Арт-медиация в «Гараже» во время пандемии

Marina Romanova
13:05, 20 июля 2020
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Это история о том, как в ситуации пандемии один маленький коллектив: шесть медиаторов и один менеджер смогли придумать новые образовательно-развлекательные форматы: арт-медиацию перенести в онлайн, из онлайн-медиации сместить фокус на общение медиаторов друг с другом и придумать «диалоги медиаторов», а напоследок ещё и запустить подкаст.

В марте 2020 года практически одним днем закрылись московские музеи. Музей Современного искусства «Гараж» стал первым, кто это сделал. В тот момент на выставке «Секретики: копание в советском андерграунде. 1966–1985» работал коллектив медиаторов, прошедших длительную и сложную подготовку. Нам очень не хотелось прекращать делать своё любимое дело, и тогда мы придумали формат онлайн-медиации как единственно возможный способ продолжать работу медиаторов.

Мы перенесли медиацию в онлайн и немного ее трансформировали. Во-первых, мы придумали сессии. Одна сессия длится полтора часа, кроме ведущего-медиатора в ней может принять участие максимум шесть человек, иначе магия дружеской беседы уходит. Люди регистрируются на сайте на удобный тайм-слот, а затем мы высылаем им на почту приглашение в зум конференцию. Сессия длится максимум полтора часа. До конца мая мы проводили две сессии утром и две — вечером, а медиация шла четыре дня в неделю: понедельник, среда, пятница, суббота. Сейчас мы проводим одну сессию утром и одну вечером, и пятницу отдали под новый формат, но об этом дальше.

Все темы медиации сформулированы по одному принципу: сначала — тема с выставки, потом — наша современная жизнь. Например, «Поэзия повседневности в работах Д.А. Пригова VS поэзия повседневности во время самоизоляции» или «Хиппи в СССР VS зачем мы наряжаемся, выходя в продуктовый». Хотелось, чтобы люди имели возможность высказаться и про искусство и том, что их действительно сейчас волнует.

Неожиданным поворотом онлайн-медиации стало регулярное посещение некоторыми людьми ряда сессий. Изначально, я не закладывала никакой лекционной истории, когда людям необходимо прослушать несколько часов информации друг за другом. Скорее предполагались разовые посещения, а вышло — наоборот. У нас уже появляются постоянные посетители, что также говорит нам о полезности нашего труда.

Также интересно, что вначале многие участники не включили камеру в Зуме и общались только голосом. Но всего две недели спустя люди начинают активно менять свою привычку. Возможно, культура рабочих и дружеских конференций начала становиться базовой привычкой и люди стали легче относиться веб камерам и показу себя в домашней обстановке. Сейчас мы проводим шесть сессий в неделю: понедельник, среду и субботу.

С мая мы также придумали и запустили абсолютно новый формат: диалоги медиаторов. Диалоги родились коллективным медиаторским разумом. Мы поняли, что многие посетители хотят погружаться в тему, узнавать новое, но для них экстремально сложно общаться по зуму, смотреть на себя в экране и одновременно вести диалог. Тогда мы решили специально для такой аудитории создать формат, в котором общаются два медиатора, а их беседу мы транслируем в фб и ютуб музея. Формат вызвал широкий интерес, сейчас вышло уже семь диалогов, на которых в ютубе суммарно 2370 просмотров. Диалоги проходят по пятницам с 16:00 до 17:30.

С середины июня музей открылся для посетителей и встал вопрос: выходить ли медиаторам работать на выставочную площадку или оставаться в онлайне до завершения работы выставки, 2 августа. После долгих обсуждений решили, что все–таки безопаснее и для ребят, и для посетителей будет остаться в онлайне. Но количество информации о неофициальном советском искусстве, которое медиаторы узнали за эти месяцы, стало практически бескрайним, и нам было жалко, никак это не использовать. Тогда мы решили поделиться своими знаниями с посетителями не только визуально, но и аудиально, и записали подкасты медиаторов. Каждый медиатор сфокусировался на интересной для себя теме: научная фантастика, тело, акционизм, и записал дорожку не длиннее 30 минут. Подкасты стали удачной заменой медиатора на площадке, так как в аудио ребята много говорят про объекты, представленные на выставке.

Пандемия заставила всех сотрудников культурной индустрии мыслить нестандартно и быстро. Мы поступили также и не прогадали: придумали новые форматы, расширили круг аудитории с Москвы до всего русскоговорящего населения планеты, проверили на прочность границы партисипаторности Зума, Ютуба и Фэйсбука. 2020 год принёс много потерь и боли, но даже в этой ситуации нам было важно продолжать творить и показывать всем, что это возможно. Искренне надеемся, что со своей задачей справились.

Марина Романова,

Менеджер публичных программ Музея «Гараж»

Прямая речь медиаторов

Даша, 20

Меня зовут Дарья Архипенко, мне 19 лет. Я учусь в московском кампусе НИУ ВШЭ на ОП «Культурология». Медиация — относительно новый для меня род деятельности. На «Секретиках» я пробыла в этой профессии 2 месяца, до этого в «Гараже» работала смотрителем. В целом моя деятельность всегда была связана с живым диалогом с людьми, так что еще до официальной работы медиатором я, мне кажется, немного им была. Я помню свою первую оффлайн медиацию, я очень переживала, нервничала. И вот спустя несколько месяцев я снова погрузилась в те первые ощущения, потому что музейная институция, в которой я работаю, внедрила новый формат онлайн-медиации. В своей работе я ценила глубокий контакт в диалоге, зрительный контакт, живой энергообмен. Я буквально растворялась, медиируя в музее, не замечала ничего вокруг в моменте, когда шла сессия. Я очень боялась, что лишусь этого в онлайне, не найду инструменты для установления контакта. Тем более, участниц онлайн-медиации может присутствовать в ней в разной степени: включить камеру и быть активным, не включить — но все еще быть в диалоге, включить, но не участвовать или же вообще отключить и звук, и видео. Это все дезориентировало в начале. Однако после первой же сессии я открыла для себя огромное количество плюсов такого формата, и сейчас очень его люблю, он стал для меня комфортным. Я очень ценю то, как раскрепощаются гости музея, когда их защищает экран их гаджета, как охотней они делятся своими мыслями, ассоциациями, строят параллели. И самой мне комфортней со многих сторон: в оффлайне иногда чувствуешь себя немного маньяком, заводя новый диалог с новым гостем, на такой формат же приходит заинтересованный гость, у него часто есть цели, есть запрос. И это сразу задает особую планку для живого диалога и обмена опытом.

Настя Шестак, 22

Медиация онлайн была для меня волнительным опытом. Когда посетители приходят на выставку, пространство музея является безопасной рамкой, которая позволяет нашей коммуникации состояться. В интернете не всегда участники чувствуют себя в безопасности, и оттого могут не включать камеру и даже звук. И, конечно, здесь есть дополнительные технические аспекты, которые нужно учитывать в отличие от оффлайн аналога.

После первых двух встреч в таком формате, где из семи участников камеру не включила только одна девушка, так как ей хотелось просто быть сторонним наблюдателем нашей дискуссии, я удивилась, насколько комфортно себя ощущают участники с переходом в онлайн. Они делятся неожиданными идеями, развивают интерпретации, которые уже были высказаны, общаются друг с другом, соглашаются или нет. Это всегда получается очень конструктивная дискуссия о произведениях искусства и самых разных явлениях. Честно говоря, даже когда я прихожу на выставку с кем-то из друзей, нам не всегда удаётся так продуктивно поговорить о том, что мы видим. Важную роль играет то, что с участниками медиаций мы, как правило, не знакомы. Здесь и сейчас нас объединяет только обсуждаемое произведение искусства, событие или феномен.

В отличие от музея, где люди часто спешат на другие выставки или просто по делам, медиация-онлайн оказывается комфортной средой для вдумчивой коммуникации. Ситуация самоизоляции — необыкновенный опыт, который позволяет проявлять доверие и внимательность к совершенно незнакомым людям в сети. Мне хочется посмотреть, что станет с онлайн-медиацией после карантина. Конечно же, у потенциальных участников будет намного меньше свободного времени. Но я точно знаю, что у этого формата есть потенциал.

Федор, 23

Обстоятельства, из–за которых человеку приходится безвылазно находиться дома, могут быть самыми разными. В современной ситуации пандемии для большинства людей причина одна и та же. Условия карантина, очевидно, ограничивают возможности человека, но в то же самое время изоляция стала моментом уравнения людей во многих аспектах их жизни. Этот факт послужил катализатором для развития новых идей.

Необходимость платформ для дистанционного образования, онлайн просмотров спектаклей, балетов, концертов, возможность знакомства с теми или иными произведениями искусства вообще наконец-то стала реально очевидна, как бы много об этом не говорилось ранее. Многие институции (государство в их числе) оказались не готовы к такому стремительному развитию событий, поэтому вопрос о переформатировании своей деятельности встал перед ними крайне остро в один момент.

Музейная медиация на примере «Гаража» так же совершила попытку не прекращать свою работу даже в режиме изоляции. Рано говорить об итоговых результатах такого проекта, но некоторые соображения даже на начальном этапе необходимо зафиксировать.

Медиация должна проводиться в офлайн и онлайн режиме, если есть такая возможность. Если нет варианта работать в режиме офлайн, то онлайн формат должен брать на себя всю музейную аудиторию. Медиация ценна тем, что нарушает условленный порядок «произведение — зритель», в рамках которой зритель оказывается в большинстве случаев пассивным объектом воздействия со стороны произведения/автора/лектора и т.д. Медиатор же создает ситуацию дискуссии и расширяет возможность прочтения и анализа произведения. Именно этого не хватает большинству онлайн платформ, которые работают в одностороннем порядке: просмотр лекции, онлайн тур по музею и т.д. редко оставляют после себя пространство для разговора; зрителю необходимо самому постараться найти себе собеседников, что далеко не всегда удается. На мой взгляд, эта неизбежная пассивность становится основной проблемой деятельности в сети. Медиация же сама по себе становится этой возможностью дискуссии и более плавного погружения в тему.

Пандемия доказала, что при всех тех издержках, которые несет в себе онлайн формат, любая деятельность должна ориентироваться на создание онлайн платформ, которые будут функционировать не только в экстренных случаях, но и при любых других обстоятельствах, в которые может быть вовлечен, например, человек с инвалидностью. Медиация в данном случае не исключение. Удачная сессия медиации может создать уникальную возможность более индивидуального и тонкого восприятия работы, в котором зритель становится отчасти автором, нежели чем пассивное восприятие объекта.

Я остаюсь при мнении, что онлайн формат все равно ограничен в возможности передачи техники, эмоции, настроения и т.д. Приоритет остается за восприятием работы в реальности, но, как «неожиданно» оказалось, такая возможность есть далеко не всегда. Именно поэтому я надеюсь, что для музейной медиации те проблемы, с которыми столкнулось все общество, станут сигналом для развития онлайн форматов.

Игорь, 23

Формат медиации в наших музеях в принципе не слишком распространён, и я, например, его начал осваивать вместе с посетителями. Неудивительно, что многие теряются, столкнувшись медиатором на площадке, особенно когда выясняется, что рассказывать о своих непосредственных впечатлениях от увиденного не просто не запрещено, а важно и ценно. По моим впечатлениям, для большинства медиатор во плоти пока что рояль в кустах, который предлагает вместе что-то сыграть. Получается, что это сюрприз внутри привычного формата, когда посетители неспешно прогуливаются по галерее, делают фото себя и экспонатов, кое–как читают экспликации и, возможно, что-то гуглят по свежим следам. В онлайне такой проблемы нет, потому что формат многим знаком, и онлайн-медиация сейчас воспринимается как ещё один карантинный формат, но я надеюсь, что эта практика будет оценена по достоинству и станет регулярной, когда всё это закончится. Уже по первым медиациями была видна разница, которая заключается в большей расслабленности людей и готовности к диалогу на равных. Сидя, дома, с привычной атмосфере, с кружкой кофе, которое перед экспонатом, к сожалению, не попьёшь, возможно даже с выключенной камерой делать шаги на территорию неизведанного, которой для большинства остаётся современное искусство, естественно, приятнее. Также плюсом является возможность развивать беседу втроём-вчетвером, люди не чувствуют давления, в удачные дни разговор может строиться между посетителями без активного направления со стороны медиатора. Я сам предпочитаю перед любой дискуссией изучить матчасть, иначе чувствую себя некомфортно, хорошо, что сейчас есть заранее заявленные темы и заблаговременная запись. Сейчас у нас ещё такая придумка, что все темы связаны одновременно с выставкой и с актуальной повесткой. Представляю, сколько ракурсов можно таким образом открывать, когда вместо одной большой проблемы жизнь снова будет кучей маленьких проблем.

Женя, 23

Переход на формат онлайн-медиации оказался для меня в некотором роде испытанием, которому я очень рада.

Онлайн-медиация в моем случае потребовала более углубленного знания выставочного материала, так как сессии онлайн-медиации были разделены на тематические блоки, и то, о чем раньше мы с медиируемым могли упомянуть вскользь или пропустить, теперь стало темой часового активного обсуждения.

Особенно необычным опытом стало общение с группой в формате зум-конференции. Интересно, что теперь я никак не могу влиять на состав участников медиации, и если раньше я могла интуитивно выбирать для медиации своих ровесников (мне 23 года), то теперь я общаюсь с людьми из разных возрастных групп и профессиональных сфер. Вопреки всем тревогам эта коммуникация оказалась очень приятной, ничуть не хуже общения оффлайн. Во-первых, это изначальное чувство защищенности среди родных стен, которое, уверена, было не только у меня, но и у медиируемых. Во-вторых, спасибо нашему менеджеру проекта и Гаражу, медиаторам предоставили полную свободу действий. По сути каждая медиация — это оригинальный проект дискуссии, скурированный медиатором.

Если в режиме оффлайн внимание посетителя, помимо медиации, было захвачено пространством всего музея и самой экспозиции, то теперь тот опыт, который он получит, во многом зависит только от качества медиации, поэтому я стала сильнее ощущать свою ответственность.

Онлайн-медиацию отличает ее камерность. Регистрация ограничена 6 участниками, но добирается от силы 4 человека. Мне кажется, что это всех подкупает и заставляет записываться на несколько медиаций подряд. У меня однажды был замечательный опыт онлайн-медиации с одним участником. Мне очень комфортно в таком формате, поэтому, если говорить об опыте работы в музее, я не сильно скучаю по доизоляционной жизни.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки