radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Prose

Ruslan Nasir AW2022 «My Old Man‎‎»‎

TBA

В своей работе дизайнер Руслан Насир придерживается междисциплинарного подхода: мода для него существует в тесной связи с другими художественными практиками — например, литературой и музыкой. Давней мечтой Насира была фэшн-рецензия, которую бы написал его близкий друг Миша Захаров — российский писатель, переводчик и кинокритик корейского происхождения. В первой главе своей дебютной книги, которая должна была выйти в издательстве No Kidding Press весной 2022 года, Миша рассказывает о том, как его отец бросил их семью и уехал в Корею. В связи с экономическим коллапсом, вызванным полномасштабным вторжением России на территорию Украины, выход книги отложен на неопределенный срок. Сейчас Миша работает на Венецианской биеннале, но заветная мечта Насира — пусть и в той новой реальности, где мы все сейчас находимся — все же сбылась.

Read the full material in English here.

Alex is wearing a white BOYFRIEND belt t-shirt and black buttoned BOYFRIEND shorts by Ruslan Nasir

Alex is wearing a white BOYFRIEND belt t-shirt and black buttoned BOYFRIEND shorts by Ruslan Nasir

Миша Захаров, июнь 2022

Название дипломной коллекции Руслана Насира отсылает к песне Джони Митчелл My Old Man c легендарного альбома Blue. Мужчина, которому она посвящена, поет в парках, блуждает под дождем и танцует в темноте; он «утренний свет», «вечерний салют» и «самый нежный гитарный аккорд». В фильме «Детки в порядке» лесбийская пара в исполнении Джулианны Мур и Аннетт Бенинг приходит в удивление, если не сказать шок, узнав, что биологический отец их детей — гетеросексуал в исполнении Марка Руффало — тоже любит этот альбом. Blue действительно сложно назвать гетеросексуальной пластинкой, а песня My Old Man, хоть и посвящена мужчине, трактует его образ как нечто импрессионистическое и эфемерное. Этого же подхода придерживается и Насир, облачая мультиэтническую разновозрастную группу мужчин — подчас расслабленно-брутальных, подчас неприступно хрупких — в рафинированные вещи варьирующихся объемов.

Vagan is wearing a a burgundi brown PARENT trench, a dust black silk PARTNER and a black zipper PARTNER trousers by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a a burgundi brown PARENT trench, a dust black silk PARTNER and a black zipper PARTNER trousers by Ruslan Nasir

По просьбе Руслана я пытаюсь представить, как ношу его вещи, но есть проблема, так как четыре месяца назад, после начала российского вторжения в Украину, Насир уехал из Москвы. Я тоже уехал и теперь живу между Венецией и Ташкентом. Дизайнер вряд ли отправит мне свои вещи бандеролью. К тому же, он никогда не давал мне поносить их прежде — неужели сейчас, перед лицом конца света, он наконец-то сдержит свое обещание?

В Узбекистане, как вы, должно быть, знаете, криминализована гомосексуальность (точнее сексуальные отношения между мужчинами) и порицаются любые проявления женственности (что бы это ни значило) со стороны мужчин. В этом контексте вещи Насира пришлись бы очень кстати: неброские, но с легким налетом гейства, они бы в достаточной мере выделяли меня из толпы, в то же время не подвергая опасности. Парни в лукбуке, облаченные в безразмерные рубашки, брюки и шорты, выглядят так, словно тайком взяли вещи своих отцов и подражают им перед зеркалом. В то же время они как будто намеренно не попадают в образ — если на них брюки, то это брюки-шорты, а если шорты, то шорты-юбки; на них не рубашки, а блузки, а ключевой тактильный триггер, связанный с отцом — его ремень, — не подпирает живот, а опоясывает грудь. Нарочито грубые фактуры комбинируются с натуральным шелком, сатином и ручной полупрозрачной вязкой. В этом свободном, струящемся монохроме — белом, черном, сером, коричневом, — я бы передвигался по улицам гомофобного Ташкента в разгар чилли — 40-дневного безветренного зноя, — как в защитном облаке.

Vagan is wearing a white knitted BROTHER polo-shirt and grey woolen FRIEND shorts-trousers by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a white knitted BROTHER polo-shirt and grey woolen FRIEND shorts-trousers by Ruslan Nasir

Alex is wearing a white BOYFRIEND belt t-shirt, a deep grey silk buttonless PARTNER blouse and grey boxer PARENT trousers by Ruslan Nasir

Alex is wearing a white BOYFRIEND belt t-shirt, a deep grey silk buttonless PARTNER blouse and grey boxer PARENT trousers by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a milk white zipped GUIDE jacket and woolen slashed FRIEND shorts by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a milk white zipped GUIDE jacket and woolen slashed FRIEND shorts by Ruslan Nasir

В визуальном исследовании, предваряющем коллекцию, Насир упоминает Аббаса Киаростами — его фильмы мы смотрели в рамках прошлогодней ретроспективы в кинотеатре музея «Гараж», для которой я писал тексты. На раннем этапе своей карьеры Киаростами много работал с темой детства и изучал школу как инструмент встраивания авторитарной идеологии. Он держался в Иране до последнего, но в итоге ему, как и многим представителям творческой интеллигенции, тоже пришлось уехать — два своих последних игровых фильма он снял в Италии и Японии. Можно ли эти фильмы считать иранскими? И можно ли коллекцию дизайнера из Татарстана, главными героями которой стали армяне, ливанцы, тунисцы, азербайджанцы, грузины, туркмены и афганцы, считать российской? Что определяет национальность культурного продукта? Гражданство его автора? Страна его производства? Альма-матер, где защищается проект?

Есть грустная ирония в том, что Киаростами, ставший одним из главных вдохновителей проекта, на проверку оказался никудышной отцовской фигурой. В июне 2022-го художница и режиссерка Мания Акбари опубликовала открытое письмо, в котором она, сыгравшая главную роль в фильме Киаростами «Десять», обвинила его в художественном плагиате, а также психологическом и сексуальном насилии. Заявление поддержала ее дочь Амина Махер, сыгравшая в фильме роль сына Акбари и совершившая во взрослой жизни каминг-аут как трансгендерная женщина. Теперь фильмы Киаростами о плагиаторах и самозванцах, такие как «Крупный план», смотрятся совершенно иначе.

Каждый предмет одежды в коллекции Насира назван в честь определенного мужского архетипа — брата, одолжившего свое белое поло; любовника, в вещах которого, шелковых и соблазнительных, можно пойти на свидание с ним же; отца, чьи широкие брюки так и подмывает стащить из гардероба; и, наконец, проводника, чей образ решен в виде темно-кофейного атласного комплекта с покрывающим голову платком. Многим мужчинам призывного возраста, бежавшим из России, в том числе Насиру и мне, сейчас приходится в срочном порядке осваивать эти роли — в частности последние две. Коллекция дает возможность в буквальном смысле примерить эти амплуа на себя.

Alex is wearing a sienna cotton PARENT coat, a black satin PARENT jacket and classic NASIR trousers by Ruslan Nasir

Alex is wearing a sienna cotton PARENT coat, a black satin PARENT jacket and classic NASIR trousers by Ruslan Nasir

Vagan is wearing white belt PARTNER panties by Ruslan Nasir

Vagan is wearing white belt PARTNER panties by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a powder blue PARENT belt blouse and black zipper PARTNER trousers by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a powder blue PARENT belt blouse and black zipper PARTNER trousers by Ruslan Nasir

Alex is wearing a white knitted BROTHER polo-shirt, a black satin PARENT jacket and classic NASIR trousers by Ruslan Nasir

Alex is wearing a white knitted BROTHER polo-shirt, a black satin PARENT jacket and classic NASIR trousers by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a dark coffee satin GUIDE headscarf, a dark coffee satin gathered GUIDE blouse and satin gathered GUIDE trousers by Ruslan Nasir

Vagan is wearing a dark coffee satin GUIDE headscarf, a dark coffee satin gathered GUIDE blouse and satin gathered GUIDE trousers by Ruslan Nasir

Будучи в изгнании в Узбекистане, я сделал то, что прежде казалось мне немыслимым: написал в Корею своему отцу, которого не видел двадцать один год, с просьбой признать отцовство. Отец ответил только спустя два месяца: он написал моей матери, что пережил операцию по удалению раковой опухоли и не мог выйти на связь. «Когда я думаю о Мише, у меня болит на сердце», — написал он и все же не ударил пальцем о палец, чтобы вывезти меня в Корею. Мне хочется лишь сказать: «Дорогой Руслан, в отсутствие отцов (а также в их беспомощном присутствии) и во время, когда мир стоит на пороге третьей мировой (или когда он, как считают некоторые, уже его переступил), давай не будем забывать о нашей ответственности друг перед другом — для этого нам, как поет Джони Митчелл, никакая бумажка из городской ратуши не нужна».

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Author

TBA
TBA
Follow