6 романов о квир-опыте и/или насилии. 2019–2021

Olga Tarakanova
21:14, 07 июля 2021
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Привет! Меня зовут Ольга Тараканова, я театральная кураторка и критик. Обычно я пишу о театре в телеграм-канале «пост/постдрама», но в отпуске прочитала много хороших книжек и предложила рассказать о них друзьям в фейсбуке. Друзьям понравилось — наверное, потому, что среди книжек были как переведенные и заметные, так и совсем неизвестные в русскоязычной среде, и еще потому, что это интересные романы на важные и больные темы. А еще я увидела, что, собранные вместе, книжки, о которых я писала, дают объемный взгляд на эти важные и больные темы: 1) квир-опыт, 2) опыт насилия. Представляют множество нюансированных вариаций того и другого опыта. Поэтому решила опубликовать здесь свои комментарии с небольшой редактурой.

Я не специалистка в литературе, но думаю, что вот такая чувственная и сознательно миноритарная литература частно даже не то что адресована, а доступна для понимания и переживания в меньшей степени специалистам, в большей степени — сообществам. Так что ничего личного из комментариев я не убирала, а наоборот, сразу максимально проговаривала.

оригинальный пост

«Заветы». Маргарет Этвуд. 2020 [2019].

Про все, что меня сейчас волнует! Про то, как и какой ценой женщина может быть начальницей (серым кардиналом) в патриархальном обществе. С какими этическими дилеммами сталкивается.

С героической моделью книжки я пожалуй не согласна! Но интересно, точно и пугающе. Ещё про разность репрессивного опыта у девочек, в зависимости по сути от происхождения.

Полный пейджтернер, не оторваться, прочитала за день. Так плотно скроенная на уровне сюжета книжка, качество на каждом сантиметре, даже, я бы сказала, максимальная простота.

You Exist Too Much. Zaina Arafat. 2020

Во-первых, название уже гениальное! «Ты слишком сильно существуешь».

Во-вторых, это книжка про девочку, которая раз за разом влюбляется в недоступных женщин, как правило, взрослых. В середине есть потрясающая сцена-воспоминание о коротком романе между рассказчицей и женой большого дипломата с большим домом, которая удивительно ухватывает вот эту эмоцию — сочетание экзальтированной завороженности и полного ступора. То есть ни разу еще я не читала книжку и вообще ничего не видела, что не просто по касательной ухватывает мою чувственность — а весь нарратив и вся суть строится вокруг моей чувственности просто как она есть. Недоступные взрослые женщины…😍😍

Большая часть романа отведена на пребывание рассказчицы в каком-то странном психологическом центре, там лечат от всех форм зависимостей. В том числе от любовной зависимости. Так и называется, love addiction. Есть ссылка на книжку Pia Mellody, Facing Love Addiction. Когда мне надоест читать фикшн, я обязательно прочитаю эту книжку, уже скачала.

И третье важное, авторка — мигрантка из Палестины во втором или в третьем поколении с родственниками там, в Иордании и в Ливане, весь роман они с мамой туда-сюда катаются между США и этой частью арабского мира. Кому «Незначительная деталь» Адании Шибли, как и мне, открыла глаза на израильско-палестинский конфликт, его последствия на пике и реальность с кпп, потерянным домом etc сейчас — обязательно читайте You Exist Too much тоже.

«Дом иллюзий». Кармен Мария Мачадо. 2021 [2019].

Сразу хочу сказать, что перевели квирфобно: слово girlfriend страница за страницей оказывается «подругой» и «подружкой», «девушкой» — дай бог раза четыре за книжку. Это самое яркое, а в целом ощущение, что переводчица пыталась подражать некому образу сленга, который она не знает, а его толком и нет, поэтому она его просто придумала.

Прочитала за сутки, весь день думала о том, как быть со своим отношением к фрагментарному письму с теоретическими вставками. Если коротко, оно мне перестало нравиться. То есть вот чем хороши You Exist Too Much, или All My Mother’s Lovers, или Detransition, Baby? Там авторки знают все теорию, которую нужно, и даже больше, но они ей просто дышат, когда нужно, а не делают из ее выписывания шоу. Проще говоря, вот эти три книжки — просто книжки с сюжетом (и мне это ужасно нравится), а «Дом иллюзий» — нет. С другой стороны, чтобы не только авторки из американских университетов начали этим довольно полезным воздухом дышать, выписывать, а не умалчивать — надо. Надо, но раздражение не могла и не могу подавить.

Книжка про двухлетние абьюзивные отношения, с прекрасной и важнейшей главной мыслью: насильниками бывают не только мужчины, но и квир-люди, и если квир-человек — насильник, надо не оправдывать его тем, что он_а «наш_а», а говорить как есть. И еще, более тонкая мысль, вот эту я раньше не формулировала для себя, хоть и ощущала: когда насильником по отношению к квир-человеку оказывается квир-человек, это двойное предательство и ужас как больно.

Если еще говорить про форму, то интересно, что на самом деле фрагментами книжка только прикидывается: они расположены по хронологии и рассказывают историю прям от первого дня до последнего дня. А если главное удовольствие искать в этой фрагментарной форме, то оно в том, как в отдельный повествовательный ряд складываются заголовки фрагментов. Все фрагменты очень коротенькие, и названы по принципу «Дом иллюзий как [что-то]». Все сравнения точные, некоторые неожиданные, и главное все разноплановые и разнокалиберные.

«Моя темная Ванесса». Кейт Элизабет Рассел. 2021 [2020].

С этой книжкой обязательно нужно сделать две вещи.

Первая: обязательно начните читать не с начала, а с благодарностей. Точнее, с самого последнего абзаца, а именно с посвящения романа «пережившим истории насилия, принимаемого за любовь». Чтобы, когда будете читать, не было вопросов о позиции авторки — иначе, конечно, они появляются. Правда, возможно эти вопросы типа «неужели она за него, неужели это оправдание насилия в 400 страниц?» удивительным образом и есть механизм, который организует в книжке саспенс.

И вторая вещь: обязательно, если вам четырнадцать или у вас есть знакомые, которым четырнадцать, прочитайте или дайте им прочитать эту книжку.

Это два обязательных сообщения, теперь два необязательных соображения.

Первое: когда читала «Дом иллюзий» после «Ванессы», думала, как круто (ну страшно конечно тоже, но что делать), что появляется прям спектр отчетливо разных историй об эмоциональном/сексуальном/физическом насилии. На самом схематическом уровне, механизм в обоих книжках описан один. Но оттенки эмоций и в какие наборы они собраны, специфика угроз, с помощью которых насильники манипулируют, и главное, как приходит осознание, что что-то не так, — различаются, потому что различаются обстоятельства и динамика власти.

Второе: авторку «Ванессы» в какой-то момент обвинили в плагиате одного абсолютно автобиографического текста, написанного в 2014 году. После этого она сказала, что «Ванесса», хоть и вымысел, основана на ее собственном опыте. Я могу предположить (или мне просто по-человечески хочется надеяться), что нарратив здесь выстроен авторкой с помощью такого ментального упражнения: а что было б, если б я не выходила из абьюза 20 лет? А вот что было б, вот так здорово и хорошо было бы! Ну или если она реально 20 лет не выходила, то пипец у нее внутренних сил, конечно, у героини так точно пипец сколько внутренних сил.

All My Mother’s Lovers. Ilana Masad. 2020.

И главный шедевр. Я сейчас сделаю неправильно и устрою вам завышенные ожидания, но это лучшая книжка из всех, что я вообще читала)

Самое глупое, что если я начну пересказывать мысли и сюжетные повороты, все разрушится. Это книжка, в которой девушка долго катается на машине по США и встречается с разными людьми, и это такой САСПЕНС, которого я просто либо никогда, либо очень давно не чувствовала.

Стартовое событие: у героини умирает мать, она улетает от своей девушки в дом к отцу и старшему брату, чтобы помочь и поучаствовать в необходимых для еврейской общины ритуалах. Чего ее так трясет, в общем-то непонятно и первое время ужасно раздражает. То есть трясет от страха и тревоги, не от горя, поэтому раздражает.

Главная тема, которая вырисовывается неожиданно, — квир-опыт в поколениях, когда слово квир еще не было таким классным словом как сейчас и когда вообще вроде как гомофобия цвела. То есть для меня очень важная тема! Я мечтаю сделать художественное исследование с большой серией разных результатов именно об этом применительно не к американскому, а к российскому контексту. То есть это такая заветная и опасная тема, к которой тянет, но как к ней подойти, я не знаю и боюсь, как героиня в начале книжки.

И что делает All My Mother’s Lovers настолько крутой — количество фикшна, а не опора только на собственный опыт. Не только исповедальность, но и какая-то последовательная реконструкция реальности, очевидно недоступной авторке напрямую. В книжке чередуются главы: две фокусируются на героине, одна — на ее матери. И с какой детализированностью описаны чувства матери — вау. Очевидно, это вымысел, это предположение. Но вот в этой литературной потребности&способности делать такие нюансированные предположения, мне кажется, самая завораживающая суть практики письма вообще. В этом смысле я, может, скажу старомодную мысль, но действительно: только от того вымысла у меня действительно захватывает дух, от исповедальности так не бывает. Хотя умом и политическим чутьем я понимаю, что прямая исповедальность, как в той же you exist too much, реально часто гораздо важнее.

Кстати, из всех книжек наиболее часто у меня просят прислать you exist too much. Что доказывает мою главную мысль сезона и дальше в будущее — нас много))) девочки* вперед делаем искусство про недоступных женщин

* да я транс персона, но у меня есть идентичность девочки да я знаю что это слово унизительное, но это самоназвание и что вы мне сделаете

Detransition, Baby. Torrey Peters. 2021.

Смотрите, вот я и многие вокруг меня говорят об усталости от теории. У меня точно почти совсем нет больше сил читать теоретические тексты, ну условно такие как Джудит Батлер, простите за старомодный пример.

Вот detransition, baby дает адекватную форму для теоретического письма сегодня. На мой взгляд, это не роман в чистом виде, а пример того, как может выглядеть теория, для создания/проверки которой были использованы и оказались очень к месту литературные инструменты. Теория эта наследует последним англоязычным подходам к вопросу о концепциях семьи, необходимости отказаться от нуклеарной модели и создавать квир-ячейки для партнерства и рождения-воспитания детей.

Три главных геро_ини: Риз, транс девушка, Эми/Эймс, в одном временном потоке романа — тоже транс девушка, в другом — парень после обратного перехода, Катрина — цис девушка. У Эймса и Катрины, подчиненного и начальницы (хаха), роман, Катрина случайно беременеет, Эймс не может помыслить себя отцом, но может помыслить родителем — причем только если рядом с ним будет Риз, с которой у них были отношения несколько лет назад. И вот они втроем пробуют действительно построить семью.

Почему я весь сюжет пересказываю, хотя в комментах про другие книжки этого не делала. Сюжет здесь, ну по моим ощущениям, чисто инструментальный, он позволяет так и эдак вертеть идеи, обсуждать идеи, проверять их. Идеи про квир-союзы, идеи про опыт материнства для цис женщин и транс женщин, идеи про близость на основании не только романтических чувств, но и других видов симпатии, идеи про родство не по крови, идеи про два детства и нелинейное взросление, которые сопровождают транс опыт, идеи про желания, которые кажутся перверсивными и нездоровыми, идеи про то, когда надо, а когда не надо, но хочется мериться привилегями. Ну то есть важнейшие идеи! И все поданы ужасно смешно, с таким квир юмором, который не подделаешь и который я люблю не могу.

При этом читать, честно, скучно. Мне как-то очень изнутри понятна эта проблема, как будто бы я сама тоже так пишу. Я не чувствую человеческого авторского внимания к геро_иням, они носител_ьницы идей и практик, а не люди, в которых она вглядывается. И это ок! Но это именно теория, не роман, по моим ощущениям. При этом форма романа для теории, повторюсь, подходит сейчас, на мой взгляд, гораздо лучше, чем форма академической книжки. Тем более для транс теории.

Ну и еще это такая очень неполиткорректная, по-моему, книжка, с таким лозунгом «а вот хочу и буду так говорить, а что вы мне сделаете») И в этом хорошо то, как она фиксирует чувственную реальность, а не идеальное образцовое здоровье.

Короче, очень рекомендую.

p.s.

про что вообще я думаю. Я себе отчасти специально запрещаю часто читать вот такие книжки, потому что все они конечно насквозь пропитаны североамериканскими / нью-йоркскими вибрациями. То есть я их читаю и, честно, теряю контакт с дыханием местной жизни. Нужно потом прикладывать усилия, чтобы его восстановить, а не растворяться в этой иллюзорной дымке, к миру за которой у меня на самом деле нет доступа, да он мне и не нужен, меня все–таки правда интересует, как мы устроены здесь, как исторически сформированы. То есть даже если я читаю мигрантскую литературу из США, это все равно ну очень североамериканская литература. В этом масле часто приятнее кататься, чем пытаться раскопать локальные транс/квир-истории, или даже не раскопать, а вытянуть на поверхность и не утонуть в болоте из страха, недоверия к своим интуициям, ощущения достаточно тотальной опасности. Но вот две недели я в этом масле покататься могу, а потом мне все равно становится слишком жирно и душно. Какими даже не то чтобы методами, а какими просто дорожками, с помощью каких палочек и за чьи руки хватаясь, выбираться на местный воздух, особо не знаю. Но потребность сильная именно такая — в своей истории, может быть, даже больше, чем в своем будущем (интересно это, конечно, про себя понять).

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File