radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Philosophy and Humanities

Тревожность Adèle

Юля Мак1
Adèle Van Reeth

Adèle Van Reeth

Я никогда еще так остро не ощущала чужое присутствие рядом. Отныне я принимаю душ в осознании, что все они здесь, за стеной, на той стороне улицы, на другом конце города, все — дома, воображение рождает столь массивное скопление плоти в одном месте, в одно время и повергает в оцепенение. Они — здесь! Все! Их тела вдруг стали излишне осязаемы. Я никогда не могла представить себя в окружении одновременно стольких присутствующих в собственной ванной.

У меня нет желания говорить. Однако самое время «взять слово», твердят вокруг, пора разрушить молчание ударом взвешенных фраз. Меня призывают высказаться, а мне нечего сказать. Я не нахожу ни одной достойной причины уступить безмолвию. У меня нет в запасе совета или предостережения, которые бы уже не были сформулированы и опубликованы всюду, кроме того, вовсе неуместно вести себя так, будто у меня есть ответ. Я думаю о тех, для кого оставаться дома — это пытка. Я страшусь, что женщины и дети, живущие с тираном, получают еще больше ударов, чем обычно, мне страшно, что одиночество, которое сегодня единственно действенное средство против вируса, заставляет медленно погибать моих пожилых родителей и всех тех, кто и без того ослаблен и уязвим, кому отныне отказано в уходе. Я, как и все, в затворничестве, и опасаясь за других, — первая, кто не сможет прийти им на помощь.

«Но будучи философом, как вы оцениваете ситуацию?»

Смею ли я ответить? Я не думаю, что философия могла бы прийти нам сегодня на помощь. В час борьбы — не анализа. На этот раз требуется время. Я не желаю призывать людей «набирать высоту», «сделать шаг назад», «сохранять дистанцию», хотя повторение этих движений утром могло бы стать прекрасной гимнастикой для тела в это время вынужденной неподвижности.

«Книга к прочтению в случае апатии?» — «Помогите сбежать от реальности!»

Они совершают ошибку. Какое недоразумение заставило думать, что кто-то мог бы помочь нам спастись от повседневности? Все в одной лодке. Мое единственное стремление в жизни: быть с ней в ногу. Поэтому даже к лучшему, что все мы — свидетели. А все, что нам довелось лицезреть, не обязано быть красивым.

Неспособность, постоянно находясь взаперти, избежать чувства пресыщения и отвращения — вот, что занимало мои мысли долгие годы. Почему обыденность и быт часто обращаются в тягость? Как объяснить то, что на первый взгляд безобидные мелочи (скрежет ложки, размазывающей конфитюр по хлебу, запах подушек в гостиной, вой холодильника посреди дня), могут заставить всерьез планировать побег на другую планету? И почему это отвращение к повседневности (которое часто умалчивается, не являясь повседневным отвращением) так мало изучено в философии? Почему сложно сохранять комфортное мироощущение, оставаясь дома на неопределённый, но длительный срок? Монстр, который прячется под ковром, даже когда «все хорошо» — это груз усталости, порожденный неизбежным повторением дней и ночей, даже если это жизнь, которую мы сами выбрали, но что нам делать с ней?

На протяжении нескольких лет, я искала слово для означивания этой заурядной тревоги, которая становится неожиданно комком в горле. Эту брешь между внутренним я и внешним миром мы старательно заполняем деятельностью, чтобы не пасть духом. Уловки, на которые мы идем для сохранения равновесия в состоянии необычайной двойственности, достигают предела своих возможностей перед лицом мелких бытовых вещей. Я провела опрос, в попытке понять проблему, присущую повседневной жизни, в ее, казалось бы, самых незначительных проявлениях. Однако непредвиденная ситуация, в которой мы все оказались, откладывает плоды моей работы на неопределенный срок. Но это лишь малость: вся книжная индустрия прекратила свою деятельность, от книжных магазинов до издательств, от печатных фабрик до редакторов, технический перерыв для всех, трагически затянувшийся перерыв, вероятно для некоторых.

Главная ирония состоит в том, что должна была сложиться эта чрезвычайная ситуация (всемирная пандемия), чтобы оказаться лицом к лицу с прозаичностью жизни, которая явилась сегодня так открыто, но с глазу на глаз. Время бороться. Ничего лучше не скажешь.


Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Author