radio.syg.ma


radio.syg.ma is a community platform for mixes, podcasts, live recordings and releases by independent musicians, sound artists and collectives
Create post
Refnews.ru

Протестантизм породил современную науку

Оксана Куропаткина

Оксана Куропаткина

Именно протестантский рационализм сформировал современную науку как институт в XVII в. Как это у него получилось?


Первое, что следует упомянуть, это то, что, с одной стороны, для всех трех «отцов» Реформации — Цвингли, Кальвина и Лютера — наука была сферой их интересов. Все трое были образованными теологами и в разной степени интересовались иными гуманитарными науками. С другой стороны, для них, особенно для Кальвина, было очевидно, что наука должна четко знать своё место. Главное стремление христианина — познать истину, которая дана через Иисуса Христа. Главная цель человека — это спасение души, на что нужно положить все свои силы. Наука хороша только лишь как низшая сфера познания, возможность тренировки для пытливого человеческого ума и возможность добыть из природы что-то нужное и полезное для человеческого общества — то есть это инструмент служения.

Кальвин и Лютер обрушивали страшные проклятия на науку, претендовавшую на знания в вопросах, которые может объяснить только вера. Лютер называл Аристотеля «зловонным язычником» за то, что философ замахнулся на метафизику вместо того, чтобы остаться в рамках физики и логики, в чем он, по признанию реформаторов, действительно что-то смыслил. Таким образом, любая попытка рационального постижения Бога — это гнусная ересь и заблуждение, которое уводит человека от истины. С другой стороны, если науки нет совсем, то это опять же заблуждение, которое отвратит здравомыслящих людей от истинной веры. Как говорил Кальвин, «мы не должны предлагать людям ничего, объясняя Писание, что с точки зрения человеческого разума кажется абсурдным». Таким образом, вера помогает нам достичь самого главного, то есть спасения, а наука идёт за ней следом, помогая человеку выполнять своё предназначение.

Можно выделить пять больших смысловых блоков в вероучительной и практической парадигме протестантизма, которая стимулировала многих протестантов к одобрительному отношению к науке и повлияла на научную парадигму.

Первый блок. Огромная страсть (часто, может быть, совершенно иррациональная) к постижению истины. Обычно о реформаторах и протестантах в целом говорят как о людях, которые одержимы своей идеей и страстно хотят всем её навязать. С одной стороны, это так, но, с другой стороны, если читать, например, труды Кальвина, то там видно, помимо жесткой убеждённости в истинности того, что он открыл, огромное желание постичь эту истину. Истина явлена в Иисусе Христе — это то, в чем нет сомнений, но слишком много в Писании парадоксов, в том числе и в вопросах веры. Нужно истину объяснить внятно и логично, но для этого нужно согласовать между собой противоречия. Немало труда положил Кальвин, чтобы объяснить, что такое предопределение и как оно согласуется с милосердием Бога. Рассуждая об этом, Кальвин постоянно указывает на непостижимость действий Бога для человека и в то же время пытается дать им объяснение, и видно, что они его до конца не удовлетворяют, поэтому Кальвин постоянно ищет новые формулировки. Итак, система представлений о Боге, система представлений о спасении, представлений о том, как нужно трактовать Священное Писание, постоянно изменяется, не потому, что изменчив Бог, а потому, что несовершенен разум. Именно поэтому каждому христианину необходимо размышлять с утра до вечера над Священным Писанием, постоянно молиться и думать об ускользающей и непостижимой истине. Такая страсть к ее постижению имеет аналог — научный энтузиазм: ученый тоже страстно пытается постичь и объяснить истину, выстраивая свою объяснительную модель, но при этом понимает, что любая система уязвима для критики.

От огромной страсти к постижению вечно ускользающей истины идёт и стремление постоянно обновлять «словарь», постоянно перестраивать систему и объяснительные модели. Доктор Томас Пратт, член Лондонского королевского научного общества XVII в. говорил, что протестанты и ученые едины в том, что они постоянно стремятся к обновлению, обращаясь к неиспорченному первоисточнику: протестанты — к Священному Писанию, люди науки — к природе, стараясь посмотреть на любую концепцию как бы с чистого листа, опираясь на свой неизменный фундамент и оценивая все с точки зрения соответствия ему.

С этим стремлением к обновлению, постоянным сомнением в том, правильно ли понята воля Божья, связана традиция, которая была ярко представлена у английских пуритан XVI–XVII вв. — проведение диспутов. На общих собраниях, которые у пуритан назывались «конференциями», они обменивались мнениями о Библии и принципах ее толкования. Для пуритан было важно собраться, чтобы выслушать разные точки зрения и прийти к большему пониманию истины, чем было у каждого до собрания; за этим же собираются и научные конференции.

«Отцы» Реформации были уверены в том, что обновление понимания Библии — это вещь предельно серьёзная. Что может быть серьёзней, чем спасение души, которое зависит от правильного понимания Писания? К изучению Библии, аналогичному познанию истины, необходимо подходить фундаментально. Поэтому Кальвин, несмотря на то, что он в ряде случаев скептически отзывался о светских науках, тем не менее немало сил приложил для создания женевской Академии. Кальвин вообще был озабочен фундаментальным христианским образованием, в частности тем, чтобы верующие христиане изучали древнееврейский — язык Ветхого Завета. Он же настаивал на всесторонней серьёзной подготовке пастора и учителя. Постижение истины — это не то, что может уложиться в простенькую брошюрку. Это то, что требует фундаментальных знаний и долгого кропотливого тщательного исследования. Соответственно, и научная деятельность, которая постигает законы природы, установленные Богом, — это тоже вещь серьёзная и фундаментальная.

Второй блок связан с изменением картины мира в протестантизме по сравнению со средневековой. И Лютер, и Кальвин постоянно подчеркивают экзистенциальный, трагический разрыв между Богом и человеком. Именно поэтому попытки человека своим разумом объяснить веру выглядят кощунственно и нелепо. Но если Бог далёк от человека, то мир теряет часть своей сакральности. Он не продолжение божественных энергий, он — просто творение, «вещь». А раз так, то его можно спокойно и беспристрастно изучать. К миру нет благоговения — его заслуживает только Бог. «Природа — это мастерская, а человек в ней работник», — эти слова вполне мог сказать не Базаров Тургенева, а убеждённый протестант.

Если мир не сакрален, то любое соотношение его элементов, выстраивание их в какую-то иерархическую систему условно, поскольку у них нет раз и навсегда заданного места, нет «священной» иерархии. Поэтому любой авторитет, кроме Бога, условен и всегда может быть поставлен под сомнение. Абсолютен только Бог и Его Слово. От антииерархизма проистекает и относительная свобода творческого поиска, в том числе и научного. Если уж в познании Священного Писания у человека не может быть иного авторитета, кроме самого Писания, личной веры и откровения, которые христианин получает от Бога, то что говорить о более «низменных» и практических вещах, как, например, исследование природы.

Третий блок — принципиальный эмпиризм протестантского сознания и, собственно, тот принцип, который под его влиянием вводится в науку. Эмпиризм предполагает, что человек познаёт что-то и признаёт это истинным только тогда, когда может это проверить или испытать. В протестантизме на первом месте личная вера, которая проистекает из опыта: человек должен лично пережить опыт богообщения и признать Христа своим личным Спасителем. Если нет этого опыта, то нет и христианина, нет и спасения души. Именно поэтому так резко осуждаются любые попытки предложить человеку, человеческому разуму или человеческой вере некие догмы, в которые нужно просто слепо верить. Как раз именно это и делает «лжецерковь», по мнению реформаторов. Как понять, что какие-то положения неверны, помимо внимательного изучения Библии? Проверить, связано ли то или иное положение со своим личным опытом общения с Богом. Если не связано, то оно по меньшей мере бесполезно, а чаще всего — опасно. Поэтому человеку необходимо сомневаться во всем, что ему предлагают другие люди. «Всё испытывайте, хорошего держитесь», — это цитата из послания апостола Павла, которую довольно часто использовали пуритане. Испытание опытом — это часть духовной работы по спасению души, по защите самого себя от опасных и гибельных заблуждений.

Четвертый блок связан со всеми предыдущими. Прежде всего — это борьба реформаторов с невежеством. Читать дальше

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Author