Кадзуя Нагая: «Я хочу создавать свои оттенки тишины»

Yegor Lapshov
21:21, 04 июля 20191024
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Кадзуя Нагая — хэдлайнер концерта открытия фестиваля Gamma. За неделю до первого выступления в России мы расспросили его о том, что же на самом деле скрывается за его чарующим перформансом.

Используя музыкальные инструменты для буддийских ритуалов и объединяя их звук с собственным эмбиентом, артист ставит особый акцент на возникающих в результате такого взаимодействия контрастах: органическом, электронном звучании и на тишине. Буддийские ритуальные чаши звучат несколькими гармоническими обертонами, каждый инструмент — на собственной волне, создавая особую медитативную атмосферу. Музыка Кадзуи — сплав традиционной японской культуры, философии дзен-буддизма и новых технологий. Музыкант также преподает звуковой дизайн в одном из университетов Токио и представляет свои музыкальные произведения на фестивалях по всему миру.

Расскажите, как началась ваша карьера?

В молодости я играл альтернативный рок на электрогитаре в местной группе. Но потом я бросил, потому что мне всегда казалось, что я занят не тем. Рок появился и развился в западном обществе и потом уже распространился на весь мир. Мне нравилась вся это музыка, но внутри меня всегда что-то беспокоилось: «Нет, не такую музыку я хочу играть, потому что через нее я не могу передать все, что в моей плоти и крови. Я хочу создавать нечто иное, что исходит из глубин моей сущности». Так я начал писать эмбиент. Эмбиент мне подходит лучше всего, потому что в нем не нужно придерживаться правил, как в джазе, классике и других подобных жанрах. Так я начал искать свое звучание, которое бы исходило из меня, а не было бы заимствовано у западной культуры. Я исследовал свою сущность и воспоминания о звуках, которые слышал с детства. Восстановил в памяти звук буддийской чаши, которая стояла на буддийском алтаре в доме моей бабушки. Я начал использовать чаши в своей эмбиент-музыке. Это была очень личная музыка, и я никогда не думал, что опубликую ее и люди будут слушать это. Я ведь, как правило, писал музыку на основе очень личных воспоминаний. В Токио была небольшая галерея, владелец которой захотел выпустить мой альбом. Не скажу, что охотно, но все же я согласился. Так в мир вошел мой первый альбом «Utsuho» (1999 год — ред.), который спустя годы переиздал Ричи Хоутин на своем лейбле Minus. Так и началась моя музыкальная карьера. С тех пор я писал саундтреки к фильмам, тв-шоу, танцам и прочему, ну и, конечно, никогда не забывал про собственную музыку и выступления.


То есть, можно сказать, что прежде всего вы музыкант?

Да, я музыкальный композитор и исполнитель. Написал несколько книг, преподаю в университете и еще проектирую сады, но это совсем другая история.

Чего в ваших выступлениях больше: технологий, музыки, философии или визуального искусства?

Музыки, конечно. На фестивале Gamma я буду работать с художником Али М. Демирелем, который создаст все визуальное сопровождение к моей музыке. Он мой очень хороший талантливый друг. Мы сотрудничали в прошлом году на японском MUTEK. Он тоже работает с Ричи Хоутином. На Gamma его визуальное представление будет потрясающим, это я гарантирую.

Поговорим о дзен буддизме. Как вы объединяете его с искусством?

Дзен буддизм был тесно связан с искусством в Японии с XII по XVI век под патронатом нескольких правительств. Религия почти полностью отвергает поклонение кумирам, поэтому некоторые монахи тех эпох помимо статуй Будды создали иные способы, чтобы выразить философию дзен-буддизма. Например, буддийские сады, индийские картины чернилами, цветочные композиции и чайные церемонии. Все эти виды искусства минималистичны и просты одновременно. Им не нужны декорации и восхваления, чтобы передать философию.

Например, сады, в которых всего пара камней на песках, вокруг которых начерчены песчаные линии — и это все. Больше ничего. Фокусироваться нужно не на камнях, а на пустотах вокруг них. Камень сам по себе не имеет смысла. Они установлены для того, чтобы передать чувство пустоты. Просто представьте, если бы не было камней, как бы вы смогли ощутить пустоту? Другими словами, если весь мир — это белый, то как вы сможете ощутить белый, если больше нет никаких других цветов? С другой стороны, если вы видите мельчайшее пятно не белого цвета, — вы понимаете, что весь мир в белом. Пустота — ключевая идея буддизма. Так же и со звуком. Звук может быть камнем в саду. Песок — тишина. Если вы хотите создать тишину, прежде вам нужно создать звук. Лично я убежден, что некоторые оттенки тишины прекрасны. Я хочу создавать свои оттенки тишины. Тишина — самая важная сущность музыки. Мне хочется найти лучший баланс звука и тишины — именно об этом моя музыка.

Расскажите о совместной работе с буддийскими монахами.

Я работал с ними в Монголии. Мы вместе гастролировали по Монголии и Японии. Они тибетские буддисты, и у них очень мощные монотонные напевы и тональные голоса. Я играл на акустических цимбалах и буддийских чашах. Мы отправились в крошечный храм в пустыне Гоби и в огромный монастырь на плато Каракорум. На выступлении в маленьком храме в пустыне Гоби нас слушали простые кочевники. Они шли к нам отовсюду, со всех сторон из–за горизонта. Я видел, как они вырисовывались из пыли. Все они были в толстых покрывалах и молились на протяжение всего нашего выступления. Все это было крайне прекрасно и трогательно.


В чем философия японского искусства?

Дзен-буддизм развился в средневековье в Японии, и буддисты тех сект создали несколько форм искусства, о которых я упоминал выше. Думаю, это единственная философия, которая заключена в нашем японском искусстве. Люди думают, что буддизм — одна из религий, но я считаю, что это скорее философия. В истории движения есть поразительные философы: Nagarujuna (Нагарджуна, выдающийся индийский мыслитель, развил идею о «пустотности» дхарм; основатель буддийской школы мадхъямаки и ведущая фигура в буддизме махаяны — ред.) и Vasubandhu (Васубандху, энциклопедист, один из самых значительных мыслителей, вместе со старшим братом Асангой основал школу Йогачара — ред.) из Индии. Учение Нагарджуны называется Мадхьяма — учение о пустоте. Васубандху славен тем, что переосмыслил идею Йогачара (одна из двух основных философских систем буддизма махаяны, сформировалась в IV—V веках — ред.). Юкио Мисима (японский писатель и драматург второй волны послевоенной японской литературы, продолжатель традиций японского эстетизма — ред.) написал выдающуюся новеллу «The Sea of Fertility» («Море изобилия» — ред.), она основана на этих идеях.

Более того, сам Будда не религиозен, если полагаться на прочитанные мной древние буддийские письмена. Он йогин (в широком смысле означает все духовные психо-физические практики в индуизме и буддизме, нацеленные на управление психическими и физиологическими функциями организма ради самосовершенствования и достижения гармонии — ред.) и филантроп. Как филантроп он учил людей отбрасывать скорбь и печаль жизни. Он учил проституток без упоминания бога или чего бы то ни было из высших сил. Он объясняет, что у пустоты жизни и скорби нет сущности, а значит они не вечны. Это лишь Майя — иллюзия (в индийской религиозно-философской традиции особая сила (шакти), или энергия, которая одновременно скрывает истинную природу мира и обеспечивает многообразие его проявлений — ред.). Как йогин он выходит за грань реальности, чтобы обрести просветление. На японском это называется Сатори или Кеншо.

К этому же стремится и дзен-буддизм. Действительность выстроена восприятием. Восприятие выстроено отрывочностью языка, речи. Это значит, что без языка реальности не существует. Но тем не менее все мы живем и в мире без языка, — когда мы еще только дети. Мы не помним, — как это быть без языка, а покидаем мы этот мир, когда научаемся говорить. Просветление — это приобретенный опыт заново познать мир. Вот что сделал Будда. Это же делает дзен-буддизм. Важно понимать, что это не религиозность. Для йоги не существует бога или чего-то подобного. Французский психоаналитик Жак Лакан утвердил свою теорию о связи языка и действительности — он использовал концепты «Le symbolique», «L’imaginaire» и «Le réel» (термины психоаналитической теории Лакана — ред.). На тематических исследованиях шизофрении он обнаружил, что у шизофреников есть серьезные расстройства речи. Шизофреник не понимает символизм, так что символизм превращается в заблуждение — причину расстройства. Подобным образом работает дзен или йога — это способы симулировать состоянии шизофрении, потому что нужно избавиться от языка, чтобы постичь просвещение. Естественно, затем нужно суметь вернуться назад в действительность, иначе человек потеряется. В любом случае, Будда познал концепцию пустоты во время своего путешествия за пределы действительности, и эта концепция стала основополагающей для буддизма. Особенно в секте махаяны, в которой находится секта дзен.

Как вы объединились с Ричи Хоутином и над чем работали вместе с ним?

Однажды в Токио примерно 10 лет назад Ричи зашел в магазин, в котором играла моя музыка. Он спросил у сотрудника, кто написал её, и тот назвал ему мое имя. Так все и началось. С тех пор мы стали близкими друзьями и он щедро предоставил мне несколько возможностей для выступлений на Ибице и в Токио. Еще я делал ремикс для его проекта Plastikman.


Ричи — один из величайших техно диджеев. Какая часть вашей работы была самой сложной?

Он предложил мне переиздать мой альбом «Utsuho» на Minus в 2011 году, когда случилось землетрясение в Фукусиме. До сих пор помню, как это меня шокировало — огромные цунами атаковали города на севере Японии. Я помню, как Ричи проявил сострадание к людям Японии, будто бы он тоже пострадал от катастрофы. Да, он выдающийся артист, но он еще внимательная и отзывчивая личность. Позже я играл на его свадебной церемонии в горах Японии. Это была большая честь, и я и сам получил большое удовольствие. Без сомнения, он один из ключевых людей в моей жизни. Если бы я его не встретил, моя жизнь была абсолютно другой. Жизнь — как нить. Мы переживаем одно от того, что пережили в прошлом другое. Все едино, так что если бы Ричи не спросил сотрудника магазина — маленькая деталь тогда в прошлом — вероятно я бы не смог выступить на Гамме.

Как долго занимает подготовка к выступлению? Расскажите об этом процессе.

Трудно сказать. Полноценная подготовка к Гамме длится уже дольше 3 месяцев. Но все мои работы связаны, даже те, что я написал давно, я тоже использовал в подготовке. Когда вы сочиняете, вы делаете это подсознанием и сознанием. Одна ваша работа может отражать весь вашу сущность. В этом весь продакшн. Относительно второй части подготовки: мне просто нужно немного настроить процессоры эффектов в Ableton Live, так как я записываю звучание чаш микрофонами. После этого я накладываю эффекты.

Как часто вы выступаете и чем выступления отличаются? Они все уникальны или каждый раз вы работает по отработанному сценарию?

Выступаю я довольно часто, каждое выступление уникально и зависит от того, с кем я выступаю, какие инструменты использую и тому подобное. Я сотрудничаю с разными артистами. Например, Ирис ван Херпен (голландская модельер — ред.), Али М. Демирель, буддийские монахи и гавайские шаманы. Иногда я использую только компьютер, иногда — компьютер и акустические инструменты, а иногда только инструменты.


Я слышал, вы профессор в Токийском университете. Чем занимаетесь?

Я не профессор, а просто лектор. И читаю я не в Токийском университете, а в одном из университетов Токио. Я преподаю звуковой ландшафт, композицию и семиотику. В молодости я долго изучал информатику, так что могу преподавать её. А еще я живу в горах далеко от Токио, так что каждую неделю мне приходится добираться до города 2 часа в одну сторону. Не знаю, сколько еще я смогу этим заниматься, но это прекрасная работа и я люблю своих студентов.

Почему используете именно 150 чаш?

Никакой особой причины нет. Раньше я работал с 1000 чаш, иногда использовал 208 или 444 чаши. Все зависит от случая. На Gamma буду использовать 208 чаш.

Почему вы решили выступить в России?

В прошлом году я выступал в Японии на MUTEK и встретил там куратора Gamma. Она прекрасный человек и предложила мне выступить на фестивале. Я сразу же согласился, потому что Россия для меня одна из самых восхитительных стран. Я в восторге от русского кинематографа и литературы, русский язык звучит очень красиво. Не знаю почему, но от России веет чем-то ностальгическим. Это навевает мне что-то далекое и забытое, то, что я даже не могу вспомнить. Я никогда не был в России, и у меня нет никаких воспоминаний о ней, но тем не менее чем-то эта страна меня трогает.

Насколько мне известно, в Японии мощная электронная сцена. В чем ее уникальность?

Не только электронная музыка, но еще и изобретательство в Японии высокого качества. Люди довольно открытые, устремленные к новым идеям и новому из других культур. И они жаждут изобретать. Это видно на примере нашей кухни, традиционных ремесел, бытовой электроники и подобных вещей. В Токио повсюду хорошие рестораны. Шеф повара в них действительно невероятные. То же и с артистами. В каком-то смысле это противоречит японскому обществу, оно ведь очень консервативно. Но как-то только люди начинают создавать что-то, они делают это по-настоящему хорошо и качественно.

Что вам известно о Gamma и чего ждете от фестиваля?

Гамма — один из лучших фестивалей мира, это несомненно. Я жду не дождусь послушать и посмотреть выступления других приглашенных артистов и представить свое первое купольное выступление. Еще очень хочу посмотреть Петербург, потому что слышал, что это невероятно красивый город, и к тому же это мой первый визит в Россию. И, конечно, всегда замечательно заводить дружеские отношения с новыми людьми, и не только с артистами. Всегда люблю слушать истории людей: иногда это грустные истории, а иногда смешные, но все это обогащает моё творчество.

Кадзуя Нагая выступит на концерте-открытии Gamma 11 июля.

Билеты на это выступление и основную программу фестиваля можно здесь.

Подпишитесь на нашу страницу в VK, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе событий, которые мы проводим.
Добавить в закладки