Доула и певица Домино Кёрк: «Ты рожаешь так, как ты живешь»

Yana Malysheva-Jones
09:06, 31 июля 2020
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Это мой перевод эссе доулы Домино Кёрк которое было опубликована 2 января 2020 года в издании NYT Parenting и затем вышло на сайте The New York Times 17 апреля 2020 года.

Домино Кёрк — старшая из трех сестер в известной в высших кругах Нью-Йорка семье, члены которой являются потомками английской аристократии. Певица в прошлом, Домино поменяла свою карьеру после неудачного опыта родов, и стала доулой. Она также открыла образовательный центр Carriage House Birth в Нью-Йорке.

Sarah Blesener for The New York Times

Sarah Blesener for The New York Times

В самом начале мне казалось, что моя акушерка родит моего ребенка за меня. Она была подарком от Бога в вопросах рождения детей. Она была настолько уверена в себе, и доверяла естественному процессу рождения, что я тут же, безоговорочно просто-напросто влюбилась в нее.

Это было моей старой привычкой. Дайте мне взрослую, уверенную в себе женщину, которая знает свое место в мире, и у которой больше опыта, и я моментально попадала под ее влияние. Сказать, что у меня есть “mommy issues” (психологические трудности в отношениях с мамой) — не сказать ничего. Моя мама — успешная деловая женщина. Она сексуальна, очень критична и может вселить в вас ужас. Я трусила рядом с ней до подросткового возраста, а потом эта трусость превратилась в леденящий кровь гнев по отношению к ней. Примерно в это же время мне диагностировали маниакальную депрессию. Я была первой дочерью, первым “блином”. Мне было трудно понять, кто я вообще такая, без ее оценивания меня с головы до ног на предмет соответствия ее стандартам.

В 25 я забеременела и мне постоянно требовалось одобрение окружающих во всем, что бы я ни делала, и какие бы решения ни принимала. Я не доверяла своей внутренней интуиции от слова совсем. Беременность стала для меня невидимым плащом, в котором я пряталась от внешнего мира, фантазируя, какой станет наша жизнь, и мы с моим ребенком, когда он родится. В беременность я чувствовала себя безопасно, это состояние стало для меня своего рода контейнером, который я создала для нас двоих с малышом и для нашей будущей жизни вместе.

Я познакомилась со своей акушеркой на поздних сроках беременности. До этого я ушла от женщины, с которой планировала рожать изначально, так как она советовала мне не рожать дома, мотивируя решение моими запутанными отношениями с отцом ребенка, а также принимая во внимание опыт сексуального насилия в моем прошлом. Ей казалось, что я не справлюсь с интенсивностью и эмоциональностью родов. Как посмела она так думать!

И тут, во всей этой сумятице, я нашла настоящего “ковбоя”. Я была в восторге от ее эгоистичной самоуверенности и бесконечных историй о собственном величии, — точно так же, как я была в восторге от своей мамы. То, что я проживала, называется “переносом” — когда чувства и динамика отношений из детства переносятся на авторитарные фигуры во взрослой жизни, например, на медицинский персонал, как в моем случае. В нашем профессиональном мире деторождения существует поговорка: “Мы рожаем так, как мы проживаем наши жизни”. Сейчас, после того, как я сама стала доулой, я вижу подтверждение этим словам постоянно, но тогда я была совсем не в состоянии понять и осознать это.

Я совсем не хотела, чтобы моя мама или другие члены семьи находились вместе со мной в родовой палате во время родов. Знала бы я, что она (мама) будет там в любом случае; моя акушерка запустила во мне все те же психологические процессы и реакции, которые были основой моих отношений с мамой. Там, в темноте моей уютной однокомнатной квартиры, в середине января, я рожала, как маленькая девочка, и никто не напомнил мне, сколько мне было лет на самом деле, и что я вообще там делала. И несмотря на то, что моя фактическая мать находилась на другом конце города в своей квартире, ее «щупальца» дотянулись до всех нас в этой комнате.

Через 24 часа родового процесса, я почувствовала, что моя акушерка разочаровалась во мне. Я была ее последним клиентом перед отпуском, и мне никак не удавалось родить побыстрее, чтобы она смогла поехать отдыхать. Напряжение между нами было тяжелым и липким, и ощущалось всеми, особенно, молодой милой доулой, которая так же, как и я, страдала от давления и авторитарности акушерки. Доулы сопровождают семьи в родах, чтобы поддержать их психологически, в то время, как акушерки оказывают медицинское сопровождение и помощь. Однако, моя доула, как и я, сломалась под гнетом этой женщины, и фактически, никак не помогала мне в процессе.

После того, как я провела дома трое суток в попытках родить, у меня начался сильный жар, и меня срочно отвезли в больницу. Врачи установили внутриматочную инфекцию, и в итоге мой сын появился на свет в результате экстренного кесарева сечения.

Sarah Blesener for The New York Times

Sarah Blesener for The New York Times

Этот опыт вдохновил меня стать доулой. Я знала, что я могла получить в родах гораздо больше эмоциональной поддержки. Во время родов мой партнер находился в ужасе от происходящего и был сильно измотан, также, как и доула, которая ничего не могла поделать. На самом деле, то, что мне надо было, — это чье-то заботливое присутствие, которое бы помогло мне противостоять всей той застарелой энергии, которой были пропитаны мои отношения с людьми, которые должны были окружать меня любовью и заботой в детстве.

То, что я стала доулой, помогло мне исцелиться, и стать тем самым заботливым присутствием в родах для других женщин. В настоящее время я обучаю доул, и одна из главных вещей, которой мы их учим, — это не приходить на роды со своим психологическим багажом. Рождение ребенка — один из самых главных процессов в жизни женщины и ее семьи, и доула должна понимать, что это не ее процесс, она находится там только в помогающей роли. Мы должны быть рядом с женщинами для того, чтобы видеть и слышать их, и помогать им в их конкретной ситуации — будь то страх перед медицинским запуском родов в больнице, или спокойная атмосфера домашних родов. Эти отношения — как улица с двусторонним движением: когда мы знакомимся с женщинами в первый раз, важно обращать свое и их внимание на то, как они чувствуют себя рядом с нами.

Мы призываем наших клиенток одинаково относиться к их докторам и доулам, и задавать и тем, и другим, очень много вопросов: относятся ли они к родам с точки зрения доказательной медицины? Различают ли беременности с высокими и низкими рисками? Если да, то в чем видят разницу? Возьмутся ли они вести беременность и роды этой женщины, если у нее высокие риски? Если да, то чего она может ожидать? Сколько беременностей под наблюдением данного врача или акушерки заканчиваются кесаревым сечением?

Когда они задают эти вопросы, мы просим их обращать внимание на то, как врачи и акушерки отвечают им, — смотрят ли в глаза? Каким тоном говорят — назидательным или даже строгим? Мы хотим, чтобы они отслеживали не только реакции их собеседников, но и свои собственные, — расстроены ли они реакцией врачей? Если нет, то почему? И так далее.

У меня была клиентка, которая каждый раз жаловалась на своего доктора, когда мы виделись с ней. Он торопил ее, давал уклончивые ответы о процедурах и протоколах, и говорил с ней, как с ребенком. Когда я поняла ей осознать свое отношение к происходящему, она сказала: “Но как мне просить о том, чего я даже не знаю?”.

И она была абсолютно права. Непросто связывать вещи, которые происходят с тобой сейчас, с тем, что происходило с тобой в прошлом. И очень сложно осознавать и просить к себе такого отношения, которое ты не получила в самые уязвимые, критически важные годы своей жизни. Акушерка или доула, которые не будут нажимать на ваши болевые точки, на самом деле способны кардинально поменять ваш опыт родов, будь это кесарево сечение или вагинальные роды.

Если даже по финансовым или любым другим причинам, у вас нет выбора, где и с кем рожать, есть доулы, которые работают на волонтерской основе (мое примечание — есть ли в России?) — поэтому, приложив небольшое усилие, вы можете найти человека, который позаботится о вас и поможет вам постоять за себя и свои решения.

Большинство времени мы не знаем, чего мы заслуживаем, но одно я могу сказать точно, — вы заслуживаете большего. Будьте громче, будьте больше и выбирайте себе команду для поддержки в родах из всеобъемлющего чувства любви к себе. Возможно, это будет первое подобное решение в вашей жизни, но я обещаю вам, что оно точно не будет последним. Вы можете бросить вызов своему прошлому и переписать правила игры.


Домино в Инстаграм @domino-kirke

Образовательный центр для доул Carriage House Birth @carriagehousebirth

Вы можете поддержать мой проект Мамадец! лайком в Инстаграме @mamadets и монеткой на Patreon patreon.com/mamadets

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File