Фильмы, что понравились в феврале 2020 года.

Роман Балабанов
01:08, 05 марта 2020
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

1. Слово (реж. Карл Теодор Дрейер, 1955)

Ordet (Carl Theodor Dreyer, 1955)

Ordet (Carl Theodor Dreyer, 1955)

Великая религиозная картина. Сам киноязык аскетичен, как аскетично христианство, потому что всё духовное богатство находится внутри. Несмотря на минималистичность, всё подчиняется общему ритму. Визуально картина близка к совершенству, нет каких-то проходных сцен, каждая реплика и ракурс подчиняется замыслу, даже если рационально его невозможно считать. Модернистская выверенность не становится тюрьмой: каждая сцена органично перетекает одна в другу, задействуя, в основном интеллектуальный монтаж. Только последняя сцена нелогична и абсурдна — но вера она такая. Она не может быть рационально истолкована, ровно поэтому и составляет духовный стержень верующего человека.







2. Мужчина и женщина (реж. Клод Лелуш, 1966)

Un homme et une femme (Claude Lelouch, 1966)

Un homme et une femme (Claude Lelouch, 1966)

Не сказать, что эта картина гениальным фильмом о любви: она в целом шаблонна, проста и в отдельных местах искусственна. Но интересную естественность ей придаёт психологизация персонажей не только за счёт сценария, но и за счёт визуальных моментов: монтажа, визуального и звукового, музыки и даже цветокоррекции. Тонкая работа с визуальным материалом оправдана всем контекстом ситуации, поэтому картина смотрится легко. Мне кажется, что сочетание шаблонности и относительно оригинальной визуальной подачи сделало её популярной, а не только музыка Франсиса Ле. Парадоксальное сочетание принципов синема верите и голливудской иллюзорности рождает ту глубину повествования, к которой хочется возвращаться: начиная от отсылок с Джакометти, заканчивая продакт-плейсментом автомобилей Ford.






3. Разрушать, говорит она (реж. Маргарит Дюрас, 1969)

Détruire dit-elle (Marguerite Duras, 1969)

Détruire dit-elle (Marguerite Duras, 1969)

Эту поэтическую мелодраму так и хочется назвать «анти-кино», потому что минимализм этой картины слишком радикален даже для арт-хауса. И в дальнейшем ситуация будет усугубляться. Персонажи говорят странные фразы, которые не всегда ясны, камера, как и персонажи, вообще никуда не хотят двигаться, и всё это пребывает в сомнамбулической атмосфере отеля. Разрушить вневременное состояние, казалось может разрушить муж, который занимается недвижимостью, но сможет ли? Ведь женщина только говорит о том, что хочет разрушить.

Чёрно-белая картинка не становится ярче даже когда иллюстрирует ясную солнечную погоду. Звуков почти нет. Только сквозь тихий сонный голос, пробиваются старые обиды, раны, которые не хотят залечиваться за счёт любви, которая пронизывает отношения всех героев. Да и могут ли они залечится в таком туманном мареве?




4. Женщина с Ганга (реж. Маргарит Дюрас, 1974)

La femme du Gange (Marguerite Duras, 1974)

La femme du Gange (Marguerite Duras, 1974)

Здесь аскетичный язык Дюрас разделяется на два полюса: визуальный и звуковой. Если в ранних работах связи более конвенциональны, то здесь они совсем отрываются друг от друга. Атомизированные образы вещают слова и предложения, вроде бы даже составляют из них историю, которая не развивается. Она просто повисает в воздухе. Даже нет хронологии: образы и воспоминания живут здесь и сейчас, поэтому пространство пляжа и отеля ближе к концу трудно локализовать во времени. Фигуры голосят где-то.









5. Грузовик (реж. Маргарит Дюрас, 1977)

Le Camion (Marguerite Duras, 1977)

Le Camion (Marguerite Duras, 1977)

В чём-то самый радикальный и в чём-то очень обычный фильм у Дюрас. С одной стороны текст просто прочитывается авторкой и Жераром Депардье, который «должен был бы сыграть» водителя грузовика. С другой стороны всё визуальное наполнение составляет виды природы и два читающих человека. Такое кино ещё ближе к радиоспектаклю, где голос-текст победил и зрение вынуждено повиноваться. Но сама история, что самое интересное, хронологична. Есть даже элементы завязки, развития и кульминации. Победа не принесла тексту в кино ничего кроме интересной истории с банальной структурой. Именно поэтому лента заслуживает внимания засчёт ещё более сложных отношений между текстом и изображением.







6. Яйцо ангела (реж. Мамору Осии, 1985)

Tenshi no tamago (Mamoru Oshii, 1985)

Tenshi no tamago (Mamoru Oshii, 1985)

Трудно писать об аниме, потому что данная культура несёт в себе отпечаток той философии и антропологии, которая непонятна европейцу. В то время, как все стремились к перспективе, объёму и, позднее, к реализму, японцы стремились в другую сторону и плоскостность японской графики несёт в себе что-то большее и другое, чем даже плоскостность Мане или Малевича. Но «Яйцо ангела» — идеальный пример заимствования чужой культуры. Тут и символизм яйца, как символа живописи Эпохи Возрождения, и отголосок актуального фэнтези и философия анимации, которая здесь стала настолько абстрактной, что не имеет ничего общего с реалистическим кино. Часто мультипликация стремиться стать обычным кино и в этом чувствуется её ущербность. Но кино борется с реальностью, этим оно и сильно, в отличии от мультиков, которые должны быть более абстрактными, потому что они борются с сознанием автора. Анимация — это индивидуальная рефлексия сознания, её сила в радикальной абстрактности и эта лента является яркой иллюстрацией такого взгляда.





7. Реквием (реж. Ханс-Христиан Шмидт, 2005)

Requiem (Hans-Christian Schmid, 2005)

Requiem (Hans-Christian Schmid, 2005)

Реквием — это анти-Слово. Если Дрейер видит религию как возвышенную духовную практику, то Шмидт направляет её абсурдизм против самих верующих. Настоящая вера живёт теперь в сердцах отдельных фанатиков, которые переживают экстремальный опыт и умирают. Лента скорее о той системе взглядов и конкретных практиках, которые не могут выжить в новых секулярных условиях. На начало 2000-х может так оно и было, но в 2020 году ясно, что и конкретные религиозные верования и практики не уходят только из–за архаичности взглядов и развития медицины. Но сюжет концентрируется на главной героине, которая оказалась зажата в тиски собственных представлений, которые оказываются для неё губительными.







8. Побудь в моей шкуре (реж. Джонатан Глейзер, 2013)

Under the skin (Jonathan Glazer, 2013)

Under the skin (Jonathan Glazer, 2013)

Это просто шедевр мирового кино, явно обделённый зрительским и даже критическим вниманием. Если «Слово» совершенно в модернистском смысле, то есть подлинно и глубоко выражает авторский замысел, то Глейзер совмещает в себе и модернистские и постмодернисткий язык. Первое включает в себя единый стиль, выверенность, абстрактность, то второе отсылает к видеоклипу, многочисленным отсылкам к Кубрику и другим научно-фантастическим, и не только, фильмам, цифровую вылизанность и документальность в духе Догмы 95. Очень многогранное произведение со всех сторон, которое в итоге оставляет ощущение обычной притчи, с многочисленными символами и реперными точками.

То, что зрители не оценили картину может свидетельствовать о том, что недосказанность в такой яркой клиповой форме пока никак не считывается массовым потребителем.





9. Паразиты (реж. Пон Джун-хо, 2019)

Gisaengchung (Bong Joon-ho, 2019)

Gisaengchung (Bong Joon-ho, 2019)

Абсолютный любимец всей кинопрессы мира не только совмещает в себе наработанные жанровые клише, но и символизм, свойственный предыдущей историей кино. Это и вертикальность Метрополиса, с затоплением низов, вытекающий из этого социальный пафос Кесьлевского и Дарденнов, и даже фильмы ужасов со зловещими бункерами, комнатами и призраками прошлого (Ужас Амитивилля, к примеру) и так далее. Нужен огромный талант, чтобы смешать в нужных пропорциях наработки предыдущих поколений с той целью, чтобы сделать новое высказывание, которое заставит переоценить наследие.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки

Автор

File