radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Philosophy and Humanities

Кенозис Абсолютного духа

Любовь Гречко

Все теряет себя во всем. И только посредством самопотери нечто имеет возможность самообретения.

Классическую проекцию данного нарратива можно встретить в употреблении одного богословского концепта — речь идет о кенозисе (с греч. κένωσις — опустошение).

Данный термин обозначает снисхождение Бога к материальному миру, его самоуничижение для принятия человеческой природы или, иными словами, воплощение Абсолюта в пространственно-временном континууме. Так, Сын Божий снизошел к людям и принял мучение со смертью ради любви к ним. Этот акт — жертвенный и добровольный акт истинного Бога во имя спасения человека.

Сразу делая шаг в сторону кенозиса Абсолютного духа, хочется отметить: тот, кто знаком с гегелевской философией, должен понимать, кого же все–таки Абсолютный дух жаждет спасти — вот уж не человека. А себя самого. Кому нужно самоумаление Бога? Оно нужно Богу, стремящемуся прийти к идее о себе. Выходит, Бог Гегеля не особо самодостаточен, ибо находит свою истину в инобытии, и не для его спасения совершает акт кенозиса.

Итак, Абсолют опустошает себя, снимая универсальность и чистое единство, чтобы стать частностью. Это и означает пресловутый путь «от абстрактного к конкретному». Весь мировой процесс является дескрипцией самопознания мирового духа, которое может быть достигнуто только посредством принесения себя в жертву.

Однако не стоит забывать, что эта жертва — логический конструкт. Хотя, принимая во внимание центральный принцип гегелевской философии — тождество бытия и мышления, мы понимаем, что формальный статус необходимо экстраполирует на сущее онтологический статус. Иными словами, инобытие, как всего лишь логическое допущение, существует на самом деле и существует имманентно бытию духа. Абсолютное Ничто содержится в Абсолютном Всё. Поэтому Бог не является константой — он, напротив, представляет собой «становящееся бытие».

Возвращение Духа к себе самому немыслимо без собственной негации — ибо как он может отрицать отрицание / снимать отчуждение, не имея в качестве своего момента отрицание / отчуждение? Конечно же, никак. Это закономерный этап на пути к обретению «чтойности», а, если учитывать бесконечность диалектического цикла, то не только к обретению, но и к возвращению к ней. Можно сказать, что кенозис необходим Абсолютному духу для перехода от «в-себе-бытия» к «для-себя-бытию», а затем к «в-себе-бытию», включающим «для-себя-бытие». Иначе каким образом возможен переход от модуса объектности к модусу предметности, если не через иное, не через снятие иного, не через осознание себя иным для иного?

Вот и природа да люди представляют собой всего лишь инобытие, «противное» в доказательстве «от противного», хоть и включены в Абсолют вследствие его тотальности. И нужны мы мировому духу вовсе не для того, чтобы нас спасти, а для того, чтобы через противоположность к нам он смог обрести себя, сняв противоречие.

Здесь достаточно привести одну очень показательную цитату:

«Для нас дух имеет своей предпосылкой природу, он является ее истиной и тем самым абсолютно первым в отношении ее. В этой истине природа исчезла, и дух обнаружился в ней как идея, достигшая своего для себя бытия, — как идея, объект которой, так же как и ее субъект, есть понятие. Это тождество есть абсолютная отрицательность, ибо в природе понятие обладает своей полной внешней объективностью, однако это его отчуждение в нем же и снято, и само оно в этом отчуждении становится тождественным с самим собой. Тем самым оно есть это тождество только как возвращение к себе — из природы».

Отсюда формула: хочешь наполниться содержанием — опустоши себя.

А еще тебе стоит умереть в инобытии энное количество раз, ибо это один из ключевых моментов обретения эмпирической свободы в дискретности. Ведь существование отдельной личности — частность, конкретность в оппозиции текучести, а смерть отдельной личности — свобода единичного самосознания, служащая неким прообразом, некой парадигмой будущей свободы Абсолютного духа, разобравшегося со всеми своими заботами по самоопределению и самодостоверности.

Вряд ли Гегель ратовал за теозис (обожение) и вряд ли можно говорить о гуманизме: Бог открылся не инобытию. Он открылся себе в инобытии. Но, тем не менее, философия Абсолютного духа — это философия единства, тотальности, поэтому отрицать наличие в ней феномена теозиса было бы странно. Если угодно, Дух воплощается в личности, обретая себя, а личность обретает свою полноту, вмещая полноту Абсолюта.

Таким образом, нет смысла говорить о бытии и инобытии, о субстанции и субъекте по отдельности — это гармоничное целое и единый организм, а теозис инобытия и кенозис бытия — два полюса планеты.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Author