У Точки встречи есть рубрика #Словарь, в которой мы объясняем сложные термины, связанные с израильско-палестинским конфликтом, правами человека и современной политической реальностью. Сегодня поговорим об “экспрессивной гражданственности”.

Термин ввели израильская исследовательница Нета Клиглер-Виленчик из Еврейского университета в Иерусалиме вместе со своей коллегой Иоаной Литерат из Teachers College Колумбийского университета в их книге 2024 года. Уже само ее название звучит как небольшой манифест: Not Your Parents’ Politics: Understanding Young People’s Political Expression on Social Media (”Не политика ваших родителей: как молодые люди выражают политические взгляды в соцсетях”)

Для многих наших читатель: ниц это название, может быть, звучит точно. Возможно, ваше политическое взросление тоже происходило внутри штабов Навального, в работе наблюдатель: ницами на выборах, на протестах, в независимых медиа. Часто за это приходилось платить реальную цену: потерей работы, задержаниями, а в итоге и эмиграцией. Может быть, вы слишком хорошо знаете, как выглядит политическое участие, когда ставки действительно высоки.

И тут происходит странная вещь: когда мы видим, как подросток записывает видео длиной в четыре секунды в TikTok, высмеивая политика, публикует эмоциональную сторис в инстаграме или делится мемом про министра Кнессета, внутри срабатывает привычная реакция — это же не настоящая политика. 

Клиглер-Виленчик и Литерат с этим категорически не согласны. Они описывают политическое выражение как любое поведение, с помощью которого человек сообщает другим о своих политических взглядах, убеждениях или идентичностях. По такому критерию YouTube-влог о климатической тревоге и волна контента израильских подростков, реагирующих на войну в Иране — все это формы политического выражения.

Авторки показывают, что политическое выражение молодежи в соцсетях креативно: оно использует инструменты каждой платформы по-новому и по-своему; лично — потому что растет из идентичности и повседневного опыта; и значимо — потому что именно так молодые люди формулируют свои взгляды, находят собственный политический голос и видят, что рядом есть другие, кто чувствует похожим образом.

Чтобы описать это явление, авторки предлагают новый термин — expressive citizenship, или экспрессивная гражданственность. Если раньше считалось что “хорош: ие” граждан: ки должны быть информированными, читать новости, ходить на выборы и на протесты, то теперь Клиглер-Виленчик и Литерат фиксируют более новую норму гражданственности. Когда происходит что-то значимое — несправедливость, война, выборы, — от “хорошей граждан: ки” все чаще ожидается, что он: а публично выскажется об этом. Иными словами, сегодня молчание все чаще считывается как политическая позиция. Авторки подчеркивают, что публично говорить о происходящем, например во время протестов Black Lives Matter в 2020 году, значит совершать политическое действие само по себе, а не просто приближаться к “настоящему” действию.

Исследовательницы медиа Клиглер-Виленчик и Литерат отмечают, что выражение позиции в социальных сетях дополняет, а не заменяет другие формы участия. Их данные последовательно показывают, что люди, которые пишут о политике, чаще оказываются и теми, кто жертвует деньги, организует инициативы, выходит на протесты и голосует. Онлайн-выражение и офлайн-действие не конкурируют друг с другом — они усиливают друг друга.

Авторки указывают на еще одну важную вещь, которая касается молодых людей из маргинализированных по расе, доходу или уровню образования сообществ. Оказывается, что представитель: ницы уязвимых социальных групп чаще считают выражение позиции в социальный сетях полноценным гражданским действием, чем их более привилегированные сверстни: цы. Происходит это именно потому, что традиционные каналы политического влияния для них менее доступны. Таким образом, самовыражение в соцсетях часто становится для них входом в политическую жизнь, а вовсе не ленивой заменой настоящему участию.

Самое главное, мы привыкли относиться к гражданственности как к чему-то суровому и серьезному, но Клиглер-Виленчик и Литерат настаивают: “глупые, играющие, личные, интимные, яркие, преувеличенные, эмоциональные” формы выражения — это полноценная политика, а не ее упрощенная версия.

Чтобы “экспрессивная гражданственность” не звучала абстрактно — посмотрите, как это выглядит на практике у молодых людей в России и Израиле/Палестине:

• Уехать от Zетников и переехать в Израиль, what could possibly go wrong?
• Эксперимент с аватаркой Навального в Максе
• Быть феминисткой в 2026 году…
• Урок свободы и “разговор о важном”

Как и у любой модели граждан: ок, у экспрессивной гражданственности есть слабые места: разрыв между видимым и реальным политическим влиянием, уязвимость перед алгоритмами медиа-платформ, поляризация. Но если мы будем отмахиваться от молодых политических голосов только потому, что они звучат не так, как наши, мы рискуем сами воспроизвести ту самую апатию, на которую взрослые так часто жалуются разговорах о подростках.
Подписаться на телеграм | Подписаться на инстаграм | Задонатить Точке Встречи