я проснулась тем утром — в рот мне вложили розовые лепестки

у постеле моей растянулся вместо рабыни ангел

с ложа восстав я оделась в ангельский голос как в ризу

в дневничке за страницей страничку писала историю чьих-то страданий

плюнула — перевернула — плюнула — перевернула

в одежде цереры слушаю звуки сирены

слышу бетоновый гул и клокот трубопровода

спасибо за это сегодня на том и спасибо

сегодня потонет

сегодня рухнет

мое карфагенское тело — я говорю себе каждое утро я говорю ежедневно

папа папа я не хотела не думала

папа это кувшин

это сосуд

это я

я

перпетуя туя туя tua пепельный дым лепестки петуний

парапет тротуар

ныне втуне

глупое имя, ответ на вопрос как

как

ты меня назвал

как

жить вечной

в вечном городе

как

жить бессмертной

в древнем риме

жить в древнем риме насмешка

тебя окружили кольцом

толпа тебя бьет ногами смеется

и ты смеешься за ними вослед

каменеешь

это насмешка

а ты лишь ложишься ничком

ложишься в имперскую почву рот набивая землею

уши и ноздри и рот и глаза землею засыпать

ляг в эту землю умри ляг разложись и умри — вот и все

дочь в древнем риме тобой твоим телом телами таких же как ты горят фонари

папочка ты не понял: я в школе вьетнама:

с кем воевала? с быком, эфиопом, родителем и ребенком.

вслед я за ними пойду

повторю неумело

вот они слева направо: акила присцилла

дату рождения глуше и глуше не выбирают

умру так и быть

давай притворимся: ты кронос, а я твой ребенок я твой нелюбимый

я зуб золотой во рту.

— лопается пружина и вот —

непобедима необорима победительна санна-санна

благословенна

если ты там была мати

если ты видела что там — хотя бы глазком полудетским —

я верю верю

там не должно быть страшно

стада этих диких потрогать меня боятся

аспиды василиски хожу попираю драконов и змиев

на руках понесут мя

руками на части порвут —

все в моей жизни сказочно будет и дивно