Написать текст

У него болит вселенная

Olga Khodakovskaia1
Искусство воскрешения. Эрнан Ривера Летельер. — СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2017. — 264 с.

Искусство воскрешения. Эрнан Ривера Летельер. — СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2017. — 264 с.

«Сидя на вершине холма в позе лотоса и мирно ковыряя в носу, он обозревал всеохватную округлость горизонта» — он симпатичный, забавный и странный, этот Христос из Эльки, герой только что вышедшего на русском «Искусства воскрешения» Эрнана Риверы Летельера, трагикомичного мини-жития святого или не очень святого нового Иисуса, которым считал себя чилийский проповедник Доминго Сарате Вега. Или не считал, но хотел верить.

Он верил наивно, беззаветно, до безумия, что взлетит, исцелит или воскресит. Взлетал и расшибался. Был жалок: над ним смеялись, разыгрывали, обвиняли в сумасшествии, презирали и ругали. Был велик: в него верили, встречали и следили, как за суперзвездой. Толпа вознесла, она же изгнала, пусть всего лишь с прииска под названием Вошка. Чувство сирости размягчило его кости — «у меня болит вселенная», — и он перестал верить в себя, а люди — в него.

Уж не знаю, чего в этом романе больше — трагичного или комичного. Кажется, если латиноамериканец окажется в аду, то и там найдёт над чем посмеяться. Можно сказать, пустыня Атакама и селитряные прииски, где вырос автор и проповедовал прототип героя — и есть преисподняя.

Этот ужасный и прекрасный фоновый ад — trademark Риверы Летельера: днём — «гудящее жаркое марево», «солнце, шкворчащее на цинковых крышах» или лениво развалившееся, как толстая рыжая дворняга, ночью — «мельтешение звёзд, гроздьями свисающих прямо над головой», «звёздное молчание каторжных пределов», «луна, огромная, словно фаянсовый таз» и пампа, оборачивающаяся фантасмагорией.

На фоне белой пустыни из всего сыплется песок безумия — безуминки: один метёт пустыню, другая — открывает бордель под открытым небом и принимает всех, выстроившихся в очередь, на кровати за ширмой, третьи — провозглашают проститутку святой, и та верит в собственную святость.

Эрнан Ривера Летельер — мастер бурлеска. «Низкие» подробности жизни проповедника, вроде ковыряния в носу или вида его трусов, конечно, не без эротики, перемежаются темами веры и неверия, милосердия и поиска бога в мистических видениях. Всё это — без пошлости и догматизма.

Бог — это тишина великой Атакамы, бог кругл под её солнцем/нимбом: «…лёжа с закрытыми глазами, он [Христос из Эльки] внезапно прозрел истину: жизнь кругла и смерть кругла. Он залился слезами, вознёсся на сантиметр над песком и продолжал громко твердить, что мысли круглы, ветер кругл, боль, одиночество, забвение круглы, сама жажда, выжигающая его горло, кругла… небытие кругло, квадратное кругло, тишина кругла и кругл колокольный набат».

А в конце: «С бумажным пакетом под мышкой, решительным шагом вечного странника он пересёк рассвет, добрался до полудня, просочился сквозь миражи, пришёл к горизонту и добрёл до других дней, других месяцев, других лет».

Роман чудесно написан и прекрасно переведён, к тому же в нём есть кросс-персонажи из «Фата-морганы любви с оркестром», другого романа автора, а это приятно узнаванием. Действие разворачивается в 1942 году, но нет никаких признаков происходящего на другой стороне земли, потому что это Латинская Америка, Чили, Атакама — это погружение в новый, причудливый мир, как почти любая встреча с латиноамериканской литературой.

Наконец, это искусное воскрешение не очень-то популярных тем, какого-то античного, библейского, средневекового духа — того, что этот континент не пережил, но вобрал в концентрированном виде. Отсюда — гротеск, но — мастерством автора — нежный, «от всего сердца и без жеманства».

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Автор

Olga Khodakovskaia
Olga Khodakovskaia
Подписаться