Fish Go Deep With Tracey K — The Cure And The Cause (Dennis Ferrer Remix) / 2005
Если мы плавно двигаемся в рамках хардкор-континиума, то пришло время поговорить об очень коротком эпизоде в истории середины нулевых — UK Funky.

Многие хватаются за этот новый звук как за игривую отдушину. Широкий спектр региональных стилей, привнесенных иммигрантами (карибские Soca, Dancehall, Tribal House), элементы R& B — жизнерадостное и поднимающее настроение звучание. Конечно, когда сокрушительная басовая мощь дабстепа вымывает из клубов лёгкость, а грайм — трудный подросток, — идеальный контраст. Британцы с ностальгией вспоминают тот недолгий момент, буквально два лета 2008-2009, когда фанки безраздельно господствовал. Не где-то далеко, а там же, на тех же пиратских станциях. Волна была продуктом ровно той же диаспоры, которая перенесла американский хаус в UK и породила спид-гэридж. Зеркально и один в один — как даркгэридж родился из бекрумов ивентов джангла, так и фанки из бекрумов уже гаражных ивентов. Так в клубе Studio 33 в Воксхолле, в главном зале играл ukg, а в так называемой чиллаут-комнате — хаус. Когда мейн закрывался, а вы хотели продолжать танцевать, то вы были вынуждены слушать хаус-музыку. Поначалу звучал американский хаус.

«В то время мы играли соулфул-хаус, и поначалу все называли это "фанки-хаусом" — даже соулфул и брокен-бит», — вспоминает Supa D. Хаус-треки середины нулевых, такие как ремикс Денниса Феррера на «The Cure and the Cause» Fish Go Deep (дипхаус) посеял семена UK funky. И по мере того как стирались барьеры между перкуссионным грувом фанки-хауса, синкопами брокен-бита и шелковистым вокалом соулфул-хауса, стало ясно, что формируется новое движение.

Supa D был одним из ранних сторонников звучания и ключевой фигурой в его популяризации. Он начал играть джангл в 14 лет, обучаясь у отца, тоже диджея. На рынке в Хакни-Уик купил проигрыватели за 5 фунтов. В 1997 переключился на гараж. Побывал на Magic 90.2, Mission 90.6, а в 2002 присоединился к DeJa Vu 92.3fm, где вел шоу пять лет каждый вторник и четверг, ставил в основном хаус. Потом работал в виниловом шопе Wired for Sound в Хакни, был одним из тех кто разочаровался изменениями в гэридже с приходом грайма. Около 2005 Supa D выпускает микс на компакт-диске для Rinse FM; это был первый официально выпущенный микс, предлагающий полностью британскую смесь фанки-продакшена. Сегодня некоторые треки из этого микса невозможно найти для скачивания: как и диджеи джангла, гаража и грайма до, фанки-диджеи гордились своими эксклюзивами.

DJ NG feat. Katy B — Tell Me / 2006
DJ NG был одним из ключевых игроков в этой области, на Rinse FM он вёл шоу с 2006 до 2010 и играл хаус. Здесь его работа с популярной исполнительницей Katy B.

Помните Мартина Кларка, чей блогспот для исследователей настоящий бриллиант? Он писал про стремление к удовольствию большой части слушателей и приводит метафору маятника, который как бы качается между “чистым-удовольствием-и-ничем-больше против аскетизма с ущербом в развлекательности”. И это по его мнению саморегулирующийся механизм. Эти механизмы активируются (диджеи, продюсеры, промоутеры, реагирующие на опустение танцпола или ухудшение атмосферы) всякий раз, когда музыка заходит слишком далеко в одном направлении… посетители голосуют танцующими ногами…

Так вот фанки-хаус был активирован двойным эффектом грайма и дабстепа. «Многие говорили о том, что пора избавиться от MC и ревайнда и восстановить живую перкуссию».
Еще один диджей Rinse FM DJ MA1 («I’m Right Here» 2007) вспоминает: «После упадка клубной сцены UK garage в 2002/03 рейверы постепенно втянулись в сцену соулфул-хауса, потому что музыка в основном звучала как ранние гаражные вещи [например, Grant Nelson и Tuff Jam], и атмосфера была похожей. Грайм-музыка нас тогда не привлекала». Правда позже к аудитории фанаты грайма присоединятся, их музыка была на грани запрета в Лондоне.

В общем, грайм с трудом пробивается, дабстеп еще не распространился за пределы FWD>> и Plastic People, гараж скорее мертв, а Лондону нужно новое звучание, под которое можно танцевать.

Kyla — Do You Mind (Crazy Cousinz remix) / 2007
И тут хочется обратиться к так называемой эрзац-поп-звезде — Кайле. Она родилась в Германии в семье ямайца и американки, переехала в Хантингдон, к северо-западу от Кембриджа. Звёздный час наступает после знакомства с будущим мужем и продюсером из Северного Лондона Paleface. Кайла записывает «Do You Mind», а он с братом Flukes делает ремикс. «"Do You Mind" изначально не был фанки треком, — говорит Кайла. — Это был трек в стиле баслайн». Сам Пэлфейс предпочёл бы, чтобы его помнили за вклад в баслайн, а не за то, что он сделал в фанки. Тем не менее трек становится определяющим именно для фанки сцены, Кайла — “королевой фанки”, а через много много лет основой для возрождения интереса к звуку уже в штатах (именно его рэпер Дрейк засэмплирует для своего хита «One Dance»). «Одной из главных причин, почему я увлёкся фанки, было его невероятно разнообразное звучание», — говорит Flukes, отмечая присутствие реггетона, соки и брокен-бита в плавильном котле.

А в Тоттенхэме (Северный Лондон) 20-летний продюсер Эппл запускает Fruity Loops на своём Sony Vaio. Его мама играла ганский хайлайф, старшие кузены — хардкор. Еще только предвидя эру Google, он назвал себя Apple — неподдающееся поиску имя, которое усиливало его загадочность: «Бывали случаи, когда люди бронировали меня, я приезжал, и они говорили: "О, так ты действительно существуешь!". Я не собирался быть призраком. Так уж вышло». На свой первый рейв он попал в 14 лет — это был джангл-ивент Telepathy с MC Stevie Hyper D. Он слушал рэп и начал делать собственные биты, в том числе для своего друга детства, Frisco. В одном из четырёх треков «God Blessed», спродюсированных Apple на дебютном микстейпе «Back to Da Lab Vol. 1» 2006, Frisco читает «Спасибо Apple за бит».

Однажды Эппл попадает на коллектив Bugz In The Attic из Западного Лондона, который играет брокен-бит в клубе Velvet Rooms и сильно вдохновляется. Он программирует простой снейр-бит и органный рифф из четырёх нот, зацикливает это. Так появляется «Dutty Dance». Он отдает трек Supa D на его регулярное воскресное выступление в клубе Departure Lounge в Олдгейте. Через три недели «Dutty Dance» — вирусный.
Apple — Dutty Dance / 2008
Простые drum-биты и петли. Известные хаус-диджеи делают ремиксы, трек в эфирах Rinse FM. Apple так вспоминает: «Хочу кое-что заявить для протокола: я был первым, кто сделал… так сказать, эту чушь, этот переворот, "UK funky", или как они это там называют. Я был первым, чувак. Не хочу ничего другого слышать. Не хочу звучать так, будто трублю в свою трубу, но я просто хочу прояснить это, потому что видел, как люди несут чушь и говорят: "Ах, вот тогда сцена и началась". Нет. Первым треком был "Dutty Dance"».

Несмотря на растущую популярность, у сцены пока нет своей идентичности, никто не осознает ничего. Но чувствуется легкое возвращение к лощёному, изысканному веселью гаража. Особенно в сравнении с жёсткостью грайма и дабстепа. В то время у промоутеров грайма трудности из-за печально известной расистской Form 696 лондонской полиции (которая требовала от промоутеров подробно описывать музыкальную политику мероприятий и этнический состав посетителей). Дабстеп отходит от корней в сторону больших залов, фанки предлагал более танцевальную и гладкую альтернативу.
«Порой нелепый, но всегда искренний в своём исполнении, в этом звуке было достаточно разнообразия, чтобы наши плечи продолжали двигаться, а интерес — расти».

Lil Silva — Seasons / 2008 Тайрон Джермейн "TJ" Картер — оригинальный артист фанки.

Фанки набирает обороты. К 2008 он становится доминирующим. Клубным вечерам давали названия вроде Red Carpet, посетители наряжались в рубашки и туфли на каблуках. Wigman говорил тогда RWD: «Это то, куда хотят пойти все девушки. Это не толпа людей, стоящих с кислыми лицами, это люди, которые танцуют и веселятся». По поводу гендерного баланса еще цитата от Мартина Кларка: «Да, я знаю, утверждение, что девушкам не нравится грайм и они хотят только танцевать, звучит как слабый аргумент, но я разговаривал с фанки-промоутерами, которые боялись, что не придут мужчины, и к диджеям обращались девушки с жалобами, что почти нет мужчин. Грайм-вечеринки, по моему опыту, подавляюще мужские».

Из известных на тот момент мероприятий: Jam Bar в Шордиче, ивенты Numbers в Глазго, вечера Supreme’s в Воксхолле и Turnmills в Фаррингдоне. И конечно, вечеринки Гордона Уоррена, помните тот самый Geeneus, который вместе с Дином Фулманом DJ Slimzee в 1994 создал Rinse FM в Восточном Лондоне. Я рассказывала, как он был увлечен технической составляющей пиратской станции, отсюда прозвище. Его тусовки назывались Beyond. Давайте обратимся к блогу Мартина Кларка — живое свидетельство того времени.

«В четверг я заглянул на запуск фанки-вечеринки Geeneus Beyond в Bar Rumba. Один из кругов, циклов, который продолжается, — это связь между инкубацией жанра на окраинах Лондона, в таких клубах, как грайм Sidewinder и Rex, джангл Peckham Lazer Drome, и тем, как они затем мигрируют в центры и расширяют свою аудиторию/обретают видимость в СМИ, т. е. Speed в Mars Bar или FWD>> в Velvet Rooms. У Beyond снова было ощущение того момента, на этот раз для фанки. Beyond чувствовался как ранние FWD. Kode 19 играл разогревочный сет (он годами был резидентом, разогревая пустые толпы на FWD>>!) перед пустым танцполом.Публика, как всегда с опозданием, начала заполнять клуб, когда сет подходил к концу. Никогда не говорите, что мне нравится только мрачное — я обожаю полноценные вокальные треки, и «Do You Mind» Kyla — один из моих треков года — я просто придирчив к тому, какие именно».

Гордон пишет вместе с Бенджамином Петтитом (Zinс) трек Zinc & Geeneus — Emotions / 2008.

Фанки был везде. Аутсайдеры начали проявлять интерес. Из статьи 2008 в Guardian очевидно, что новый захватывающий гибрид пока не осознает сам себя. Статья называется “Сцена и звук: Это самый захватывающий клубный гибрид со времен грайма — даже если никто не знает, черт возьми, как это называется”. Жёсткие, синкопированные биты, напоминающие всё — от грайма до брокен-бита и соки. «Некоторые звучат как трайбл-хаус, искажённый аранжировками восьмитактового грайма и карибской и африканской перкуссией; другие — просто брокен-бит в маскировке — но без клейма ассоциации с 30-летними фанатами из Западного Лондона, которые любят рассказывать людям о своей тяге к «джазу»».
Автор приводит такое тейк — впечатление как будто артисты перестали ориентироваться на пиратов из Восточного Лондона и начали заигрывать с коллегами из Западного, где слушают много перкуссионной world music. При этом все-таки считает несправедливым слишком тесно связывать музыку с брокен-битом: “слышится влияния раннего джангла, ту-степа, дэнсхолла и даже рейва”.

Это настолько зачаточное состояние, что никто ещё не придумал общепринятого названия. Некоторые называют это фанки, UK funky или хаус-энд-фанки. Многие треки уже задним числом мы приписываются к тегу этого звучания. А чаще слышится название “UK house”.

Так например говорит Marcus Nasty, глава грайм-группировки Nasty Crew. Он ведет еженедельное шоу на пиратской Déjà Vu FM — с живыми ведущими MC, постоянной нарезкой между треками и ревайндами, что немного далековато от классического представления о хаусе. И вот как раз Маркус — прекрасный пример взаимодействия с граймом. О его битуби на Rinse пишет Мартин Кларк (Блэкдаун). Там же он упоминает серию битуби грайм-диджеев (например, Spyro при участии MC Griminal и Badness) с фанки-диджеями типа Maximum, селектором из Roll Deep и Boy Betta Know.

«В течение 5 минут Maximum микширует инструментал фанки-гимна Donae’o «African Warrior» с треком Frisco. В целом большинство фанки-треков имеют около 130 ударов в минуту, что стандартно для фанки-хауса, в то время как грайм остаётся около 140 bpm, но кажется медленнее из-за ориентированных на MC половинных драм-паттернов».

Ямайская музыка всегда была важным источником влияния на британский рэп, но когда вышел Boy Better Know — Too Many Man / 2009, у него было захватывающее, новое ощущение. Хороший пример встречи грайма и фанки. послушаем

Мартин Кларк много пишет о эволюции борьбе за власть в грайме. Когда контракты стали заключать с MC, выступать MC, то роль диджеев все больше маргинализировалась. Если в грайме всё дело в уличном статусе среди своих, а быть диджеем — значит играть вторую скрипку при MC, то кто захочет быть диджеем? Поэтому неудивительно видеть, как такие диджеи, как Mak10 или Scolar из Ruff Squad, мигрируют. «Я уже около двух лет говорю, что грайму нужно стать более танцевальным». Баланс сил в грайме на стороне MC, а значит силами диджеев пошел рост фанки и последующий приток грайм-молодежи. BPM тож вырос до 138.

Возвращаясь к статье в Guardian, отметим такое наблюдение автора, что у жанра здоровая клубная сцена — то, что всегда было камнем преткновения для грайма.
«Многие из тех, кто изначально был вовлечён в грайм-сцену или был её фанатом, переметнулись к «фанки», где меньше тайного курения травы в тёмном углу клуба и больше танцев и веселья».
В самом конце статьи автор сетует: «К сожалению, в прошлом месяце 35-летний мужчина был убит возле одной из таких вечеринок в клубе Club Red в Лаймхаусе. Увидим ли мы вскоре полицию, нацелившуюся на «фанки»-клубы, как это было с граймом? Будем надеяться, что нет».

Ill Blu & Princess Nyah — Frontline / 2009 Андеграундный хит ребят из первых рядов — фанки мог вмещать в себя и тоскливый соул. . Как и сам звук, положение Ill Blu в центре внимания жанра было недолгим, хотя с релизами на Hyperdub и Numbers.

Возможно, изменившееся общественное отношение также способствовало переоценке звучания фанки, которое когда-то встречали со скептицизмом.
«На каком-то этапе африканцы не особо гордились тем, откуда они родом, но теперь в этом есть гордость, больше обращения к своей культуре через ритмы, сленг, контент», — говорит Джеймс из iLL BLU. «Мне кажется, афро-карибская музыка здесь всерьёз и надолго. Это большая часть того, что значит быть чернокожим в Британии — и даже если ты не чернокожий, ты уже вырос, как минимум, с пятью-шестью годами, когда британские артисты, создающие афро-карибскую музыку, были на передовой: на ТВ, выигрывали награды, были в чартах. К какому бы слово ты ни принадлежал, если ты вырос в Великобритании, это теперь наше звучание».

А пока продолжается второй летний сезон. Пульсирующая хаус-основа, лязгающие ритмы грайма и дэнсхолла и бас, готовый разбить автомобильные стёкла. «звук, сделанный из подручных средств», собранный по кускам для и благодаря непростому альянсу (1) любителей «настоящей хаус-музыки» в начищенных туфлях и (2) детей грайма, жаждущих чего-то менее маскулинного, (3) хипстеров в поисках нового кайфа после дабстепа, и (4) тех, кто вырос на буйных праздничных ритмах дэнсхолла, соки и западноафриканской музыки.

В отличие от бейслайна, фанки был настолько разнообразен по своему составу, что, неизбежно, разлетелся на куски так же быстро, как и собрался, вспоминает Roska, ветеран сцены, чьи ранние релизы («Feeline», «Elevated Levels»), сформировали важную часть канона. «Мне кажется, тогда всё было очень DIY. Всё было оригинально, и это было похоже на то, как слепой ведёт слепого, но в супер-креативном ключе». «По большей части вы понятия не имели, кто эти артисты», — вспоминает ведущая BBC Radio и владелица лейбла Future Bounce Jamz Supernova. «В основном это были диски, которые раздавали в конце рейвов. Так что диджеи были на слуху, но единственные треки, которые можно было достать, были лицензированы для сборников».

Cooly G — Love Dub / 2009 Меррисса Кэмпбелл вспоминает «сцена не была достаточно сильной, вовлечённые в нее не были сплочены так, как в грайме. Все пытались пробиться, но не объединялись, чтобы выжать больше».

Часто встречаются обвинения, что фанки был беспорядочным, вздорным, нестабильным гибридом. В любом случае с глубоким влиянием. И в каком-то смысле это была такая передышка от доминирования дабстепа и грайма, но она подготовила целое поколение к движению Afrobeats и к хаус-грувам типа Disclosure или Gorgon City.

Но грубоватый подход самых первых продюсеров жанра в конечном итоге привели к упадку. «Людям было наплевать на качество, они делали треки и сразу же отправляли мне, потому что хотели, чтобы их услышали в тот же вечер», — говорит Supa D. «В то время нам было всё равно — если трек можно было сыграть, мы его играли, но всё делалось в спешке, без сведения и мастеринга».

В то же время артисты игнорировались музыкальной прессой и индустрией, что усугубляло трудности в достижении широкой известности. «Если честно, они относились к нам как к дерьму», — говорит Roska. «Будто историю стёрли и отдали тем, кому [пресса] хотела её отдать. Например, помню, Mixmag организовал прямой эфир, где Джекмастер играл фанки, и я такой: "Какого хрена вы поставили Джекмастера играть фанки? Почему бы не позвать кого-то из фанки-диджеев?" Было ощущение, что: "Вы нам не нужны, потому что вы чёрные, нам нужна только ваша музыка"».

Supa D, чьи вечеринки регулярно собирали полные залы на 1000 человек, тоже не был обжалован вниманием в прессе. «Может быть, причина, по которой он не получил той любви, которую заслуживал, в том, что это был чёрный жанр», — размышляет Jamz Supernova. «Очевидно, что гараж тоже был преимущественно чёрным жанром, но там было много белых парней, делавших гараж. Тогда как фанки был для молодой, на 99 процентов чёрной аудитории».

И даже несмотря на пиратов, которые все-таки дали пространство жанру, состояние индустрии в целом не было на стороне фанки: его пик совпал с «ничьей землёй» музыкальных форматов — вскоре после того, как доминирование винила пошло на спад, но до того, как стриминг позволил независимым артистам зарабатывать на жизнь.
«Были песни, которые взрывали клубы, но их выпуск занимал так много времени, потому что не было инфраструктуры для релиза сингла. И к тому времени, когда доходило до дела, импульс уже угасал», — говорит Supernova.

Момент, когда фанки перестали воспринимать всерьёз наступил в сентябре 2009 с выходом Gracious K — Migraine Skank / 2009. Запоминающиеся припевы MC и вирусные танцы в прото-TikTok-стиле. Многие говорят, что треки с MC стали последними гвоздями в гроб фанки.
«У фанки был огромный всплеск, — говорит Paleface. — Все играли один и тот же стандартный набор треков. Думаю, когда дело доходит до одного и того же стандартного набора, сцена рушится». И она рухнула. «К 2011 году всё было кончено, — говорит Roska. — Казалось, никому даже не было дела, все перешли на что-то другое».

Действительно фанки не просто ушёл в андеграунд, как его северный кузен бейслайн; он исчез полностью. Многие из самых громких имён жанра быстро переключились на другое, некоторые вообще отреклись от жанра из-за потока безвкусных, однотипных хитов, помеченных тегом UK funky.

И так может быть и был бы погребен новый жанр, если бы в 2016 номером один в американском чарте Billboard не стал трек «One Dance» Дрейка — поп-хит, построенный вокруг сэмпла ремикса Crazy Cousinz на «Do You Mind». Пэлфейс помнит, как он был в кровати, когда его телефон зазвонил; представители Sony дали ему прослушать песню по телефону перед релизом в следующий понедельник, и она возглавила чарты в 15 странах. Тогда же в мае 2016 мною очень любимый дует продюсеров из Северного Лондона Gorgon City делают свой первый кавер для BBC Radio 1 Live Lounge. Его можно найти на ютубе. Трек становится одной из причин возрождения интереса к UKF, способствует росту популярности сцены Afrobeats в целом.

Тут я бы хотела поделиться примерами, как по моему мнению часть ДНК фанки передается далее, потому что разумеется генетика этого звука присутствует во многих треках, которые мы слышим сейчас. А пока вот промежуточный пример 2018 года: Funky Dee — Are You Gonna Bang Doe / 2018, супер популярный от Эппла, который прилично заработал на нем. И даже газета The Sun спародировала его в рекламе бинго, изменив припев на «Are You Gonna Bingo». Итак два примера:

1. Бристольский лейбл Livity Sound. Том Форд, более известный как Peverelist, познакомился с фанки, работая в магазине винила Rooted Records. В 2011 он создает лейбл, как платформу для экспериментального британского техно, уходящего корнями в наследие саунд-системной культуры. «Livity Sound, безусловно, не является лейблом UK funky, но его влияние течёт по венам лейбла/ [Фанки] в Бристоле никогда не уходил и был основным звуком на танцполах города с самого начала», — говорит Peverelist. «Когда танцполы жаждали чего-то свежего и менее агрессивного, те ранние фанки-пластинки определённо попали в точку — они были яркими, ритмичными и звучали очень по-британски».
2. Лейбл More Time Records, который в 2017 основали Ahadadream и Sam Interface как способ сохранить огонь фанки. Ахададрим услышал Roska на Essential Mix BBC Radio 1, когда учился в университете в 2011. «С тех пор я последовательно продвигаю это звучание». Их релизы (Dj Plead) с гордостью несут на Bandcamp тег funky. Ахададрим также делала фанки-вечеринки на Boiler Room. По его мнению, фанки это входной жанр для молодых диджеев. «Хотя я бы сказал, что я диджей UK funky, потому что это была моя первая точка входа в перкуссионную клубную музыку, это привело меня к таким вещам, как gqom (южноафриканский жанр из Дурбана начала 2010-х) и кудuro… и они нравятся мне потому, что напоминают о фанки».

Действительно фанки-шаблон постоянно обогащался звуками арабского мира, Азии, Африки и Карибского бассейна. Такие сцены как gqom, кудuro, хард-драм и амапиано — часть зонтичного движения афро-хауса — взращивают целое поколение увлеченных ритмической синкопой. Влияние Южной Африки заметно с начала нулевых, тот же трайбл-хаус и соулфул-хаус, и мы видим множества итераций жанров (грайм, гараж, джангл), которые так или иначе ориентировались на перкуссии хауса.

Артист из Лондона Иэн Гринидж сегодня вернул себе актуальность благодаря коллаборациям в стиле фанки. Donae’o — Big Up The Gyaldem / 2025

Как выразился Scratcha в статье 2023 mixmag: «кач» вернулся в британскую музыку, и этим мы во многом обязаны Южной Африке. «Ребята из Южной Африки, продюсеры амапиано… У меня снова то самое чувство, как в 2006-м», говорит Эппл.
Продюсерка из Лондона Karen Nyame KG: «Я не чувствую, что UK funky когда-либо умирал, он просто был переработан — его остатки слышны во всём. Можно посмотреть на что-то и сказать: "Это не UK funky, но у него то же ощущение, и что бы это ни было, мне это нравится"».
Из статьи DJ Mag: «Фанки был одной из самых неуловимых британских микро-сцен, построенной из сплетения влияний, которые ненадолго соединились, чтобы создать нечто — вайб, бит — достойное собственного имени. Жизнь фанки была короче, чем у грайма и гаража. Его пик был настолько мимолётным, что некоторые из ключевых фигур теперь отрицают, что он вообще когда-либо существовал».

Jousey — Eski bounce / 2025 от филиппинки, живущей в Новой Зеландии.

Алина Гуткина, март 2026