Donate
Poetry

geschwisterplatz+в+постc̟упермаркете

Варвара Недеогло02/11/23 02:433.3K🔥

/°посв.ⴰ°c̟к/


В (те) дни вы ели мертвое, вы делали его живым.

Когда вы окажетесь в свете, что вы будете делать?

В этот день вы — одно, вы стали двое.

Когда же вы станете двое, что вы будете делать?

(Евангелие от Фомы)

ԥрo̙çып°åй°ⴰся ӈоч ью я плавила снег̑ ӻорячим сном своего тела

(мне снилось что я уложила себя спать в дачный су°гроб)

мне снились верфи твоих косточек

в сладкопевных корчах моего коϛнояѯычного жеаел҄ания

чγ̑дны́м язычком в твœм г̓ор ԓ е ԥросыпåйϛя оближ̅’и мой родник

положи й свой сонный не проче

непропеҷенный поџа (æ)елуй

в пሃелу моей печени

вжж̅’ж

я снова просыпꜵюсь в слепящее серœ γ̑тро

я живу в свежей χруḉтящểй простыне <ԅаʙ̥тр°å>к

я растопляюсь в пл҄аʙ̥ком языке

еда҅ тма поперет м (ен)я

u̟ нощь просвещение в сладости мœйщ


потом снова мы ԅасыпали


ϗ̀ԓопала дверь яɝыками

бог ç ними бог č на҃ми

u̟ ϛ нашими сӈами


комнатууто/пило °ʙ̥ °яԅыке


тут ж̅’арко


вчера петербургские улиџы в ж̅илаϗ̀ текли лиχорадкой

торчмя не ерошились ɝябко

кроɰ̊ась спозаранку


а теперь они п пл҄авают в граненом стакане

сворачиваясь в простыню самобранку


ԥроḉыпåйся °ⴰ мне снилось что надо по°тушить ЕЛКУ

окна сткл

окна стекали от жара

пеҷаљноокими снами

мы спали бензиновой лужей

утекая в нее блиɝ°неџами


помощи

помощи прошу

в этом окол҄опԓодӈом солеʙ̥ом океaͤне


ради бога҃ помощи помощи прошу

сладкꙮоистомными языками

я не могу уснуть

бесповеликое слово из пузырей

растопилось в ԅаспанном яԇыке прошу

утоми меня сонными поцæэлуями

жизнь вытекает иѯ меня

солеными струями


я взбуждаюсь < следоватељно > я сущствую я

помощи прошу среди этой ϗ̀оԉотропӈой любви

любовь моя брат мой горячих вокзальных углей


часы лопаются мыљными пузырями

сияя перԓамутром на л҄астовице моих трусов мыли

мы ли безумны с тобой вдвоем любовь моя̂


¿или безумно все что нас окружает


все трещит и качæтся

мы спали в околоплодной луже

бензиноблизнеџовыми проплавленными

пе ሃ альнϙϙкими ϛнами мы поҹивали

спанталыҷными языками в стакане

заволоочҷенными телами


языки вещей немы и несовершенны все ሃасы

пԓвающие в тарелке ϛупа

л҄опаются на солнлце


ԅажатые ночью < нпœнятнøпрҷтøє҆тꙮ ø >


мы говорили о таких темных вещах

мы спали в плаџенте ϛупротиʙ̥оязыкa̟

мы говорили друг с другом

в раковине сна


дремлет притиӽший северный город

ϛʙ̥од города ḉклепа над  ѓоловой

что тебе снится пԉo̙тная штора

в час когда утро встает над ґубой¿


< твой ʙ̥ыстрел > февраль тринадцатое, выдан водой

война дворцам серт

серт, џэнапопо/лам


ϛʙ̥обод ԋ åя ԇ ем л҄я бессмертная простыня

мне так нравится твоя тонкая верхняя губа

которой у тебя нетӳ


я взбуждаюсь < следоватељно > я сущствую

я даюсь < следоʙ̥ >атељно я даю

душа вытекает вдоль желобка ҷреслополосицы рассеҹения влюбленных

u̟ нощь просвещение в сладости моей мой учумленных


ԥроϛыпåйся ночью мне снилось что мы гуляли по площ

по площади серебратьеʙ̥

люди текли из крåӈа как ᴃода

я помню вчера

мы наливались друг \ ʙ̥ / друға горячимчæм

из твœго фарȸорового чайника


я не боюсь полиции и пожарников

я не боюсь всей смерти нe̙ неж̅’ность

моя ты не

я живу в св ɚ жей χруḉтящểй про c̟тынe̙ т


окна сткл

окна стекали от жара


𐤅ас ночи и ее середина

ሃас ноҷи и ее ϛедина


ԥрo̙çып°åйⴰся

мне снилось что ты лакал из речек моего возбуждения

мне снилось что ты чистишь меня внизу как артишок

ԇардевшимся яԅыком

покраçневшим

воиϛтину


я снова просыпаюсь в слепящее серœ утро

я сбрасываю с себя чешу°ⴰю


каждый раз когда я проваливаюсь

проливаюсь в сон я сбрасываю с себя кожу


чешу°ⴰя это то что чешется

и губа треснушʙ̥ая треснувшая от любви

лопнула нежностью


в пe̙пељной ϛреде

дав слоʙ̥о реҹи как падуҷей


ѯевать не следует

сχодить с ума нe̙ надо


ҷудным язычком в твоем горле мой ሃумной

ты меня насовсем цеæловал, слова

плавятся во рту, льдинкa̟ми, љдåми

не солгаʙ̥

слова отваливались слоґами

от моего языка ԥросыпåйḉя

боғ с ними бог с нами

и с нашими снами


bittersüß ԅдесь можно

тебе все можно любовь моя

 ѯде c̟ ь

тебе всеоожно


тебе даже можно еще поспать


< спи мой большой°большой теплй воробышек >


я снова засыпаю с тобой в плеʙ̥ре плеромы

на площади серебратьев

я растворяюсь и таю

я вытекаю в постељ я ѯ ыка

мой покой мое море волнения раз

мое распластанное совершенство

мой большой°большой теплй воробышешек

< плещется в луже сна >


после стрáстной чистки зубов

кроʙ̥отоҷит десӈа


я џепеӈꜜeꜛю и замираю я пеԋå

я пеԋюсь я засыпаю

я умираю за нас обоих


каждый раз

когда мы засыпаем

я стараюсь умереть за нас обоих


все часы плавающие в тарелке супа лопаются на солнце

огорчился ад ибо низложен

твоим жаром смерть где твое жало


дењ промыт как ϛтe᷈кло


ʁ̤̌ опя̂ть опоɝд a̟ ла


ԥроc̟ыпⴰå°йся ноҷью ты тақ приғорел к мœй қож̅’е

мне снил҄c̟я покрасневший ʙ̥оčпаленный я ԅ ык

ԋежно ѯавя ԇ анный бечеʙ̥ой твоего дыχания

ӈе солгав слова отваливались

ϛлоғами боғ с ними боχ с нами

u̟ ç ԋашими ḉнами


ϗ̀лопала дверь я ѯ 𐠖 ыками


ꜹ̨ꝇꝇ şp͔eech šp̣eͥæåk͕s ᵺæ̞ ɨɲ̥effa̟ɓ̥ꝇ𐤁

мне снилось что я сплю в хрустальной реке наполненной яблоками

(я сплю в твоей хрустальной руке)

мне снилось что я читаю памяти каталонии как пуля

попала оруэллу прямо в  ґорԓо

во время граж̅’данской войны


на площ на площщщщади пепељныχ серебратьев

прочпозади пуля попавшая в горло

не щади меня

не щади

в бурьяне твоих поцелуев

на°скрозь°ⴰ в бурю твоих объятий

рваных рваной

распакующей чуювственность

напряжжение речи


речь прокалилась любовью

солнцем и зноем

я растопилась в языке

простыни покраснели превратились в åлые паруса


(мне так нравится твоя тонкая ʙ̥ерχняя губå)


час назад ты пил из меня

а теперь ты спишь

у тонкого ϛруба

ḉебя


c̟ие есть тело мое, а твое где

c̟ие есть кровь моя шумит шумит

приливает к разным местам

а твоя что делает


сон ходит по лавкам этого города

покупая всех кроме меня

я и ԇ учаю потолок и ԅ у

чаю ʙ̥нутреннюю поверхность век

я думаю о том что челочресл падæ

я думаю о том что чловек не соʙ̥

падæт даже с неповторимостью свœғо тела

я п a̟ 𐊛 даю блажен тот

кто был до того как возник, ɝåʙ̥тра


бԉаженны ѯ åʙ̥тракающие в утренней ϛерости

ибо они покрa̟c̟неют


моя қаша отличается от твоей ҝаши

еда҅ тма поперет м (ен)я

u̟ нощь просвещение в сладости мœй


кa̟ша дож̅’дя тоμԓe᷈ӈия ϛр ɚ до c̟ те ԋ ия

ʁ̤̌ многоочито топлюсь в твоих ԅраҷкаӽ

ʙ̥ твœм яѯыке в пл҄аʙ̥ком


спи мой большой°большой теплый воробышек

живи на моих губах

в те дни мы ели мертвое

мы делали его живым

когда прольется свет что мы будем делать

когда все стало таким живым не осталось ничего мертвого что мы могли бы есть


ԥроϛыпåйсяљмне снилось что я ԇалеԅла на ворота твоего ɝимнего

я лизала их и прилипла к холодному железу шершавым языком

мне снился воспаленный шершавый язык

в сладкопевных корчах моего косԋо яѯыч и я


ԇардевшимся яԅыком

покраc̟нежвшим

воиϛтину

°просыпайся°

ты мœ мыљное слово

я обожгу свой язык крапивой, а потом приложу подорожником

среди снега к холодному железу облезлых качелей на детской площадке

я буду стучать каплями

вдоль по твоему горлу

и выступать сиропом наътвœм°языке

жить пеной на твоих губаχ


спи мой большой°большой теплй воробышешек

спи моя сложнейшая герань

мое мыльное сло°ʙ̥о ɚԅд e̙


любовь моя брат мой сестра моя


ночь раɝъедала мрак порʙ̥аңой ԋежити-ӈежности

ноҷь ʙ̥ыѯвездил҄/а вечность кисло\той темноты


я живу в хрустящей простыне

я живу в нежити неж̅’ԋðсти


просыпайся° кончи в меня влагой отправленной органами связанных узами нижних и верхних уздечек

уз уд удержи

о чем в очем омуте

(я знаю да у меня язык без костей)

(как и у всех людей)


мы завернуты в кожу моей свежей χрустящей простыни

во сне пенились мои печи

разорванным коленно-локтевым языком

я растоплялась в воде

и даже в краю наползающей тьмы

за гранью смертельного круга

я знаю с тобой не расстанемся мы


мы долгие кости друг друга


в плавком огне языка

в полете нет пощады


мир почивал утомленный двери рассудка

хлопали языками

бог с ними бог с нами

и с нашими снами


ሃаϛы л҄опаԓись мыљными пузырями


ԥроc̟ып°åйⴰся мне снилось что все слова вспыхнули как бензин

мне снилось что кожа сходила с меня пластами

мне снилось что я стала нежностью твоей ушной раковины

чувствуя дуновение твоего ветра между моих ног

в нежном товариществе бедер

в проливном серебратстве ведер


каждое утро ты рожаешь меня

вместе с собой

каждое утро мы рождаемся

чудом оторопелого равновесия

осадком межречевой взвеси

(речь это рот)

а потом наоборот


я утонула в плавком огне языка

подспудная шепелявая

никого не щадящая

а у вас все чайник кипит и кипит


мы обернуты в один пласт солнечной кожи

c̟ветоϛутуԉой несовместимой

с жизнью у чресел кресало чтогниво

заподлицо воскресало


слово брат переводится как [pochemu°т̑ыⴰ°pochmu°ʁ̤̌]


любимый светосутулый pochmu

любимый светосутулый мой самый соленый

онелепленный пепельный лепленный

яворовый pochemu

в остроласковом бреду


моя яворовая сестра

моя яворовая девочка

мой яворовый брат


мое совершенство за

стывшее в капле янтаря


мой всладник немедный

омеждомечившийся медом

шизым орлом под облакы

смолвленных в снежную пену слов


мой петушок на палочке мой ясный сокол

мой океаноутробный брат


моя сложнейшая герань


ⴰспи моя сложнейшая герањ °


в облатках детских адских снов

в призрачном блудждании слов


ты живешь у меня под ложеҷкой утренним языком

в солнечной коже в синеве седины

мы обожжены солено сладкими языками

в уключине этой постели


ԥроc̟ып°åйⴰся я поспела в ночи

ознобом асбестовой рани

молитвой упертой в уключину

приключения жара и нежности

мне снилось что мы закусывали водку

вишневым снегом лиловым

мне снилось что я стреляла по часам

на площади серебратьев


комнату утопило в языке

я снова вытекаю в пулевые отверз

отверстия твоих зрачков


моему часу больше нет сестер

моему часу больше нет братьев

все мои часы полопались

превратились в мыльные пузыри

на площади серебратьев


мы расцветали друг другом

а наша страна расцветала кровью и оружием

и я не знала что я могу с этим сделать


мы стоили не больше чем горстка пепла

на площади серебратьев


мы лежали сонными осматическими кристаллами

под бессмертной хрустящей простыней

выпуская из рта мыльные пузыри слов

стоя в глазах друг друга речками


время сравняло нас с площадью серебратьев

и душа вытекает из меня как дождь


я лизала ворота зимнего и прилипла к ним шершавым языком

теперь я не уйду пока они не упадут


до тех пор пока мы не уснем с тобою

и пока все войны в этом мире не кончатся

Comment
Share

Building solidarity beyond borders. Everybody can contribute

Syg.ma is a community-run multilingual media platform and translocal archive.
Since 2014, researchers, artists, collectives, and cultural institutions have been publishing their work here

About