«Мы имеем право знать, кто нас бьет и задерживает»

редакция сигмы
18:50, 29 июля 20191150
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

27 июля в Москве прошел несанкционированный митинг горожан в связи с массовым недопуском независимых кандидатов на выборы в Мосгодуму. По официальным данным, было задержано 1074 человека, по данным ОВД-Инфо, — 1373. Во время задержаний полицейские применяли силу, избивали митингующих (77 человек), задерживали случайных прохожих, несовершеннолетних (42) и журналистов (18). Это один из самых жестких разгонов демонстраций за последние несколько лет, но многие из сотрудников полиции и Росгвардии, работавших на акции и ответственных за произвол, останутся безнаказанными. Почему?

Федеральный закон «О полиции» прямо запрещает анонимность полицейских, но постоянно нарушается во время акций и митингов. Сотрудников, работающих на них, никак нельзя идентифицировать, их значок обычно прячется под защитное снаряжение. Новая общественная кампания «Правопорядковый номер», которая стартовала буквально за несколько дней до московских событий, ставит себе задачу бороться с этим и облегчить процесс опознания полицейских. Чтобы узнать больше об этой гражданской инициативе, мы провели небольшое интервью с одним из ее со-основателей политологом Анатолием Решетниковым.

© Денис Синяков

© Денис Синяков

Расскажите кратко про инициативу. Как вам пришла в голову эта идея?

Суть инициативы проста: мы хотим добиться того, чтобы на форме и защитном снаряжении полицейских и Росгвардейцев, работающих на массовых акциях, появились крупные и легко читаемые личные номера. Если это произойдет, то люди, которых сегодня при задержании безнаказанно избивают, смогут легче узнать, кто конкретно превышает свои полномочия. Для этого мы создали петицию и ведем общественную кампанию, собираем коалицию дружественных групп и организаций, согласных с нашими требованиями. Идея кампании, кажется, пришла сама по себе — мы не пытались копировать существующие практики. Но в ходе работы мы поняли, что похожие процессы происходят во многих странах. Где-то такие номера уже введены: например, в Великобритании, Германии, Испании. Где-то, как, например, в Италии, общественная кампания за введение номеров только набирает обороты. Это глобальный процесс.

Почему был выбран конкретно этот, довольно узкий, аспект работы правоохранительных органов — на фоне других многочисленных проблем? Вам кажется, что в последнее время происходит эскалация насилия на митингах?

К сожалению, чрезмерное насилие со стороны полицейских во время мирных протестов — это не новое явление. Ещё в 2000-х, когда разгоняли в основном нацболов и другие откровенно политизированные группы, получить дубинкой по голове считалось нормальным делом. Сама инициатива ввести крупные личные номера для полиции предлагалась уже тогда. Ещё в 2007 году «Лимонка» писала, что это поможет бороться с полицейским произволом во время массовых акций. Тогда инициатива не получила достаточного внимания. Мы сами узнали о ней совсем недавно от Паши Никулина (moloko plus), который работает с архивом газеты. Потом была Болотная.

Нам кажется, что сегодня проблема сдвинулась в самый центр публичного поля. На мирных собраниях жестко задерживают и бьют уже почти всех: подростков, журналистов, случайных прохожих. Анонимные избиения протестующих — самый видимый, хотя и довольно узкий аспект полицейской работы. Он же является наиболее возмутительным нарушением закона «О Полиции». Нам кажется, что вокруг противодействия этой несправедливой практике можно собрать критическую массу неравнодушных людей. Вместе мы приблизим это и другие позитивные изменения в работе российской полиции.

Какие основные задачи этой гражданской инициативы? Почему важно ее поддержать?

Первоочередная задача — добиться того, чтобы о нашей кампании узнали как можно больше людей и чтобы созданную нами петицию подписали десятки и сотни тысяч. Это поможет набрать момент для создания более массового общественного движения, с требованиями которого государству придется считаться. Параллельно мы общаемся с некоммерческими объединениями и организациями, многие из которых соглашаются нас поддержать и присоединяются к нашей пока что небольшой коалиции. Таким образом мы стараемся создать широкий фронт самых разнообразных групп, которых напрямую или косвенно касается проблема чрезмерного полицейского насилия на массовых акциях. Эта проблема касается далеко не только политических активистов. Она касается всех: посетителей музыкальных фестивалей, футбольных болельщиков, экологических активистов, участников социальных протестов и так далее.

Мы просто предлагаем продуманное решение конкретной проблемы — невыполнения запрета на анонимность полицейских

Расскажите вкратце про вашу команду. Какие у вас зоны ответственности, как организована работа? Планируете ли вы получать какие-то гранты?

Идею придумал мой друг кинооператор Алексей Курбатов. Однажды он мне написал, что, по его мнению, бороться с анонимностью и чрезмерным насилием полицейских во время массовых акций на самом деле легко: нужно просто написать на их обмундировании большими светлыми буквами их личные номера. Любая гениальная идея сначала кажется подозрительной, потому что если всё так просто, то почему этого до сих пор нет? Я посоветовался со знакомыми юристами, привлёк правозащитника Диму Макарова из Московской Хельсинкской группы, который занимается проблемой анонимности полицейских уже много лет, и мы вместе решили, что нужно делать кампанию. Наша талантливая подруга Галя Беседина помогла с дизайном.

Как видите, у нас довольно небольшая команда, и у каждого есть своя роль: кто-то пишет тексты, кто-то проверяет, чтобы все было юридически грамотно, кто-то отвечает за визуальную часть, кто-то продвигает инициативу. Иногда какие-то роли могут совмещаться, но обычно временно. Мы постоянно находимся в контакте друг с другом и стараемся получить добро остальных на более или менее важные изменения и публикации. Мы все волонтеры на этом проекте и все одинаково вовлечены в его реализацию. Со временем, если команда начнёт расти, мы допускаем, что придется заботиться отдельно о том, как лучше организовать рабочий процесс. Пока что это довольно малозатратная инициатива, поэтому никаких грантов мы ни от кого не получали. Если появится возможность где-то достать средств, то скорее всего мы потратим их на продвижение кампании, на то, чтобы больше людей о нас узнали и подписали петицию.

Вижу, что вас поддерживает Московский профсоюз полиции — что это за организация и почему они решили выступить за эту инициативу? Как вообще сами силовики относятся к этой идее?

Московский профсоюз полиции — это обычный профсоюз, который уже почти двадцать лет защищает права работников ОВД. С 2017 года в него также могут вступить сотрудники Росгвардии. Как говорил один из участников нашей команды Дима Макаров в интервью ОВД-Инфо, атмосфера безнаказанности не идёт на пользу самими полицейским. Намного лучше будет, если каждый полицейский и росгвардеец будет иметь чувство меры и ответственности, которое намного легче будет развить, если на их форме появятся крупные личные номера. Полицейские также смогут более уверенно возражать необоснованным и незаконным приказам начальства, потому что они будут чётко понимать, что в конце концов спрос будет с них самих. Номера на форме добавят выдержки, осмотрительности и ответственности, то есть тех качеств, которыми должен обладать любой страж порядка. Нам кажется, что многие думающие полицейские это прекрасно понимают. По крайней мере, это точно понимает председатель профсоюза Михаил Пашкин. И это совершенно нормально, потому что в нашей инициативе нет ни капли виджилантства, никакого самосуда. Мы не предлагаем выкладывать в интернет личные данные полицейских или выслеживать особо злостных нарушителей. Мы просто предлагаем продуманное решение конкретной проблемы — невыполнения запрета на анонимность полицейских.

Как вы собираетесь действовать? Планируется ли работа на самих митингах? В суде?

«Правопорядковый номер» — это не правозащитная организация, поэтому в суде мы скорее всего работать не будем. Наибольшие усилия мы намерены приложить к тому, чтобы собрать вокруг себя достаточное количество небезразличных людей. Это придаст вес нашим требованиям. Затем по вполне заурядным каналам мы планируем добиваться того, чтобы на формах полицейских появились номера. И если они появятся, то, собственно говоря, и на митингах нам нечего будет делать. Любой пострадавший сможет через суд установить личность избившего его сотрудника полиции или Росгвардии по многочисленным видео, сопровождающим каждый протест. Конечно, мы понимаем, что добиться своего нам будет не так просто, но мы готовы к долгой и трудной работе. Если процесс растянется, то возможно мы придумаем какой-то формат, подразумевающий участие в митингах, но пока таких идей нет.

Узнать больше о «Правопорядковом номере» — https://pravnomer.ru/

Подписать петицию — https://bit.ly/2Mdq76d

Добавить в закладки