radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Права человека на Северном Кавказе

«Мы бежали ради свободы»: история огласки, которая спасла жизни

свобода (не) за горами

Это история четырех сестёр из Дагестана — Хадижат и Патимат Хизриевых, Аминат Газимагомедовой и Патимат Магомедовой. Они сбежали от домашнего насилия сначала в Москву, а после — в Грузию. История вызвала федеральный резонанс: девушек продержали на российской границе на КПП «Верхний Ларс» более 11 часов без объяснения причин, родственники требовали возвращения сестёр, а сами они до последнего не верили в возможность эвакуации.

Девушки рассказали нам про побои, запрет образования и насильную выдачу замуж. В раннем детстве над ними совершили калечащую операцию — женское обрезание.

От чего бежали сёстры? На что они были готовы, чтобы уехать? Какие первые эмоции испытали, когда прошли границу? Что помогало девушкам в этой истории? О чём они жалеют и о чём мечтают? Все ответы — в нашем интервью.

«Я их домой верну!»

29 октября. На часах 13:40. Четыре девушки Хадижат и Патимат Хизриева, Аминат Газимагомедова и Патимат Магомедова — пытаются выехать из России в Грузию через КПП «Верхний Ларс» с помощью Кризисной группы СК SOS. Они бегут от насильной выдачи замуж, побоев и лишения любых прав и свобод. В раннем детстве над ними совершили калечащую операцию — женское обрезание.

Сотрудники КПП на российской стороне забирают у сестёр паспорта без объяснения причин. Звонят в полицию, спрашивают у девушек, получали ли они разрешение от родителей. При этом все они — совершеннолетние и имеют полное право на свободное передвижение.

Родители девушек уже выехали по направлению к КПП с требованием их вернуть. Сестёр запирают в комнате. Без единого документального подтверждения девушкам предъявляют три легенды о причинах задержания, розыска и запрета на выезд.

«Пусть лучше мы умрём по своему выбору, чем будем жить по их правилам»

Слева — направо: Хадижат Хизриева, 20 лет | Патимат Хизриева, 18 лет | Аминат Газимагомедова, 24 года | Патимат Магомедова, 19 лет

Слева — направо: Хадижат Хизриева, 20 лет | Патимат Хизриева, 18 лет | Аминат Газимагомедова, 24 года | Патимат Магомедова, 19 лет

«Мы проживали в городе, а в село Хаджалмахи ездили на свадьбы. То, что мы жили в городе, никак не облегчало нашу участь — были те же самые традиции, устои и мировоззрение. Наши семьи были очень сильно увлечены этими традициями — мнение других людей всегда было для них важнее всего.

У наших родителей и родственников считается абсолютно нормальным, например, избиение и насилие — неважно, сколько лет ребёнку. Они говорят: «и нас били, и мы будем бить — мы выросли нормальными людьми, вот и вы тоже». Они не видят в этом проблему. Это обычный процесс.

Но об этом нужно говорить. Самая большая проблема — то, что они не разговаривают с детьми. Они могут это обсудить, когда дети требуют, чтобы с ними поговорили. К огромному сожалению, детей не пытаются слушать — сразу начинают орать, бить. Мы говорим не про все семьи — про те, которые знаем.

В каждой семье свои устои: у кого-то в нашей семье есть высшее образование, а некоторым близким родственникам не разрешают его получить. Кто-то чуть больше следует традициям, кто-то — меньше.

Также у нас практикуется женское обрезание. Мы не знаем, какого типа это обрезание. У нас есть только частичные воспоминания, ведь это происходит в раннем возрасте. К сожалению, мы никак не можем до сих пор узнать ответы на свои вопросы. Родители не отвечают, говорят, что это нужно, «чтобы мы не думали ни о чём плохом», «чтобы ничего недозволенного не сделали. У всех девочек вокруг было сделано обрезание. Иногда в кругу сверстников мы делимся этим опытом, но особо никто не любит об этом говорить. Даже мы сами в шоке от того, насколько это распространено — и насколько скрывается.

«Нужно быть как все, нужно делать это и это»

Патимат после избиения родственниками

Патимат после избиения родственниками

«Ты даже не можешь выйти из дома. Тебя за всё могут унижать и оскорблять. Родители были всем недовольны, как бы мы ни старались. Надо было лучше, всегда недостаточно. Ссоры и скандалы накапливаются с каждым днём, с каждым днём ты всё больше устаёшь от постоянных приказов и унижений. Даже внутри квартиры мне нельзя было сидеть в отдельной комнате, только рядом с матерью»

Если мне хотелось побыть одной, наедине с собой, это не одобрялось. Нужно было сидеть и разговаривать, что-то рассказывать. Любой раговор заканчивался оскорблениями — «нужно быть как все, нужно делать это и это, нужно носить такую одежду».

Самое ужасное — когда тебя оскорбляет близкий по крови, родной человек. Он говорит, что ты ужасен и всё плохо. Ты всё время пытаешься найти причину, пытаешься оправдать родителей и родственников. Срабатывает «стокгольмский синдром»*. Но тебя гнобят буквально за всё.

Каждый день непредсказуем. Ты всё время ждёшь издевательства — ты не знаешь, что будет через 10 секунд. Ты надеешься, что брат вернётся с хорошим настроением, ведь может и сорваться на тебе, ведь ты — причина всего злого. Всего плохого.

«Они всегда выбирали места, где не остаётся следов, чтобы люди не задавались вопросами. Ведь то, что думают люди — самое главное»

Близкие люди чего-то от тебя хотят, но ты не понимаешь — чего именно. Что нужно сделать, чтобы они были довольны. Со мной были ужасные случаи — были свидетели, но они никогда не расскажут об этом. Иногда моя мама приходила домой и пыталась меня убить, нападала на меня с ножом. Она держала кончик ножа, чтобы воткнуть мне в спину. Ведь если воткнуть в руку или лицо, будет видно.

Женщин там не воспринимают как полноценных людей. Были случаи, когда я хоть немного пыталась отстоять свои права — показать им, что я тоже человек. Мне говорили «ты в этом доме тряпка». Это настолько несправедливо.

Как такое поведение объяснялось в семье? Конечно же, традициями. Они как-то смешивают их с религией. Но религия — это что-то святое и чистое, у людей надо развивать любовь в религии и преподносить это правильно. Но в Дагестане религию преподносят жестоко — запугивают с раннего детства, заставляют.

Традиции — это круто и хорошо. Но они затрагивают права женщин, а говорить и думать о них там никто даже не смеет.


«Самая главная мечта — свобода и безопасность»

С возрастом мы начали задумываться о своих правах и несправедливости. Ведь мы ничего плохого не делаем, просто хотим учиться, просто гулять, у нас даже в мыслях нет ничего плохого — даже общаться с парнями.

Нам и в голову не пришла бы мысль о побеге, если бы не ежедневное угнетение. Нам не нужного многого от жизни. Мы просто хотели, чтобы нас оставили в покое. Мы могли бы смириться, если бы не побои и издевательства. Мы готовы были жить по их правилам. Свобода, которая нам нужна, — возможность получить образование, быть собой и жить без психологического и физического давления. Оно заставляет тебя задумываться о смерти, его невозможно физически выдержать».

«Побег — самое сложное решение в нашей жизни. Нелегко взять и оставить всё. Но ты просто не можешь больше жить там. Я смотрела и думала, вдруг с родными что-то случится. У нас было в планах совершить суицид всем вместе, если мы останемся там. Другого выхода не было»

***

В августе 2022 года девушки смогли сбежать из Махачкалы в Москву. Сейчас девушки уже пересекли грузинскую границу. По их мнению, им все еще может угрожать опасность — родственники попросили своих знакомых встретить их в Грузии, а отец заявил, что сделает все, чтобы вернуть сестёр домой.

Мы публикуем фрагмент подкаста, а здесь можно послушать разговор полностью.

Мы также поговорили с другими героинями этой истории:

— Александрой Мирошниковой, пресс-секретарём Кризисной Группы СК SOS

— адвокатом Лейсан Маннаповой

— в самом эпизоде вы можете послушать также документальные записи, голоса отца девочек и их родственников


Подписывайтесь на наши соцсети:

telegram | instagram | twitter

И помните — свобода не за горами.

Subscribe to our channel in Telegram to read the best materials of the platform and be aware of everything that happens on syg.ma

Author