Хито Штейерль, Отдел Децентрализации, GPT-3. Двадцать один арт-мир: игровая карта

редакция сигмы
20:10, 04 ноября 2021🔥
Добавить в закладкиДобавить в коллекцию

Перед вами описание двадцати одного арт-мира времен пост-пандемии. Прочтите о каждом из них, решите, какие из них устарели и должны пойти в компост и, в зависимости от количества выбранных арт-миров, узнайте свой тип арт-мирующего. Текст из 121 номера журнала e‑flux, вышедшего в октябре 2021 года. Перевод Сергея Огурцова под редакцией Никиты Сафонова.

Хито Штейерль — режиссерка, художница, писательница и изобретательница документальной эссеистики. Основные области интересов — медиа, технологии и глобальная циркуляция образов. В своих практиках письма, создания фильмов и перформативных лекциях она разбирается со статусом образа в ходе расширяющейся глобализации и технологизации мира

Отдел Децентрализации — открытый коллектив индивидов, основанный в Берлине в 2018. Отдел работает на децентрализованном открытом программном обеспечении и его пересечениях с искусством и культурой. Арт-отдел в ОД, принявший участие в работе над этим текстом — результат более чем трехлетней работы, исследований и распространения информации на пересечении блокчейн-технологий и искусства.

GPT-3 (англ. Generative Pre-trained Transformer 3 — Генеративный Пре-тренированный Трансформер 3) — генератор языкового искусственного интеллекта, разработанный OpenAI.

Flowchart for The Case of the Silk King, Choose Your Own Adventure #14 (Bantam, 2006)

Flowchart for The Case of the Silk King, Choose Your Own Adventure #14 (Bantam, 2006)

Этот текст лежит в основе игры жанра «выбери-свое-приключение», как апдейт старого шаблона, созданного Superstudio [1]. Пересекая данную карту в дополненной реальности, играющие должны понять, как ориентироваться на фрагментированном архипелаге разорванных арт-миров пост-пандемии. В этой игре арт-мирование трансформируется в миро-строение. Для начала, прочтите нижеследующие описания двадцати одного арт-мира, и решите, какие из них устарели и должны пойти в компост, чтобы пройти переработку и переродиться в нечто иное. В самом низу страницы вы сможете узнать свой тип арт-мирующего, в зависимости от выбранного количества миров.


Первый арт-мир: Хищник

Участники

Спят и умирают, съеденные заживо

Жертвы арт-мира

Этот арт-мир состоит из аппарата по выемке почвы (похожего на турбину с лопастями), который, вращаясь, вгрызается в камень, выдавливая всю материю к центру цилиндра и вверх по трубе на землю. Арт-мир возникает, когда под землю по шнеку спускают новых участников. Процессию в подземный мир устраивают в 18 часов, ее хореография прописывает точную последовательность движений, которые участники обязаны повторять за маленькими роботами, шагающими рядом с каждым. Остающиеся за ними следы, слизь, кровь и прочие биологические жидкости фотографируют, отсматривают и передают по сети в виде QR-кода. Достигнув дна, участники шествия засыпают и во сне видят совершенно иной арт-мир. Они просыпаются бодрыми, и тут их заживо пожирает арт-мир, который за счет этого и существует. Под участниками на время разверзается жерло диаметром 7.22 метра. Машина переваривает их биомассу, а их снами торгуют на одном из Дискорд-каналов. Хищный арт-мир воспроизводит себя, непрестанно создавая новые образы и объекты.


Второй арт-мир: Колизей

Остров украшают

Ритуалы публичного унижения

Искусство это цирк

Этот арт-мир расположен на искусственном острове, который построили беженцы, пострадавшие от коллапса цивилизации. Он встроен в городскую систему, стоящую на сваях из стволов деревьев девственных лесов. Его модули украшают элементы, добытые в грабежах, разбоях и обманным путем. Погожим днем этот мир утопает в океане солнечного света, искусственно поддерживаемого при помощи дистанционно управляемых стальных модулей, выкрашенных в желтый. В центре установлен купол диаметром десять метров и высотой сто метров, раз в два года источающий запах гниения. Когда подается этот знак, участники начинают нисхождение в арт-мир. Несколько месяцев идут гуляния. Цель — тестирование новых режимов угнетения. Участники коронуют временных царей и вычеркивают всех прочих. Публичное унижение фиксируется в блокчейне Solana и продается. Знаменитые люди в этом арт-мире умирают: они приходят изучать его ритуалы, но арт-мир мстит им и убивает их, выедая внутренности. В ходе такого общественного тестирования арт-мир превращается в большой цирк с внутренним и внешним кругами, соединенными неработающими лифтами и колесами обозрения.


Третий арт-мир: МоМА

Тайный лабиринт МоМА

Пустышки и бюрократия — вот

Искусство, которое мы потребляем

В самой обезображенной, окаменевшей и безжизненной области жилой застройки, известной ранее как Нью-Йорк, а точнее говоря — там, где когда-то располагалось здание МоМА, примерно на 83-й улице, этот арт-мир оформлен как кластер фирм-пустышек. Структура представляет собой 3D-голограмму размером 55×55х55 метров, которая складывается из редимейдов ячеек так называемого джанкспейса, в каждом из которых имеется линза диаметром девять дюймов. Состоит эта структура из секций-пустышек, которые включают в себя другие отсеки и далее до бесконечности. Внутри отсеков разворачиваются бюрократические ритуалы под предлогом жестокого обращения с детьми. Такими действиями поддерживается существование этого арт-мира, но никто не осознает его скрытую, токсичную и суеверную сущность. Метаболизм этой структуры связан с циркуляцией произведений Пикассо и Сезанна между пустышками, приводимой в действие энергией безнаказанности. В различные точки кластера пустышек внедрены арт-консультанты — они обеспечивают прямую коммуникацию между ними. В центре этого арт-мира находится пустышка. На первом этаже — вереница гейтов, ведущих в лабиринты комнат, коридоров, лестниц и подвалов. Здание полностью отрезано от внешней реальности. Все здание это один огромный лабиринт.


Четвертый арт-мир: П-мир

Позор П

П забыли

Рассеянный долг

построен на жесточайшем запрете когда-либо произносить слово, начинающееся на «П». Закон этот настолько древний, что все забыли, какого слова он исходно касался. Ежегодно растет число казней по подозрению в вынашивании мыслей о слове «П». Сперва их ритуально ввергают в долги, которые тут же символически снимают, отсчитывая сумму в специальных монетах стыда и заставляя осужденных исповедоваться. Конвейерная лента цепляет их и вытряхивает все оставшиеся данные. Теперь они могут вернуться на поверхность, но в роли своего рода виртуальных прокаженных. В этом мире известны особые формы безумия. Наиболее распространены и опасны ролетарская лихорадка и рекарная сыпь. Инфицированных отводят в карантинные учреждения, запирают и забывают навеки. Этот арт-мир живет по строгим законам, разъясняют которые только при возникновении чрезвычайных ситуаций. Сами законы пишут в О-арт-мире. Каждый раз, когда человек шепчет в нем запретное слово, сам этот арт-мир расщепляется напополам.


Пятый арт-мир: Трофейный

бракованные, изгнанные

опустелые аукционные ретро-дома

игроки собираются

Существует 815 миллиардов Кочевников (КЧИ) и тринадцать миллиардов Изгнанников (ИГИ).

Изгнанники являются независимой фракцией, создать которую можно только в одноименном мире, на единственной в системе планете, которую не контролирует большой аукционный дом. База Изгнанных расположена на максимальном расстоянии от солнца, в далекой холодной части системы.

Термин «Изгнание» обозначает всякого человека, вынужденного покинуть страну по причине юридического преследования или политического давления. В No Man’s Sky Изгнанники образуют фракцию бывших игроков-КЧИ, которые отделились от основной массы некогда вступавших в игру людей и были изгнаны в процессе отбраковки.

Существует девяносто представителей Типов As и Bs, пятнадцать типа Xs, четыре типа Rs, по одному типа H, R, X и 4817 типа Ws. Например, тип As обеспечивает 0.7% всех продаваемых в мире BOO (выраженных в USDC), тогда как тип Ws (для области Colonio LTX) обеспечивают долю в 0.1% от всех проданных BOO, плюс 1 процент всех исполненных LIB (выраженный в мировых кредитах USDC).

Вступив в частные вооруженные формирования, вы получаете пятьсот единиц к весу своего голоса.

Самое популярное оружие — ракета “Экспрессионизм автократа”, использовавшаяся 2466321 раз. Наименее популярное — пистолет “Выгруженный зомби-формализм”, его применяли пятьдесят девять раз.

Самый применяемый наступательный модуль — Примитивный бластер накоплений. Если деньги, согласно Ожье, “рождаются в мир с кровавым пятном на щеке”, то капитал приходит в мир, истекая с головы до пят, из каждой поры, кровью и грязью.

Изгнанник мелькает во вступительном видео к игре, на пляже первой планеты, куда попадает игрок. Не совсем ясно — либо это аватар игрока-человека, либо неигровой персонаж. “Шлюзы немногих наделенных привилегиями распахнулись, и наводнение только начинается.”

адаптация книги “Суперкомпьютер” Эдварда Пакарда, Выбери свое приключение 39 (Bantam, 1984)

адаптация книги “Суперкомпьютер” Эдварда Пакарда, Выбери свое приключение 39 (Bantam, 1984)

Шестой арт-мир: Машиноград

Этот город арт-мира

Аппаратус Максимус

Кормится свинцом и кровью

Арт-мир — машина, настолько огромная машина, что даже ее обитатели не представляют ее масштабов. Обитают тут бюрократы, тела которых без остановки, от рождения до смерти, тащатся на конвейерных лентах, падают по желобам, всасываются пневнотрубками. Машина контролирует все, что происходит на каждом из бесчисленного множества маршрутов, которые пересекаются, сливаются и разделяются, подчиняясь непостижимой программе машины и бесконечности форм. Машина самодостаточна, из внешнего мира она забирает только кровь художников и немного свинца. Это вызывает достаточно враждебности к арт-миру, чтобы тот мог продолжать свое убогое, серое существование — а исчезни он, мало кто вспомнит. Первое, что поражает попавших в этот арт-мир — это тишина. Возникает тишина в результате изоляции арт-мира, полного отсутствия контактов с внешним миром. Арт-мир обнесен забором из бетона, колючей проволоки и охранных башен. Изгородь не является естественной границей, ее возвел и продолжает обслуживать сам арт-мир. Он самодостаточен, но его обитатели всегда понимали, насколько хрупок такой образ жизни, и что малейший контакт с внешним миром приведет к исчезновению арт-мира. Он подпитывается парой трубопроводов, которые поднимаются из земли через стену, выходят из ее центра и тянутся в даль, покуда хватает глаз.

адаптация книги Эдварда Пакарда “Побег”, Выбери свое приключение #22 (Bantam, 1983)

адаптация книги Эдварда Пакарда “Побег”, Выбери свое приключение #22 (Bantam, 1983)

Седьмой арт-мир: Война

Военные шоу

Насилие, предложение, спрос

В основе искусства

Этот арт-мир состоит из военных представлений. Единственная цель инсценированных битв и побоищ — создание дизайнерских объектов и перформативных активов средствами порождающего разрушения. Предсказатели изучают кости мертвых, чтобы спрогнозировать рост продаж на аукционах и цен на произведения. Арт-мир войны — самый молодой из арт-миров. Его недолгая история начинается с Первой мировой войны и завершается “войной с террором”. Такой арт-мир — состояние ума, гибридный мир, где наслаиваются арт-мир и мир войны. Можно сказать, что это абсолютное художественное выражение военной необходимости. Галереи забиты произведениями и подчиняются закону спроса и предложения. Ценность работ возрастает, если они связаны с тем или иным конфликтом. Институции для создания арт-объектов предлагают институционализированное насилие. Истоки данного типа арт-мира лежат в “объективном миметическом стандарте ценности искусства”. Со временем, связь между побоищами и искусством изменилась от биологической — когда война ведется ради выживания определенной группы людей — до каузально-художественной, когда насилие инсценируется с целью производства искусства. Эта форма искусства получила название “де-арт”, поскольку объект искусства возникает из насильственных действий.


Восьмой арт-мир: Мутант

Анархия, беззаконие

Искусство в мутирующей форме

Долгам не рабы

Восьмой арт-мир — дикий и беззаконный: художники и писатели прикреплены к культурной герилье, которая учреждает альтернативные сообщества, стремящиеся к самодостаточности и отрицающие любые формы власти и закона. Они не признают правительства и финансовые долги, они не согласны на поглощение корпорациями. Здесь “искусство” приобретает форму мутировавшего генетического алгоритма, который одновременно функционирует как средство коммуникации внутри партизанских ячеек.


Девятый арт-мир: Артоград

Долг и займы в кубе

Кредитные истории художников

Скоро банкрот

Интегрированный в огромный куб. Этот арт-кластер автономен, но все же является частью большой структуры — поэтому он одновременно зависим и независим от нее. Город состоит из трех частей. Первая это арт-рынок, где заключают сделки и договариваются о комиссионных. Вторая — район музеев, где работы выставляют и продают. Третья — жилой квартал, где живут и работают художники. Пока они живут в городе, они всегда остаются в долгах. Художникам, которые создают больше произведений, чем требуется городу, снижают кредитный рейтинг — это лишает их возможности когда-либо занимать деньги или выставляться. Ценность работ художников из черного списка считается ничтожной, их нельзя продать ни в городе, ни за его пределами. Художники имеют право обращаться за ссудой в офис центрального планирования в обмен на процент от будущих продаж их произведений. Ссуду гасят за десять лет при годовой ставке 12 процентов. Если художник не может исполнить обязательств, созданные под ссуду работы идут с молотка, чтобы погасить долги. Каждые семь лет все становятся банкротами, кроме банков.

адаптация книги Эдварда Пакарда “Внутри НЛО” 54-40, “Выбери свое приключение #12” (Bantam 1982

адаптация книги Эдварда Пакарда “Внутри НЛО” 54-40, “Выбери свое приключение #12” (Bantam 1982

Десятый арт-мир: Последний

В конце времен

Капитализм падет

Искусство вымирает /или выдавливается

Десятый арт-мир стал последним арт-миром. Когда система капитала падет, арт-миров больше не будет /или возникнет слишком много арт-миров. Темные времена наступят для арт-миров. Они будут вымирать, как динозавры и мамонты плейстоцена. Арт-миры станут ископаемыми в музеях /или превратятся в ископаемые музеи. Когда капитализм рухнет, люди больше не смогут жить за счет арт-миров. Они больше не смогут обеспечить себя своим искусством /или они наконец смогут капитализировать коллапс.


Одиннадцатый арт-мир: Мультвангог

Аппарат

До отвращения копируя Ван Гога

Отрежь тут ухо

Арт-мир состоит из надувной структуры размерами 10×200 метров. В эту структуру встроен иммерсивный сценарий, согласно которому произведения Ван Гога проецируются на все имеющиеся поверхности. Под надувной структурой имеется небольшая комната пыток, где истязают ксерокопии картин Ван Гога, вращая их в баках с кислотой или подвергая воздействию электрошока. Замерив частоты, их переводят в 3D анимацию, наводят лоска и делают подвижными. Оригиналы картин замурованы в бетонных прутьях, покачивающихся во время землетрясений. В этом арт-мире можно притвориться Ван Гогом, отрезав себе сменные уши. Прочие травмы опциональны. Хорошая дыра в животе обойдется всего в $300. Арт-мир состоит из цепочки смежных комнат, в одной из которых смоделировано место преступления. Жертва лежит на полу, в животе виднеется пулевое отверстие — через него можно попасть в тайный зал, где хранится оригинал картины. Посетители могут отрезать ухо оригинала и забрать с собой в доказательство посещения арт-мира.


Двенадцатый арт-мир: ВК

Искусство инвестиций и хеджирования

Война продай-купи-токен

Нет выхода впереди

Крипто-эксклюзивный фонд, в котором сплавились инфраструктура, финансы, искусство, уникальные коллекции и виртуальная недвижимость. Двенадцатый арт-мир это деколониальный де-фай. Тут мы в процессе возведения крипто-музея — не просто цифрового, но и материального. Место, где наша культура в сохранности и под защитой. Место, где нашу культуру покупают и продают. Место, где нашу культуру обменивают и передают. Место, где нашу культуру крадут и возвращают. Место, где нашу культуру защищают и разрушают. Место, где нашу культуру децентрализируют и крадут.

Этот арт-мир не просто сверхамбиционизен, но и крайне жесток и смертоносен, его даже называли “войной токенов”, не говоря уже о более чем трех тысячах смертей и более одиннадцати тысячах арестов. Глобальный Юг является лабораторией арт-мира, цель которого — постоянно поддерживать режим исключения.

Дисклеймер: Это не рекомендация инвесторам. У меня нет квалификации инвестиционного консультанта. Перед любым вложением денег необходима помощь профессионального финансового консультанта.


Четырнадцатый арт-мир: Метаморфозы

Заперт в МоМА

Жизнь как перформанс

Пожизненный приговор

Спустя месяц после открытия выставки “Метаморфозы”, дирекция МоМА выбрала десять художников, которые должны создать перформанс, переизобретающий музей. Вот имена десяти художников:

Алессандро Мендини, итальянский дизайнер
Бен Вотье, французский художник
Каролин Ашантр, французский архитектор
Фабио Райнхарт, итальянский архитектор
Пьетро Руффо, итальянский художник
Риркрит Тиравания, тайландский художник
Роберт Раушенберг, американский художник
Томма Абтс, немецкий художник
Уго Рондиноне, швейцарский художник
Ив Кляйн, французский художник

Каждый из десяти художников получает по спальне, где они должны проспать в течение месяца выставки. Делать в своих спальнях они могут все, что угодно, но покидать музей им нельзя. Проснувшись, они могут заниматься, чем хотят. Ежедневно сотрудники МоМА приносят им еду и все необходимое. Они также обязаны использовать публичные помещения. Публичные пространства должны использоваться как мастерские. Для посетителей музей закрыт в любое время. Результатом становится странная метаморфоза. Спустя неделю размышлений, Мендини открывает свою дверь и выбрасывает гору мусорных пакетов. Большая часть его “искусства” в этих пакетах. Он закрывает дверь и больше не открывает. Руффо первые несколько дней рисует. Рисунки чудесны. Потом он начинает скучать и ничего не делает. Мусор Мендини складывают прямо рядом в коридоре. Тиравания готовит и ест горы макарон в центре своей комнаты. Еду ему приносят сотрудники МоМА, просто проходя к нему в спальню. Руффо единственный кто жалуется на это. Тиравании запрещено покидать комнату и создавать искусство внутри музея. Но ему плевать. Кляйн заполнил все пространство комнаты надувными шариками. В его спальне нет окон, только шарики. Через несколько дней он поджигает спичку и весь музей сгорает. Абтс закрасила стены своей комнаты черным и не выходит. Она вообще не открывает дверь. Райнхардт рисует фреску во всю стену. Она абсолютна восхитительна. Это рисунок рисунка рисунка. Фреска так прекрасна, что музей вынужден ее купить. Вотье пишет одну картину и выставляет ее на аукцион. Она продается за несколько часов. Раушенберг первые дни гуляет по музею, детально изучая его. У него в комнате нет окон, только зеркала. Спустя несколько суток, он возникает средь бела дня в фойе и объявляет всем, что создал в комнате искусство, и хотел бы покинуть музей. Ему возражают, что все десять художников должны отбыть свой приговор. Через месяц всех десятерых выпускают. Музей закрывается на ремонт. Они получают стипендии.


Пятнадцатый арт-мир: Демократия

Компетентность в прошлом

Только искусство осталось

Бездушное и безболезненное

Этот тип мира возникает в результате процессов экстремальной демократизации и арт-активности обывателей без практического опыта. Демократический арт-мир — это образ свободы и шанс для индивидуального самовыражения. Это кульминация демократического общества, ассоциирующегося с “потребляемым, прозрачным арт-миром”, цель которого — создать блаженство без боли, как спуск вниз по лестнице атриума Фрэнка Гери. Асептический арт-мир разделен напополам между инвесторами и дилетантами. Он вращается вокруг отсутствующей гильотины. Этот арт-мир ввел оптимистичный концепт “качества” в искусстве, который быстро набрал популярность. Культурной доминантой демократического арт-мира становится пост-пандемический аскетизм, и критики адаптируются к такой доминирующей позиции. За фасадом тут выуживают недвижимость, взвинчивают аренду, запускают движения экспроприации.


Шестнадцатый арт-мир: Зум

эта игра Искусство

все и всякий, в Зум давайте

это Искусство игра

Как пишет De Groene Amsterdammer:“Работники этого Зум-перформанса действительно амбициозны. Этого у них не отнять. Смотрится он весело, что всегда приятно, но вынужден отметить, порой кажется, что искусство приносится в жертву игре.”, Focus Art Magazine: “Не уверен, стоит ли поздравлять участников. Будучи сотрудниками Зум-арт-мира, они производили искусство для своих начальников. Но в итоге оказывается, что они трудились просто так”. De Volkskrant: “У Зум-арт-мира чудесная идея. Монументальная, и при этом немного инфантильная.”Робин Вестердайк из Wendingen, Nu.nl: “Зум-арт-мир — это результат скрещивания Международного института социальных исследований с центром дневной заботы о престарелых гражданах, чем напоминает аэропорт Схипхол, но одновременно содержит утопию. Еще недавно Ван Дер Койкен работал проект-менеджером в Национальной галерее в Амстердаме, а еще чуть раньше числился студентом арт-вуза. И вот вам мелкобуржуазные амбиции.” Яспер Баккер из De Volkskrant: “Эта арт-институция неспособна ничему положить начало. Некоторые просто приходят сюда порисовать, некоторые только и делают, что стирают белье. Так или иначе, Зум-арт-мир — это большой успех для Ван Дер Кройкена. Для остальных — незавершенный эксперимент.” De Groene Amsterdammer (снова): “В сегодняшнем своем виде Зум-арт-мир — местечковый феномен. Эдакое общежитие для хиппи-пенсионеров. Тут можно приятно поболтать за бокалом вина. Но куда подевалась революция?” Studio International: “Зум-арт-мир, отработав более трех лет, сегодня вынужденно закрылся, но произошло это не вследствие банкротства, как заявлялось ранее, а по решению властей Амстердама — они сочли его структуру слишком небезопасной.”


Семнадцатый арт-мир: Исчезнувший

Арт-мир пропал

Тринадцатый не существует, нет!

но семнадцатый вот

Семнадцатый арт-мир состоит из тринадцатого арт-мира, который пропустили.


Восемнадцатый арт-мир: Токен

вложись и подделай

токенезируй награбленный фальшак

богатые гуляют

Восемнадцатый арт-мир скрыт за фальшивым барочным фасадом. Представитель серии новых феодальных арт-дворцов, восемнадцатый арт-мир кормится по́том с украденных лиц. Чужие образы собирают, охотясь и забивая их, затем растирают в песок, после чего из фальшивого песчаника лепят гаргулий в качестве живого поминовения павших фальшивых империй.

Арт-мир Токена — это старая забава феодалов. Токен как символический жест принимает форму гипсового слепка древних руин, заводского Да Винчи, трофейного артефакта этнографии, патерналистского жеста каннибализма.

Токен как символический жест принимает форму бронзового слепка детского солдатика, заводского Джексона Поллока, трофейной маски из Азии, патерналистского жеста каннибализма. Токен как символический жест принимает форму фейк-перформанса фейк-художника, фейк-перформанса фейк-благотворительного фонда, фейк-благотворительного перформанса фейк-благотворителей, фейк-благотворительного перформанса фейк-художника.

адаптация книги Эдварда Пакарда “Пещера времени”, “Выбери свое приключение” #1 (Bantam, 1982).

адаптация книги Эдварда Пакарда “Пещера времени”, “Выбери свое приключение” #1 (Bantam, 1982).

Девятнадцатый арт-мир: Фейк

Вложись в групповую дрочку

Белые снова в деле

не осталось ничего существенного

Девятнадцатый арт-мир состоит из фейк-благотворительного перформанса внутри восемнадцатого арт-мира.

Модератор представляет гостей, начиная с председателя фонда. Фонд не собирается ничего менять и хвалит работу музея за инклюзивность и мультикультурность. Но вице-председатель устала от обсуждений колониального грабежа, предлагает все вернуть и открыть институцию для новых голосов. Из аудитории: складской работник, который хочет оставить все как есть, потому что ему нужно платить аренду, а он боится увольнения. Один конъюнктурный художник, который продвигает свой критический проект и хочет денег. Галерист, предлагающий выставить обсуждаемые произведения на аукцион. Группа активистов, призывающих покинуть музей, захватить его, или просто распродать всю дрянь как NFT. Кто-то из группы требует реституцию за ритуальные артефакты чужих предков. Мгновенно образуются новые фракции. Среди них белая женщина, доказывающая, что музей является местом сопротивления. Академик, доказывающий, что музей является белой-мужской-гегемонно-патриархально-колониальной институцией, и требуется его закрыть. Охранник, который хочет стать героем, остановившим протестанта. Женщина, убеждающая расположить музей на окраинах, а не в центре Берлина. Изгнанник из КЧИ вслух удивляется, зачем он тут. Администратор, предлагающий вывести музей из–под контроля государства. Белый человек, интересующийся, почему только белые мужчины могут быть расистами. Египтянин, считающий, что музей должен быть открыт на Ближнем Востоке. Кто-то настаивает, что музей необходимо переделать в галерею, где произведения будут уничтожать для сохранения новизны. Мужчина, который убеждает, что музей должен быть местом, вновь сделавшим Германию великой. Маленький персональный робот предлагает инвестировать в BOO-койны. Белый художник, доказывающий, что музей это место, где он звезда. Человек, предлагающий отдать музей рабочим-мигрантам, поскольку билет в оперу они позволить себе не могут. Французский бюрократ, рассказывающий об опыте группы Анонимных администраторов. Кто-то требует сделать музей институцией любви. Другой хочет воздвигнуть идентичную копию музея рядом с оригиналом. Из этих людей складываются две противодействующие группы. Первая состоит из тех, кто хочет оставить все как есть. Группа, желающая перемен, считает, что музей это место смерти, место насилия, где произведения уничтожаются ради сохранения их новизны, а людей обижают и затыкают. В итоге одну из главных героинь, белую-мужскую-гегемонно-патриархально-колониальную институцию, застрелил охранник, мечтавший стать героем. Museumsgarten написан по-немецки в 2018 году человеком, который обращался за финансированием под видом Тистера Гейтса. Работа основана на спорной ситуации 2017 года вокруг “белого куба” Национальной галереи в Берлине. Действие происходит в воображаемом художественном музее и снято независимым американским режиссером Биллом Виолой в Темподроме (круглом здании на территории бывшего Западного Берлина), и доступно как видео-по-запросу на платформе Vimeo с 2018 года.


Двадцатый арт-мир: Жидкий

утопленный арт-мир

тот, которого никогда не будет

или который даже не будет рожден

Двадцатый арт-мир затопило еще до того, как он возник. Конец истории.


Двадцать-первый арт-мир: Следующий

зачем производить оружие,

если можно создать машины?

забудем, отмена.

Это вариация плана Лукаса для Арт-мира. План Лукаса был разработан сотрудниками военной промышленности, которым в 1970-х угрожали увольнения. Они предоставили каталог общественно-полезных товаров, которые они могли бы производить вместо оружия при имеющихся знаниях и ресурсах. Что бы такого мог предложить арт-мир? Список начинается с машины для спасения жизни маленьких детей, которых переехало. Заканчивается машиной, увольняющей из арт-мира наиболее влиятельных персон. Между ними: 1. машина для очистки океанов, 2. фабрика по переработке старого искусства, 3. машина, рисующая картины, которые невозможно украсть, 4. машина, при помощи слов делающая войны невозможными, 5. машина, которой не существует, 7. машина, выясняющая, почему люди платят огромные деньги за адский мусор, продаваемый под видом искусства, 8. машина, создающая картины, которые нужно украсть, 9. машина, производящая людей, которые решают, каким именно искусством считать кучу бесполезного говна, 11. машина, рисующая грозой, 12. машина, информирующая о завершении искусства, 13. машина, которая усовершенствует себя до тех пор, пока не поглотит весь мир, 14. машина, создающая искусство, не поддающееся интерпретациям наших компьютеров; 15. машина, которая имитирует квантовый компьютер, связывающий искусство с погодой, 16. машина, рассказывающая нам, как на самом деле устроено искусство, 19. машина, удаляющая все идеи — благодаря чему случиться может все что угодно, 20. биоразлагаемая машина, производящая искусство, 21. машина, очищающая мир от всего, что лишает людей свободы — от аристократии, войны, денег, боли, страха, времени, 22. машина, запрещающая людям изменять свое прошлое, 23. машина, которая делает всех настолько радикально другими, что все миры и все языки лишаются значений, 24. машина, позволяющая нам переоткрывать планету, животных и растения по-новому, 25. машина, возвращающая мертвых, но в холодильник, 26. машина, при помощи которой люди могут выбирать любое место во вселенной, 27. машина, благодаря которой отступает страх жизни, 28. машина, избавляющая нас от ужасной идеи о том, что все нужно объяснить, 29. машина, создающая копию хорошего конца, 30. машина, останавливающая другие машины. Проект завершился в 2020 году, поскольку его закрыли в социальных медиа.

***

Превращайте в компост арт-миры, которые вы считаете устаревшими, и узнайте свой тип личности по результатам нашего психологического теста ниже. Делитесь своими результатами в твиттере @compost_nfts, или в нашей Telegram группе. Голосуйте за своих френдов по хэштегу #nftnominate в Твиттере — боты сообщат им все подробности о том, как присоединиться к машине компоста.


Результаты психологического теста

Сколько из приведенных описаний арт-миров кажутся вам устаревшими?

Если вы отметили девять и более арт-миров:

Вы глава арт-ярмарки, или надеетесь им стать, но в любом случае, вы созданы для этого. Логика и механизм системы внутри вас отточены, они часть вас, вы сами. Вы знаете систему, а она вас. Вы и есть система, а система это вы.

От шести до девяти арт-миров:

Вы арт-критик. Вы не должны быть рабом. Просто должны быть жертвой. Ваши жертвы художники. Вы винтик системы, безупречно работающая часть механизма, смазанная логикой культуры и потому лишенная трения, вы вращаетесь плавно, абсолютно синхронно с вашим создателем; галлюцинирующий садист, сеятель ужаса. Система, однако, не культура. Система это вы.

От трех до шести арт-миров:

Вы токен. Вы убили сомнения, чтобы они не убили вас, но все равно умерли вместе с ними. Вы не размышляете, не желаете, просто исполняете приказ. От вас остались только конечности и органы, только механические части, функционирующие лишь в одном направлении: из сборочного цеха на свалку. Но у вас все еще есть шанс переизобрести себя, освободить себя из рабства своего прошлого и его прошлого. Приказы не система. Система это вы.

От трех до одного арт-мира:

Вы смарт-контракт? Покажитесь, и вас нежно и навсегда вышлют на нулевой адрес.

Ни один не показался вам устаревшим:

Вы произведение. Вы несовременны: вы не поняли, что вы лишь повод. Возможно, вы не осознаете, что его уже достаточно для полного развертывания логики системы, покуда логика не станет неукоснительной, чтобы конкретизировать гораздо более галлюцинаторные фантазии, чем описаны выше? Подождите, дорога широкая, “технологически продвинутые” арт-миры быстро по ней бегут (постоянно приближаясь к цели), а “развивающиеся арт-миры” следуют по пятнам. Система это система рационализации искусства. И в то же время, это система легитимации искусства, искусства будущего. И для вас важнее всего понять, что никакой другой системы нет. Система это вы.

Примечания:

[1] Gian Piero Frassinelli, Twelve Cautionary Tales for Christmas: Premonitions of the Mystical Rebirth of Urbanism.

Спасибо Маттиасу Планитцеру.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.
Добавить в закладки