radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Блог 6-й Московской биеннале

Деконструкция жива

Moscow Biennale

Саадан Афиф — французский постконцептуалист, работающий с драматическим текстом, поэзией и музыкой, уделяющий особое внимание процессуальной составляющей искусства. На 6-й Московской биеннале команда Афифа работала не только в павильоне, но и за его пределами, устанавливая контакт с широкой аудиторией. Марина Симакова комментирует процесс.

Исполнение работы Афифа заключается в свободном распространении кислотно-зеленых флаеров с короткими фрагментами текста и репликами, написанными крупным шрифтом. Усилиями команды художника флаеры попадают в руки посетителей биеннале и случайных прохожих, гуляющих по территории ВДНХ. Текст, присутствующий на флаерах, представляет собой произвольные цитаты из пьесы «Король Убю», широко известной во Франции и присутствующей в репертуаре нескольких российских театров.

«Король Убю» — это пьеса 1894 года, написанная французским писателем Альфредом Жарри, ставшим впоследствии одним из ориентиров для сюрреалистов. Поставленная спустя два года после того, как она была написана, пьеса вызвала большой резонанс. В пьесе рассказывается про некоего папашу Убю, который решает свергнуть польского короля, что ему вскоре и удается. Вступив на трон, он отправляет князей, судей, финансистов-налоговиков в «каменную дыру», а крестьян облагает огромным налогом и таким образом в считанные дни избавляется от тех, на ком держится королевская власть. Тем временем, оставшийся в живых 14-летний наследник убитого короля собирается мстить за отца, бывший сообщник Убю — за несправедливое обращение с ним и остальными подданными, а вскоре к делу подключается еще и русский царевич Алексей со своей армией. Вместе они освобождают Польшу от тирана, обрекая Убю на унизительное бегство. Пустившись в дальнее плавание, Убю, который никогда не признает ни собственной неправоты, ни поражения, заявляет, что совершенно не жалеет о потерянной короне, ибо слишком эта корона тяжела.

Достаточно прочесть всего несколько реплик Убю, чтобы понять, что он откровенно глуп, жаден и жалок, и выдуман таким, чтобы внушать читателю и театральному зрителю всяческое отвращение. При этом все отвратительные качества человеческой натуры выглядят действительно смешно, благодаря тому, что собраны вместе, в одном персонаже, и демонстрируются словно через увеличительное стекло. Этот эффект достигается благодаря повсеместно используемому гротеску и совершенно раблезианской атмосфере пьесы (стилистически, впрочем, весьма от Рабле далекой). В пьесе часто используется игра слов, в особенности, переиначенные и исковерканные ругательства. Не совсем понятно, почему для контакта с аудиторией была выбрана пьеса, содержание и языковое своебразие которой настолько теряется в переводе — в особенности безо всякой укорененности в контексте. Однако можно предположить, что избавление от контекстуального прочтения, как и привычки воспринимать литературное произведение в его целостности, и есть метод художника. Саадан Афиф вообще известен своим интересом к деконструкции и соответствующей работой с чужими текстами.

Неожиданно оказываясь в руках у прохожих, текст покидает территорию литературы, превращаясь в набор отдельных афоризмов — без истории и нарративной связи. Одновременно с этим он становится ненавязчивым комментарием к повседневности, случайность которого вызывает различные эмоции. Команда Афифа провела свое маленькое наблюдение, предусмотренное художником: поведение людей, получивших флаер, фиксировалось на фотоаппарат. Несмотря на то, что необычные обрывки текста могли вызвать замешательство, никто из получивших флаер не избавлялся от него. Люди знакомились с содержанием, интерпретировали его на свой лад, делились своими впечатлениями с другими, а потом заботливо убирали яркий листок в карман или сумку. Так, с помощью простейшей деконструкции (которая уже тысячу раз сама была деконструирована и, казалось, перестала интересовать кого бы то ни было) позабытая французская пьеса разошлась по рукам и получила свое второе рождение, напомнив, что текст — это во многом игра трактовок, случайностей и обстоятельств, без которых не было бы никакого смысла.

Subscribe to our channel in Telegram to read the best materials of the platform and be aware of everything that happens on syg.ma

Author