Деньки Лесного Братства
"К доске!!"(22 ноября)
Я чертовски предан этому смыслу моей вселенной
Но эта жрет меня, сука, без хлеба
Слава КПСС. Осадки.
Сегодня мы похоронили Анатолия Елдашева....
Роман впервые на протяжении нескольких минут не показывал свои щелистые зубы.
Вилен, как всегда, стоял с каменным лицом, но на этот раз в нём чувствовалась горечь — горечь утраты.
Трофим уже не был похож на улыбашку, и глаза заинтересованно не светились;
Данилу было похуй;
Даниил усмехался. И ведь не просто так.
Жёлтый цветочек — стал гибелью Елдашева. Маленький цветочек, маленький аттракциончик для веселья. Необычная карусель — явление, что опровергает Ньютона и всю современную физику, не утолила бы она и любопытства Хокинга. Цветочек был бесконечным двигателем, нарушавшим любые осмысления нашей природы. Именно таким его видело Лесное братство. Гейзер божества, что расположился на площадке для детей — выплёскивал безумие бытия, что губит людей, покоривших природу. Губит и Анатолия, покорившего множество препятствий Лесного братства.
Он пережил попытку Романа убить его. И по маминому приказу босиком с центра до своего элитного домишки добирался. Девять лет в одном ряду с друзьями отсидел, на переменах выживал и курил. Толик — без знаний картографии мог чудом выбраться из того леса у карьера и найти Чижик, где мог купить желанной колы; пережил он и смертельный лагерь Еланчик — полный ловушек и надзора, безумия и алкоголя. Столкновение с цветочком было ошибкой, решившей его судьбу. Живучий Толик забывал про ответственность — второй раз он уже натыкался на цветочек.
Семнадцатое октября прошлого года; в день рождения Трофима, братством, гуляющим инфантильно по центру Города, был найден этот потусторонний объект. Первый, кто оказался на цветочке — был Роман. Со своей безбашенностью начал он крутиться, а остановиться не мог. Смех вперемешку с шоком охватил его.
"Ааа, ахахах! Что это блять? Как остановиться?!" — феминно завыл Рома.
"Ахаха, ебать ты дебил!" — звонко и радостно выдавал Вилен, достав камеру и начав снимать возникшую воронку.
Но со временем Роман начал овладевать цветком. Улыбка Чеширского кота, опыт из интернета и закалка лысого, бородатого отца дали свои плоды: вытянув своё тело и найдя баланс, он с трудом остановился.
Дальше каждый член братства испытывал эту нечисть на себе — визги и смешки каждый раз постепенно прекращались, как только друзья друг за другом усмиряли чудище, казалось, когда сильно раскрутишься, оно начинало издавать звуки, но друзья отшучивались тем, что это пердёж Романа. Последним сел Анатолий.
"Ну это не сложно. Я уже разобрался после вас; щас покажу", — сказал Толик и чуть простонав, уселся на место.
Закрутился, завертелся темно-русый и грязноволосый. Набирал обороты и не осмыслял их.
"Эээ, дохуя быстро!" — туго и загружённо сказанул Толя.
Началась попытка разобраться. Повороты туловищем только ускоряли движение. Ногой просто так было тяжело дотянуться. В результате очередной попытки Толика достать асфальт ногами, в которой он ещё и корпусом вперёд приложился — возник язвительный, но молниеносный звук порвавшихся штанов. Хохот всех друзей прозвенел над смущенным и ещё более ахуевшим Анатолием. Он негодовал.
Для остановки разрушения нужно было совладеть с самим собой, расслабиться и признать уже этот процесс. Не нужно было искать решения задачи, смотреть на дано. Инструкция по сборке "Lego" здесь была не нужна. Давно пора понять — усилия тщетны. И лишь признав, можно было бы что-то сделать; признав это можно было бы и ничего не делать.
Мы не из таких, которые готовы уходить и гибнуть. Или бегаться и прятать себя. Вставив нитку в иголку, зашьем штаны; пойдём поедим, а остальной свет не так важен.
Для выхода нужно было придумать свою форму, додумать смысл.
Вилен пытался полностью расслабиться, не идеально это получалось, но получалось. Его умеренная чилловость, уменьшающая раскаченность; умеренная концентрация, дающая управляемость и выработанное обаяние, которое подействовало на вертелку; спасли Вильку, как мартышка с зонтом он вылетел с цветочка.
Трофим своим спокойствием, чуть флегматичным настроем, но, даже в такие моменты, не спадающей оптимистичной полуулыбкой, смог шёлковым касанием обуздать игрушку для детей.
Данил тогда просто не пришёл, ему — похуй.
Роман, тот, кто из первых, питал самый большой энтузиазм к этому бреду. Он не видел в этом глупости, пороков, он был частью. С не уходящим смешком он восполнял созерцательную композицию.
А вот Толя.... Толя!.. Толя...
Анатолий получил много важных уроков в жизни. Видел многих людей, и с многими общался, был активным и худым, сначала по правилам улицы жил, потом разочаровался в них, но не в ней. Разговорчивый был, ну и послушать для себя мог. Не самый умный, но смекалка имелась. Игроманией болел и зависел от курения. Но признавал свои пороки.
В этот раз ему чего-то не хватило....
Все эти попытки действовать по алгоритму других, как в математике, которую он хорошо понимал, все другие аллюзии не помогали ему. Он конкретно влип.
"Да кааак?" — хрипло сказал Толик, в позе цапли — двумя ногами вверх, а туловищем упор в цветочек — это больше походило на неё, чем в йоге.
Друзьям уже стало наскучивать. Толя крутился дольше всех.
"Может, тебе помочь, мхих?" — прозвенел Рома.
"Да сейчас, я сам!" — резко и немедля в окно, ответил Толик.
В этот момент Анатолий использовал все свои силы: лицо заморщинилось, сжалось в губку Боба: "АААААааААаААААаАаААА!" — последний выкрик Толли, перед трагедией.
Толик так сильно приложился, что его начало затягивать, а, как кажется, из-за инерции расслабиться уже было почти никак. Ноги и тело начали вместе сгибаться. Талия уже могла превратиться из мнимой в реальную линию; Толя знатно прохрустелся в спине. И спустя несколько секунд этого созданного пресса уже можно было предполагать: "ебанёт или не ебанёт".
"Да давай, мы тебя уже вытащим", — звонил Вилен.
"Даненада", — отмахнул Толя, как учитель от себя эти слова.
Но мысли учеников — вынудили друзей помочь Толе, невзирая на его слова. Трофим подошёл и аккуратно подтолкнул Толика против направления движения, чтобы того отпустило — это помогло!
Толя всё-таки попытался, несмотря на спазм икр и бёдер, достать ногой до асфальта. Понимая, что рядом друг, он уверенно начал разжимать ноги, шевелить одной ногой получалось даже лучше, и он, изгибая пальцами ног, смог найти опору. Резко вывалился из игрушки, падая телом на асфальт, но спас себя локтями.
"Уф, ладно спасибо, Трофим, был не прав", — с утешением и одышкой сказал Толя.
"Да ничего", — ответил Трофим.
Дальше, конечно, этот день становился более незабываемым. День рождения Трофима — всегда особый день для всех из братства.
Первый случай был таким.
Второй и последний произошел спустя ровно год и два дня, сразу после отдыха в Еланчике. Всё то же место — боулинг в Николанд, всё те же улицы центрального района. Но на этот раз Анатолий убил традицию. В то время, когда все уже стояли на остановке — Толя спал. Друзья его не ждали и поехали сами.
"О, тут же тот цветочек смерти, помнишь, Трофим?" — резко подняв тон, воскликнул Роман.
"А, да помню, ахаха!" — ответил развеселившийся Трофим.
"Аааа тот самый цветочек, пошли, Даниил, покажем тебе", — озорливо продолжал Вилен.
"В смысле? какой блин тсветочек?" — блинкал шепеляво Даниил.
"Сейчас придём!" — ответил Рома.
Вновь они увидели цветочек, что на первый взгляд раздавал солнышки, но друзья уже знали его — старого, маленького. Всё так же он прятался на детской площадке в гамме осенних листьев всех цветов. Сегодня Роман надел черный шарф, завтра Анатолия похоронят — всё шло символично.
Даниил подошёл к цветочку после быстрого осмотра, уселся на него.
Раскрутил вертелку, оторвался от почвы — и началось.
Его приятели уже испытывали цветочек — Даниил впервые.
Смешки вновь возникли, они видели его волнение, напряжённость — и веселились. Даниил смотрел и понимал, что они уже это проходили: Рома, Вилен, Трофим, Толя — каждый испытывался.
"Помню, как чуть не обосрался, мхе", — обронил крикливо Рома.
Он продолжал крутиться, наступал на те же грабли, что Рома, Толя и другие, но не боялся этого, понимал изменчивость ситуации.
"Чёт ты совсем не понимаешь, как она работает", — удивлял Вилен.
Даниил сделал ещё круг.
"Может, тебя, пхпх, остановить?" — нежно спросил Трофим;
"Не-не-не", — подал Даниил ответ, пока делал ещё два круга;
"Ахахахах, бля, он вообще не может, лох", — добил Роман;
Даниил сделал ещё три круга.
"Да тихо, дайте мне 20 секунд покоя, и вы не уснаете меня", — закончил Даниил без потрясений и боли.
Ему было очевидно, что произошедшее год назад имеет отношение к настоящему — ко всем друзьям, ко всем людям. Ему казалось, что он, сидя на цветочке, только что увидел конец и начало цепи, которая, как он думал, связывает прошлое и настоящее, а также правда и красота, направляющие человеческую жизнь, — составляли для него главное на земле, а цветочек лишь абсурдный, но цветочек.
Приложив нужные усилия, он наступил на первоначальный асфальт.
"Ахахх, он разобрался!" — слегка озабоченно отреагировал Рома.
Друзья тоже вновь прокатились. За год подросли они и по-другому ощущали. Легче было, по-новому необычно. Братство продолжило гулять, позже присоединился Толя.
День рождения в смущенной осени выдался хорошим. Наступил вечер, братство напоследок поело пиццы. Развлекался каждый понемногу: Толя постоянно что-то воровал, бесило это особенно Даниила, в отместку — он украл его школьный пропуск. И в этот раз Толю мама заставила быть дома поскорее.
На пути к остановке открылась длинная дорога, выложенная плиткой. Анатолий постоянно пытался идти ровно по этой плитке, и постоянно из-за этого толкал Даниила. Даниила это очень напрягало.
"Да щто ты делаешь!" — озадачился и в отместку толкнул Толю.
"Что ты толкаешься?!" — начал Толик, как Пифагор, и тоже толкнул Даню.
Началась потасовка — Даня и Толя с каждым толчком наращивали мощь.
Приятели создавали много шума, выбивались из уличного потока.
"Ой, дебилы!" — со вздохом заворчал игриво Вилен.
И вдруг в один момент — Толян резко остановился, снял кепку с головы Даньки, забрал её; стремительно начал убегать в сторону.
"эээ!" — быстро выкинул Даниил и побежал за ним.
"Аха, куда они, мхе!" — игриво, незаинтересованно поинтересовался Роман и пошёл с Трофимом за ними.
"Толя, конченный!" — сделал вывод Вилен и присоединился к Роме.
Пробежав улицу, у Толика уже кончилась выносливость.
"Всё, я устал", — с одышкой и прямолинейно сказал Толик.
"Сука, отдал, имбитсил!" — уверенно сказал Даниил и забрал кепку.
"Ладно, на!" — ответил Толя.
В этот момент Толя повернулся и увидел знакомое место: тут был и тот самый туалет, где его закрыли год назад, и тот самый цветочек, где он чуть не умер.
"О, тут на площадке есть этот, как его, цветочек! Надо прокатиться!" — удивлённо вспомнил Толямбус.
"Да мы тут бес тебя были днём!" — ответил бескомпромиссно Даниил.
Толя подошёл к той самой игрушке. Он сделал прищур, какой мог — цветочек даже не покачивался.
"Ну что, давай, Данил!" — сказал Толик с ухмылкой.
"Да не хочу я", — ответил Даниил.
"Ммм, ссыкуешь!" — закончил Толя и запрыгнул в гейзер.
Закрутился, завертелся светло-русый и длинноногий.
Очень быстро ускорился.
"Ахаха, давай, давай!" — ускорял Даниил.
"Ммм, да иди нахуй!" — еле-еле проговорил Толя всяким, кто слышал.
Цветочек стал ещё быстрее — Толя обогнал уже и прошлый свой полёт, и всех друзей.
И снова не мог остановиться — получалось ненадолго замедлиться, но после ускорялся ещё сильнее.
"Ладно, Данил, останови!" — просил бедняк Анатолий.
"Ахаэа, не, крутись давай!" — положил Даниил.
"Да сука, останови!!" — попытался победить Толя в пластмассе.
"Не-не-не", — оборонял Даниил.
Толик стал ещё быстрей. Как порхание колибри — выглядел его полёт.
Рядом на улице появился на виду Вилен. За ним шли остальные. Даниил так и не помогал.
"Ну, Данил, останови, пожалуйста", — умолял Толя.
"Вот они!" — крикнул Вилен остальным.
"Ну пожалуйста, хотя бы подтолкни, дальше я сам", — умолял, умолял Толя.
Даниил, увидев друзей и устав издеваться над Толиком, повернулся к нему, не задумываясь, толкнул и пошёл к Вилену.
Пока Данька и Виля болтали, Анатолий изо всех сил пытался выбраться. Его уже подтолкнули, теперь он пытался повторить процесс в точности, как тогда год назад. Но он вырос и стал ещё длиннее. Если год назад ноги удобно доставали до земли и у него получалось что-то сделать, то в этот раз — на этом неудобном цветочке, они только помешали Толе, он был обречён; повторился процесс, но теперь — без спасения.
"Уы блфяия толхгконе ыдалуйтя юом коаахеци ПОРНОс рнщутаь" — раздалось в мгновение смерти.
"А, чё?" — сказали все.
Повернулись они, но было уже поздно — Толя разломился пополам. Увидели они эти сияющие искринки, опадавшие на землю, напоминающие братству выдох гейзера с плевком. Лишь медным отблеском Урала стал Анатолий.
Друзья думали-думали, как поступить — решили здесь и закопать, уже почти полдесятого было.
Слева от цветочка, в большую яму тело выкинули — первую половину и сразу вторую. И закопали обратно.
На следующий день, все были как не свои, что-то они потеряли, что-то такое… личное. Это ощущение могло походить на ощущение подстриженного мальчика, лет шести, который расплакался и на удивление взрослых отвечал: "Валосики зшалка!"
В общую группу пришло сообщение:
Рома: Как-то мы нехорошо поступили.
Впервые написал Роман с точкой в конце.
Вилен: да, ты прав
Спокойно, но без иронии согласился Вилен.
Трофим: Ну, наверное, да
Сухо, но горько ответил Трофим.
Даниил: Да, не по-людски это, просто выбросили и закопали не пойми где, давайте исправим это, скоро каникулы лажать нельзя.
Созидал Даниил.
Данил был(а) давно
Пообщались, порассуждали и порешали.
В этот же день стояли они, там у цветка.
В руках у Даниила было — разрешение администрации на надгробие и похороны Толи. И все делали своё дело: Вилен заливал фундамент у надгробия; Трофим держал цветы; Рома крутился на цветочке.
"Мхе, как прикольно!" — не суетился Роман.
Вилен перестал ссать и застегнул ширинку.
"Ой, я, кажется, на землю, где зарыт Толя, попал", — удивился Вилен.
"Давайте уже почтим Анатолия, он сжаслужил!" — закончил Даниил.
Из-за ветра у Ромы слетел шарф, упал в лужу и зацепился об ветку — ветку избранную. Под ней валялись Анатолии, а она сама идеально походила на оружие, это был усовершенствованный Калашников, действительно, технологичный, кибернетический.
На всё это дело Трофим — возложил цветы, и они все — принялись смиренно чтить память Анатолия Елдашева.
Самая долгая минутка тишины в их жизни, и жизни Толи. Главное — они не забудут его. Он вырос там, где норм морали нет, каждый день по спирали вниз. Гулял Толя по ЧМЗ и кружились над ним стаи птиц, а небо наполнялось дымкой. Он уже не здесь, припомнит Братство о нём, остальные знакомые, возможно, вспомнят. Теперь крикнув, он не услышит эха.
Основоположник братства погиб, понятно, что наследие его — живо всё ещё и теперь мы — понесем ответственность, что так не любил Толя, что заявлял, что будет учиться, но уже через неделю скатывался в двойки за ДЗ по математике, что утверждал, что бросит курить, бросал, и начинал вейпить. И вся эта озорливость — не была его внутренним ребенком. А Крылов, узнав об этом, тоже умер.
Даниил с гордостью объявил о конце траура, все расслабились, наконец-то их отпустило.
"Блин, ну и кто теперь, кроме Ромы, со мной в репо будет играть", — под конец наконец сказал Трофим.
"Да, знаешь, я как-то и не смогу поиграть. У меня сейчас учёбы много", — закончил Роман.
Дальше пожрали они шаурмы, возвратились в свой район родной и разошлись.
Все продолжили жить как раньше: Даниил всё-таки решил работать над своей шепелявостью; Роман деградировал в колледже; Вилен деградировал в гуманитарном классе; Трофим играл один в Холлоу Найт Силксонг; Данилу было похуй. А вот Толю, спящего на парте посреди урока, уже никакая математичка не разбудит, а после уже и не крикнет: "ЕЛДАШЕВ; К ДОСКЕ!!"
А вот жизнь Лесного Братства — приостановилась, замедлилась, начались прокрастинации и кризисы, но это был ещё не конец их замечательных, мечтательных, миросозерцающих, мифических, мифологических, мистических и мы-мы-мы приключений.
Продолжение следует....
***(1 сентября)
Отец Романа N-ина рассказал ему одну важную весть. Тот недельный поход был лишь пилотным. Это был вступительный экзамен, такой же, как и в колледжах, но отец не собирался отправлять его учиться теории, он решил перейти к практике. 31 августа от отца Рома узнал, что ни в какой мед он не пойдёт, а отправится в зону боевых действий вместе с ним. "Стране нужны медики!" — воскликнул отец. "В кратчайшие сроки!" — добавил он. В этот момент Роман всё понял — отец с самого начала так хотел, это лишь мама уговорила отца на временный обман с колледжем. И тут же у Романа вылез прыщик на носике, обычно это происходит из-за резкой перестройки когнитивных реакций, в этот раз это также выражалось недержанием. Отец Романа похлопал его по плечу и, понимая тяжесть передаваемой информации, он не стал целовать сына в лоб, чтобы не уколоть бородой. Когда отец вышел из комнаты, закрыв дверь, Роман начал улыбаться одним уголком губы, это плавно переходило в ехидство, нарастал психоз. Зумерок уже рукавами раздвигал рот для гигантской улыбки, он знал, что осталось жить ему от силы 2 месяца, а на СВО он не сможет клянчить игры у своих знакомых, играть в них; он даже не сможет зайти в свой Стим аккаунт — последний лучик солнца погас, у Романа больше не было понтов. Возможно, он бы и мог смириться и принять свою участь, но под конец за несколько дней до похода на запад, Ромка-мальчуган с расшатанной психикой, решил создать себе новый предсмертный образ, в котором он придумал историю про некую 140 школу; он знал, что она расположена на Першино, и там его точно искать не станут, вместе с этим он решил смеяться над всеми, делая вид, что его жизнь это полный чилл и настоящее наслаждение, оставшиеся дни он измывался над своими друзьями, которые вскоре станут бывшими, единственное его напрягало: он не мог называть их школьниками, ведь и сам по задумке учился в школе. А что было потом — печальная история, которую совсем скоро мы увидим.
***(5 сентября)
Куратор в чёрном смокинге был убит в 12:25, при попытке сбора информации о Толе для её передачи наёмному убийце, причиной послужило то, что жертва случайно разбила тарелку, уронив на пол, ведь некий Трофим совал в неё свою ебучую капусту. Вследствие этого куратор получил травму ноги и упал; никто не заметил его, ведь все начали хлопать. При попытке проползти, куратор наткнулся на людей, идущих закупаться и стаптывающих всё, на что натыкались. Им на все было похуй, куратор хотел отправить своему заказчику Вилену сообщение "sos", но из-за агонии и лежачего состояния, плохо попадал по клавиатуре, в мгновенье перед смертью он успел отправить ему одно сообщение: "sosat".
***(18 ноября)
Вилен был задержан за распространение свастики на всех тетрадях, на которых он её рисовал, а за хуи на листочках Толика его похвалили и наградили медалью, а срок заменили годовым походом на сво.
Даниил Z-ин был пойман тем самым заместителем прокурора на тракторе без квалификации, в тяжёлом наркотическо-алкогольном состоянии, перекурив четыре пачки сигарет и два вейпа. При этом на дверях и колёсах была разрисована свастика, а до этого он разбомбил петардами ларёк с рублёвыми жвачками
Участковая, заместитель прокурора, была ненастоящей, заплатившей за должность — всё детство и юность вместо учёбы смотрела «Скуби-Ду». Но сейчас это помогло. Взяв Даниила за шкирку, потянула и сняла маску. За маской — подбитый (спортиками, когда выбивали наркотики, которые не разложил, а сам схомячил) Вилен N-ов.
Пельмешки!(10 сентября)
Пельмешки! МММ, какие же вкусные пельмешки. Эти комочки теста с мясом внутри, как же они приятны. Вот они семеро пельменей: Леха, Данька, Толька, Ромчик, Трофик, Данил и Виля. Дружные они были, все по-разному слеплены, да все из одного теста, и вместе-то делали пачку пельменей Красная цена — это было класс! И как-то раз одна пожилая женщина, загорелая, да и не бедная решила достать эти пельмени, а то пылятся, пора бы им выпуститься. Поставила она кастрюльку с водой, да плиту включила. Берёт пачку, открывает. МММ, свобода, да ненадолго. А седая мадмуазель-то с язвой оказалась — наелась где-то шоколада, да и теперь одни кашки попивает. Не может она нажраться в четыре двадцать ночи и полную пачку съесть. Решила, так, семь штучек отварить. А наши друзья ими и оказались — наверху первые стоят, ждут своего часа и, самое главное, вместе! А вот и водичка закипела — пора бы и закинуть пельмешки. Первый кидает, полетел наш Алексей, он и не думал ни о чем особо, понравился размерами, больше остальных был; дальше выскочил Трофик без лишнего трафика на дороге, ровно упал в кастрюльку, даже не булькнул, лишь воду чуть потряс; за ним следующий Данька уверенно полетел; дальше думала она взять этот пельмешек или не брать, как-то края у него странно слеплены: у других — прямые или с небольшой волной, а у этого всё неравномерно, да и бог с ним, взяла и кинула Данилу в кастрюлю. Вдруг женщина с румянцем на щеках опомнилась — она ведь и жареные любит. Так раз любит — значит два пельмешка нужно пожарить! Берёт она двоих — один даже сразу видно: золотист и не мал, а когда поджарит совсем сиять будет, ну или сгорит наш Ромка, на второго даже не посмотрела. Заглядывает в холодильник за маслом, да диву даёт — масла-то кончилось, последние капли остались — ну естественно пришлось ей убрать одного пельменя. Смотрит на этого мученика, да видит, что слеплен складно, да кажись, мяса в нём мало, что жарить-то в нём. Самое место Толясику в кастрюле, туда и отправился! Последний же пельмешек Виля — отличился, ой, как отличился. Достала она его из пачки, потемней чем те будет — и вот те на, из рук выскочил, да ещё и нарочно будто. А у женщины лишний-то вес присутствует, хорошо кушала, капитал ведь хороший имеет. Габариты ей не позволили быстро поднять пельмешек — правило пяти секунд ведь уже было обречено на провал. Берёт она его, видит, что на вид не грязный, пару пылинок, да думает, что все равно есть его не будет — всё-таки гордая была, выкинет лучше. А тем временем на звук — и собака прибежала — да и взгляд бросила просящий, не отказать никак. Кинула барыня пельмень, и даже сейчас, бац, и мимо рта пролетел — собачонка-то возмутилась сразу. А женщина решилась-таки его выбросить в мусорку, подобрала его, да кинула — а он и летит хорошо! Правда в неведомости он был тогда. Думал, что с ним ещё кого-то отправят. Да отправили туда всю пачку, пришлось, последний день срока годности остался, кинула мадам несколько пельмешек собаке — а остальные в мусор и бросила! Виля-то расстроился, но ещё, быть может, придут его друзья, думал темныш. А барыня стол расстелила, водичка-то уже второй раз закипела — пельмени сварены уже были, и Ромка уже подзагорел. Когда пельмешки из воды через сито доставала — чуть Тольку не выкинула, хорошо, что не упал, а то к Вильке присоединился бы. Культурной мадмуазель была, в разные тарелки пельмени варёные, да жареные положила — но рядом их поставила! Вкушает вкус этого мягкого мяса и тугого теста, да наслаждается — а пельмешки-то рады, ой как рады! А вот Виля все ждал и ждал, противился другим пельменям — своих братцев хотел увидеть, да так ждал, что на следующий день сбрендил, да винить начал своих друзей, злобу свою показал, да и с пельменями теми, что раньше отторгали — начал общаться, схожесть с ними увидел. Да в этот же день женщина их вместе всех и выкинула. Что дальше с ними было? Да ничего хорошего!
***(6 ноября)
Кстати говоря, одна из личностей шепелявит, потому что Роман N-ин очень сильно любит Владимира Ильича. В три часа ночи, пока все спят, он достает дакимакуру с Лениным, идёт к зеркалу и представляет, как тот насилует его, произнося:
"Капитализм падёт!"; "Получай, буржуй!", "Ты будешь учиться, учиться и учиться!!".
Последнее даже помогает ему получать нормальные оценки по химии. Из-за всей этой любви одной из личностей — он присвоил одну из характеристик Ильича, а выбрал он шепелявость, что так сильно возбуждала его в вожде. И на этом он не закончил: Имя "Вилен" некоторые находили — довольно странным и не могли запомнить. А назвал его так Рома из-за своего кумира. Остальные загадки Ромы — предстояло ещё разгадать.
***(2 декабря)
— Пу пу пу
— Что будет делать Рома если "Пу пу пу" добавят в список экстремистских материалов?
— Пу пу уп
— Кстати, если отрезать человеку язык, то, возможно, пу пу пу станет одной из немногих фраз, которую он может хоть как-то произнести.
— Пу пу уп
— Кажется, он всё-таки отрезал себе язык…
— Пу пу пу
— Если появится правило одно слово в год, то Рома будет копить 3 года, ради того, чтобы сказать эту великую фразу.
— Пу пу?
— "Пу пу" не то! Не полностью раскрывает тебя как личность. Нужно именно пу пу пу.
— Пу пу пу
Ромка. (Цикл рассказов в виде глав.)
Предисловие.
Достал он свой медицинский халат, достав из пакета "Яндекс Маркет", надел его и вошёл он в класс свой, свою новую жизнь...(6 октября)
Глава I. Гомункул.(18 ноября)
Выращу гомункула,
назову Роман...
Знаешь, сынка!
Ты теперь тушкан...
И ведь был у тебя счастья миг,
Когда в Стим ты заходил…
Я раздавил тебя жопой,
Слышал свиньи пронзающий визг.
Пришёл на замену — новый рыжуля.
Пацанский быдлян с отрезанной косой!
Раньше Толян называл его!
Друганом…
Но душа уже не та, что создавала наши мемасы...
Теперь он тот DIY, изготовленный лизун,
Оболванился — вместо Толи приносит вести о буре ужасной,
На шее уже не marshall’ы, а наушники picun…
Поменялись полюса, поломался наш компас.
Вова ушел из воровской жизни, станет вальяжным майором;
Ромка нашёл подруг себе, бьющих по лицам —
Сейчас под них ложится. Но всё ещё наш.
Не отдадим!
Нет того больше величия демократа, завоевателя — Таноса!
Есть теперь краш для нестабильных девочек, влюбленных, как в Таноса…
И вся жизнь — в колледже кол по химии не получить…
А после пар, попытки на кол друзей посадить...
Ведь новый монстряга с какишем на душе
Не тот инопланетянин,
Которого мы (братья) от кочевой жизни обучали,
Тот, которому и на лицо насрали.
Уже не отведут аборигена в душевую,
Лишь коренная народность буржуя…
Соблазняет его всегда —
Даже дешёвые сигары за медколледжем куря.
По итогам сентября,
Гейский оборванец жопой был задавлен...
Не смог обчисться ментальными месяками,
Быдлянский говор был объявлен...
Сынка снял постолы…
Но не надевал сынишка лапти...
И продолжал смеяться,
И продолжал смеяться…
И продолжал смеяться.
(хи-хи-хи!)
Главы 2-4(18 ноября)
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Глава 5(8 января)
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
***(15 ноября)
Отрывок о Вилене:
«…Вилен N-ов тогда еще не знал, что за говно — все дело было в том, что пистолет, из которого он выстрелил, стрелял говном, гуманитарный класс никогда не могли смастерить ничего нормального... Даже пистолет у них получился говённый. Физичка, которая ворвалась с обрезом в руках, выстрелила N-ову (Агент Писькогрыз) прямо в ноги, чтобы тот истекал кровью и медленно умирал. Она рассказала ему все его проёбы — о пистолете, о интеллекте, о умениях, о системе безопасности, которую он не смог обойти. В последние секунды жизни Вилена (Агент Писькогрыз), Физичка долго угорала и ржала над всей ситуацией и стебала 10а — класс гуманитариев за их тупость и убогость»
***(23 ноября)
а так я похуист, ебать
Я люблю школу, люблю этих учителей, этих людей, математический класс мой любимчик с его интеллигенцией и умом. Не прогадал с выбором, я согласился на это сам, без пари и споров на мужика. Все препятствия выдержу, ведь есть у меня порох в пороховницах и вообще я пиздец молод! И тут у нас почти всё братство, кроме Ромы, конечно, ну и Вилена, он в другом классе, но мы часто видимся с ним. Одноклассник Лёша у нас есть, ещё в прошлом году с нами в одном классе(9е) был, за это в братство и попал, так вот…
Проверив расписание в помещении, ведь на улице было холодно, он убедился в своём предположении. Поднялся на третий этаж, перешагивая каждый раз одну ступеньку. Пройдя немного, он увидел заветный класс, 308 кабинет — класс литературы и русского. До урока оставалось ещё десять минут. Ему оставалось ждать. Через несколько минут, от телефона его отвлёк Толя, который подошёл поздороваться.
— Привет, Лёша! — с теплотой и ещё несильно проявившейся туповатой улыбкой сказал Толя.
— Привет, — ответил одноклассник, протягивая руку.
Пожимали руки чуть дольше, чем обычно это происходит между мужчинами.
Лёша принялся здороваться со своим другим другом — Трофимом: русым, с улыбчивым взглядом и как его характеризовала биологичка, с флегматичным настроем.
— Привет.
— Привет!
Втроем о чём-то активно общались, заполняя, как и все остальные школьники, шум школы. После звонка он медленно стих.
— Так-с-с! — неряшливо прокаркала старая учительница русского языка и литературы.
Была она уж очень старой, ну очень старой, почти семьдесят, не по возрасту, но внешне была старейшей из всех. На пенсию могла выйти, но осталась.
Была она стара, но это не значило, что совсем скучна; худенькая, седая и одевалась она не слишком по-старому, неплохой пиджак или водолазка проскакивали. Была она смешна и весела, сама себя бабкой старой называла, литературу любила. Может, как человек, неплоха была, но ученикам школы было за что её не любить. Вот сейчас не знала, какой предмет сейчас, русский или литература, она забыла расписание своё.
— Вы у нас десятый, эа... Б, да?
"ДА, да! Да", — пролетала со всего класса, не сразу попадая в уши к учителю.
— Так, где вы у меня тут?
На столе, который погряз в бумаге и другом барахле, было сложно что-то найти. Поиск сопровождали каркливые и потешные восклики учителя: "ММмм", "Архг!"; "Так!"; "что это?"; "вроде тут, а вроде и не тут мфхи!" — направленные не ученикам, а в стол.
— А вот и вы, ну да уж в самом низу, как всегда. Сейчас Русский язык?
"Да! нет, НЕТ, нет, да", — понеслось средь учеников.
— Так да или нет?
"Да не русский у нас сейчас, а литература!" — четко и громко произнесла одна из учениц.
— ААаа ну да, вы же другой класс. Вы же отстаёте, ну и думаю что-то не так. Так хорошо Скайсмарт сделали?
"Какой Скайсмарт?" — высказали ученики.
— Я вам задавала Скайсмарт, ещё на прошлой неделе, он до воскресенья был, ну вы чего?!
"Мы не знали!" — продолжал класс.
— Как вы не знали, я же в группу ВК скидывала.
— Так я вам вопросы задавала, тетради сдаём.
В классе возник чуть схожий шум, что был на перемене. Русичка, не вникая, терпеливо ждала.
"Ну что, сдавать придется, хоть я и не дописал" — думал волнительно Лёша.
— Так, кто стих выучил, выходим рассказываем.
Класс был в недоумении: кто-то не знал, кто-то не выучил — все не хотели.
— Ну давайте выходите архг, никто не выучил что ли мфх, всем два ставить?
Одна из учениц всё-таки вышла.
— Эх, выразительней бы, ладно, за смелость пять. Кто следующий?
Ученики по очереди рассказывали. Одним из последних был Трофим.
— Молодец, пятёрочку тебе ставлю!
Анатолий, конечно, получил два.
— Елдашев, я тебе два ставлю, архг, уже не исправишь.
Обычно Леша учит все стихи, но в этот раз забыл. Уже истратил свою попытку на повторение, когда второй раз его спрашивали, всё, что сказал: "А я не мог. Можно я потом расскажу?"
— Не-е-ет — нельзя. Так давайте продолжим урок.
— Так, у нас сегодня пьеса Островского...
Весь урок Леша провёл в своих мыслях.
Прозвенел звонок.
— Так, что уже звонок? Вот собака, так задание домашнее ещё запишите, та стойте, вы! СТОЙТЕ, Я ЕЩЕ НЕ ЗАКОНЧИЛА, так!
— Вот на слайде задание, сфоткайте и сделайте!
После урока Леша подошёл к учителю поговорить. Диалог не удался, Русичка лишь советовала, и не мягко, быть ответственнее.
На перемене он встретил Вилена, который рассказал ему о своём горе.
— Мне математичка эта две двойки поставила за самостоятельные, к которым я долго готовился.
— Пиздец. Подойди к ней.
— Мне очень жаль девяносто девять процентов людей здесь, которым приходится пресмыкаться перед ней.
— Спроси, што ни так.
— Плакал мой компьютер.
— Друк, у тебя всё получится, я в тебя верю, ты получишь новый комп.
— После того как на работу выйду, да и то вряд ли я кем-то там стану из-за того, что какая-то мразь, которая выбрала именно эту школу и именно эту работу. Ещё и до этого хуйню делала. Никакой мотивации у меня ДЗ делать и хоть чё-то понимать на уроках. Сука. Лучше, как Данил отшельником на домашнем обучении.
Продолжился дальше школьный день. Он был таким же, как и все остальные дни. Эти школьные дни десятиклассников — скука и недосып. Может быть, стоило пойти в колледж, как Ромка, как другие одноклассники и люди из параллели. Все одинаковые коридоры, кабинеты, а ты сидишь один на лавочке, с тем самым чувством, когда все друзья твои заболели, и тебе приходится терпеть без них, но тут терпеть все два года придётся. Где мой браток, а? Знаю, что ушёл недавно. Я любил нашу дружбу. И гиперфиксов больше нет. Школа — как могила, серенада, панихида. Может, как остальные, нужно было пойти в колледж. Смотришь на них всех, а они все похорошели — похорошели без нас. Пока я каждый день пытаюсь уснуть, они спят, а утром иду в школу без снега в конце ноября, в классе на матеше сижу тут один, почти как Перельман в Купчино. Может даже в самый обычный, люди там ближе были, нежели этот адекватный класс, нежели эта так называемая математическая интеллигенция, подчеркну, что так называемая. Сложно прямо говорить. Синдром первого курса и не снился, а синдром навязчивых грёз навязывает ещё сильней, учиться в мае хотелось сильней, начать что-то сейчас, это великий понт, каждый день без друга ещё сильней тоска, а рядом даже схожести на лошадку нет — Синдром Десятиклассника, вот, что возникло.
Дома Лёша играл в игры, делал математику, дрочил. Пошёл какать, и в туалете Алексей N-ев на протяжении десяти часов представлял, как Математичка какает, тужится на туалете, орёт от напряжения, но даже это мерзкое зрелище не вызвало у Алекса тех же эмоций — отвращения, разочарования и ненависти, что у Вилена N-ова, когда математичка не впустила его при опоздании в класс сразу, поставила два за ДЗ без возможности исправить и заставила мыть доску, как её личного раба.
А ночью уже, зашёл в сетевой. Увидел две двойки и тройку по литературе. Всё это вынудило его к одному единственному выводу. Он взял крепкий стул, времён СССР. Верёвку, связал узел крепкий, как вязали в СССР, нацепил её на одинокую висящую лампочку — висящую на треснутом потолке и не падающую со времён СССР. Просунул в него голову, затянул хорошо, как затягивались любые раны в СССР. Уронил стул и повис. Стул треснул. А, нет, лишь краска слезла, папа завтра покрасит.
Вилен, пока Лёша играл и всё остальное делал, сначала подрочил, а после долго размышлял над оценками. Он уже решил уйти в колледж после десятого класса. В конце дня, когда родители были дома, решил у них спросить, как ему быть. В итоге наорали на него и про компьютер не забыли сказать — сказать, что не будет его. Вилен злился — не сможет быть в панцире за компом, но успокоившись, пошёл к Роме.
— Привет, Ром...
— Приветик, ты чего тут забыл?
— Ром, расстреляй меня из своих дронов, пожалуйста.
— Ахах, ты ебанутый, иди домой, уже поздно, мне завтра в колледж с утра идти, я спать пошёл.
— Но, Ром, зачем ты их тогда купил, Ну Ром...
Не успел договорить Вилен, как Рома закрыл перед ним дверь. Немного подумав, он не разочаровался, а проник в нашу школу. Поднялся аккуратно на третий этаж и взломал 315 кабинет — кабинет ОБЖ.
— ОБЗР, вообще-то — сказал летающий рядом дух Лёши.
В этом кабинете был ещё один кабинет, но в нём было ненастоящее оружие, Вилен знал об этом, он и не пытался в него попасть. Подойдя к столу учителя, проверил ящики. Залез в первый ящик, в нем лежали документы учеников в военкомат — все их данные и их судьбы. Вилен нашел свои, разорвал, прожевал и проглотил. Во втором лежал револьвер, Вилен застрелился.
Вилен и Лёша два друга — два извращенца — гуманитарий и физмат были мертвы. Каждый день, Смерть забирает кого-то, это остаётся не замеченным, и на них тоже всем было похуй. Ну кстати всем, кроме самой Смерти, ей респект.
Я продолжил ходить в школу. Люблю школу и биполярки у меня нету. Лишь через несколько дней — в пятницу, Никита, который и так не здоровался, заметил что-то странное.
— Эм, а где Лёша. Эм, а где Вилен.
— А они, это, того; мертвы короче!
— Чё за хуйня, бро. Опять твоя многослойная постирония. Ну лан пох.
После сказанного, Никита продолжил гулять со своими странными челами — рыжим в свитере и высоким с длинными черными волосами.
Прошло пару уроков, началась химия — предмет, который не любили все.
— Так у нас сегодня сложная тема, блаблаблаблёблаблабле, поняли?
— На четыре, мы всё это учим и будете задачи решать, да, поняли?
— Ну на тройку просто покажите, да, что написали.
— Я проверю сейчас некоторых.
Урок продолжал идти.
— Так, Трофим O-ов ты написал?
— Да, сейчас покажу.
— Не надо, молодец, хотя бы что-то поставлю тебе.
Продолжила ставить тройки, а дальше некоторых звала к доске и меня тоже, я пизда обосрался.
— Так, Никита, давай идём решать.
— Окей. Так ну короче, бла, бле, бла, блё пишем и ставим бла, бла.
— Умничка, да тут блаблаблаблеблё — блиблибли.
— Ну и тут бла, бла, бли, бла. Ну и всё. А ой, тут ещё блё.
— Да, всё правильно, садись. Так V-ову пять сразу.
На перемене Никита продолжил ходить со своими странными челами.
А дома играл в Доту целый день. Потом еще один день, потом ещё один день и ещё один день, ну чё за олень?
А ночью играл в Доту, а потом вроде уснул. И жив, здоров был вроде бы. Правда проспал.
А я не нытик, зачем колледж, я о своем будущем думаю, не просто так в десятом остался, и я останусь здесь. С мая всё подробнейшим образом решил, да чуть поскучаю, да чуть попишу, я каждый день формирую стиль. По внешности красивее Анны Пересильд, да и нахуй её, как и многих других. Честно, я устал лениться. Холод, ночь, слякоть, не по погоде одет и я весёлый! И это братство, на которое нельзя положиться, не опора. Когда иду домой и ем шаурму, я о них чаще не думаю, они всё равно мрут как хомяки, а я жопа.
Жопа размером с район моей мечты. Я запишу карандашом, той жопе нет цены.
***(23 декабря)
Довольный Лёша усердно делал индивидуальный проект по кибербезопасности уже вот месяц. Наконец он его закончил и сохранил. Можно и выдохнуть. Через считанные мгновения он был удалён антивирусом "360 Total Security".
&
Толя как-то долго сидел за своим проектом индивидуальным.
Мучился и тужился.
Смог за учебный год всё-таки написать теорию и продукт — 3D-модель.
В списке литературы написал: "Друг помог".
А вот как обрадовался он — так забыл про "Avast Antivirus", удаливший на его глазах проект.
&
Вот старался Даниил, проект писал — активно все дни тратил и за половину недели настряпал половину. Дописывает — не может остановиться. И кушает заодно:
Раз укус — Раз предложение написано.
Вот два укус — Два раз предложение написал.
Три укус — Бац, что-то стоящее вышло.
Но запятые забыл. ы.
Четыре укус — ЦАП, бутерброд собака. мешкалась рядом. вот... ы.
&
Никита быстрей всех сделал проект! По химии был. А Химичка помогла. "Yandex Browser" сам скачался. Но Никита уже: "ква!, КВА, ква!".
&
Рома и не писал проект вовсе. (Помним, что в колледже учился). Бдительный был. (Вирусов боялся(ссался). Только в "Steam" всё закупал по скидкам и без. (Капиталистический раб и подсосина Гейба). Как узнал, что у Вилена ПК новый, так сразу все уши протрезвонил: "Вилен, тебе пизда. Ты с торрента скачиваешь!" (Помним, помним). Так вот в результате —
Traceback (most recent call last):
File "<string>", line 1
a = int(input()
^
SyntaxError: '(' was never closed
&
Пытался, пытался сделать Вилен проект свой. Ходил на тренировки, качался, мало кушал. Но никак не мог понять, что такое объект и предмет исследования. Вот так вот написал содержание, без проекта написал. Решил, что купит его. А пока, все свои делали — играл с Ромой; в "Steam" заходили, про Трофима не забывали, в игры играли. В апреле уже, перед защитой — скидывает деньги продавцу, а тот в ответ пустой документ — наебали Вилена, как наебали тогда с клавиатурой на "OZON". Наёбанный Виля остался. А Рома в апреле был уже мёртв.
=
А в конечном счёте Лёшу и Толю распидарасило.
Никита и Даниил пошли нахуй.
А Рому и Вилена уже не спасти.
А на сегодня всё. Говно тупого говна. Дети, не ешьте говно. (в говне).
***(19 декабря)
Отрывок интерактивного кино:
Начало: Темная ночь. Густой лес. Небольшой домик. В нём 4 знакомых человека. Все они часть Лесного братства: Рома, Толя, Лёша, Артём. Они испуганны, встревожены и напряженны. Иногда о чём-то общаются. Взглядами они как будто кого-то выискивают, смотрят в окна. Рядом лежит Топор. Толя решается взять его для защиты. Через небольшое время, когда напряжение чуть спало, В разум Толе проникает монстр в чёрно-белом облике, Толе он кажется находящимся рядом. Он говорит, что ему нужен только один.
Кого ты убьёшь:
[Рома]? Or [Лёша]? Or [Артём]?
***(8 декабря)
I
— Это что?
— Центр, туда нам надо. Мы должны попасть в Илерополию.
— Там даже непонятно, что написано.
— Место, где будем править только мы! Илерополия. Затерянный город.
— Очень странно. В 1897 году не было таких границ.
— Были. Это засекреченная карта. Это карта Челябинской области. Только мало кому доступная, но я её раздобыл! С затерянным городом Илерополией, который надо найти. Всё сходится — это карта Челябинской области 1897 года. Чуть-чуть неточная, ведь ручного труда.
— А что за язык такой интересный?
— Сделана местными торговцами! Древнечелябинский. Нас всех ждёт развитие!
Разговор на интересующую тему только набирал обороты, был он о затерянном городе «Илерополия», который можно было найти по некой карте — карте, что не была привычной и наглядной. И надо помнить — вся важность всегда будет в контексте и деталях.
Ошибся собеседник, вероятно, она сделана местными мастерами, которые в шахтах копались и на верблюдах катались — искали развлечений и изучений, сокровище и, может быть, приданое необходимое, да нашли они — древнею Илерополию, что была построена в XIII веке! Большой и разнообразный город был, долго строился. А построен он древними Челябинцами — смесью башкир и славян. Язык свой имели и знания тайные изучали и друг другу передавали! Эзотериками были: и сколдовать — что надо могли и чего не надо умели; ну и гомункула создавали и уничтожали тоже. Свою энергию отдавали миру, так и рассыпались, да погибали. Из минералов — как называют их сейчас, состояли — из разных. Но пришлось им мигрировать, слишком упорно они саму землю хотели обуздать! Да полностью! Но природа, конечно, не далась. Начала подавлять их, уничтожать — сливать с землёй. Не щадила ни детей, ни стариков! Первые, если в бога Перуна верили, становились малахитами, если в бога Тенгри — азуритами. Вторые первых накрывали, да в горы твёрдые и закалённые становились. А самые сильные, что больше и прочней прочих были, что энергию сотнями лет копили и собирали, оставили — свои истоки и проруби энергии. И бежали! Всего их двадцать было. Природа настигала! Каждый решал собой пожертвовать во благо других. Осталось их десять! Выбежали они уже из города. К концу страны были близки. Но вдруг опомнились они, что они народ по смыслу неизвестный и мнимый, не должны они людям — существам меньшим, показываться! Для их же блага — для их вер. А когда славян на землю посылали на ананасах, не думали, что они станут так близки к земле. Но поняли они, как всё построилось… И поняли, что должны оставить всё, что знают, там, где и узнали. Собрались братья в кучу, развернулись лицом к нему, да закрыли собой Урал — Урал разделяющий — Урал, которому они имя и дали — место, которое было главным потоком энергии Челябинской, а позже названной уральской, в честь страны Урал. Так появились Уральские горы. А те десять друзей-жертвенников стали чудесами Челябинской области, кто какой силой обладал — тем таким и стал! Мелкие народы, что не в Илерополии жили: скучали и позже тоже вымерли, зато свои легенды получили! По одной из легенд осталась одна девочка — потомок Челябинцев, которая рождена была на медном руднике — оттуда и коса у неё блестящая. И вот спустя пять веков — нашли мастера местность эту! А там — нашли уже части древних — части вещей, знаний, записей, карт — да свою составили, да язык выучили, да овладели техниками, да получили, что хотели, и даже больше. Много чего они выяснили и поняли, и влияние их было велико, хоть и незаметно, а после — разделились, уехали, семьи свои создали и никогда больше не видели друг друга.
Почему же так мало про них сведений? Да, ведь просто Лесному Братству ещё предстоит узнать об этом всём после того, как их лидер — Роман N-ин нашёл ту самую карту у своей семьи. А второму по значимости — Анатолию Елдашеву приснился сон, да словно вещий, а он всегда знает, когда у него вещие они, эти сны. А во сне история эта, а в конце и карта эта, а в самом конце пещера блестящая была и от лица путника он видел всё и проснулся он, и понял Толя, что пора — пора вернуться к корням и истокам!
— Ну нахуй, потом. Ладно, всем пака.
Сказал Толя. И пошёл на перемену гулять.
***(28 декабря)
Пришли как-то два напарника, два рабочих, сортир чистить, к мужичку одному одинокому, а там на них елда обрушилась! Канализация вся в таракашках, грибах вонючих, морских дьяволах и фекалиях. Где-то пыль грязная на голову падает, и крысы вонючие сыпятся с потолка. Вообще, немытый анал оказался! В общем и целом, перепахали там всё. Откачали говно на Урале! Сварганили мини-реактор с нуля и решили пару задач тысячелетия. Плыли они на найденном плоту через говно; мочу пили и айран. Играли в Рафт — вылавливали глистов крюком из дрисни. Долго плыли — заблудились в прошлом. Как-то выплыли в какой-то унитаз, в какой-то школе, а там на них низкорослый шестиклассник Вилен смотрит и давай кричать всем: "ТУТ ГОВНО В УНИТАЗЕ, ХАХААХ, ВСЕ БЕГОМ СМОТРЕТЬ, СЮДА ДАВАЙТЕ, АХАХА. ВАНЬ, ЗОВИ ЕГОРА И ОСТАЛЬНЫХ СЮДА, БЫСТРЕЙ, АХХА, ГОВНО!"
Пузырёк(12 ноября)
День сменил ночь, и вот уже 5 минут где-то на возвышенном месте, рядом с рекой в домишке, окружённом дубами, активно велись разговоры — о жизни, о братстве, о времени. Через стеклянные панели видно было двух друзей, сидящих на стульях и пьющих бутылочки воды. Срезав травяную тропинку, пробежал оцелот мимо открывающейся двери — одного из входов в избушку.
— Сейчас вернусь.
Вилен вышел из этой двери, прошел пару метров, достал из почтового ящика письма и назад пошел, и дверь за собой закрыл.
— Ах, аах, я замёрз уже, на улице всё холоднее и холоднее, — войдя дрожащим, сказал Вилен.
— Мм, холоднее, — тихо ответил приятель.
"Холодает", — мелодично думал Даниил, и мысль эта его согревала. Последние годы зима очень теплая. Уже прошла первая неделя ноября. Даниил верил, надеялся, что совсем на днях выпадет снег. Ждал, что ветер северный начнет обдувать с севера; и воздух уже будет другой; и вид из окна будет совсем иной, интереснее. Ласкательна была эта мысль.
— Эй, ты слушаешь меня?
Вилен опомнил Даниила, который сразу повернул голову и заострил взгляд на приятеле.
— Тут письма пришли всякие, вот тут Рому вижу.
— Пх, и что он понаписывал?
— Щас посмотрим.
Шуршащее письмо в руках Вилена было быстро открыто, а содержание вынуто.
Друзьям открылся длинный текст.
— Мм, он тут опять о своем колледже рассказывает, вот читай.
«...Делаю приятные примерчики своим дружкам (если они не решат я получу 5) ...»; «…Тип моя задача запутать их, ну тип имба. Я в одной из своих формул бензол и винил впихнул чтоб не расслаблялись. Ну так, да и слава богу. Прошлый урок был сессионный, где тебе правила ученики и определения спрашивали»
— А, то есть у него такие профессионалы учителя, которые сами нихуя не проверяют, а заставляют учеников.
— Ну вот, он дальше об этом говорит.
«...К слову наша Химичка сказала, что правило Зайцева нет смысла разбирать на данный момент...»; «Она сама не выучила его, я думаю да. Тип если бы знала Зайцева, то и позорным кандидатом наук не была бы. Кандидата получить не сложно».
— Этот сраный колледж Романа его погубит.
— С каждым днём шизеет, совсем из рук отбился без нас.
— Я всё это читать не буду, что тут в самом конце написано.
«...Мы уже всё попроходили. Тип у нас осталось 9 пар. И экзамен. И 11 класс. Я-то через 2 годика и 8 месяцев уже буду в медицине»
— Интерном. У Быкова под халатом будет бегать.
«Через 2 года и 8 месяцев у меня появится работа. Йоу. Причем. Хорошо оплачиваемая. Ну от 90+ тысяч. Врачи получают минималку 57 тысяч. Обычные от 100 получают».
— Ладно, всё. Дальше читать я не буду.
— Так, у нас тут ещё письма есть, Вилен ну-ка дай.
Вилен быстро нашел письма и выкинул их Даниилу.
— Такс, тут от Толи и Трофима. О, и у последнего подпись, что это с Лёшей совместное письмо.
— О, найс. А чё Никита так и не пишет? Ну с Данилом и так все понятно.
— Нет, их нету. Я вообще надеюсь, что Никитка не нейросеть. Ну давай читать.
— Давай, давай.
Вилен и Даниил принялись читать письма своих друзей. Смеялись, размышляли, пропускали. Пополняли колбы из котла с водой. В конце ответные сообщения написали, чтобы продолжить переписку.
— Так щас я их уберу в сундук, потом отправим. О, и книгу уберу.
Вилен встал, подошёл к сундуку и открыл его. В нём было видно — справа старые письма, слева две зачарованные книги. Новые письма Вилен положил направо, достал третью зачарованную книгу "Кровь и брага. Глава 3" и положил налево.
Сундук закрыл и вернулся назад Вилен. В это время Даниил вновь в окно смотрел. Повернулся к Вилену и разговор новый начал.
— А ведь мифология Лесного братства, мифология лишь, потому что мы сидим дома и пишем тут что-то, вместо того чтобы быть действительно лесным братством и ходить каждые выходные куда-нибудь, создавая истинную кочевую коммуну.
— Могли бы, если бы не график Ромы, пофигизм Толи и Никиты, домоседства Лёши и Данила.
— Да уж. Ну хотя бы в зимние каникулы мы должны в лес отправиться. Глубоко в лес.
— Ага, эти ебланы себе найдут другие дела. Толя сто процентов. Надежда на Трофима. Леха будет в рабстве огорода. Данил давным-давно нас предал. Толя тоже. Рома себе других нашел. Шляется, шарахается.
— На новый год Лешу пощадят, да и копать там нечего особо, только в теплице. Не все 2-3 недели он работать будет. Плюсом он любит зиму. Толя наиграется в игры и уже не будет занят и всё-таки пойдет, так же из-за зимы он в принципе меньше гулять будет, но желание будет нарастать, так что пойдет. Трофимка конечно же пойдет! Данил после жестокой болезни вновь почувствует кайф от жизни; поймет, что терял; у него появится страсть активно жить и конечно же он отправится с нами. Рома как раз не против будет особенно если с Толей. Просто тайминг, когда он сможет, нужно найти.
— Ну посмотрим. И ещё — если мне купят ПК, запустим по новой сервер с начальным бюджетом из наших денег, не поленюсь докинуть побольше для хорошего хоста. И дадим мужскую клятву, что без иксреев играть будем.
— Ну на этот раз я, наверно, тоже поиграю в Майн.
Дальше поболтали приятели ещё немного, и закончили. Ночь возвратилась. Друзья разошлись спать, их прирученные волчары остались в одиночестве.
***(1 декабря)
"кто гулять пойжетт
сейчас", — спросил неожиданно Никита
"Все мы
Пойдем", — ответил Даниил
"Да", — ответил Алексей.
Сейчас Никитка по очереди всех наберёт. За Толей сначала пойдёт.
"idi nax", — сказал Никита.
"прискочил уже.
ждем остальных" — сказал Вилен.
Но Толя сейчас не в Челябинске. Увезли в лес его. Нет. Привязали к дереву. В деревню. Привязали на веревку в колодце.
— щас мы приедем, не бзди — ответил Вилен.
Тут нет колодца.
— надо выручать Толю — отважно и мудро сказал Артём.
тут нет даже еды. Есть. Будет яма. толя. А потом ее не будет, Так что лучше ему извиниться. Вот пусть этот идёт копать пока что. Зачем этому это, тот же заказал убийц. Ему-то откуда знать. Они все сделают, а не этот сам. Ладно ему. Он считает, что странные у этого фантазии. А у Толи не странные. Нет. Хотя он сейчас представляет, как трогает этого за сосок. Нет. Ведь не может он этого сделать в реальности. Почему это не может, он уже так делал. Ну так сейчас не может. Ну и что? Ему уже хватило. Да-да, а в понедельник будет опять этому глазки строить. Зачем? Потому что он гей. Почему это?
— признай уже — сказал Вилен.
Такова воля божья.
— деревенские будни Елдашева с приключениями, связанные с мистическим лесом и алкогольными ночами на деревенской дискотеке 3: рейд на сарай деда Тихона — добавил Вилен.
"Для начала я приехал к бабушке
Помочь", — сказал Толя.
"бля, я думал тебя вывезли неизвестные люди туда", — ответил Вилен.
"А не идти пить брагу из лужи
Таким заниматься любите вы
Ты как минимум", — добавил Толя.
Тот самый хуй Толи, который не помещается даже в две руки.
Ведь помещается в одну.
Пусть Толя возведёт на этом месте, словно Пётр Первый, большой мегалополис и назовёт Толямбусдовн. Толя сделает ЧМЗ великим и поэтому его переименуют в толятаун. Его друзья, которые не мы, его проспонсирует. Пусть Начнёт войну районов. Чмз должен начать захватывать другие. Стать центральным. Дак он главный герой и должен нас вести. Но сначала нужно чтобы Толю отстрапонили Полицейские, можешь подождать пока Вова подрастет, ну либо Женщину старую, да и Не бедную попросит, дальше просто эпично пойдет с фразой "Ah shit, here we go again". Он как главный герой пожертвует собой. Спасёт нас от мигрантов в горящей заброшке.
А женщина-то властная. Скоро директором станет, если ей другая женщина не помешает. Она может армию из детей собрать легко. А если с трудовиком и географом затимится. То будут проблемы. У трудовика есть укрепления и оружие. Оля придет пиздить Толю. надежда, что Вова не станет депутатом. Он говорил что поработает на обычных работах. В лет 30. Для души.
Вот и помер сегодня — дедус Толик!!
Да и хуй с ним — остался нолик:(
"Спидран. До Москвы за 12 часов пешком" — Сказал Леша.
Впервые за полгода вышел на улицу. Но Артема не позвал. Пусть станет одним из продавцов на Кировке. Пусть рекламит свой любимый Яндекс. почему? за что он так с этим, а дядюшка компа́с? Пусть Сделает куклу Яндекс Алисы и пусть делает ей куни прямо там, пусть все скачают её, вкусна звучит. До марафона рано, он ещё должен сделать оружие для пандапо.
Чтобы
Чтоб панда по
Леша с Ромой как будто как бы гуляет. Он ещё не знает, что в темном переулке его будет ждать русская община, а нож в сумке это лишь шутка-прикол, который сложится, когда он нанесёт удар. Возможно, Рома совершит свое первое убийство. самоубийство. Ведь Леша одна из личностей-крестражей Ромы.
Рома и Толя идут в репо без Трофима. Как договаривались, ведь Трофим прогулял школу.
Данилу было похуй. Данил был(а) давно
Толя зачем-то задонатил на яйца на учиру.
Да да да. вклад в будущее. Пизда пизда пизда. Просто этот обиделся на жизнь, что этому не дали яйца, Потные, Вонючие. вы не понимаете, яйца это как биткоины. Яйца. Ему не пригодились яйца даже, и потом всем подарили 500 яиц просто так.
Этот их же так хотел, Прям полоскать в своем грязном рту. А ему дали потные вонючие яйца, Хотя у него свои немытые есть.
А вот этот этот и тот этот, а тот этот это этот этот вместе были тёмненький тот и светленький этот. И третий был у них, тоже важен, ведь вместе были легендарной троицей. Святой тройкой. Три брата, как гора в Таганае. Ни одного лишнего, как туалетных рабов. Четвертый лишний. Шутили, а точнее про ПАГ и кричали «ZOV», и были они искренни. Ссорились бывало — два ругаются, а один смотрит. Но мирились, что важно, ведь святая троица едина. Антикапиталисты были, Сталина почти уважали. Маму Коко знали, главное видели и главное помнили. Один из трёх четвертую стену ломал, да и в братство попал. В провинции жили, а значит и тройку сломать не грех, да и распались. Сейчас также, но хоть опять как будто как бы связалась.
Была она — тройка, нам — братству нужна. И вот, как печать врат теней, мечты возникли, но здесь без взломки жнеца кровавого нету… Да и кто нужен? Сапожник нужен, портной нужен, мясник... мясо продает... мясник... Тут есть лес... Лесное Братство... Братство Лесное....
***(26 ноября)
Артём не общался всё лето и всю осень с нами по одной причине — саморазвитие. Все полгода он апал 10 тысяч кубков в Клеш Рояль, который он когда-то считал хуйнёй ебаной, но позже одумался, и да — вознёсся.
И
Через 10 лет, когда Оля дослужилась до Майора, на встрече одноклассников Толе — грязному бомжу, прожигавшему свою молодость и сейчас скитающемуся по ЧМЗ, которому лишь Вова-бизнесмен иногда, когда ностальгировал, давал гроши — она сказала спасибо, ведь именно Толю она пиздила в школе на переменах за всякое. Это и породило в ней творить добро и наказывать разных.
Прощание с Данилом(7 января)
Лесное братство... Прекрасное Лесное братство! Живут по законам лесным. Жаль, что редко. В последнее время очень редко, но в этот раз договорились они погулять. В январе на горки — поход в Каштак. В зимний. Один летом был. Один осенью (день рождения Трофима) и вот один зимой будет, там всё и прояснится. Кайф.
Но...
Не получится уже полным коллективом...
В группу (место обитания) братства пришло сообщение:
Данил покинул(а) группу
"Прощай, Денчик" — сказал Артём, когда-то близкий приятель Данила и новый участник братства.
"Он всё-таки сделал это.
Долго держался.
Но прощай" — отправил три сообщения подряд Даниил, когда-то называвшийся заменой кудряша.
"в светлый путь, братец" — закончил Вилен.
Пока, Данил. Прощай, наш близкий друг! Новый год был близок, и снег уже давно выпал. Была надежда на день рождения Романа и Каштак. Была надежда на славный диалог в ебенях.
Вышел из группы, голубчик. Помним его со школьных дней — до братства всякого. Когда Данил с Виленом срались и мирились. Когда Данил с Виленом потешались над обыденностью. Когда Данил без мата разговаривал: "Тупой, дебил!", "С глаз долой!». Когда над Ромой угорали. Когда Влада, что Катя, Владом называли. Биологию вместе с Виленом сдавал. И было это — вот каково и есть. И было это — тем, что перед братством. А позже, когда и братство появилось — вот каково оно было, вот оно.
Жаль, что, когда братство стало тем, чем сейчас является, Данил уже и прекратил вести себя так радостно, и это всё связано.
"каждый участник останется в памяти лесного братства." — написал Вилен.
"Скоро и остальные за ним пойдут.
Немного осталось" — начал Даниил.
Начал Вилен — монолог свой о братстве и его активности, а у меня как у рассказчика, на этот случай есть для вас история — продолжение старой, ну может её чуть подредактировать ещё нужно, но не суть... Кстати, чуть зайду вперёд — потом из группы вышел ещё Артём... Так вот...
"И вот прошла пара дней. А женщину молодую, да не бедную в туалет приспичило. Просралась знатно. А беда-то случилась-то, ведь один-то пельмешек-то брыкался. А это Данил-то был. Давно он уже хотел уйти от своих друзей, проблему в них видел. Для вида с ними-то сидел, а сам-то своими делами занимался, скуку в них видел. И вот он, шанс уйти — по канализации уплыть. Все силы задействовал. Вспоминал, как на турничках выжимал — с такой же силой и отвагой боролся. Свои края не успел использовать — мягко выскочил и приятно полетел, голубчик. Плыл-то по канализации, да бац, Вилю встретил. А он-то диву даёт, это как так, Данил покинул братство — друзей всех. Ух и расплакался Виля, ух как огорчился! И понеслось. Понял он, что братство распадается теперь, и тем всё меньше активностей. Ох как умён был! Ох как сообразителен, только говорил он сам с собой — Данил уже давно уплыл подальше. Но Вилен не закончил — мало ему было-то. Начал он про каждого лепту свою затирать. Понял он наконец, кар! Понял, что каждый должен задуматься над своим поведением, а то разбаловались, пусть Данил им уроком послужит... И плыл Вилька и плыл. В говне не тонул. Ничего хорошего..."
"Мы всё ещё в состоянии. Гулянки не в честь чего-то, а просто так. Пусть задумаются над нынешним раскладом лесного братства." — закончил Вилен, ведь никто не ответил ему.
Ох, прощай, Данил! Не слышишь ты Вилена — как другие, и живёшь ты жизнью своей — отдельной, как другие. Прощай, Данил, и славься братство, братство, что проводило те летние деньки. И славься, Данил, что проводил те летние деньки.
Но должна она состояться, та прогулка — та прогулка в Каштаке на горках, даже Рома активизировался и уже согласился. И Вилен очень хочет! И пусть сейчас играют на сервере в Майнкрафт с Трофимом ну и Толей.
Надо было ждать...
Увидимся следующим летом
Ничего не получилось. Братство не пошло в легендарный седьмой поход. Роман никого не убивал (это первопричина истории). Неудачная мифология.
Было тихо, не жарко и скучно, ждёшь дождя, а его нет. Даниил со шрамом, шрамом алым, стоял у обрыва — обрыва высокого, высокого очень, очень далеко за облаками, за облаками густыми, густыми снами счастье снилось, счастье и не снилось, у обрыва Даниил стоял. Стоял и смотрел. И сказал:
"В Братстве, где вокруг всё нудь,
Мой уход — мой лучший друг.
Куда бы ни пошёл, они сидят по домам,
Я не видел братьев — никогда".
Упал нежно и плавно, как одуванчик, и полетел стойко дальше, под мелодию "Goofy Goober Rock". Его не видели больше (кроме школы).
