Рецензия на сборник рассказов Дмитрия Смирнова «О мужиках и мудаках».

Дмитрий Смирнов зарекомендовал себя как автор, умеющий балансировать на грани жесткой жизненной правды и сатирического гротеска. Его сборник рассказов (на первый взгляд) — зарисовки из жизни, но в процессе чтения понимаешь, что это глубокое погружение в современную аномалию. В книге бытовой абсурд соседствует с экзистенциальной тоской.

Главная ценность его прозы в документальности, что для меня, как для журналиста особенно ценно. Смирнов выступает не выдумщиком, а протоколистом, собирающим коллекцию психологических портретов, которые в своей узнаваемости пугают и завораживают одновременно.

В основе сборника лежит галерея ярких, почти клинических типажей. Это не карикатуры, а живые люди, которых автор наблюдает с бесстрастием антрополога.

«В объятиях удава» открывает сборник. Это история о российском эмигранте в Малайзии — персонаже, прозванном Удавом. Этот персонаж становится символом тотальной деградации на фоне внешнего успеха. Смирнов виртуозно передает микроклимат ада: скупость, переходящая в патологию (отказ от бензина и питания гостей), и бесконечная русофобия, которая звучит тем сильнее, чем более загнивающей выглядит жизнь самого Удава в его «пятизвёздочной» пустоте. Эпизод с тайфуном, где палатка не выдерживает стихии, а «хозяин жизни» теряет ключи от машины, матеря сам себя — блестящая метафора крушения иллюзий и беспомощности «сильных мира сего» без ресурсов, которые они же и высосали из окружающих.

«Великий Джем» и «Грешный ангел, кроткий бес» — это дилогия о людях, сбежавших из реальности в свои замкнутые миры. Джем — жертва игромании и собственной инфантильности, окруженный магическим мышлением. Автор с изумительной иронией показывает, как человек с синдромом Питера Пэна перекладывает ответственность за свои провалы (потерю денег, аварию, одиночество) на «тёмные силы» и «магию».

Николай («Грешный ангел…») — обратная сторона той же медали. От рэпера-прожигателя он приходит к религиозному аскетизму, но сменяет лишь декорации. Вместо наркотиков — мухоморный чай, вместо тусовок — попытки закадрить 18-летних на велосипеде «Аист». Смирнов мастерски показывает, что вера без поступков и ответственности превращается в ту же лудоманию, только с иконками. Сцена с поеданием сырого мухомора и последующей рвотой под кустом — мощный образ саморазрушения, именуемого «духовным поиском».

Именно через бытовые подробности Дмитрий вскрывает суть персонажей.

Обратите внимание на дескрипторы:

«Дед» в Малайзии носит майку двадцатилетней давности, «которой можно мыть пол», и шлепанцы, скрепленные проволокой, храня при этом сейф с деньгами. Его любовь к деньгам описана почти как онанизм.

Джем живет в квартире без стиральной машины, где мать-пенсионерка трет белье вручную, а всё пространство забито мешками непроданного тряпья.

Николай обнаруживает у себя дома подслушивающего отца и слышит звук струи воды как символ отсутствия личного пространства.

Эти детали работают безошибочно. Смирнов показывает, как среда поедает человека, превращая даже состоятельных людей в нищих духом, а бедных — в «энергетических вампиров».

Автор использует прием сказа — живая, нелитературная речь с обилием сленга, мата и ироничных перифразов (запомнилось «пилигрим», «православный Че Гевара», «форматы Гитлера»). Это придает тексту эффект доверительной беседы у костра.

В рассказе «День рождения — грустный праздник» (поданном как письмо) Смирнов блестяще пародирует постсоветский менталитет: мясо как незыблемая ценность, противопоставленная «еврейским стандартам» Симиных сухофруктов. Это очень точная и смешная зарисовка на тему непонимания между поколениями и культурами.

В «История её слуги» автор переключается на тему кинезиологии и психосоматики любовных треугольников. Герой, узнавший об измене жены в США, переживает классический кризис, и Смирнов умело вплетает сюда тему иллюзий, которые мы питаем по поводу «западного рая».

Для меня эта книга — исследование человеческих иллюзий. Её герои словно персонажи диагнозов: одержимые, невротики, нарциссы и люди, застрявшие в подростковом возрасте. Главная мысль, проходящая через весь сборник, сурова и бескомпромиссна: если ты не развиваешься, твое прошлое (или твои фантазии) сожрут тебя.

Кому стоит прочитать: фанатам жесткой прозы, поклонникам Пелевина (в части иронии над эзотерикой) и тем, кто ищет в литературе честный, без прикрас портрет современного российского человека — в России и других странах, а также тем, кто не боится увидеть себя или своих знакомых в этих кривых зеркалах.