Donate
Избранное

Неудобный текст: к различению стратегий в российском феминизме

userhasnoid30/01/23 17:594.9K🔥

Этот текст написан с целью публичного проявления разностей и различий в стратегиях антивоенного активизма и феминизмов из россии. Также он прямо ставит перед собой задачу размежевания с той версией феминизма, которую активно репрезентируют не-анонимные участни:цы ФАС.

Пока наше несогласие с политикой ФАС касалось преимущественно идеологии, организационных структур, некоторых позиций, озвучивать их казалось не так важно в контексте продолжающегося военного вторжения россии в Украину. Но кейс сестер Григорьевых показывает необходимость провести различия и выйти в публичное поле с текстом, объясняющим наши позиции — как небелых/ негетеросексуальных/ гендерно некомформных/ анархо- феминист:ок.

Отсутствие критики и “объединение” всех антивоенных и оппозиционных сил лишь на первый взгляд работает на “общее благо”. Мораторий на критику и расколы приводит лишь к тому, что у самых видимых появляется монополия на высказывание (и слишком часто — с позиции морального превосходства).

Мы выступаем за различение и различие. Благо, как мы знаем из деколониальной мысли, не бывает общим.

Мы считаем феминизм как политическое течение близким к анархистским идеям и практикам — его задачей нам видится постановка под вопрос властных структур и гегемонии, основанных как на гендерных аспектах, так и на патриархальном способе мышления. Построение карьеры в феминизме и активизме, постоянное самопродвижение и увеличивающийся разрыв в публичности с анонимными активист:ками — расходятся с базовыми ценностями коллективной работы, альтернативных способов строить отношения и акратической культурой феминизма.

Мы замечаем нехватку представленности не-белых, инва- феминисток в публичном поле и связываем эту диспропорцию с колониальной культурой и политикой россии. К сожалению, то же можно сказать о феминистской среде.

Внимание и публичность в современном мире — это одновременно ресурс и капитал, которыми можно делиться с теми, кто в силу набора идентичностей не имеет доступа к ним, и проявление логики либеральной машины успеха, которой нужны не-анонимные фигуры, героини и «главные» антивоенные движения. Отказ от авторства в пользу анонимных коллективов или справедливое отношение к медийности как ресурсу — то есть отказ от говорения в случае приглашения к выступлению или тексту в пользу менее репрезентированных участни:ц движения — могут быть способами конфронтации с этой логикой создания образа и карьеры.

Мы выбираем анонимные антиавторитарные небольшие коллективы, построенные на доверии и личном контакте. Мы не стремимся к видимости в крупных либеральных медиа: мы не считаем их союзниками. В случаях, когда взаимодействие с медиа неизбежно в антивоенной работе: например, для сбора средств или опубличивания политического преследования или массового распространения правозащитных инструкций, — мы не избегаем ответственности проблематизировать их логики из равных позиций.

Мы выступаем за реальную инклюзию и самоадвокацию, четкое и последовательное проговаривание методологий и позиций. А также за критику института «экспертности» (монополию на знание, авторитет, основанный на институциональных лейблах).

Мы выступаем за деколонизацию россии: колонизированные народы должны получить право на самоуправление, коренные народы — органы самоуправления и контроля над землями и возможности для восстановления и поддержания природной среды. Деколонизация также включает в себя полную деконструкцию всех тотальных институций.

Как анархист:ки, мы являемся противни:цами идеи национального государства как альтернативы империи. Реальной альтернативой является самоуправление и прямая, не-репрезентативная демократия. Понимая сложность осуществления этих идей на практике, мы выступаем за любые способы ограничения вертикализации власти: будь то выход из состава россии или федерализация страны и де-факто реализация принципов автономии субъектов рф, а также контроль над крупными компаниями и производствами со стороны локальных сообществ — и так далее.

Как негетеросексуальные, гендерно неконформные и инва- активистки, мы выступаем за множественность голосов и не-нормативность и не-догматичность, доступность феминизма — с практическим воплощением в виде разнообразных способов ведения коммуникации и форм участия в протесте и идеологическом становлении любого сообщества.

Как антивоенные активист:ки, мы выступаем за право украино:к на самозащиту, поставки Украине вооружения, полный санкционный бойкот рф во всех областях, кроме критической медицины и ассистивных вспомогательных средств, контроль над осуществлением санкций, партизанское и военное сопротивление внутри россии, практики саботажа и подрыва транспортной, цифровой и иной инфраструктуры, соучаствующей в военной агрессии.

Мы поддерживаем правозащитное движение в россии, в том числе тех, кто оказывает юридическую и иную помощь политзаключенным, протестующим против военной машины рф способами прямого насилия.

У народов есть право на самозащиту от колониального, военного, полицейского насилия.

Текст не станет началом медиа или публичной кампании, мы не будем создавать движение с громким названием и аватаром. Мы продолжим анонимную и коллективную работу. Нам не нужна брендированная репрезентация и либеральный феминизм, не близки методы организационных структур ФАС.

Мы видим критическое различие между логиками левых партий/структурами либеральной оппозиции и анархо-фем ассамблеями/аффинити-группами. Желание построения неразборчивого-масштабного “единства” плохо сочетаются с полифонией голосов внутри и инклюзией. Оппозиционные организации и движения (и либеральные, и левые) выстроены по иерархическому принципу с легитимными внутри них центральными аппаратами управления (ЦК), задающими повестку и стратегии действий с попустительства инертного большинства. Это задает динамики власти внутри института, маскируясь в данном случае под «неизбежно» неравномерный медийный капитал и одновременно подпитывая созданный разрыв между публичным ядром инициативной группы ФАС и региональными феминистками.

Называющее себя горизонтальным движением, тем не менее, ФАС было создано инициативной группой, которая позднее стала выполнять функцию представительства — говорения от лица множества низовых активисто:к, примкнувших к движению, а также других низовых инициатив, так или иначе сотрудничающих с ФАС. На наш взгляд, такая структура и репрезентативный принцип организации не являются ни горизонтальными, ни справедливыми.

Апроприируя труд заботы, длительного волонтерства и ежедневного активизма многих и многих участни_ц, ФАС, как показал кейс сестер Григорьевых (ссылки: 1, 2)*, не готово заявлять об ошибках, недостаточности компетенций и опыта в кибербезопасности, верификации партнёров, организации помощи политпреследуемым; как и приостановить процессы, где от этого могут пострадать более уязвимые люди, на время перестройки или изменений в работе. Кроме того, ФАС, будучи вертикальной авторитарной структурой, используют «горизонтальность» как способ ухода от ответственности в публичном поле.

Для тех, кому близки позиции текста: если вы хотите внести дополнения, уточнения или продолжить мысли текста — пожалуйста, пишите нам на почту userhasnoid@proton.me (используйте только защищенные почтовые сервисы: riseup, proton).

*Выражая поддержку сестрам Григорьевым, должны сказать, что в то же время не поддерживаем практики деанонимизации персон в потенциальной опасности, как это сделано в текстах по ссылкам.

** В текст внесены правки, касающиеся безопасности. Благодарим за критику и замечания от коллежан_ок.

Author

Youlia Efeykina
Alexander Cherepanov
Владимир Есионов
+3
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About