Текстовая продукция Ассоциации Психоаналитиков Лакановского Толка https://znakperemen.ru/

дневники работы со сборником UFORCA Антибское соглашение «Ординарный психоз» (1998)

от Группы Клинического Образования 
https://znakperemen.ru/gko/

Антибское соглашение (1998)

II. Нео-конверсия
ГКО 06.12.2026, 20.12.2026, 06.01.2026, 17.01.2026 + ВШ 18.01.2026.9

4. «Нео-конверсия. Использование тела и симптомы» Néo-conversion. Usages du corps et symptômes

5. «Феномены тела и структуры». Phénomènes de corps et structures,

6. «Телесные феномены у пациентов мужского пола» Phénomènes corporels chez des patients masculins

Антибское соглашение (1998) 

Завершает разговор, начатый Консилиабулой в Анже (1996) и продолженный Аркашонской беседой (1997). По итогам этих конференций было опубликовано три сборника с текстами докладов и обсуждений, посвящённых одному исследованию психоза.

 Темой в Анже были «Эффекты surprise в психозе», в Аркашоне — «Неклассифицируемости клиники», и, наконец, в заголовке конференции в Антибе появляется клиническая категория Новой клиники — «Ординарный психоз».

Первая часть этого сборника состоит из девяти докладов, которые были разработаны коллективно Клиническими секциями Фрейдова поля; вторая часть — это обширное обсуждение этих текстов.

Доклады первой части распределены по трём основным главам:

— нео-развязывание (речь идёт о неклассических формах «отключения»);
— нео-конверсия (феномены тела, не интерпретируемые классическим образом);
— нео-перенос (манёвр переноса в нео-психозах).

II. Нео-конверсия
ГКО 06.12.2026, 20.12.2026, 06.01.2026, 17.01.2026 + ВШ 18.01.2026

1. «Нео-конверсия. Использование тела и симптомы» (Néo-conversion. Usages du corps et symptômes)
Клиническая секция Бордо
Докладчики Кэрол Девамбреши-Ла Санья и Жан-Пьер Деффьё

Введение концепта нео-конверсии через различение двух путей от S₁: символический (parole → savoir → inconscient интерпретируемый) и реальный (lettre — принципиально неинтерпретируемый, hors signification). Три случая психотических изобретений: письмо-картуш у Сильви (sinthome, создание имени через букву), мимическая сцена у мадмуазель Анны (nouage трёх регистров через пересаженную вуаль), корсет у Мюриэль (реальный протез, созданный отцом "в реальности", демонстрирующий мобильность jouissance). Смещение работы аналитика: от расшифровки симптома к свидетельствованию изобретения субъекта на пути реального.

2. «Феномены тела и структуры» (Phénomènes de corps et structures)
Клинические секции Шони-Премонтре и Руана
Докладчик Хосе-Луис Гарсия Кастельяно

Проблематизация изменения статуса Другого: от Ⱥ (перечёркнутого, позволяющего lecture) к A (не-перечёркнутого, требующего usage). Когда условие расшифровки отсутствует, употребление/применение (usage) замещает чтение. Тело показывает, как субъект справляется со своим желанием, чтобы от него наслаждаться. Два примера нео-конверсии: анорексия (Миллер — monstration структуры желания через скопическое влечение, Autre = глаз, который окутывает образ) и наркомания (короткое замыкание: тело = идентично желанию через plus-de-jouir). Различение феноменов тела (без органического повреждения) от психосоматики (с lésion). Контекст современности: ослабление идеалов + plus-de-jouir ready made → возросшее присутствие феноменов тела в эпоху борромеевой клиники nouage supplétif.

3. «Телесные феномены у пациентов мужского пола» (Phénomènes corporels chez des patients masculins)
Клинические секции Ренна и антенна Нанта
Докладчики Роже Кассен, Жан-Луи Голь, Пьер-Жиль Гегён, Бернар Поршере и Франсуа Совагна

Четыре случая мужчин как попытки построить психотические узлы благодаря этике высказывания, опираясь на феномены тела. Типология психотических телесных феноменов: Φ₀ с плохой локализацией (ипохондрия), Φ₀ с точной локализацией (дисморфофобия + pousse-à-la-femme), R//S//I (шизофренические феномены, где означающая цепь едва затрагивает jouissance). Случаи: человек со сто тысячами волос (волосяной орган как гномон, указывающий точку истины желания), человек с хрустящими большими пальцами (Φ₀ + практики проверки без предела), Виктор выпрямленный (эрекция всего тела против pousse-à-la-femme), изобретатель метода (suppléance через последовательность движений). Эпистемологическая рамка Совагна: плюрализация имён отца (RSI) → sinthome как способы артикуляции и связывания suppléances Имени-Отца у психотических субъектов. 

4.    «Нео-конверсия. Использование тела и симптомы»
Néo-conversion. Usages du corps et symptômes

Клиническая секция Бордо
Докладчики Кэрол Девамбреши-Ла Санья и Жан-Пьер Деффьё

часть 1. Теория

Первый текст на тему нео-конверсии в сборнике «Антибское соглашение» (1998) был представлен клинической секцией Бордо, вдохновлённой курсом Жака-Аллена Миллера «Что делает знак отличия» (1987-1988). Докладчиками выступили Кэрол Девамбреши-Ла Санья и Жан-Пьер Деффьё.

Лакановский поворот 1970-х смещает акцент с sens (смысла) симптома на réel inclus (включённое реальное).

Классическая конверсия редеет в клинике неврозов, но множатся телесные феномены, где субъект создаёт себе тело через симптом, а не вопреки ему. 

Толкование ЖАМа: два пути от S₁

1. Символический: parole → discours → savoir → inconscient (интерпретируемый)

2. Реальный: lettre (буква/письмо) — принципиально неинтерпретируемый, hors signification

На втором пути симптом не просто выражает вытесненное содержание, но позволяет субъекту создать себе тело или создать себе имя там, где символическая структура дефектна.

Это смещение со смысла симптома на реальное, включённое в него. Симптом перестаёт быть только загадкой для расшифровки и становится изобретением субъекта — способом справиться с избыточным наслаждением (jouissance), которое не ограничено символическим порядком.

Классическая конверсия vs нео-конверсия:

В истерической конверсии тело служит опорой для вытесненных означающих — симптом можно расшифровать через анализ. Симптом регулируется фаллической функцией (символическим порядком).

В психозе этот механизм не работает, потому что форклюзировано Имя-Отца как означающее, которое организует символический порядок. Субъект вынужден изобретать замещающие решения (suppléances). В тексте доклада представлено три случая таких решений:

— письмо-картуш у Сильви = замещает отсутствующее Имя-Отца через букву;
— мимическая сцена у мадмуазель Анны = создаёт тело через образ;
— корсет у Мюриэль = реальный протез, созданный отцом "в реальности".

Психосоматический феномен (ПСФ) проявляется, когда символическое «короткозамкнуто» и на теле появляется нечитаемая запись (как картуш имени собственного) вместо расшифровываемого симптома. В психозе ПСФ позволяет субъекту «создать себе имя», минуя Имя-Отца. 

Аналитик

— НЕ интерпретирует симптом как скрытый смысл
— НЕ пытается «расшифровать»
— НЕ пресекает бредовые конструкции
— НЕ купирует симптом
— НЕ форсирует «излечение»

— предоставляет место для развёртывания переноса (даже эротоманического или бредового)
— становится частью структуры как «реальный Autre», как тот, кто всегда на одном месте
— свидетельствует изобретение субъекта, не навязывая ему свой смысл
— поддерживает попытки стабилизации (через письмо, жест, образ)
— работает на пути реального (буква, тело), а не только символического (смысл, интерпретация)

Суть работы

Не дать субъекту смысл его симптома, но позволить ему создать собственное решение, которое ограничит jouissance и сделает существование возможным.

Аналитик при психозе = «секретарь отчуждённого субъекта» (Лакан) — тот, кто записывает и признаёт логику психоза, не пытаясь навязать невротическую логику расшифровки.

Часть 2. Три случая

Сильви: шрамирование-письмо-картуш

История
В 15 лет провал на экзамене, буллинг в школе, режет бритвой себе лицо перед зеркалом: «чтобы увидеть кровь, чтобы зло вышло», — после этого облегчение невыносимой тревоги. До 28 лет, когда происходит госпитализация.

Работа анализа
Аналитик не интерпретирует порезы как «символ чего-то», но предоставляет место для развёртывания переноса. Сильви начинает писать письма аналитику с эротоманическим содержанием («Я вас люблю»/«Я вас ненавижу»). Утренний ритуал: кафе, зеркало, сигарета, письмо. Опускание письма в почтовый ящик становится тревожной уступкой [и отделением] реального объекта, которая в итоге успокаивает, как ранее кровь, вытекающая из порезов.

Замещение
Письма, отправляемые по почте, заменяются дневником с особой структурой — каждая запись обрамлена двумя именами: адресата вверху, и её собственным внизу. Имя собственное становится обрамлением (как египетский картуш вокруг имени фараона), которое ограничивает jouissance. Сильви приносит тетрадь на каждый сеанс и читает вслух, тем самым отделяется объект-голос. Порезы больше не повторяются.

Результат
Sinthome (концепция позднего Лакана в разработке творчества Джойса) — письмо компенсирует неустроенную символическую функцию Имени-Отца, позволяет субъекту «создать себе имя» и связать с ним образ своего Я через букву, а не через смысл или через тело.

Мадмуазель Анна: пересаженная вуаль

История: приступы острой тревоги вплоть до потери сознания. Отец был брошен в детстве (разрыв семейной линии), бабушка по отцовской линии слепа. Странная презентация: выглядит как простушка, хотя имеет высшее образование и вледеет несколькими языками.

Работа анализа
Под переносом развивается бредовая идея о соблазнении отцом. Появляются театральные жесты (закрывает лицо, сжимает руки). Аналитик не пытается «расшифровать» их смысл, но позволяет им развернуться, проходит через депрессивную фазу без купирования и форсирования до ключевого момента — воспоминания о фильме, где девушка потеряла лицо в огне (остались только глаза), а отец-хирург убивает женщин, чтобы пересадить их лица дочери.

Замещение
Жесты отделяются от речи и становятся автономной сценой. Во время сеансов мисс Анна мимирует действия хирурга, «рисующего лицо на её лице», независимо от того, о чём говорит. Эта мимическая сцена создаёт образ для тела.

Результат
Заузливание (nouage) трёх регистров (символическое — семейная история, воображаемое — образ тела, реальное — мёртвый взгляд слепой бабушки). Сцена = voile greffé (пересаженная вуаль), создаёт objet regard comme absent — отсутствующий, но управляемый. Анна становится «живой картиной», которая укрощает взгляд Другого. Бред успокаивается, она начинает работать — показывать картины в музее.

Мюриэль: корсет как протез психоза

История
Внезапные сильные боли в четырёх конечностях без органической причины. Диагноз колеблется между органикой и истерической конверсией.

Работа анализа
Через направленные беседы выявляет скрытую психотическую структуру. С 11 до 18 лет Мюриэль носила гипсовый корсет (сколиоз). Каждый вечер отец «вдевал» её в корсет и завязывал шнурки. Корсет создавал «тело-оболочку», которая ограничивала jouissance. После снятия в 18 лет: «Я больше не чувствовала поддержки».

Мобильность jouissance
Через 3 месяца после снятия корсета появляются идеи преследования («все смеются», «за мной следят») — jouissance переместилось во взгляд Другого. Затем, когда рушатся две опоры (профессиональный идеал и болезнь отца), jouissance возвращается в тело через боли в конечностях (но не в той области, где был корсет).

Результат
Только констатация: это не истерическая конверсия (где бессознательное «говорит» через тело), но психотическая ипохондрия — чисто зеркальная идентификация со страдающим телом отца. Текст не описывает стабилизацию, но показывает структуру психоза: jouissance осциллирует между телом и Другим, ищет линию ограничения.

5.   «Феномены тела и структуры»

Phénomènes de corps et structures

Клинические секции Шони-Премонтре и Руана
Докладчик Хосе-Луис Гарсия Кастельяно

часть 1. Теория

Второй текст на тему нео-конверсии в сборнике «Антибское соглашение» (1998) был представлен клинической секциями Шони-Премонтре и Руана. Докладчиком выступил Хосе-Луис Гарсия Кастельяно

Phénomènes de corps (феномены тела)
То, что появляется на опоре тела и создаёт симптом для субъекта, но без органического повреждения (в отличие от психосоматического феномена). Отправная точка текста — феномены тела не являются истерическими и не интерпретируются классическим фрейдовским способом.

у Фрейда
Конверсия подразумевает, что слова имеют влияние на телесные расстройств. Психоанализ работает с артикуляцией симптома и означающего, и первое имя этой артикуляции — конверсия.

При истерии органы берутся «в народном смысле имени», то есть не в точно биологическом смысле, но в культурно-символическом контексте. Травматическое событие приводит к вытеснению представления, а аффект трансформируется в телесное проявление. Это называется «символизирующая конверсия».

Но после 1910 года конверсия перестаёт соотноситься только с истерией, а становится областью бессознательного, становится структурой симптома в его всеобщности:

❞ Бессознательный акт оказывает на соматические процессы интенсивное пластическое действие
Фрейд, письмо Гроддеку, 1917

у Лакана
В Семинаре V (гл.19): «…в симптоме — это, собственно, и называется конверсией — желание идентично своему соматическому [внимание! в переводе на русский допущена опечатка «семантическому», которая меняет смысл на противоположный] проявлению. Это последнее относится к нему, как лицо к изнанке».

В отличие от Фрейда, конверсия — это не диахронический «прыжок» от психического к соматическому (см. вступление к Человеку-Крысе), но синхронический континуум.

 Классическая конверсия в терминах Лакана пытается уровнять объект, а (причину желания) с объектом кастрации (- φ), но одновременно является симптоматическим измерением невозможности этой идентификации в силу нехватки в Другом перечёркнутом.

Нео-конверсия
Ключевое изменение — статус Другого. При классической конверсии Другой перечёркнут (кастрирован), и это позволяет «читать» симптом. При нео-конверсии Другой не-перечёркнут, и вместо чтения симптома появляется его использование/применение (usage).

Классическая конверсия
Ⱥ (кастрированный) → чтение/расшифровка/толкование симптома

Нео-конверсия
A (не-перечёркнутый) → usage (использование/применение [тела или образа тела])

❞ Когда условие [признать текст Другого] отсутствует, использование — в смысле «делания» [применения] замещает чтение

В нео-конверсии тело показывает [буквально непосредственно собой], как субъект справляется с неудовлетворимостью желания, затыкая нехватку наслаждением.

часть 2. Клиника

Анорексия (по ЖАМу, L’Autre qui n’existe pas et ses comités d’éthique, 1996-1997)

Показывает структуру желания через показ, [де]монстрацию. Влечение здесь не оральное (как мы склонны предполагать), а скопическое. Худоба становится воплощением фаллоса, создаёт «целый» идеальный образ. Другой является глазом, который квази-органически окутывает этот образ и даёт ему консистенцию — в ущерб фаллическому означиванию [предполагающему кастрацию]. Симптом здесь делает знак Другому, который вынужден смотреть, потому что не хочет слышать.

Наркомания

Показывает, что достаточно взять тело исходя из прибавочного наслаждения, доставляемого наркотиком, чтобы разрешить вопрос неудовлетворимости желания. Определённое «делание» приостанавливает действие кастрации. Эффект употребления никогда не сомнителен, в отличие от невроза. Знание Другого научно — надёжно и доказательно. Тело не даёт знак, но используется для удовлетворения (- φ) = (а).

Виньетка

Мужчина ~50 лет, симптомы в течение 20 лет — напряжение мышц челюстей и онемение левой руки (возникли после наркоза).

Работа анализа

Речь запускает означающие развёртывания, которые способствуют рассеиванию и ограничению наслаждения — симптом соединяется с «роем означающих», отнесящихся к смерти и трупу. Симптом исчезает, но возвращается и варьируется. Пациент говорит об «остатках анестезирующей жидкости», появляются фигуры Другого, жадного до наслаждения.

Диагностическая трудность
Анализ в направлении до реального влечения (если невроз) или лечение посредством симптома (если психоз)? Граница невроз-психоз не ясна: «Аналитическое устройство иногда замутняет этот большой водораздел».

Отличие от психосоматики
Феномены тела (нео-конверсия) отличаются от психосоматических феноменов по одному критерию: наличие или отсутствие органического повреждения. При нео-конверсии нет реального поражения органов (как в приведённом случае — мед. обследования ничего не выявляют). При психосоматике есть реальное органическое повреждение (язва, экзема, астма).

Новая клиника
Ослабление/падение идеалов и выдвижение plus-de-jouir ready made (готовых к использованию надёжных способов производства прибавочного наслаждения) приводит к разрастанию присутствия феноменов тела, которые рассматриваются в условиях борромеевой клиники nouage supplétif (поддерживающего/восполнительного заузливания), где три регистра R-S-I солидарны (без приоритетного толковательного значения символического).

6. «Телесные феномены у пациентов мужского пола» Phénomènes corporels chez des patients masculins

Клинические секции Ренна и антенна Нанта
Докладчики Роже Кассен, Жан-Луи Голь, Пьер-Жиль Гегён, Бернар Поршере и Франсуа Совагна

Часть 1. Теория

Главный тезис

Хотя речь идёт о феноменах, напрямую связанных с эффектом означающего на тело как живое, эти «нео-конверсии» не принадлежат к регистру истерической структуры.

Рассмотрены четыре случая мужчин в их попытках психотического заузливания восполнений с опорой на феномены тела, которые становятся возможными благодаря этической позиции в отношении высказывания (éthique du dire).

Речь идёт о попытках разрешения элизии Имени-Отца путём компенсации провала (gouffre) Φ₀ восполнением (suppléance), где функция органа становится «затычкой дыры» (bouche-trou) форклюзии.

Три типа психотических телесных феноменов

1. Φ₀ (плохо локализованная ипохондрия)

«Чувство недомогания с нестерпимой неопределённостью» Морель (1850): элементарный психотический феномен. Фрейд о Шребере: «Ипохондрия к паранойе относится как невроз тревоги к истерии».

2. Φ₀ (дисморфофобия)

Точная фокализация на органе как разрушенном, мёртвом, чудовищном. Неудача символической кастрации проявляется грубо.

Специфическое проявление — pousse-à-la-femme

Φ₀ → Женщина

❞ За неимением возможности быть фаллосом матери, ему остаётся решение быть женщиной, которой недостаёт мужчинам (Лакан «О вопросе…»).

Результаты варьируются: от бредового обвинения в гомосексуальности до транссексуального «становления женщиной», включая попытки сверхкомпенсации (Отто Гросс — гиперсексуальность + культ Иштар; Вильгельм Райх — «генитальные» разработки), иногда тампонированные телесным аппаратом.

3. R//S//I (шизофренические феномены)

Кататония — грубая автономизация трёх регистров. Означающая цепь едва затрагивает jouissance. Возможны особые способы suppléance.

Отличие от конверсии

В истерической конверсии есть ниспровержение функции органа фаллической функцией — симптом расшифровываем. В психозе такого ниспровержения не случается, но происходит попытка в какой-то степени его воспроизвести — локализовать jouissance в органе, сконструировать симптом, создать предел там, где символическая структура дефектна.

Позиция аналитика

Не интерпретатор, но свидетель изобретения субъекта. Предоставляет место для развёртывания переноса, становится частью структуры, поддерживает попытки стабилизации через телесные феномены. Признаёт логику психоза, не навязывая невротическую логику расшифровки, поддерживая этику высказывания.

Часть 2. Четыре случая

I. Человек со ста тысячами волос

Музыкант 35 лет, облысение 20 лет. Бросил карьеру инженера ради музыки, живёт в нищете.

Развязывание
Был любовником женщины-певицы (она связана с другим мужчиной). Место «второго мужчины» — без симптомов. Становится единственным избранником → диффузная тревога → теряет волосы горстями. «Эта женщина представляла для моей личности опасность». Покинул её → улучшение.

Повторение
Присоединяется к оркестру, музыкант терроризирует его, принуждая пить. Остаётся из любви к музыке (решение против желания) → теряет волосы сотнями каждый день.

Теория пациента
Методично изучает анатомию волосяной системы. В основании каждого волоса — мышца-подниматель. Взрослый обладает 100-150 тысячами волос и таким же количеством мышц-поднимателей.

Формула: «Я теряю волосы, когда не цельный (entier), когда делаю что-то против моего истинного желания».

Механизм: ситуация против желания → все мышцы сокращаются → волосы встают дыбом → «большая дрожь» пробегает по черепу → при повторении волосы выпадают.

Аналогия: «Как ударный гаечный ключ — небольшие последовательные усилия».

Наблюдение

С волосами дыбом он — человек, охваченный ужасом перед бездной провала фаллического значения. Волосяной орган становится гномоном, который указывает ему точку истины его желания».

II. Человек с хрустящими пальцем

18 лет наблюдения. М. приходит «между двумя женщинами»: жалуется на первую → рекрутирует вторую → ускользает от аналитика. Между женщинами живёт у родителей, к матери относится так же.

Симптоматическое предвестие
Страх, что по завершении полового акта пенис останется во влагалище партнёрши.

Развязывание (через 5 лет)
Отказывается от секса (боль в колене) → спутница разочарована → он как в припадке наносит ей удар кулаком в спину → на следующий день: хруст большого пальца. «Это как увечье. Это мой палец меня тревожит. Я не могу жить с женщиной».

Ритуал
Инаугурационный хруст → палец проваливается в пустоту → практика «проверки» до изнеможения (зажигает зажигалку до опустошения, заполняет страницы подписями). «Они его отрежут… Но тогда другой?» — билатерализация. 

Семейная структура
Мать авторитарная, неверная. Отец бессильный. «Я мщу за него, я не хочу быть тряпкой. Мой отец должен был дать ей пощёчину».

Ключевое событие
Застигнут матерью с чётками вокруг пениса. Мать: «Если повторишь, заболеешь». Ночь: поллюции + обсессивные ритуалы + тревоги. Исчезли в 21 год (первый половой акт).

Наблюдение
Шизофреник, имеет дело с Φ₀. Пытается локализовать jouissance в органе — не создаёт настоящего предела. Следует опасаться самоповреждения или самоубийства.

III. Виктор, выпрямленный

19 лет. Роботообразная походка: очень прямо, практически не сгибая колени, едва отрывает ноги от земли. Смотрит искоса или не смотрит вовсе.

История
10 лет — семья за границей, живут изолированно. Виктор полностью изолирован, почти нем. Вспышки насилия против предметов. Отказ ходить в школу → семья возвращается. 14 и 18 лет: «Думает, что все над ним смеются».

Отец: уволился, с тех пор «преследуется». Безработица + депрессия свергли его с позиции «семейного тирана». Виктор: «Это бездельник. Преследование — болезнь семьи, но я пытаюсь исправиться».

Поворотный момент
Расспрос о походке. «Трудность возникла, когда меня преследовали». Следующий сеанс: «Я ходил так, потому что боялся, что меня назовут педиком». Идея пришла без оскорблений. «Я об этом думаю всё время».

После высказывания походка смягчается, вскоре почти нормальная.

Наблюдение
Половое созревание преобразует тело. Отсутствие эдипального узла (Φ₀) → нет фаллического значения → окостенение тела = попытка создать предел перед бездной Φ₀. Виктор борется против толчка-к-женщине. Эрекцией всего тела он выпрямляется, чтобы противостоять феминизации. 

Подвижка
Отец смещён → Виктор = единственный с рациональным разумом → близко к идеалу программиста. Может отказаться от контрактуры, не будучи атакованным делокализованным наслаждением.

IV. Изобретатель метода

48 лет, преподаватель гимнастики. Запрос: не боли, но «бессознательное хочет что-то сказать» через усилившиеся сны (кошмары, эксгибиционистские фантазмы гомосексуальной направленности). 

Изобретение
После смерти своего юнгианского аналитика развивает «метод» — последовательность движений (1-2 часа). Это занимает место «анализа», умиротворяет и сдерживает боли.

Кризис
Метод больше не даёт результатов → появляются боли. Теория: боли из-за неудачи «исследования». «Сны» нарушают «произведение».

Запрос

❞ Найти «конверсию» — изготовить эквивалент телесных практик исходя из знания снов. Хочет найти "аналитика, который не будет колебаться нарушать правила".

Диагноз
Психоз, тампонированный изобретением субъекта, предназначенным локализовать jouissance в теле. Хотя совершенно интегрирован в социальную жизнь.

Обобщение

❞ Все [4 случая] сталкиваются с Φ₀ с вариациями по степени восполнения. Комплекс волоса дал гномон желания. Хрустящие пальцы — непостижимость jouissance без посредников. Виктор достиг смягчения симптома, возможно, подчиняясь идеальному означающему «разумного поведения», возможно, лишая отца его наслаждения. Изобретатель метода успокаивает тревогу, но возникают эффекты означивания (сны).