radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Society and Politics

«Пожми его, а потом мы это заморозим»: к вопросу о донорстве спермы как акту отчуждения

Никита Слепцов 🔥

Современный рынок человеческих тканей и органов прочно занял свое место среди других коммерческих проектов в глобальном распределении капитала. Биотехнические и фармацевтические компании, проводя инновационные исследования с человеческими ДНК, органами, яйцеклетками, сперматозоидами и так далее зачастую игнорируют последствия подобного рода исследований, которые могут привести к переоткрытию и усилению расизма, ксенофобии, гомофобии и других фобий и стереотипов (Abadie 2010; Loeb 2008). Ежедневно миллионы людей на земном шаре так или иначе учавствуют в коммуникации с другими путем передачи/обмена того, что имеет отношение к телу, к продуктам телесности. В этом небольшом эссе я бы хотел поставить проблему взгляда на донорство спермы как марксистскую форму отчуждения.

В «Немецкой идеологии» Карл Маркс пишет о производстве человека как наивысшей форме производства (Marx 1978), сравнивая репродукцию человека в с производственным процессом на фабрике. Фабричные рабочие, согласно Марксу и Энгельсу, используют свое тело в качестве производительной силы, результатом деятельности которой является продукт, который в свою очередь изымается владельцем фабрики для получения прибыли (Karl Marx and Engels Friedrich 1965). Это было названо теоретиками марксизма отчуждением. Маркс называл отчуждение «потерей себя» (Marx 1959, 111). «Потеря себя» артикулирована Петровичем как изъятие «продукта произведенного рабочим в форме денег или материала» (Petrovic 1963, 450). Однако отчуждение относится не только к продуктам матерального мира, а как указывает Петрович, религия и мораль, имеющие конвенцианальную природу так же могут быть отчуждены от их создателей (Petrovic 1963). Сам же Маркс предупреждал, что отчуждение в конечном итоге приводит отдалению человека от человека и от самой жизни (Giddens and Held 1982). Конечно же философ 19 го века ничего не знал о тех медико-биологических технологиях, которые доступны современному человеку сегодня. Генетика, медицина, крио-технологии позволяют не только сохранить части человеческого тела и продукты его производства, но и распространить их во времени и пространстве, а так же пересаживать части одного человеческого существа другому.

Рынок спермы и сперм-банкинг — бурно развивающаяся отрасль. Сегодня любая женщина может зайти на веб-сайт банка спермы где-нибудь в Калифорнии или в Дании и «выбрать» отца своего будущего ребенка. При помощи удобным и не очень средств можно выбрать цвет кожи, разрез и цвет глаз, рост, вес, уровень образования и так далее. Не лишним, думаю, будет упомянуть что расизм присутствует и здесь поскольку наиболее популярными являются белые и образованные. Хотя подходящая генетика не всегда является залогом того, что ребенок зачатый подобным образом от спермы выпускника MIT получит образование в университете со схожим рейтингом.

«Амазонизация» человекопроизводства приводит к тому, что Йарит Бокен-Койен назвал «механизмом разочарования», существующим в эпоху пост-модерна (Bokek-Cohen and Gonen 2015, 2).

Примером это механизма является история Лауса, донора спермы, заключившего контракт к одним из самых известных банков Криос Интернешнл. В одном из интервью Лаус сказал, что он не готов быть отцом, то есть нести социальные обязательства перед своими биологическими детьми. В тоже самое время Лаус не видит никаких проблем в том, что он может являться биологическим отцом довольно значительного количества людей (Emma Boyde 2015). История Лауса не является необычной, а представляет собой коммерциализацию телесного. Как показывает Харви, неолиберальный мир с особым акцентом на успешность видит возможности капитализации в каждом аспекте человеческой жизни. Макрс не дожил до того момента, когда можно было бы сказать, что все тело целиком или его части могут быть товаром примерно в том же смысле как автомобиль и его запасные части.

Рынки человеческой спермы, появившиеся в 1960-х годах, и ставшие сегодня устоявшейся формой контрактно-трудовых отношений, поднимают вопрос о правах собственности, автономии и суверенитете человека над своим телом (Cooper and Waldby 2014). Если сперма является частью тела, то продажа спермы в банк без контроля над ней впоследствии, может рассматриваться как форма отчуждения. В то же время рынок спермы растет. Согласно исследованию «Global Industry Report, 2014-2025», проведенному компанией Grand View Research в 2017 году,

«объем глобального рынка сперматозоидов в 2015 году оценивался в 3,51 млрд. долларов США, а в период до 2025 года прогнозируется рост в 3,5%. Ожидается, что он будет отмечен значительным ростом за счет быстрого увеличения количества молодых доноров спермы и быстро меняющейся технологии во вспомогательных репродуктивных процедурах (ARP)» (Global Industry Report 2017).

Существует несколько причин огромного роста рынка донорства сперматозоидов, среди которых «тенденция женщин откладывать рождение детей до достижения ими возраста, при котором их плодовитость снижается, а также растущее признание во многих западных обществах однополых семей и семей, где только один родитель» (Emma Boyde 2015). Кризис нуклеарной семьи усугубляется, на мой взгляд, не дестигматизацией гомосексуальных семей и расширением определения семьи как таковой. Это вызвано распространением товарно-денежных отношений на различные аспекты человеческой жизни, которые ранее не рассматривались как часть капиталистической экономики. Поэтому донорство спермы «представляет собой способ человеческой деятельности, который отчуждается при капитализме, таким же образом как и другой труд» (Klotz 2006, 407).

Взаимосвязь политики и экономики была замечена самим Марксом и возведена в идеологию подчинения одного экономического класса (пролетариата) другим (капиталистами). Сам Маркс не включал телесность как субьект в постоянную борьбу производительных сил и производственных отношений (Karl Marx and Engels Friedrich 1965). Только через сто лет французский философ Мишель Фуко заметил, что политика современных западных государств начала использовать в качестве политического ресурса телесность, сексуальность и человеческую биологию (Foucault 2003). Позднее Николас Росс напишет, что «истории этих двух терминов [жизнь и политика] взаимосвязаны, как и практики, связанные с каждым» (Nikolas Rose 2008, 41). Новые предприятия, которые работают в области «клинического труда» с ростом индустрии, играют важную роль в принятии политических решений. В 1984 году закон США о трансплантации органов «классифицировал сперму вместе с кровью и ооцитами в качестве возобновляемых тканей и, следовательно, освободил их от запрета на продажу органов» (Cooper and Waldby 2014, 41). Тот факт, что предложение спермы на рынке выше, чем спрос, позволяет компаниям и банкам отсеивать кандидатов, создавать правила и внутреннее регулирование, которые ценят конкретный тип донора спермы. Этот выбор потенциально может быть проблематичным с точки зрения специфических требований, которые сортируют определенные группы людей, создавая не только не равный доступ, но и воспроизводя старые стереотипы и создавая новые.

Банк спермы Калифорнии выступил с двусмысленной рекламой: «Студенты Университета Калифорнии [речь идет в первую очередь о Беркли], получайте деньги за то, что вы уже делаете! Позвоните в Калифорнийский банк спермы» (Tober 2001).

Этот призыв типичен для более широкого интеллектуального течения, которое прикладывает усилия к оправданию маркетинга человеческого труда, а также человеческого тела и его частей. В эссе «Если вы сделаете это бесплатно, вы можете сделать это ради денег» политические философы либертарного характера Джейсон Бреннан и Питер Яворски утверждают, что практически нет никаких пределов для применения рыночных механизмов. Их аргумент очень похож на рекламу: «все, что вы можете сделать бесплатно, вы можете делать за деньги» (Jason Brennan 2015). Аргумент является привлекательным только для человека, чья свобода управлять своим телом фундаментальна. Однако в массовом масштабе такая идеология ведет не к освобождению, а к дальнейшей сегрегации и инфантилизации. Как и предупреждал Маркс, отчуждение разрушает связи между человеком и продуктами его труда, индустрия донорства спермы способствует «механизму разочарования». Даже в этическом плане рынки спермы остаются проблематичными, поскольку регулируются биоэтикой, которая в свою очередь «служит для определения экспериментов по изучению человека и тканей через условия особого режима труда, служившее оправданием для исключения этих практик из стандартной защиты трудовым законодательством «20 го ввека» (Cooper and Waldby 2014 , 8).

Рассмотрение клинического труда в целом и донорство спермы, в частности, как формы отчуждения, приводит к необходимости переопределить растущую отрасль в рамках трудового законодательства, недопустимость дискриминации и равного доступа. Пока что, хотя клинический труд по-прежнему относится к этическим и моральным нормам, а не к юридическим и законодательным, компании, проводящие исследования или предоставляющие услуги, относящиеся к телесности, делают это за границами общественного контроля.

Литература:

Abadie, Roberto. 2010. The Professional Guinea Pig : Big Pharma and the Risky World of Human Subjects. Duke University Press.

Bokek-Cohen, Ya’arit, and Limor Dina Gonen. 2015. “Sperm and Simulacra: Emotional Capitalism and Sperm Donation Industry.” New Genetics and Society 34(3): 243–73. http://www.scopus.com/inward/record.url?eid=2-s2.0-84938958291&partnerID=tZOtx3y1.

Cooper, M, and C Waldby. 2014. Clinical Labour: Human Research Subjects and Tissue Donors in the Global Bioeconomy. https://scholar.google.co.uk/scholar?q=Waldby+Cooper+clinical+labour&btnG=&hl=en&as_sdt=0%2C5#0.

Emma Boyde. 2015. “Sperm Donation: A Lucrative and Growing Industry.” The Financial Times: 1. https://www.ft.com/content/54c1f70e-cd67-11e4-9144-00144feab7de (April 23, 2017).

Foucault, Michel et al. 2003. “‘Society Must Be Defended’: Lectures at the Collège de France, 1975-1976.” : 310. http://books.google.com/books?id=lVJ9lVQV0o8C&pgis=1.

Giddens, Anthony, and David Held. 1982. “Classes, Power, and Conflict: Classical and Contemporary Debates.” Contemporary Sociology 12: 225.

Global Industry Report, 2014-2025. 2017. Sperm Bank Market Size & Share. New York City. http://www.grandviewresearch.com/industry-analysis/sperm-bank-market (April 23, 2017).

Harvey, David L. 2007. A Brief History of Neoliberalism. Oxford University Press.

Jason Brennan, Peter Jaworski. 2015. “If You May Do It for Free, You May Do It for Money.” Cato Unbound: 1. https://www.cato-unbound.org/2015/11/02/jason-brennan-peter-jaworski/you-may-do-it-free-you-may-do-it-money (April 24, 2017).

Karl Marx and Engels Friedrich. 1965. October The Communist Manifesto. FOREIGN LANGUAGES PRESS.

Klotz, Marcia. 2006. “Alienation, Labor, and Sexuality in Marx’s 1844 Manuscripts.” Rethinking Marxism 18(3): 405–13. http://dx.doi.org/10.1080/08935690600748124.

Loeb, Elizabeth. 2008. “Cutting It Off: Bodily Integrity, Identity Disorders, and the Sovereign Stakes of Corporeal Desire in U.S. Law.” WSQ: Women’s Studies Quarterly 36(3–4): 44–63. http://muse.jhu.edu/content/crossref/journals/wsq/v036/36.3-4.loeb.html.

Marx, Karl. 1959. “Economic and Philosophic Manuscripts of 1844.” Economica 26(104): 379.

———. 1978. The Marx-Engels Reader The German Ideology.

Nikolas Rose. 2008. 30 Sociology of Health and Illness The Politics of Life Itself: Biomedicine, Power, and Subjectivity in the Twenty-First Century.

Petrovic, Gajo. 1963. “Marx’s Theory of Alienation.” Philosophy and Phenomenological Research 23(3): 419. http://link.springer.com/10.1057/9780230523999.

Tober, D. M. 2001. “Semen as Gift, Semen as Goods: Reproductive Workers and the Market in Altruism.” Body & Society 7(2–3): 137–60.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Author