. к. сайт Сигмы почему-то не позволяет корректно ввести эту ссылку). Конечно, далеко не все они созданы для нужд элит (к think tanks относят также научные институты и независимые неправительственные организации (НПО)), но таких среди них немало. См. также: www.gotothinktank.com/global-goto-think-tank-index.

-----------------------------------------------------------------------

8. Следствия сложившейся ситуации

Чтобы понять, до чего дошел прогресс, рассмотрим ситуацию с двух точек зрения — с позиции ТЭ и с позиции всего остального населения планеты. Сделав некоторое волевое усилие, чтобы отбросить эмоции и wishful thinking, можно прийти к ряду простых выводов:

1) ТЭ и коррумпированным элитам стран, ориентированных на экспорт сырья, выгодна климатическая катастрофа, поэтому они продолжат говорить красивые слова и проводить бесконечные саммиты, но не будут предпринимать никаких реальных шагов для ее предотвращения [63];

2) ТЭ выгодна сложившаяся в мире политическая ситуация, поэтому диктаторские режимы и неизбежно сопутствующая им коррупция будут поддерживаться и воспроизводиться до второго пришествия;

3) ТЭ выгодны любые формы контроля над массами, поэтому те тенденции, которые мы наблюдаем в Китае, будут потихоньку распространяться на весь остальной мир;

4) мы стоим на пороге самых чудовищных войн за всю историю, поскольку, во-первых, наступает эпоха истощения планетарных ресурсов, во-вторых, человечество обладает таким оружием, какого не было прежде, в-третьих, принятие решений находится во власти двоичных, которые ведут отчаянную борьбу за ресурсы и, как мы уже не раз наблюдали, способны без колебаний бросать в топку все и всех. Если вам очень хочется верить, что разум возобладает, не отказывайте себе в вере, просто рассудите, чей разум возобладает и с какими последствиями.

-----------------------------------------------------------------------

[63] Примеры: www.theguardian.com/environment/2021/apr/06/banks-climate-change-line-3-pipeline-conflict-interest, www.theguardian.com/business/2018/jul/21/gina-rinehart-company-revealed-as-45m-donor-to-climate-sceptic-thinktank.

Пять крупнейших акционерных нефтегазовых компаний за три года после принятия Парижского соглашения потратили $1 млрд на лживый брендинг и лоббирование, связанные с климатом: https://influencemap.org/report/How-Big-Oil-Continues-to-Oppose-the-Paris-Agreement-38212275958aa21196dae3b76220bddc.

В 2014 была подписана декларация ООН, требовавшая вдвое сократить вырубку лесов к 2020, в реальности после ее подписания скорость их уничтожения выросла на 43%: www.theguardian.com/environment/2019/sep/12/deforestation-world-losing-area-forest-size-of-uk-each-year-report-finds.

Верхушка России действует аналогично: превращает лес в товар (https://novayagazeta.ru/articles/2010/08/13/2054-les-podozhgli-v-gosdume?fbclid=IwAR1OyJkOc1J2cd_oJ3h-T-pJB9hhxY6LxIJidXIEh74NKlKE7VDEhwUj8ds), относит развитие энергосберегающих и «зеленых» технологий к угрозам экономической безопасности (см. Стратегию экономической безопасности РФ на период до 2030 года II, 12. 6: http://kremlin.ru/acts/bank/41921/page/1), урезает поддержку возобновляемых источников энергии (https://russian.eurasianet.org/почему-россия-ослабляет-поддержку-«зеленой»-энергетики) и в десятки раз снижает нормы загрязнения воздуха (www.finanz.ru/novosti/aktsii/v-rossii-v-60-raz-podnyali-normy-vrednykh-veshchestv-v-vozdukhe-1027963767).

Верхушка Саудовской Аравии смеется над идеей кардинального сокращения выбросов: https://www.spglobal.com/platts/en/market-insights/latest-news/natural-gas/060121-saudi-oil-minister-calls-ieas-net-zero-roadmap-la-la-land-sequel.

-----------------------------------------------------------------------

Чтобы перестать галлюцинировать, жуя свои привычные грибы, и увидеть, наконец, медуз, нужно осознать, что слово «люди» сегодня имеет не одно значение, а два. За ним стоят 99% обычных людей и 1% сверхбогатых (цифры условны). Эти виды людей противоположны друг другу, и для правильного понимания происходящих процессов нужно рассуждать не о всеобщем благе, а о благе избранных. Если 99% хотят справедливости, мира, хорошего образования, долгой жизни и т. д., то 1% хочет сохранения существующего положения, которое означает усиление неравенства, ведет к необходимости войны, требует снижения качества образования для 99% (чтобы поменьше понимали) и численности населения (чтобы уменьшить число претендентов на пирог и число глаз, которые смотрят с упреком).

ТЭ и коррумпированным элитам выгодна климатическая катастрофа, потому что она снижает численность населения, но самим элитам мало чем угрожает — пользуясь практически неограниченными ресурсами, они рассчитывают обеспечить себе надежные и комфортные убежища в любых условиях.

ТЭ выгодны диктаторские режимы, потому что они легко коррумпируются и с помощью денег направляются в нужную сторону. Такие режимы, с одной стороны, препятствуют нормальному развитию своих стран и тем самым устраняют с мировой арены потенциальных конкурентов ТЭ, а с другой стороны, они обеспечивают и поддерживают выгодную ТЭ сырьевую ориентацию своих экономик, т. к. именно продажа сырья приносит диктаторам максимальный и никем не контролируемый доход. Китай, конечно, является тут исключением, как мощная диктатура, сформировавшаяся до того, как сложилась современная система теневой транснациональной власти. Предсказывать, как будут развиваться отношения ТЭ с Китаем я не берусь, но полагаю, что двоичные так или иначе между собой договорятся.

Остальные пункты комментариев не требуют, поэтому можно перейти к обсуждению возможностей противодействия, которые остались в распоряжении у 99%.

А что у них, собственно, осталось? Демократические выборы? Создание комиссий по противодействию? Петиции? Массовые демонстрации? Суды? Широкие народные движения?

Выборы мало помогают, потому что транснациональные корпорации плохо регулируются национальными законодательствами и при необходимости вполне успешно их обходят. Комиссии в условиях коррумпированных или легко коррумпируемых правительств создавать тоже некому, и непонятно, каким образом можно обеспечить их эффективность. Если где-то кому-то каким-то невероятным образом удастся посадить приличного человека на значимое место благодаря демократическим выборам или непредвиденному стечению обстоятельств, такого человека всегда можно устранить. Печальный пример братьев Кеннеди доказывает, что пуленепробиваемых нет даже на Олимпе. И петиции писать некому, разве что Господу Богу. Британской королеве писать нет смысла, потому что и она сама, и ее семья тоже являются бенефициарами офшоров и коррупционных схем: что, кроме веры в чудеса, заставляет людей думать, будто королева, сидящая на троне без малого 70 лет, чем-то принципиально отличается от Путина и Лукашенко, сидящих всего по 20 с лишним? Те, кто полагают, что хорошее воспитание и образование, аура всеобщего почтения и магия слова «королева» — надежная защита от растления большими возможностями и большими деньгами, пусть представят тому хоть какие-нибудь доказательства. В реальном мире британским королям не чуждо ничто человеческое: в XVII в. Стюарты совместно с City of London основали акционерную Королевскую Африканскую компанию, которая вывезла в Америку (в основном на Британские Карибские острова) около 150 000 африканских рабов, — больше, чем любая другая компания в истории трансатлантической работорговли [64]. А ныне королева, у которой одна коллекция почтовых марок стоит £100 млн [65], не стесняется прибирать к рукам новые источники доходов [66] и поддерживает своим королевским молчанием коррупцию в Сити и тайную империю офшоров [67]. Сын Ее Величества «дружил» с Ильхамом Алиевым, наведываясь к нему в гости как частное королевское лицо [68], посещал Туркменистан и Казахстан в качестве «особого представителя по международной торговле и инвестициям» [69], загонял недвижимость по завышенной на 25% цене зятю Назарбаева [70] и немножко помогал банкам [71].

Так что не стоит писать британской королеве.

-----------------------------------------------------------------------

[64] К 1683 доля Британии в трансатлантической работорговле достигала 74%, см.: W.A. Pettigrew. Freedom’s Debt: The Royal African Company and the Politics of the Atlantic Slave Trade, 1672–1752. Williamsburg, 2013. P. 11.

-----------------------------------------------------------------------

Что же остается? Суды? Но где те транснациональные суды, которые способны накладывать реальные ограничения на транснациональные корпорации? Массовые демонстрации? Их эффективность хорошо видна на примере Ирана, Гонконга и Белоруссии. Кстати, не стоит рассчитывать на то, что массовые выступления в демократических странах эффективнее, чем в диктатурах. Демократии тоже умеют пользоваться водометами и дубинками. К тому же массовые народные движения не рождаются на пустом месте, а массовая низовая пропаганда в эпоху интернета невозможна — уроки прошлого учтены, и ТЭ не так глупа, чтобы позволить появиться новым «Искрам» и новым харизматичным лидерам. Вообще не стоит недооценивать того обстоятельства, что контроль над медиа и умелые манипуляции в интернете позволяют дискредитировать любую идею раньше, чем она захватит умы широких масс. Также не надо забывать, что 1%, как правило, быстрее и трезвее других оценивает ситуацию, потому что на него работают лучшие мозги из тех, что доступны на рынке.

Как ни крути, выходит, что 99% находятся в плену у 1% и ничего, ровным счетом ничего не могут с этим поделать. На сегодняшний день в мире не существует такой силы, которая была бы способна поколебать власть ТЭ. Следует признать, что троичные потерпели полное, окончательное и необратимое поражение.

* * *

Несколько слов по поводу неизбежных претензий к качеству аргументов и «левизне». Всеобщее, т. е. низкокачественное, образование порождает, с одной стороны, культ «специалистов» (из–за неспособности к их критической оценке), а, с другой, — тотальный скепсис (симуляция способности к критической оценке). Люди компенсируют высокомерием недостаток реальных знаний и неумение ориентироваться в лавине разнообразной информации, поэтому они не раздумывая набрасываются на тех, кто не принадлежит к Священному Сонму Специалистов (да и на тех, кто принадлежит, тоже — моська-то сильна). Не сомневаюсь, что найдутся те, кто сочтет своим долгом придраться к точности цифр и к качеству используемых источников, преувеличивая значение того и другого и представляя дело так, будто недостоверность цифр или недостаточная академичность ссылок дискредитируют все рассуждение. Они непременно заметят, что нельзя ссылаться на левые газетенки и невозможно точно подсчитать число погибших от голода индусов или уничтоженных коренных жителей Америки. Кто-то наверняка скажет, что ужасы колонизации сильно преувеличены: индусы умирали от засух, а индейцы в основном от болезней, автор склонен к алармизму, тенденциозно подбирает факты и приводит лишь те цифры, которые подтверждают его концепцию.

Но в данном случае неточность цифр и недостаточная строгость аппарата ничего не меняют. Вариации числа жертв не влияют на суть приведенных рассуждений. Может быть, вы предпочитаете рассматривать колонизацию как цивилизационную миссию? Ваше право на собственную точку зрения свято. Только не надо аргументировать от противного, аргументируйте фактами. Продемонстрируйте цивилизацию в Анголе, Сомали, Нигере, Гайане и др. Не хотите признавать жертвы массового голода в Индии жертвами колонизации? Давайте посчитаем жертвы подавленных антиколониальных восстаний: вспомним об опустошении Ирландии Кромвелем, об индийском народном восстании, презрительно окрещенном «мятежом сипаев», о Morant Bay rebellion на Ямайке, женской войне в Нигерии, Burao Tax revolt в Сомали, Urabi revolt в Египте, Mau Mau rebellion в Кении, Maji Maji rebellion в Германской Восточной Африке (совр. Танзания) [72], о восстании гереро и нама в Германской Юго-Западной Африке (совр. Намибия) [73], о восстаниях в Иракском Курдистане и многих, многих других, документированных и позабытых [74]. Вам доводилось слышать о массовом расстреле, который французы устроили в Алжире в день победы над Германией 8 мая 1945? По разным подсчетам там погибло от 15 000 до 45 000 человек [75]. А о сотнях тысяч погибших в войнах за независимость Гаити, Мексики, Индонезии вы помните? Может, посчитаем не только убитых, но и искалеченных, вспомним о грудных детях, которых вырывали из рук матерей и выбрасывали, о малолетних, которым отрезали руки и ноги в бельгийском Конго [76], о британских концентрационных лагерях в Южной Африке [77], о насильственном вывозе детей из Конго, Бурунди, Руанды? [78a, 78b]

-----------------------------------------------------------------------

[74] P. Gopal. Insurgent Empire: Anticolonial Resistance and British Dissent. London-New York, 2019; J. Newsinger. The Blood Never Dried: A People’s History of the British Empire. London, 2006 и многие другие. Довольно обширную подборку литературы на эту тему можно найти здесь: www.cairn.info/revue-histoire-politique-2010-2-page-12.htm#no1

[75] www.washingtonpost.com/wp-dyn/content/article/2005/05/08/AR2005050801150.html. Для сравнения напомню, что в Кровавое воскресенье погибло не более 200 человек.

[76] www.bbc.com/news/world-europe-53017188, A. Hochschild. King Leopold’s Host: A Story of Greed, Terror and Heroism in Colonial Africa. London, 1999.

[77] S. Webb. British Concentration Camps: A Brief History from 1900–1975. Barnsley, 2016.

-----------------------------------------------------------------------

Давайте не будем спорить о числах. Они могут казаться не слишком значительными или завышенными только тем, кто не знает реальной истории. И ее не так просто узнать: все преступники стремятся скрыть свои преступления. Русские тут, между прочим, не исключение: попробуйте найти черкесов в статьях «Геноцид коренных народов» или «Геноциды в истории» в Википедии. Вы не только упоминаний о них там не найдете, вы и статьи «геноцид черкесов» не найдете. На русском это называется «черкесское мухаджирство» и преподносится как массовое переселение. Потому что Россия отрицает геноцид черкесов точно так же, как Турция отрицает геноцид армян. Все империи плавают в крови и ни одна из них не рассказывает и никогда не расскажет о себе правду. Все курсы «мировой истории» на самом деле курсы истории империй, которые не только ретушируют реальные факты, но и приучают нас к мысли, что есть более значительные и менее значительные люди и государства. Истинное жуткое лицо человеческого общества, скрытое за ханжеской вуалью «великих достижений», «исторического прогресса» и прочего самодовольного бахвальства, восстанавливается только по разрозненным фрагментам.

Мы живем не в детском саду, а в мире, где на протяжении нескольких веков одни люди расчетливо и хладнокровно досуха выжимали других. Было бы смешной наивностью думать, что когда прозвенел звонок, они встали, сказав «Всем спасибо, все свободны», и ушли заниматься своими делами. Некоторые, конечно, ушли. Но многие остались — они и не собирались никуда уходить: история с NIBMAR, упоминавшаяся в разделе 7, прямое тому подтверждение. Колонизаторы никуда не исчезли, хищники не превратились по звонку в травоядных и не растворились в мировом эфире. Они живы, здоровы, богаты и продолжают рассматривать население бывших колоний как глупых овец, которых нужно стричь.

Сменились имена, сменились методы, но суть осталась та же: если раньше рабов на плантациях заставляли работать силой, то теперь их заставляют работать с помощью заниженных тарифов, которые неоколонизаторы устанавливают на колониальную продукцию и труд. Опустите цены на труд ниже прожиточного минимума, и вы заставите людей больше работать: чтобы прокормиться, им придется пахать не 8 часов, а 10–12, и не пять дней в неделю, а семь [79]. Между прочим, так же объясняются и заниженные российские зарплаты: в 2001 Россия стала первой крупной страной, которая ввела плоскую шкалу налогообложения (еще недавно красноречивый список таких стран можно было увидеть на сайте журнала «Эксперт», но теперь он удален и найти его можно только в веб-архиве) [80], резко снизив налоги на богатых и столь же резко повысив их для бедных (до 2001 минимальные доходы налогом не облагались, с 2001 НДФЛ стал 13% для всех) [81]. Затем в 2002 был принят Трудовой кодекс, существенно сужавший возможности работников и профсоюзов защищать свои интересы [82]. Еще через пять лет, в 2007, из Трудового кодекса изъяли п. 4 ст. 133, согласно которому оклады не могли быть ниже МРОТ [83].

-----------------------------------------------------------------------

[79] Сравните масштабы сверхурочной работы в России: https://russian.eurasianet.org/труд-в-россии-долгий-изматывающий-непроизводительный.

[80] web.archive.org/web/20201031122314/https://expert.ru/ratings/table_586195/ (скопируйте выделенный текст целиком и вставьте в адресную строку браузера, т. к. сайт Сигмы почему-то не позволяет корректно ввести эту ссылку).

-----------------------------------------------------------------------

Если вы полагаете, что российская нищета есть следствие плохого управления, это значит, что вы мыслите в привычной логике 99%. Переключитесь на логику 1% и вы поймете, что нищета создана сознательно и целенаправленно: в производственном секторе экономики низкие зарплаты рабочих на руку владельцам производств, а в непроизводственном секторе они обеспечивают власть хозяевам страны: учителя и прочие бюджетники фальсифицируют выборы не потому, что они такие дрянные люди, а потому, что они лишены свободы действий, будучи нищими, поставленными в полную зависимость от своего начальства, которое распределяет ставки и премии [84]. Это очень неглупая, детально проработанная и эффективная система принуждения — гораздо хитрее, чем то, на что способны туземные двоичные. Как заметил один известный шут: «Генрих, эта мысль пришла в голову не тебе. Потому что она слишком умная». Российские элиты явно имеют достойных наставников [85] (и обратное, конечно, тоже верно). История цинично смеется над нарциссическим гуманизмом XIX века: и прогресс обернулся катастрофой, и интернационал создали вовсе не трудящиеся.

-----------------------------------------------------------------------

[84] Не только в средней школе, но и в высшей: https://russian.eurasianet.org/россия-эффект-стимулирующих-надбавок.

[85] Такой вывод неизбежно вытекает из простого анализа фактов, но можно и прямые свидетельства найти, например: «Проблемы в отечественной медицине начались с попыток поработать с зарубежными исполнителями и Всемирным банком, вспоминает первый проректор Высшей школы организации и управления здравоохранением Николай Прохоренко», см. www.vshouz.ru/news/smi/40417/ (скопируйте выделенный текст целиком и вставьте в адресную строку браузера, т. к. сайт Сигмы почему-то не позволяет корректно ввести эту ссылку).

О некоторых полезных советах британского эксперта мы знаем благодаря очевидцу спора Олега Дерипаски с Питером Мандельсоном: My main memory from the evening was the fierce disagreement… that both men had on two issues: first, Russia“s entry to the WTO, Peter wanted them to join, Deripaska didn”t; second, the tariffs which the Russians were imposing on Finnish timber imports, Peter said they were illegal, protectionist and wrong, Deripaska argued that they were a necessary defence mechanism to protect a key national industry in an emerging economy (www.theguardian.com/politics/blog/2008/oct/16/mandelson-russia).

Подробнее о лорде Мандельсоне, его друзьях и его консалтинговых услугах: www.dailymail.co.uk/news/article-2099639/The-Russian-oligarch-Old-Etonian-billionaire-deeply-disturbing-questions-Lord-Mandelsons-integrity.html, www.dailymail.co.uk/news/article-2706344/Putin-Prince-Darkness-Revealed-web-links-Peter-Mandelsons-shadowy-global-consultancy-firm-billionaire-power-brokers-Putins-Russia.html.

-----------------------------------------------------------------------

Что касается левизны: речь идет о фактах, а не об агитации за передел собственности. Факты сами по себе не являются ни левыми, ни правыми. Мы привыкли воспринимать любые обсуждения неравенства как порочный ход мысли, приводящий к социальной катастрофе, но идея, что все разговоры подобного рода автоматически означают призывы к переделу, — ложный шаблон. В данном случае все как раз наоборот: моя цель — показать, что борьба за справедливость сегодня совершенно бессмысленна с практической точки зрения (этическая сторона проблемы не рассматривается: речь идет не о достойных стратегиях поведения, а лишь о продуктивных). И деление на правых и левых тоже бессмысленно: оно отвлекает от осознания реальности, в которой друг другу противопоставлены не правые и левые, а 99% и 1%. Это старое двустороннее деление на руку 1%, потому что оно дискредитирует слова одних в глазах других и тем самым помогает скрывать истинное положение вещей и занимать людей бессмысленными спорами.

Не надо навешивать ярлыки и следовать им, не надо презрительно относиться к левым, правым, зеленым, газетам, сайтам НКО и прочим неканоническим или непривычным источникам: академики не всегда говорят правду, а простые люди и пресса не всегда врут. И никто на свете не знает заранее, где сокрыта истина.

9. Deus ex machina

Было бы жестоко написать подобную статью и поставить точку на словах о полном, окончательном и необратимом поражении. Если нет надежды, милосерднее позволить людям галлюцинировать с грибами, а не тормошить их, чтобы оставить наедине с медузами. К тому же тема девушки осталась не раскрыта.

На мой взгляд, существует лишь один способ покончить со сложившейся в мире ситуацией, и суть его не в том, чтобы перераспределить блага в пользу бедных, а в том, чтобы обнулить те ценности, которые аккумулирует ТЭ. Бессовестное разграбление планеты прекратится только тогда, когда оно утратит смысл. И если сегодня на свете нет такой силы, которая могла бы этого добиться, это еще не означает, что ее вообще нет.

Поработав 15 лет с очень старыми и малоисследованными текстами, я смею утверждать, что легенды о великом древнем знании не так далеки от истины, как мы привыкли думать. Наше самоуверенно-снисходительное, высокомерное отношение к древним — продукт того же глупого и наивного самодовольства образованных белых мужчин XIX века, которое породило идеи исторического прогресса, расового и гендерного превосходства, цивилизационной миссии европейцев и прочую спесивую чушь. Эта чушь, однако, оказалась чрезвычайно живуча, поскольку она безудержно льстит тем, кто в нее верит. Из–за нее современным людям очень тяжело дается осознание того, что мы всего лишь самоуверенные дураки. Точнее, совсем не дается, несмотря на очевидные свидетельства этого прискорбного факта, которые нас повсюду окружают.

То, что я нашла в древних текстах, можно проверить экспериментально, но я не могу сделать это в одиночку, мне нужна помощь. Подробности здесь: www.egyptology.ru/cgi-bin/topic_show.pl?tid=935. Если вы безусловно умны и с первого взгляда распознаете тут сумасшествие и пирамидологию, идите мимо — мне достаточно найти одного идеалиста, мнения остальных не имеют значения. Тем не менее, проходя мимо, все же распространите ссылочку: чем черт не шутит, а вдруг вы все–таки ошибаетесь? В конце концов, найти Трою способен лишь тот, кто может поверить в ее существование.

Я не гарантирую успеха, я просто считаю, что стоит попытаться. Мне кажется, нам всем пора выбираться из привычной, комфортной, но совершенно прогнившей ФИГи прогресса и превосходства и хвататься за любую, даже самую призрачную соломинку. Наступили такие времена, когда на смену бездействию может прийти только безумная идея — все остальные исчерпаны. Но разве каждому из нас не хочется, чтобы медузы превратились в девушек? А что такое девушки в данном случае? Девушки — это полная картина мира, та, где известны все точки. Та, где хорошо смеется тот, кто смеется последним, поняв, наконец, почему нас предостерегали от поклонения золотому тельцу.

Марина Соколова

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки