Donate
Cinema and Video

Фильм «Школьные узы». Небольшое размышление

Quinchenzzo Delmoro13/11/23 12:55587

Фильм «Школьные узы» мне понравился. Я считаю его хорошим подростковым кино, которое следует посмотреть подросткам, особенно в рамках современной ситуации, когда хорошего подросткового кино не так уж и много. Другим примером довольно хорошего подросткового кино является «Свободные» 1984-го, но он более «легкомысленный» и примитивно-гедонистический, чем «Школьные узы». Ужасным примером подросткового кино является «Опасный бизнес» с Томом Крузом — этот фильм вообще откровенная буржуазная тлетворная пропаганда.

Возвращаясь к «Школьным узам», эта кинокартина прекрасна тем, что поднимает значимые не только для подростков (но для них эти темы наиболее важны, так как период формирования мировоззрения у подростков — крайне существенный процесс, и важно не допускать влияния на этот процесс формирования неокрепшего ума порабощающих и антигуманистических идей, предрассудков, мифов, идеологий и т. д.), но и для взрослых темы ксенофобии, антисемитизма, дискриминации и добродетельности. Сей фильм импонирует мне тем, что на примере жизненной ситуации разворачивает критику предрассудков как таковых, используя антисемитизм как один из примеров. По сюжету в элитную школу зачисляется еврей и выходец из пролетарской семьи по имени Дэвид Грин (сыгранный Бренданом Фрейзером) — он же главный герой фильма. Классизм (дискриминация по классовому признаку) в фильме есть, но основная проблематика завязана больше на антисемитизме. «Духовная элита нации» в виде подростков из знатных социально аристократических семей не проявляет особого инакомыслия и какой-либо интеллектуальности, страдая от антисемитских предрассудков. Главный герой сначала скрывает, что он еврей, но потом, когда об этом случайно узнают его «товарищи», начинается коллективный локальный остракизм, где главного героя начинают исключать из социальной жизни через бойкот со стороны его ровесников. Главный герой вызвает у меня однозначную симпатию: он хоть и не всегда сдержан, но проявляет терпение, силу духа и несгибаемость перед коллективным буллингом стадной толпы ровесников, среди которых лишь один кое-как попытался противостоят коллективному унижению хорошего человека (однако всё же его попытки проявления индивидуальной воли и независимого суждения были спорадичными и рудиментарными, но уже неплохо).

В целом в фильме есть два интересных момента. Первый заключается в том, что сначала герой решает не говорить своим сверстниками о том, что он еврей. В ходе его разговора с одним представителем женского пола, он был обвинён в нечестности (хотя его и не спрашивали еврей ли он). Вероятно, что да, возможно, он повёл себя нечестно. Но суть заключается в том, что главный герой поступил очень мудро: он решил не говорить кто он, а сначала влиться в коллектив, чтобы они без предвзятости сумели увидеть в нём личность. Этот как раз то, о чём писал Макс Штирнер относительно «единичной личности из крови и плоти»: головы молодых представителей «элиты нации» забиты антисемитскими предрассудками, которые суть призраки, ведь они натягивают эти обобщённые и ложные (в основном) представления на конкретных из крови и плоти людей, не познав их личностного своеобразия, которое, естественно, сложнее и намного вариативнее, чем обобщающие и поверхностные дискредитирующие предубеждения, подменяющие и искажающие своими фикциями и манипуляциями конкретную реальность сущего и интерперсонального бытия множества микрокосмов. Главный герой же решил сначала позволить своим сверстникам познать его как личность — конкретную и настоящую, со своим своеобразием, уникальным микрокосмом, ведь если бы он сразу сказал кто он, то «светлые умы» из аристократических семей тут же начали бы затмевать его своеобразие посредством предрассудков, которыми они, например, стали бы неверно истолковывать его действия и намерения этих действий. Если бы он им сразу сознался, то они бы не сумели познать его как личность, его характер, а стали бы сразу загораживать себе взор, своё восприятие этими призраками — искусственно созданными лживыми конструкциями антисемитского содержания, не имеющих никакого отношения к действительности. То, что главный герой позволил им на собственном опыте (эмпирически) познать себя, было мудрым решением даже из-за того, что один сверстников, который считает себя антисемитом, в конце концов честно признался, что хотя главный герой и еврей, но он знает его, знает, что он «хороший парень». Тем самым, поступок главного героя сумел зародить в сознании этого «антисемита» потенциал к преодолению собственного глубокого заблуждения по отношению к евреям посредством непосредственного познания самого явления — личности человека в его истинном воплощении и бытии без примесей искусственных и оторванных от реальности карикатурных и поверхностных фикций. Это весьма впечатляющий результат. Кроме того, этот «антисемит» не один такой был, там было ещё 2 или 3 таких, которые относились положительно к главному герою благодаря как раз этому честному и непосредственному апостериорному познанию его как личности.

Второй момент заключается в том, что фильм в перспективе может зародить у тех, кто смотрит этот фильм, понимание того, что же такое аристократизм духа. Фильм нам ярко показывает через ситуацию со списыванием, что не важно какой ты социальной, классовой, расовой или национальной принадлежности — это всё суть призраки. Важно лишь то, что ты из себя представляешь, как конкретная личность, как субъект в духовном плане. Главный герой выходец из пролетарской семьи, и якобы «грязный еврей». Но рядом с ним учится и Диллон (Мэтт Деймон), который является выходцем из древней знатной аристократической семьи. Но в ситуации со списыванием выясняется, что, несмотря на то, что Диллон является выходцем из древней и солидной социально аристократической семьи, он, как личность, ведёт себя подло, низко и низменно, поскольку он подставляет невинного человека, проявляет трусость (2 раза, но во втором случае он не набирается смелости, чтобы сознаться в том, что это он списал) и бесчестие (не извиняется даже перед главным героем за то, что он его подставил). В то же время главный герой и до этого (и после) проявлял себя как тот, что ценит правду, справедливость, честь, дружбу, взаимопомощь, сострадание (например, когда учитель французского довёл одного из его товарищей до нервного срыва, то главный герой очень переживал из-за этого и испытывал праведный гнев из-за того, что учитель был несправедлив к своему ученику). Безусловно, главный герой — не полностью последовательный аристократ духа (он неидеален и не всегда ведёт себя добродетельно), но дело в том, что этот выходец из пролетарской семьи проявляет себя более благородно и добродетельно, а от того и более «духовно аристократично», чем выходец из семьи социальных аристократов. Поэтому сей фильм и важен: не важно какой ты социальной, классовой и прочей принадлежности — какие идеалы и ценности ты созидаешь, утверждаешь в отношениях с другими людьми и воплощаешь в тех или иных ситуациях разной степени сложности, закрученности и витиеватой неоднозначности. Важно лишь то, какая ты личность в духовно-нравственном плане. Это послание, заложенное в фильме, абсолютно соответствует индивидуализму. Оно подтверждает мой тезис о том, что социальная аристократия — не подлинная, ведь подлинная аристократия — духовная. Кроме того, Диллона, этого выходца из социальной аристократической семьи, тоже жаль, потому что из-за того, что эти аристократы социальные, а не духовные, они, вместо того, чтобы способствовать развитию личности их сына, лишь навязали ему (тем самым вогнав его экзистенцию в модус «неуатентичности», отчудив его от самого себя) стремление за престижем, социальным статусом и карьеризм (ведь именно из-за стремления угодить своим родителям, которые надеяться, что он поступит в Гарвард, он и поступает низменно: списывает и подставляет других). Такое закономерно, когда вместо подлинного духовного развития прививается лишь своекорыстное, мелочное и бессовестное, жестокое гонение за буржуазным успехом и социальным престижем среди таких же конформных, одномерных, субпассионарных, обезличенных и циничных заурядностей. Трагедия ещё в том, что Диллон чувствует свою заурядность, но вместо духовного развития (которое лишило бы его заурядности, а ведь именно определённая духовная возвышенность и делает главного героя более индивидуальным, чем остальные) он выбирает добиться успеха любой ценой, не понимая, что низменными поступками оригинальности, исключительности и благородных личных качеств не добиться, поскольку даже если человек и принадлежит к правящему классу (буржуазии), это далеко не означает, что он перестал быть заурядным и ничтожным.

В целом таковы мои основные мысли касательно этого кинопроизведения и причин почему его стоит смотреть всем людям и подросткам в частности.

Первостепенные и второстепенные персонажи фильма

Die Rote Fahne
Quinchenzzo Delmoro
Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About