Donate

Макс Ломак. Отрывок из книги «Моя Пальба». Выпуск 4.

Max Lomak26/02/19 13:44824

Автобиографическая повесть с элементами вымысла, поэзии и философичных парадоксов.

Внимание! Вероятность присутствия нецензурной лексики, а так же грамматических, пунктуационных и стилистических ошибок — 1 к 2.

Выстрел


Постоянно ощущаю изменение себя или развитие своей личностной психики, а значит и мутацию восприятия окружающего мира — двояко; то есть разными способами, с разной оценочной скоростью, в свете разных эмоций, чувств и обстоятельств. Чаще наблюдение за собой происходит при спокойных, будничных перипетиях. При условиях, когда притягивающие к себе внимание вещи и феномены минимализированы и слабы на столько, что безостановочный процесс размышления и осмысления переходит из экстравертного состояния в конкретное интровертное, аналитическое. В этом случае всё сводится к простому анализу эго, сопоставлению внутреннего «я» настоящего и «я» прошлого. О мечтах, то есть о «я» будущего, сейчас не следует думать вообще. Не без уверенности могу сказать, что подобного рода мысли-сопоставления: как сейчас и что потом,- не являются продуктивными и благоприятными ни для кого, ни для единого человека. К сожалению, избавиться от них окончательно и бесповоротно — просто не возможно. Если не посвятить всего себя определённого рода ментальным, духовным и физическим практикам, чревато превращением в едва тёпленького болванчика, так что лучше стараться не соотносить вообще. Но аналитические умозаключения, касающиеся собственной личности, свойственны абсолютно каждому из людей и стараться избавиться от них без посвящённого куратора просто не безопасно, соответственно, с ними лучше снисходительно дружить и стараться сотрудничать. Молча подчиниться.

Существует второй возможный способ наблюдения за собой, более ёмкий, агрессивный, мало контролируемый, хлёсткий и пугающий. В отличие от первого, в нём отсутствует, как таковая, тягучая размазня из выводов, логических цепочек, ассоциативных рядов, причинно-следственных связей, размышлений и реакций. То есть та самая часть, что более всего опасна: лицемерное холенье и леленье себя самого, не важно положительны оценки или отрицательны происходящих изменений «я» тогда и «я» сейчас. И вообще был ли я когда-нибудь таким, каким я вижу и чувствую себя сейчас? Думаю, что нет.

«Товарищ Фромм, а вам бы я советовал заткнуться и занять своё место на галёрке, господин Фройд вас уже совсем заждался… У нас, вообще-то, время изящной словесности!» — наставнически прочеканило внутри собственной черепной коробки. Биполярочка? Нет, не слышал.


Водяная пыль


Цифровой фото-коллаж. Иллюстрация к главке «Водяная пыль». Автор Макс Ломак.
Цифровой фото-коллаж. Иллюстрация к главке «Водяная пыль». Автор Макс Ломак.

День двадцать девятый. Тело сидит на пеньке в Феникс Парк 1662, и не опять, а снова, пьёт Гиннесс и рисует. Впереди обособленная группа деревьев, нас разделяет около двухсот метров нефритового газона. По левую сторону, полуанфас, поле для игры в регби или гэльский футбол, или джиэйэй. Площадки для этих видов спорта из далека очень похожи. На мутно-зелёном лесистом фоне уверенным строем в 4 единицы снежными иглами стоят штанги ворот. Тот объект, на котором концентрируется тело — непосредственно группа деревьев различных еловых пород, чуть правее от игровой площадки. Ели, кедры, сосны, лиственницы. Этот островок очень приятного, глубоко малахитового, с маслянистыми переливами в полутона, пятна — есть вселенная в настоящий момент. Выглядит шедеврально, океанически бездонно, весь зелёный через синий. С виду растения высажены в один период лет семьдесят назад, так как деревья высокие, раскидистые, ветвь продолжения центрального проводника каждого из них превосходит десять метров, а нижняя граница ветвей третьего порядка (откуда начинаются веточки с голого ствола, для не посвящённых в общую ботанику), от земли, с рост человека, а возможно и все две тысячи миллиметров.

Холодный стаут под пасмурным небом идеально подходит под то вкусовое сопровождение, которому следует быть у окружающего пейзажа. Свежий напиток одухотворён своим широко раскрывающимся послевкусием. До завода, где этот эликсир льётся, в пешую не больше получаса. Перед тем как прийти сюда, была купленна связочка из четырёх банок, за семь евро, в лавке неподалёку.

Между деревьями, которые приготовились рисоваться, и мной, газон не идеально ровный, не дворовый в британском понимании, своим рельефом больше напоминает аккуратную лесную опушку, что выдают небольшие кочки, неравномерно и редко разбросанные по всей его массе. В семи шагах по прямой брошена коряга с привязавшимся к ней жёлтым флагом на армированную чёрную ленту. Фон флага лимонный, а поверх чёрной сажей отпечатан ровный смайлик. Время от времени с Востока приходят не агрессивные порывы ветра с моря, оно здесь неподалёку, до порта я дойду часа за полтора точно. Этот ветерок периодически колышет флаг. Зацепилось внимание. Попробовал взять бумагу для масла, с хорошей фактурой и плотностью, такая бумага отлично подошла бы для офорта, по крайней мере так скажет несколько месяцев спустя друг, отличный художник, академик, когда увидит будущий рисунок в заснеженной Москве. Сейчас же использую акварель. Быть честным, выходит грязновато, ложится не равномерно и это немного напрягает. Но успокаивает, подмалёвок, всегда есть возможность поправить. Благо, делаю сильно через воду. А вообще, очень даже ничего получается, тот самый случай, когда действие оправдывает и затмевает вызванную эмоцию негодования от качества исполнения, акт — хозяин сущего. *

Акварель, потом масляной пастелью, а сам флаг залил жёлтым акрилом, чтобы вытащить его на первый план за счёт разницы используемых фактур и укрывистости. Акрил при засыхании даёт плотную плёнку и не дует через себя мясом бумаги, в отличие от других используемых материалов. Дело в том, что важно для рисования, в паузах между порывами ветра в воздухе встаёт дымка из мельчайшей водяной пыли, не похоже на туман, единственное здесь молочное — это пена в банке, и её не видно. Но ощущается присутствие после каждого глотка лёгким шёпотом на щетине под носом. Похожа дымка на мелкий застывший во времени моросящий дождь, очень-очень-очень лёгкий, из–за этого его не сыпет на землю, но краски все равно не сохнут. Всё сырое, в конденсате. В Дублине сегодня не холодно, сыро, правда, пока без дождя. И, насколько есть информация, лично удастся её проверить только в будущем, такая погода свойственна данной территории в течение всего года, с небольшой амплитудой температур в пятнадцать-двадцать градусов: летом прохладнее, чем в Москве, зимой же, наоборот, на порядок теплее. Сегодня около пяти выше ноля, конец декабря.

Только что мимо прошёл человек по тропинке, он был в футболке. Сижу завёрнутый в шарф, в шапке, куртке на искусственном меху, джинсы заправлены в белые махровые носки, ноги вставлены в белые рибок классик. А человек был в спортивных штанах и футболке. Наверное, спортсмен, хотя, и моржанутых встречалось за последнее время немало. Появился чёрный уголь, значит, делать углём. Если ввожу чёрный, скорее всего дело к концу: тени, контур. Не ясно зачем углём? Плохо подсохло, только начать рвать бумагу. Конечно, может здорово получится, рисуй всегда смело, один раз живёшь. Рисунок, как человек, не то, чем он хочет быть, а то — чем он может быть, нет смысла сомневаться при исполнении его, себе дороже встанет. Просто делай, делай, делай… А там как получится, в творчестве важен опыт, набитые рука и глаз. И подотритесь вы своими концептами!

______

* В искусстве авангарда особенно ясно видно, что началом, организующим произведение, становится событие творческого акта художника, аутентичное бытие самого события его творческой активности. Произведение предстаёт не как зеркало действительности, за которым не видно его творца, а как творческий акт художника в непосредственности его бытия. Отсюда и новый статус произведения — произведение представляет собой не автономный мир, существующий сам по себе, а открытую структуру незавершённого события бытия художника в действительности.


«Восход над минным полем». Смешанная техника на холсте. 2000×1500 см. Иллюстрация к главке «Водяная пыль». Автор Макс Ломак.
«Восход над минным полем». Смешанная техника на холсте. 2000×1500 см. Иллюстрация к главке «Водяная пыль». Автор Макс Ломак.


Остросоциальный абстракционизм / общее /


Первым было Слово? Первым был Большой Взрыв? Первым был протест супротив данности постоянства. Это и есть вечная Революция. Договоримся на берегу, под Революцией я не предполагаю прямого акта агрессии, сущность революции намного глубже, хотя и насилие является неотъемлемым побочным условием, но не ведущим и не определяющим.

Нефигуративное отвлеченное искусство живописи, такое как абстрактное, приблизившее себя в переживании воспринимающего и создающего больше к музыке, нежели к классической информативности и эстетике рисунка, изо дня в день стремится к стагнации и спазму из–за развивающейся патологии, которую я обозначаю как стиль или почерк конкретного автора. Стремление быть узнаваемым по росчерку самая большая опасность, так как преимущество и божественность творческого акта заключается в отсутствии стилей, жанров (они же штампы и клише), а «фирменный почерк» именно этим и является.

Шаг вперед это всегда шаг в сторону от настоящего положения вещей. Не следует думать, что тот широкий диапазон чувственных переживаний, на кое и делает ставку абстрактное, не есть незамкнутый диапазон. Палитра человеческих эмоций есть система закрытая, перцептивная, сдерживаемая в границах окружающей среды. Опровержение этой константы не более чем позитивный сатанизм или, если угодно, офисный буддизм, а по факту невежество. И баста. Сейчас так, дальше будет иначе, в силу того, что эволюция, это хитрая девица под личиной «Э», но с ликом «Ре», в реалии.

Остросоциальная абстракция имеет полное право стать одним из тысячи шагов возможного развития современной, уже ставшей классической, музыкальной абстракции. Её модификация пройдёт по пути замены чувственной музыкальности на скепсис литературности.

Я вкладываю следующее значение в понятие «скепсис литературности» в остросоциальном абстракционизме — первым шагом на пути создания художественного решения является текст. Предтеча художественного произведения, экстраполированная или закрытая система понятий, тезисов, раскрывающая и объясняющая произведение.

Только так мы сможем нанести мощный удар по саботирующим художника — куратору, критику, галеристу, квазирынку пустоголовых зрителей. «Микки Маусов» рисовать запрещается! Реальным партнёром остросоциального абстракциониста является — менеджер автора, интеллектуальное меньшинство, консервативный музей.

Какие виды могут быть у этого феномена творческого самовыражения?

Всё просто, это ноль, единица и их сочетание, что возводит палитру эстетических решений до Абсолюта бесконечности. 01100010001110. Другими словами: остросоциальный абстракционизм (критический), умеренно-социальный (наблюдательный) абстракционизм, фантазийный абстракционизм (художественный).

Предметом же изучения данного художественного феномена, объясняющее его имя, являются все формы нематериальной общественной организации, интерсубъективные модели или мифы, такие как: религия, экономика, государственность, культура, институции и регламенты взаимоотношений внутри человеческого общества и т.д. То есть то, что, если смотреть на вещи здраво, не существует, а является исключительно искусственными рычагами управления широкой массой.



Продолжение следует…

авт. Макс Ломак

2018 год / Москва

Author

Max Lomak
Max Lomak
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About