Написать текст

«Хадн дадн» и Егор Летов в тазике. Интервью

Степан Ботарёв 🔥

У «Хадн дадн» нет пока ни одной студийной записи, но на концертах звучат не меньше десяти песен. Варя Краминова, автор стихов и мелодий, писала их на протяжении последних нескольких лет, а полгода назад образовала трио вместе с барабанщиком Никитой Чернатом и басистом Никитой Оборотовым. Мы встретились, и ребята рассказали, чем отношения между группами новой русской сцены напоминают отношения любовников, почему творчество «Хадн дадн» — это «драматургия быта», и еще — про тазик, в котором лежат все великие.

Фотограф: Ксения Смирнова

Фотограф: Ксения Смирнова

— Почему «Хадн дадн»?

Варвара Краминова: Это слово, которым я в детстве называла все. Все на свете. Хадн дадн! Это мог быть самолет, огурец. Мог быть, не знаю, пепел, обои. Все — хадн дадн.

— А почему вас всего трое?

Никита Оборотов: Потому что минимализм. В принципе, наше тройное участие в этом проекте началось с того, что… Вообще я занимаюсь электронной музыкой…

Человек, представившийся менеджером: Как ты называешься?

Никита Оборотов: segodnya25 И я как-то от нечего делать написал аранжировку для «Подожди меня» — песни, которая иногда звучит на концертах. Дал всем послушать, всем понравилось, и мы собрались уже втроём и всю ночь делали запись на хороший микрофон у Вари.

— Почему вы, кстати, не запишитесь дома? Барабаны можно прописать на студии за почасовую плату.

Никита Оборотов: Да чего-то у нас нет времени.

Никита Чернат: У меня тоже нет времени: у меня куча проектов.

Варвара: Никита Чернат играет в 16 группах.

Никита Чернат: На самом деле их пять. Есть группа «Высадка», где мы играем психоделический рок с гитарными соло. Есть группа «полынь», где мы играем экспериментальный фолк, который совмещаем с электроникой. Есть группа «Ага, Вот-Вот», где мы играем очень обволакивающий нойз-рок…

Менеджер: Но мы тебя ревнуем, понимаешь?

Никита Чернат: Есть мой сольный проект “Shime”, где я пишу техно, совмещая его с гитарой.

Варвара: Да, это наш любимый проект! Это вообще прекрасно!

Никита Чернат: Есть еще группа «Созвездие Отрезок» c Антоном Дворцевым!

Варвара: Да, возможно, вы что-нибудь слышали про Антона Дворцевого?

Никита Чернат: И, конечно же, «NOЧ», где мы с Никитой пишем инструментальную музыку.

Фотограф: Артём Сухомлинов

Фотограф: Артём Сухомлинов

— А с кем из молодых музыкантов вы общаетесь, кроме участников групп, в которых играете? (Смеюсь)

Варвара: С Искандером Еримбетовым из группы «Искандер и Саломея».

Никита Чернат: Кстати, на последнем концерте «полыни» Искандер подошел ко мне и такой типа: «Можно я с тобой сфотографируюсь»? И сфотографировался. (Смеется)

Варвара: А! Он прислал эту фотографию мне!

Никита Чернат: Да? Мол, вот, я с твоим барабанщиком тусуюсь!

— К слову, год назад, как раз во время совместного концерта “HIK” и «Искандера и Саломеи», я встретился с Сашей Виноградовой. Задал ей вопрос, чувствует ли она себя частью большой новой русской сцены, и она сказала, что, по ее мнению, музыкальная сцена находится в состоянии феодальной раздробленности. По-вашему, что-то за год изменилось?

Никита Оборотов: Что касается «Хадн дадн», нам будет очень тяжело вписаться в русскую современную сцену. Дело в том, что мы по структуре и настроению отличаемся абсолютно от всего.

Варвара: Просто раньше мы были вне, теперь мы «в». И все друг друга куда-то зовут, выходят друг на друга по какому-то совершенно непонятному принципу. Возможно, все друг другу симпатичны. Но все равно все существуют отдельно. И это хорошо, потому что все довольно разные. Но здорово и то, что есть возможность всё это вместе собрать и преподнести.

Фотограф: Варвара Васильева

Фотограф: Варвара Васильева

Никита Чернат: Не знаю, мне кажется, наша музыкальная тусовка только складывается. Мы, грубо говоря, притираемся друг к другу. Как любовники — они сначала присматриваются друг к другу, смотрят на недостатки, на достоинства партнёра. И наши группы находятся сейчас в таком же состоянии. Нам нужно еще познакомиться. Например, с той же Сашей Виноградовой мы выступали недели две назад на благотворительном концерте для детей-сирот. Но при этом, когда она меня увидела, то спросила: слушай, извини, как тебя зовут? То есть, она меня уже встречала, но она еще со мной не знакома. То же самое с музыкой — она нас слышала, но еще не понимает наш посыл…

— А в чем ваш посыл?

Варвара: Мы упорядочиваем хаос.

Никита Чернат: Не-не-не. Дело в том, что мы пытаемся преподать свежий взгляд на вещи, кажущиеся обыденными, на вещи, с которыми человек взаимодействует «на автомате», не задумываясь…

Менеджер: Никита, скажи: поэтизация быта.

Никита Чернат: Ну, поэтизация быта, да. Но я пытаюсь использовать больше слов…

— В одной из литературоведческих работ, которые я недавно читал, это звучало примерно так: талант обладающих поэтическим чувством людей заключается в способности отказаться от стереотипа узнавания вещей…

Менеджер: …Отказаться от ярлыков, к вещам приклеенным. Наволочка — казалось бы, что можно из нее вытянуть? А оказывается, можно.

— И вы все одинаково понимаете тот посыл, который подает Варя?

Варвара: Я могу сказать, что я сама все это достаточно смутно понимаю и не очень осознаю вообще, что делаю. (Смеется)

Никита Чернат: Но при этом я как барабанщик все это вижу и собираю свои партии исключительно из этого посыла… Потому что, действительно, Варя просто увидела наволочку и постирала ее вместе с ботинками. Это реальная история. И, так как наволочка постирана, гостям, которые приходят, придется поспать на подушке, без наволочки. Совершенно обыденная ситуация. Но Варя при этом придумала красивую мелодию для того, чтобы выразить эту…

Варвара: …Драматургию быта! (Смеется)

Никита Оборотов: Дело в том, что такое все время происходит в жизни, но все об этом забывают на следующий день. А теперь есть песня на эту тему, и можно задуматься чуть глубже, чем задумываешься обычно.

Фотограф: Артём Сухомлинов

Фотограф: Артём Сухомлинов

— Значит, с одной стороны, ваши песни — это «драматургия быта». С другой, Варвара говорит, что упорядочивает хаос. Это происходит на уровне рифмы? Варя, что повлияло на твою поэтическую манеру?

Все (шепотом): Не говори.

Менеджер: А, расскажи про тазик.

Варвара: Год назад мы с Менеджером придумали тазик. Это абстрактный тазик, куда складываются такие произведения искусства, которые застыли во времени, их воспринимают все. Это что-то, от чего невозможно отказаться, с чем невозможно спорить. Абсолютные вещи, гениальные с точки зрения человечества.

— Что там уже лежит?

Варвара: Там лежит Егор Летов, там лежит Данте, Маркес, Цой, Пушкин. Фильм «Зеркало» Тарковского! И на прошлый мой день рождения ребята в честь тазика подарили мне тазик.

Никита Оборотов: Кстати, когда мы его подарили, мы бросили туда землю и положили зеркало.

Варвара: Причем ребята привезли его ко мне в офис. А я работала помощницей всех! Была самой младшей и пришла с этим тазом, наполненным землей. И прятала его под столом.

Менеджер: Там еще много кто. Микеланджело…

Варвара: Бах! Все на свете. Все великие люди там лежат. Не могу сказать, что я на них полагаюсь, но, наверное, как-то прислушиваюсь.

— В какой-то момент что-то произойдет, и ваш взгляд изменится. И, может быть, вы перестанете петь про наволочку?

Никита Чернат: Река течет, река родит то, что нужно. Нужная палка проплывет мимо нас, и рыба, и сеть — все будет.

Никита Оборотов: Тем более, у нас есть страховка — песни про Рязань, Казань, Сызрань, «Подожди меня», которые пройдут…

Варвара: …В категорию времени. (Смеется)

Никита Чернат: И на самом деле, если говорить о более серьезных песнях — они есть. Взять, например, песню «В темноте». Она, на мой взгляд, очень глубока. Образы совершенно не повседневные.

— Я не говорю, что у вас несерьезные песни. Мне интересно, что должно случиться, чтобы вы начали говорить серьезно о другом?

Никита Чернат: Мы не знаем. Стратегия — в отсутствии стратегии.

Варвара: Это просто впитывание того, что происходит кругом, и какое-то его поэтическое переосмысление.

— А вы не впитываете происходящее, допустим, в тюрьмах, где, как мы теперь знаем, пытают людей?

Никита Чернат: У нас не было такого опыта. Сложно написать об этом песню, потому что мы сами там не были.

Варвара: Но подождите, скоро будет мюзикл про тюрьму! Мы придумали его с Сережей Дмитриевым и Артемием Лебедевым, когда поехали после концерта в четверг к нам домой!

Никита Чернат: Сережа Дмитриев — это который из моей группы «полынь»?

Варвара: Да, да! Мы с ним зависли, и это было очень круто!

Менеджер: Непредсказуемость — наше второе имя.

Никита Чернат: Можно вдохновиться этим спектаклем! Можно попытаться сгонять в тюрьму… Хотя это уже поиски, не повседневность.

— Но это для вас художественный опыт?

Никита Чернат: Естественно, художественный. Например, моя задача как барабанщика — оформить мелодию, обыграть, сделать ее более эмоциональной.

Менеджер: Еще у меня ощущение — ты можешь со мной не согласиться, Варя — насильно что-то родиться не может. У Вари музыка рождается случайно, спонтанно…

Никита Чернат: Серьезно! И, если мы пойдем в тюрьму, вряд ли родится песня.

Варвара: А может, и родится!


Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Автор

Степан Ботарёв
Степан Ботарёв
Подписаться