Анна Галеева. Сибирский иронический концептуализм. Возвращение в настоящее

Факультет современного искусства высшей школы «Среда обучения»
15:41, 07 мая 2021🔥
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию


Заместитель директора в Новосибирской государственной областной научной библиотеке Анна Галеева — об истоках сибирского иронического концептуализма, особенностях направления и выставках «Соединенные штаты Сибири» и «Сибирский иронический концептуализм».

В мировом контексте концептуализм не имеет какого-либо фиксированного «центра», из которого идеи и стратегии распространялись бы на периферию. Напротив, хронологически большинство «национальных школ» концептуального искусства развивались параллельно, активно укоренялись в локальной проблематике и в то же время встраивались в интернациональные сетевые сообщества. Именно из–за специфического локального окружения концептуальное искусство в той или иной «местности» принимало свои особенные и неповторимые формы.

Сибирский иронический концептуализм начинается с поиска ответа на вопрос о том, существует ли вообще особая «сибирская идентичность», пропитанная «нестерпимыми сибирскими морозами, невыносимой сибирской каторгой, несметными природными богатствами…» [1] или же это явление выдумано и носит мифологический характер. Куратор и переводчик Сергей Самойленко в интервью для портала «Тайга.Инфо» комментирует суть явления следующим образом: «Концептуализм сибирский это реакция на московский концептуализм, это концептуализм с человеческим лицом. Если для искусства концептуализма (вообще) важны текстовые сопровождения, без которых невозможно его адекватно понять, то здесь никакого текста не надо. Это искусство понятное и пенсионерам, и пионерам. Со здравым смыслом и чувством юмора. Ирония и самоирония, которые присущи художникам этого направления, самый надежный способ защититься, искоренить внутреннюю обиду и ущемленность» [2].

Попытки народного определения

Сибирское искусство — многослойный и малоизученный феномен, требующий пристального внимания со стороны искусствоведов и культурологов. История мифологизации Сибири насчитывает две сотни лет. В дореволюционной России интерес к местным сюжетам был связан с географическим освоением новых земель. В СССР Сибирь вновь приобрела романтический образ в связи со строительством БАМа и развитием промышленной отрасли. Следующий всплеск интереса к местной культурной самоидентификации случился во времена президентства Ельцина, Путин в программе развития регионов также подчеркнул важность децентрализованных подходов и локального брендинга.

Александр Шабуров, автор термина «сибирский иронический концептуализм», российский художник, участник арт-группы «Синие носы» пишет о возрастающей роли Сибири в мировом художественном контексте следующее: «Один мой знакомый настрочил книгу о том, что новозаветные волхвы пришли в Вифлеем с Урала, а другой доказал, что именно тут надо искать могилу Аттилы. Нынешний [на момент 2013 г.] эксцесс “сибиризаторства” связан с тем, что регионы озаботились развитием местного туризма, изобретением “брендов территорий” и “этнокультурной капитализацией”» [3].

В статье «Жизнеописание наиболее знаменитых новосибирских художников и пересказ их произведений» Шабуров утверждает, что никакой «сибирскости» («новосибирскости») не существует и между сибиряками, уральцами и дальневосточниками разницы нет. Отличительная черта сибирского искусства в том, что здесь все художники являются «стихийными середняками евразийцами», спокойно воспринимающими людей с другим взглядом на вещи, вне зависимости от национальной принадлежности, с удовольствием выставляющими себя «сибирскими дикарями». У сибирских художников есть амплуа — все они являются «самородками и пересмешниками» [3].

Журналист и архитектор Александр Ложкин критически оценивает сложившуюся в 90-х ситуацию: «Европейское заумное концептуирование за Уралом задорно сменяется идиотскими шутками и гэгами. Все это заметно веселее унылого провинциального арт-философствования, а главное — более свежо и ближе к народу. Получается, что отрезанные уральскими горами от европейской культурной ситуации новосибирцы создают новый миф искусства — по-современному технологизированный и по-хорошему народный» [4].

Дамир Муратов, «Соединенные штаты Сибири»

Дамир Муратов, «Соединенные штаты Сибири»

Самоирония и начало истории современного сибирского искусства

Действительно, сибирский иронический концептуализм стал одной из базовых стратегий современного сибирского искусства, основанной на иронии, самоиронии и гротеске. Эта юмористическая и критическая позиция сегодня становится базовой доктриной современного сибирского искусства. «Фундаментальным отличием [сибирского искусства] оказалась именно ирония и, что важнее, самоирония, которая вообще довольно редко встречается в мировой культуре. Это ирония над собственной изолированностью от всех культурных центров. Работы этого направления посвящены безумию и контрастам нашей жизни, не только и не столько сибирской, сколько русской», — комментирует явление красноярский художник Василий Слонов [5].

Вячеслав Мизин, художник, куратор и общественный деятель, также подчеркивает: «Чувство юмора — главная отличительная черта искусства Сибири. Сибиряки мало интересуются новейшими веяниями и трендами. Это край непуганых сатириков, где до сих пор верят в то, что искусство способно вызывать радость или дикий хохот» [6].

Художественные работы самого Мизина полны иронии и буквально отображают названия, например в «Неогермафродитах» (1996 г.) он исследует экстремальные чувства, разрезает на куски фотографии собственного тела и затем склеивает из них новые объекты. С юмором он также определяет свои взаимоотношения с прототипами человеческих органов в работах «Выделения» и «Внутреннее содержание» (1998 г.). В авторском методе «художественного слабоумия», придуманном и названном так Мизиным во время зарубежных творческих поездок, выполнены фотопортреты художника голым, с нанизанными на член бумажками, на которых нарисована фашистская свастика («Ебаный фашизм», 1998 г.); портреты президента США Билла Клинтона и Энди Уорхола («На хуй НАТО», 1999 г.); фотографии члена, положенного на разные предметы — глобус, березовую поленницу, рекламный буклет («Судьба моего хуя», 1999). «Художественное слабоумие» и смешное соединение страшных объектов, фантомов и муляжей человеческого тела — «дегенеративизм» — антитезы Вячеслава Мизина для концептуализма и лэнд-арта.

Вячеслав Мизин, 2000 год. Фотография представлена Евгением Ивановым

Вячеслав Мизин, 2000 год. Фотография представлена Евгением Ивановым

Благодаря поддержке Фонда Сороса Мизин вместе с Булныгиным, Скотниковым и другими участниками в конце 90-х организовали несколько культурно-просветительских форматов в области современного искусства. Сначала еженедельные «Арт-четверги» в клубе «Черная вдова», потом ежемесячные выставки современного искусства в ДК им. М. Горького и в галерее no_soap («Без мыла»), затем выставки в Инновационном музейном центре и показы современного искусства в малых музеях Новосибирской области, «Пропагандистский рейв» — концерты в тех же музеях электронной группы «Nucklear Lоsь» с программой «Порно-джаз». Тогда же появился «Фестиваль сверхкороткого фильма» (Extra Short Film Festival) — международный конкурс любительского видео продолжительностью не больше 60 секунд под кураторством Булныгина. И, наконец, было запущено «Бюро актуальной культуры» — оповещение сетевой молодежи обо всех мероприятиях по электронной почте, которое производил Константин Скотников.

За период с начала 2000-х до выставки «Соединенные штаты Сибири» прошли летние пленэры от Фонда Кондратюка «Арт-чемпионаты» (2001, 2002 г.), 1-ая Московская биеннале (2005 г.), ретроспективная выставка «Как мы сделали искусство 2000-х» «Синих носов» и их друзей (2009 г.), которая проехала по областным художественным музеям Барнаула, Омска, Томска, Тюмени, Кемерова, Красноярска и Уфы. На волне успеха ретроспективы «Синих носов» Анна Терешкова (с 2019-го вице-мэр Новосибирска) организовала «Сибирский центр современного искусства» (в 2010 году он располагался в помещении зоологического отдела Новосибирского краеведческого музея). А потом стала директором Сибирского же филиала ГЦСИ — с выставочными залами в Новосибирске и Томске, где Вячеслав Мизин работал заведующим отделом выставок до 2015 года.

«Соединенные штаты Сибири» как точка отсчета

Из существующих попыток описать современное искусство Сибири можно привести каталог выставки «Соединенные штаты Сибири» (2013 г.), изданный Сибирским филиалом ГЦСИ в 2014 году. Каталог был приурочен к резонансной выставке, которая объединила художников из Новосибирска, Красноярска, Омска и других сибирских городов. Кураторские и творческие решения были связаны с «Культурным альянсом» Марата Гельмана и эстетикой «русского бедного», которая легла в его основу. «Культурный Альянс» являлся некоммерческой организацией, задачей которой было превратить московскую художественную сцену в российскую через «знакомство» Москвы с художественной ситуацией в российских городах. «Культурный альянс» работал и как продюсерское агентство для художников, и как галерея, представляющая авторов, живущих за пределами Москвы.

«Соединенные штаты Сибири» представили сибирских художников, таких как красноярец Василий Слонов с его пародийными плакатами к сочинской олимпиаде «Добро пожаловать в Сочи — 2014», омич Дамир Муратов с серией работ «Если бы они родились в Сибири…». Также была показана серия «Они сражались за Родину» Сергея Беспамятных, высмеивающая образы известных лидеров в формате традиционных медиа. В экспозицию вошли фотоработы разных лет новосибирской группы «Синие носы», серия «Истерия Сибири» Константина Еременко, известного как создателя вселенной «былинного сибирского партизана-сепаратиста» Макария Лыкова.

Источник: http://siberian-archive.ru/united_states_of_siberia/

Источник: http://siberian-archive.ru/united_states_of_siberia/

Константин Еременко, из цикла про сепаратиста Лыкова

Константин Еременко, из цикла про сепаратиста Лыкова

Игорь Шерко представил работы из серии «Ыбть чевокелом», напоминающие одновременно комиксы, лубок в сочетании с фотожабами и мемами. «Мои работы про людей, жизнь, про ситуации, в которые каждый из нас попадает, и каждый по-своему из них выходит, — поясняет Игорь в интервью для портала «Афиша Томска», — каждая картинка связана с какой-то историей, переживаниями, мыслями» [7].

Внушительным блоком выставки «Соединенные штаты Сибири» стали работы фотохудожников группы «ТРИВА», фотоработы Евгения Иванова Homo Demonstraticus, представляющих три серии «Отцы», «Дети» и «Духи», снимавшиеся на протяжении нескольких лет. «Отцы» — это лица в большей степени демонстрантов-коммунистов, искаженные непримиримостью к оппонентам, ракурсом и оптикой. Флаги и плакаты в их руках напоминают орудия убийства — топоры, косы, секиры. «Духи» — участники крестных ходов и религиозных православных шествий в Новосибирске, документация людей разных возрастов с иконами в руках. Третья часть выставки — «Дети» — портреты участников «Монстраций», молодых людей с изображением Че Гевары, перевернутым Пушкиным вверх ногами и Сальвадором Дали, с лозунгами «Ы-ы-ыть!» и «Все свободны!».

Универсальность сибирского концептуалиста

Выставка «Соединенные штаты Сибири» 2013 года презентовала художественную практику, определяющуюся в Сибири в 1990-е годы. Удаленность от центров современного искусства и попытки самостоятельного художественного образования по газетам, журналам и рассказам стали базовой матрицей формирования визуального языка. Художники нарушили привычный порядок продвижения к славе, постарались создать уникальный бренд Сибири, чтобы стать известными сразу в мировом масштабе. В результате сформировался характерный тип художника с локальным фокусом, но с универсальным художественным месседжем. Творчество новосибирских художников часто связано с презентацией исследований своего тела, экстремальными жестами, гротескной иронией и мифологизацией общемировых фактов. Низовая культура, воплощаясь через культуру мемов и народную просторечность, апеллирует к высокому глобальному смыслу о роли человека в мире и, прежде всего, к его отношению к построенным системам: государству, власти, обществу.

Эта выставка стала манифестом, заявкой на существование такого художественного направления, как «сибирский иронический концептуализм». Однако как это явление можно проанализировать с искусствоведческой точки зрения? Известный теоретик концептуализма Борис Гройс подчеркивает, что основной задачей любой разновидности концептуализма является исследование статуса и функционирования искусства в культуре средствами самого искусства — выяснение того, как искусство идентифицируется, оценивается, производится, обсуждается, интерпретируется, воспринимается.

Очевидно, что, во-первых, работы сибирских художников этого направления саморефлективны и одновременно способны включать в эту рефлексию более широкие культурные, политические, языковые контексты. Во-вторых, представители сибирского иронического концептуализма интерпретируют себя самостоятельно и формируют статус своих произведений искусства практически без участия искусствоведов. Неординарность исключения из процесса теоретика искусства подчеркивает и искусствовед Екатерина Деготь, отмечая в своем материале растущую любовь зрителя к произведениям названного явления: «Автор, который изначально успешно интерпретирует себя сам, в ключевой момент (персональная выставка, альбом) в широкой практике уступает эту роль теоретику, просто потому что это выгоднее. Так сложилось разделение труда: один создает вещь, другой повышает ее прибавочную стоимость при помощи текста. Совместными усилиями крепко повязанных общими интересами людей создается статус «произведения современного искусства» — произведения, о котором написали» [8].

Екатерина задается вопросом: «Но что, если в случае с сибирской историей весь этот порядок нарушен, художник и без помощи критика создал бренд, и его гэги вызывают почти животную реакцию веселья? Если критики и кураторы сами оказываются зависимы от такого художника, как бы имеющего связи во “взрослом” мире? Если художник начинает продаваться после и в результате того, что он стал широко известен, — а не так, как было до сих пор, когда он становился известен после удачных продаж?»

Выставка «Сибирский иронический концептуализм» — возрождение для осмысления

Выставка 2019 года «Сибирский иронический концептуализм» продолжила развивать идеи выставки «Соединенные штаты Сибири» и существенно расширилась в экспозиции — куратором выставки выступил Вячеслав Мизин, пригласивший к участию более 30 художников. Экспозиция была сформирована куратором с акцентом на пересмотре аксиом и негласных правил «высокого» искусства международных биеннале, что читалось во всех составляющих выставочного проекта — от подбора работ до мест их размещения (выставочные залы были перегружены визуальным материалом, экспонаты размещались даже в окнах). Сокураторами проекта стали Петр Жеребцов и Сергей Самойленко, а продюсером проекта Юлия Чурилова. Эта выставка-манифест была впервые показана в Центре культуры «ЦК19» в Новосибирске в ноябре 2019-го, а затем, в феврале 2020 года, в ее обновленной версии, была отправлена ​​в Музейный центр на Площади Мира в Красноярске.

Учитывая, что сибирский иронический концептуализм — это живой организм, все еще находящийся в процессе формирования, экспозиции выставки развивались не в хронологическом порядке. Проект объединил участников «Соединенных штатов Сибири» (таких как «Синие носы», Константин Скотников, Дмитрий Булныгин, Василий Слонов и Дамир Муратов) с художниками, которые были включены после «Соединенных штатов Сибири», представителями молодого поколения (Наташей Юдиной, Маяной Насыбулловой, Сергеем Рожиным, Александром Закировым и другими).

Маяна Насыбуллова, «Кризис веры». Источник: https://cc19.org/proekty/sic/

Маяна Насыбуллова, «Кризис веры». Источник: https://cc19.org/proekty/sic/

Интересна и сама роль Вячеслава Мизина в этом проекте — он был одновременно и куратором, и идеологом, и участником-художником. Своим примером он демонстрировал универсальность сибирского художника, маркируя ситуацию отсутствия институциональной критики и искусствоведческого анализа, кластера кураторства как такового.

Арт-группа «Синие носы» по традиции задала основной тон своими работами, в которых сопоставляются образы из повседневности обычного человека, например, реальность теленовостей в авторских отпечатках «NATO, WELCOME», с критикой недемократичности искусства в работе «Обезьяны авангардисты». Красноярский художник Василий Слонов собрал и юмористически обыграл стереотипные представления о сибирской суровости в серии объектов «Имперские кокошники». Скульптура «Ленин в зимнем уборе» Наташи Юдиной из Томска, ранее экспонируемой на выставке Art Riot: Post-Soviet Actionism в галерее Saatchi в Лондоне, вошла в число самых популярных экспонатов выставки. Создавший в родном Омске проект «Беднотаун» Дамир Муратов обратился к теме ностальгии по советскому в работах «Мишки на марсе» и «Олени на луне», которые напомнили публике настенные ковры, знакомые по интерьерам многих квартир. Справка: «Беднотаун» — небольшой район в котором находится дом самого Дамира Муратова. Здания в этом районе оформлены в духе СССР в сочетании с настоящим брутальным сибирским характером, пестрым поп-артом и новинками XXI века.

Кроме того, проект включал искусство молодого поколения сибирских художников, близких к родоначальникам направления: новый проект соначинателя «Монстрации» Артема Лоскутова в технике дубинопись, серию объектов «Кризис веры» Маяны Насыбулловой и локализованную рефлексию на тему модернизма в настоящем художника Александра Закирова.

Наташа Юдина, Justin Piperger, The Saatchi Gallery. Источник: https://vk.com/@letsgonsk-vystavka-manifest-sibirskii-ironi

Наташа Юдина, Justin Piperger, The Saatchi Gallery. Источник: https://vk.com/@letsgonsk-vystavka-manifest-sibirskii-ironicheskii-konceptualizm

Отсутствие надлежащего манифеста побудило трех кураторов (Вячеслава Мизина, Сергея Самойленко и Петра Жеребцова) собрать выставку и смело представить ее как манифест сибирского иронического концептуализма. Работы участников выставки хоть иногда и производят жутковатое впечатление своими образами, в большинстве своем наполнены неудержимой жизнерадостной иронией и апеллируют к соц-арту и образам современной массовой культуры в целом. Так, например, работа «Синих носов» «Эра милосердия» с целующимися среди берез милиционерами, запрещенная к показу на парижской выставке соц-арта в октябре 2007 года, вовсе не была пародией на известное граффити Дмитрия Врубеля «Господи! Помоги мне выжить среди этой смертной любви» (1989 г.) или же на граффити Бэнкси kissing coppers (2004 г.). Мизин прокомментировал: «Уже после создания фото Шабуров стал проводить параллели и вписывать историю в контекст, изначально это было прямой реакцией на расхожую среди автомобилистов фразу: “Все милиционеры — пидорасы”».

При рассматривании серии работ Дамира Муратова 2013 года «Если бы они родились в Сибири…», выполненной в традиционной живописной манере и представляющей известных американцев в типичных русских сюжетах (Элвис Пресли на выпасе коров или Сильвестр Сталлоне на покосе), сразу вспоминаются картины Виноградова и Дубосарского, например «Битлз в Москве» (2004 г.) или «Уорхол в Москве» (2001 г.). В свое время Дубосарский и Виноградов заняли позицию полнейших и беспринципных конформистов, принимающих все, что происходит в мире. Когда их навык академического живописного письма оказался совершенно невостребованным, они придумали симулятивный проект «живопись на заказ», обслуживая намеренно «плохой» жанровой живописью несуществующего заказчика. Они продемонстрировали готовность обслуживать самый примитивный вкус, воплощать самые незатейливые фантазии, делать все очень красиво и предельно понятно. Они полностью отказались от своих творческих амбиций, стремления к уникальности, новаторских интенций и всего остального, что входит в характеристику актуального художника.

Похожий художественный подход использовал и Константин Еременко в выполненных аэрографом черно-белых работах, изображающих фрагменты воображаемой истории и, например, в цветной работе «Портрет Марата Гельмана». Другие работы Еременко, например с известными кукольными персонажами детской передачи «Спокойной ночи, малыши!» («Хрюша и Степашка в эвакуации») встают в один стилистический ряд с работами Александра Савко из серий «Новые русские сказки», «Тревога». В обоих случаях мультипликационные герои словно «взрослеют» и становятся участниками далеко не детских сюжетов. Похожее ощущение производят и коты Васи Ложкина, когда милую и любимую всеми зверушку можно наблюдать распивающей алкоголь, курящей и занимающейся сексом.

Сибирские мифы как инструмент самоопределения

Все участвовавшие в проекте 2019 года художники продемонстрировали свой ироничный взгляд на недостатки окружающего мира, за которым стоит множество зрительских интерпретаций. Основатели иронического концептуализма в интервью, данных Шабурову для каталога выставки «Соединенные штаты Сибири», утверждают, что привычка шутить исторически заложена в сибиряках. С давних времен в сибирские земли приезжали люди из разных уголков страны: сюда ссылались неугодные и бунтовщики, добровольно ехали поселенцы в поисках лучшей доли. Юмор помогал справиться с суровыми жизненными реалиями и объединял представителей разных культур на одной земле.

Миф о том, что Сибирь — это плавильный котел, в котором ассимилировались разные культуры и стерлись межнациональные границы, — красивая интерпретация политики идентичности территорий в искусстве 90-х, основанной на мировой несправедливости по отношению к художникам регионов. Утверждая, что ирония родилась вместе с Сибирью, художники скорее стремятся вернуть себе свободу самоопределения через понимание своего специфического характера интересов, идущую вразрез с навязанной извне характеристикой Сибири как региона «юродивых» и «диких».

Такая художественная стратегия, которая развивается с целью утверждения групповой самобытности на своей территории и продвижения идеи тотальной принадлежности к ней, набирает силу и признание у авторов и публики. Однако своими же собственными примерами художники, выстраивающие визуальные высказывания на основании территориальной самобытности, получив определенный уровень признания, покидают родную Сибирь и перемещаются в столицу. Так в начале 2000-х поступает Александр Шабуров, позже — Артем Лоскутов, Маяна Насыбуллова и другие. На круглом столе фестиваля «48 часов Новосибирск», посвященном проблемам современного искусства, Маяна Насыбуллова отметила, что неважно, откуда «есть-пошел» художник и куда он пришел. Важно воспринимать его искусство без фокуса на территории. При этом важность географии остается значимой в интерпретации произведения (где оно было создано, какое событие послужило вдохновением).

Безусловно, «самоэкзотизация» сибирского искусства — это попытка создать бренд, определить отличительные особенности и «прикрыться» иронией. Там, где все играют в дурака, строго никто спрашивать не будет, поэтому и кураторы с искусствоведами, комментируя это явление, тоже не могут быть восприняты серьезно. Художественные произведения напоминают товар из категории «нравится всем», потому что они прикольные, а разве можно не любить или критически оценивать то, что смешно и прикольно? Так отсутствие института критики закрепляет за сибирским ироническим концептуализмом статус буквально единственного, что есть (и что только и может быть) в Сибири.

Евгений Иванов, фотограф, участник обеих концептуальных выставок, описывает свой творческий путь во время зарождения направления так: «Веселье, смех, юмор, ирония, “дружеские подначки” всегда присутствовали в моей жизни. Это было то, что снимало напряжение, доставляло удовольствие, будоражило мозги и скрашивало переживания, отвлекало от трудностей жизни и тягомотности быта. Давало энергию для деятельности и мирило с серьезностью и пафосом существования в СССР. Начав заниматься фотографией, я в некоторых своих работах пытался закладывать эффект, способный вызывать внутреннюю улыбку у зрителя. Это помогало найти более короткий путь к уму и чувствам зрителей. Со временем, этот прием в моих работах стал все более желанным, так как я стал осознавать, что ирония и смех очень эффективное “оружие” художника, способное помочь доносить зрителю серьезные мысли автора в “легкой” форме, избегая “тупящей серьёзности”, “грузящего пафоса” и “плохо перевариваемой зауми”».

Василий Слонов, «Светлые мысли». Источник: https://cc19.org/proekty/sic/

Василий Слонов, «Светлые мысли». Источник: https://cc19.org/proekty/sic/

Особенности направления и место сибирского иронического концептуализма в искусстве

Вот некоторые особенности, которые характерны для сибирского иронического концептуализма:

— многопрофильность художников — объединение в одном лице автора, создателя и организатора пространства и выставочного процесса, работа с публикой от первого лица, самостоятельная текстовая репрезентация созданного, самокритика;

— демократичность и доступность идей и объектов — развенчивание мифа о неподготовленном зрителе, для которого современное искусство не может быть доступным в силу его недостаточной образованности, реализация «народнического» варианта современного искусства, демократичного по форме и опирающегося на сегодняшний интернет фольклор и образы массовой культуры, критика высокого или признанного (институционального) искусства;

— создание народных символов или переосмысление уже существующих, реактуализация героев, наделение их обновленными смыслами, что служит основой для мемов;

— невероятное сочетание для концептуалиста: с одной стороны — принятие и любовь публики, с другой — институциональная поддержка;

— самокритика и самоирония (по словам Слонова, свидетельство о величии человека);

— использование порнографии, абсурда и других инструментов «критики критики». Этот подход основывается на том, что художник дурак, что помогает автору увлечь зрителя. Вячеслав Мизин считает, что «стратегия веселых парней» свойственна многим художникам из Сибири.

Все работы этих выставок объединяет обращение и использование советской и российской символики — от Владимира Ленина до российского флага, от Чебурашки до «Сбербанка» — для переосмысления жизни в настоящее время. Художественной иронии подвержены скорее не сибирские темы, работы в большей степени касаются России в целом, ее идеалов и вызванных ими противоречий. Простой и понятный визуальный язык, состоящий из мотивационных глаголов, восклицательных фраз, нецензурной лексики в сочетании с базовыми элементами фактуры и локальными цветами иллюстрирует народность явления.

Сибирский иронический концептуализм родился вскоре после перестройки, когда соцреализм утратил свою монополию и власть, чтобы подвергать цензуре нонконформистское искусство, а Сибирь все еще оставалась территорией с плохой и прерывистой поддержкой новых форм художественного самовыражения с большим количеством недоразумений. Простота, непосредственность и изобилие легко читаемых метафор были стратегической необходимостью для установки флага современного искусства на обширной территории Сибири.

Кроме того, независимый куратор и критик Антонио Джеуза отмечает свободу, которой отличается сибирский иронический концептуализм: «Что касается современного искусства, то Сибирь, кажется, намного свободнее, чем остальное русское современное искусство, гораздо более склонна к самоанализу и эстетизации повседневной жизни, в то время как критическое отношение, особенно к политической власти, кажется редким» [9].

Выставки 2013 и 2019 годов показывают, что сибирские художники развивают локальную реакцию на систему человеческих ценностей, иронизируют над своими принципами и предлагают подчеркнуть важное, а лишнее вынести за скобки. Сибирское эхо концептуализма лишь подтверждает факт того, что нет строгой иерархии явления, что в каждой точке на карте, чаще всего представляющей из себя культурную агломерацию, концептуализм имеет свой неповторимый вкус и внешний облик. Сама идея и «народность» кажутся любопытными и достаточно провокационными, ставят под вопрос прямое сравнение с другими вариантами концептуализма. Иронический концептуализм из Сибири — это, в том числе, критическая «провинциальная» реакция на мир современного столичного искусства России и Запада, заявление о сформированной региональной художественной практике. Локальными остаются источники вдохновения для авторов — мифы о Сибири помогают сообществу художников найти зоны пересечения, чтобы быть по праву объединенными под названием «сибирский иронический концептуализм». Проще говоря, какое-либо концептуальное искусство, оставаясь в русле поиска смысла, правды и идеи, переносит эти «обязанности» не на реальных людей и факты, а на неких общих универсальных персонажей, действующих в типичных условиях современного им времени. Нередко в произведениях концептуалистов разных школ и территорий также сквозит ирония.

Однако это можно уже отнести не к планомерному развитию именно русского искусства, а к надвигающейся тогда эпохе постмодернизма, для которой комизм, сатира и особенно ирония станут неотъемлемой частью.

Чтобы отказаться от привычного хронологического рассмотрения развития школ концептуализма в России, разрушения вертикальных связей и обращения внимания на горизонтальные, мы стали рассматривать явления сибирского ироничного концептуализма из самой Сибири, проводить не вертикали, а параллели с Москвой и Западом. Определять общие правила и принципы развития какого-либо концептуализма нелогично, интереснее смотреть на развитие явлений изнутри наружу, расширяя и универсализируя глобальный контекст.

Само понятие концептуализма предполагает то, что художник должен обладать проектным мышлением. Он должен уметь апеллировать не к формам или художественным средствам, а к действиям и пространственным категориям. Произведение концептуализма несет на себе отпечаток сразу нескольких языков, которыми играет художник. А вот сами языки могут отличаться. В сибирском ироническом концептуализме это ирония, доходящая до «художественного слабоумия», критика институционального искусства и желание пробиваться в просторы всемирной сети, становясь мемами.

Библиография

1. А. Шабуров. «Соединенные штаты Сибири» // Каталог выставки. Томск.: 2014. С. 7

2. С. Самойленко. «Иронический концептуализм покажут в Новосибирске». 22.11.2019. (https://tayga.info/150297).

3. А. Шабуров. «Соединенные штаты Сибири» // Каталог выставки. Томск.: 2014. С. 28

4. А. Ложкин. «Новосибирская зона» // ХЖ. №33. 2000 (http://moscowartmagazine.com/issue/83/article/1819).

5. «Соединенные штаты Сибири» // «Афиша Томска» (https://obzor.city/afisha/action/view/16168).

6. В. Мизин, комментарий, данный в рамках проекта «Музей-бар Синих носов» на фестивале «48 часов Новосибирск» (https://48-hours-nsk.com/de/event/выставка-музей-бар-«синих-носов»).

7. «”Ыбть чевокелом”: рисованные анекдоты от “грустного клоуна” Игоря Шерко» // «Афиша Томска» (https://obzor.city/afisha/text/read/7576).

8. Е. Деготь, статья про «Синих носов» // Неопубликованный материал. 2006.

9. А. Джеуза. The voice of Siberia’s angry artistic youth (https://16thissue.russianartfocus.com/siberian-ironic-conceptualism-the-voice-of-siberias-angry-artistic-youth/).

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки