Написать текст
Кино и видео

Кинология Канского фестиваля

Anna Askaryan 🔥
+8

Одеваться на Канский фестиваль надо было как на уборку картошки: в самое затрапезное, что не жалко испачкать. Меня подняли на смех за «парадный вид»: джинсы и простую блузку.

Оказалось, это не вписывается в стиль «агрогламур». Комбинезоны, дырявые штаны и растянутые майки — вот в чём щеголяли актеры и режиссеры на красных, зеленых и голубых дорожках Festival de Cans, который проходил 20-23 мая в Испании.

Весной в деревню Канс на северо-западе Испании приезжают авторы и поклонники короткого метра. Здесь, в Галисии, недалеко от границы с Португалией, говорят на своем языке и снимают нестандартные фильмы.

Здесь в двенадцатый раз проходит Festival de Cans, альтернативный фестиваль короткометражного кино. В нем участвуют только региональные съемочные группы. В этом году на конкурс прислали около шестисот работ. Из них в шорт-лист вошли девятнадцать.

Учредитель фестиваля Альфонсо Пато рассказывает, что идея родилась из затасканной шутки. Каждый год, когда по телевидению транслировали открытие фестиваля в Каннах, местные жители посмеивались над созвучием.

Деревню назвали Канс из–за каналов, но кому это теперь интересно. В галисийском языке слово cans значит «собаки». Поэтому символом события стал пес. Желтый пес непонятной породы, что-то вроде таксы. Ему установили каменный памятник на въезде в деревню. Из окон домов торчат картонные и деревянные собачьи силуэты. Кто-то не снимает их круглый год.

В деревне живут четыреста человек. На фестиваль приехали больше десяти тысяч. Приходской священник неделю отдыхает: ни службы, ни венчаний. Только кино.
Известный испанский режиссер Хосе Луис Куэрда — пассажир мотоблока.

Известный испанский режиссер Хосе Луис Куэрда — пассажир мотоблока.

Три дня начиная со среды — это кинопоказы, мастер-классы режиссеров, живая музыка от инди-рока до традиционной игры на волынках. Еду готовят соседи. Выносят из дома пироги с тунцом и треской, блинчики, гренки, и продают за смешные деньги. Кофейный ликер нальют даром, если подмигнешь. Кульминация фестиваля — суббота, заключительный день, когда зрители смотрят и оценивают конкурсные короткометражки.

Тот, кто потерялся, может обратиться к местным проводникам — детям, одетым в специальные жилеты с символикой фестиваля. Например, известно, что самые крутые мастер-классы проходят в огороде бабушки Алисии, деревенской звезды. Чтобы добраться до её грядок, нужно хорошо ориентироваться на местности.

У меня тоже есть троица местных проводников, но они не дети. Имена реальные: Фуко, Хиль и Оскар. Все трое живут в соседней деревне Порриньо, работают на заводе рыбных консервов, а в свободное время играют в театре. «Знаешь», — говорит Фуко в два часа дня, — «сейчас самое время для вермута, только надо поменять деньги». Мы идем в ближайшую лавочку и меняем евро на «каны», вымышленную валюту.

Под навесом кан-тины, где продают вермут, гости прячутся от солнца и чокаются пластиковыми стаканчиками. В какой-то момент все начинают хлопать, появляются журналисты с камерами. Подвыпившая толпа расступается. Выясняется, что у нас под ногами — аллея звезд с именами людей, посетивших Канс. Их много, большинство известны в пределах Испании.

Здесь отметились режиссер Исабель Койшет (Тайная жизнь слов, Париж, я люблю тебя, Моя жизнь без меня), актер Луис Тосар (Полиция Майами. Отдел нравов, Камера 211, Понедельники на солнце), режиссер Чаро Пинейро, первопроходец кино на галисийском языке (Sempre Xonxa).

Вместо отпечатков ладоней знаменитости просовывают пальцы в специальную форму и оставляют в гипсе следы вроде собачьих лап. На аллее устанавливают новую табличку в честь почетного гостя этого фестиваля, режиссера Хосе Луиса Куэрды (Язык бабочек, Слепые подсолнухи).

Кино начинается в четыре. Пока что — вермут и джаз. На сцене прыгает певица с короткой пацанской стрижкой, её зовут Сес, и она поет про борьбу с гендерным неравенством. Хиль шепчет, что скоро придет группа «Дважды три», рэперы, отсидевшие в тюрьме за поддержку галисийских сепаратистов.

Мимо с грохотом проезжает красный мотоблок с прицепом. Это одно из десятка фестивальных такси. Называется чимпин, или чимпибус. За рулем — парень лет пятнадцати. Фуко, Хиль и Оскар кричат: «Прыгай!». Я забираюсь в кузов. Красная развалина везет нас в кинотеатр.

Будем называть вещи своими именами. Это большой гараж, посреди которого стоят лавки для зрителей. Вход в гараж украшает зеленая ковровая дорожка, на которой все фотографируются. Перед показом один из устроителей, фыркая под нос “Carallo!” (черт! — гал.) ставит перед экраном стремянку и забирается наверх, чтобы смахнуть с потолка паутину. Вот теперь начинается кино.

Так выглядит бесплатное такси Канского фестиваля.

Так выглядит бесплатное такси Канского фестиваля.

Фильмы крутят в четырех залах. По четыре-пять фильмов в каждом зале. Во время перерыва зрители ставят режиссерам отметки от единицы до пятерки. Параллельно работы оценивает профессиональное жюри. Отдельная номинация — приз соседей.

В этот раз бабушки и дедушки деревни Канс отдали предпочтение ленте «Дисней» (Disney, режиссер Хорхе Сааведра) — ироничной истории про пару, в которой и он, и она ищут страстей на стороне, а в итоге заново находят друг друга.

Критики выделили другой фильм, «Куррикан» (Curricán, режиссер Альваро Гаго), — классический сюжет про блудного сына. Мальчишка из семьи рыбаков обиделся на дедушку, улизнул с лодки, нарезал пару кругов по городским улицам, где его приняли за беспризорника, а под конец вернулся домой.

Приз за лучшую режиссуру получил Карлос Мартинес, автор короткометражки «Ночная» (Nocturna) — комедии про предприимчивую трактирщицу, которая оставляет в дураках ночного гостя. Публика выбрала другую комедию, «Долг» (Deber, режиссер Анхель Мансано), про гипнотический сеанс, его разоблачение и неожиданные события, которые за этим последовали.

Кадр из фильма Nocturna.

Кадр из фильма Nocturna.

Габаритная актриса, сыгравшая главную роль, икая, повторяла диалоги за барной стойкой. Там же приятель Фуко и Хиля, бородатый Джованни, безуспешно клеился к моей подруге. «Слушай», — спрашивала она потом у Фуко, — «а он каждой незнакомке предлагает секс?» — «Нуу… Джованни — человек слова и дела. Для него не существует полутонов», — философски отвечал Фуко.

Фестиваль закончился под утро, превратившись сначала в пирушку, а потом в средневековый карнавал. В сумерках бродили собаки; упитанный мужичок в женском купальнике кутался в полотенце; другой надевал шапку с рогами, которую не удалось продать. Мы долго искали Хиля по окрестным барам, но так и не нашли.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
+8

Автор

Anna Askaryan
Anna Askaryan
Подписаться