Состояние: Быть на коне.Выставка NJK на Лычаковском кладбище.

Новое Еврейское Искусство
16:15, 29 июня 2020
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Новое Еврейское Искусство (NJK) — объединение художников, писателей, режиссёров и издателей, созданное в Украине в городе Одесса в начале 2013 года для развития культурной среды.

«Рой яму! Греби яму!» — третий совместный проект лидеров движения NJK, для которых Лычаковское кладбище стало конечной точкой для репрезентации антропологического исследования города МЕДЖИБОЖ — столицы хасидского царства.

Далее следует эссе одного из участников движения.


Между крестом и табличкой, вроде бы человек вдалеке стоит!

Забудь о европейской погоде, там уже давно для нас нет места. Там длинные ночи, короткие дни. Мы выдвинулись тогда в паломничество, мы построили большой мост. Нам нужен был этот путь, потому что мы забыли вкус сладости во рту. Я запрягаю своего коня, нарушая равновесие древних законов, но выбирая жизненный путь «Радости». Мои мышцы на ногах, они очень сильные, я смогу удержаться в седле. Мне важно осознать момент, который ворвался в память на той вершине. Тогда нам не удалось ее взять.

Тогда мы были простой пехотой,

армией без прыти,

армией без гонора,

армией без запаха,

армией без вкуса,

армией без оргазма,

армией без восклицаний,

армией без отчаяния,

армией без инстинкта.

Image

Мне удалось познать настоящую мощь: она включает в себя ненависть и резвого друга. Мы пересекли три поля, а на четвертом нас ждал торговец. Он предложил нам потратить деньги на теплых женщин, он предложил нам возбудить инстинкт жизни, которая угасала из наших тел на вершине близь Садгора.



Межреческий Магид рассказал мне об этом состоянии, поведал тайну нахождения в инстинкте. У моего коня больше нет имени, у моего друга больше нет имени, мы стали частью хлесткого удара, который пронес нас по тайной земле, глупой местности. Я взял скорость, жеребец несет меня все дальше и дальше, моё состояние не остановить, я всадник. Главное удержаться, пока я на ней, смерти не будет.



Торгаш: Я долго наблюдал за тобой. Ты вел свой караван еще со времен крещения.

Путник: 2000 лет, столько мне было отпущено.

Торгаш: Я жду тебя, слезь с коня, и мы пойдем тратить деньги на теплых женщин.




Мы отправились в путешествие, которое должно было принести нам плоды, но мы потерпели тотальное поражение. Вокруг нас простирался вымышленный край, который превратился в забытую граненую плиточку, маленькую плиточку на деньги маленького, пухленького человека.

Я страдаю

Я любил красоту

Я плакал

Я человек?

Я иду к вершине

Я пою песню

Я плакал

Я человек?

Я молился

Я постился

Я плакал

Я человек?

Нам накрыли большой стол посреди поля, возле могилы на имя моего друга, но он несмел сесть за него. Я молил его позаботиться о нашей чести, я молил его приступить к трапезе. Он отказал нам.


Верные кони стояли слишком далеко, нам не ускакать.

Верные братья жили слишком далеко, нам не убежать.

Верные родители лежали слишком далеко, нам не исчезнуть.

Image


Мой друг сядь за стол

Мой друг благослови хлеб

Мой друг съешь яйцо

Мой друг запачкай соседу сюртук

Мой друг запачкай себе сюртук


Мы говорили о своей доле, как сложно быть всадником, как не уютно жить в седле, но как страшно нам его покинуть. Совсем не хотелось начинать эту драку, но мы пришли по делу, а не ради судьбоносного поступка. Они поставили нас перед фактом, сделали из нас жертв. Трапеза перестала быть мощной! Мы опустошили все красные горшки, проглотили всю мякоть, благословили хозяина и пошли дальше.

Перед нами появилась большая украинская хата, она ждала нас, думала о нас, мечтала о нас. Мы воплотили ее желание, возбудив ее дверцы, вошли и остались в ней на долго. Все пространство создано только для нас: красивые тома книг, центральный шкаф, кружка для умывания, деревянная скамеечка, маленький попрошайка в углу.



Я так хотел, чтобы ты была рядом со мной в этой хате. Я существую для тебя, я ищу тебя. Моя королева, золотые дни после ада, какой жесткий ветер был вокруг. Мой друг начал просить выйти из хаты, просил освободить его от мазанки умного еврея, но восточный народ стучит в дверь. Нетерпеливый народ, злой народ, дикий народ.


Ты получишь пожизненный каменный траур, говорил я товарищу.

Перестань возноситься за столом, кричал я соседу.

Перестань править за обедом, молил я царя.

Хватит нас атаковать, просил я врага.


В его руке чемодан, набитый красными сари с вышивкой, день прошел быстро, все выглядело иначе. Нам нужно было вонзить указатель на Рамла Лод, а она все работает по утрам и встречается с друзьями, не думает обо мне. Рой яму! Греби яму! Воткни острый указатель в землю, пусти кровь.

Большая гробница с узенькой щелью, быть на коне так непросто, недруги не уходят. Тоталитарный режим построил вокзал, для страны из которой хочется уехать, для местности, которую хочется забыть, для тебя, которую не смогу я забыть.

Image

Мы совершили еще одно антропологическое исследование, у каждого из нас своя цель, которая привела нас к большому краху производства. Символичная сноска поможет нам его пережит, воображение разбросает события, а мы забудем тринадцать полей, забудем развилку, и только два магазина с разными именами оставят нас на вечную муку выбора.

Почему я не могу быть везде одновременно?

Почему вы не дали мне шанс быть везде?

Почему я не могу заполнить все собой?

Почему я не все?

Все

Гарри Краевец

2019

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки