Написать текст
Литература

«Покорность» Мишеля Уэльбека

Владимир Панкратов


Покорность. Мишель Уэльбек. Пер. Мария Зонина. Corpus. 2015

Покорность. Мишель Уэльбек. Пер. Мария Зонина. Corpus. 2015

Вокруг книги наделали много шума, потому как она вроде наезжает на ислам. Если честно, громковато сказано, хотя, конечно, и автор романа, и его герой ислам недолюбливают (только первый этого не скрывает, а второй не спешит делиться своим мнением с окружающими, по-европейски молчит). В общую кастрюлю летят какие-то мистические факты: во Франции книга вышла в день расстрела редакции Charlie, а в России — почти сразу же после недавних Парижских терактов. На этом фоне (и на фоне много чего еще) просто прекрасно выглядит безвкусная обложка с Джокондой в паранже. Во Франции книга Уэльбека вышла в безликой обложке, где единственной иллюстрацией служила надпись из имени автора и названия. Что не мешало книге продаваться, продаваться и еще раз продаваться.

Так вот, за этим шумом можно упустить кое-что важное. «Покорность» — во Франции, побеждая по всем правилам на выборах, президентом становится представитель исламской партии, который производит ошеломительные реформы и собирается сделать из Парижа столицу всего Евросоюза (который вот-вот примет в свои ряды не только Турцию, но и Египет с Сирией) — это книга не о том, что если Европа не прекратит сюсюкаться с исламом, то он ее съест. Это было бы так же твердолобо, как и российская обложка издания.

Это книга о всеобщем незнании. О тотальной необразованности — и не только тех, кого все называют необразованными, но и вот этих всех, кто ничего не знают о так называемых необразованных. Ничего не знают, потому что боятся что-либо менять. Потому что много смотрят телевизор. Главный герой — протагонист не только автора, но и всей Европы. Это профессор с большим именем, заработанным за весомый труд по не самому известному французскому писателю. Интеллектуал, который все меньше встречается с женщинами и все больше времени проводит с вином и такими же умниками, беседуя — и потом еще долго размышляя — о том или ином неологизме XIX века. Человек, который ясно ощущает, что главное в своей жизни он уже сделал, и теперь эту жизнь неплохо бы как-то дожить.

Может, наличие большого количества времени (профессора увольняют из университета, потому что по новым правилам там могут преподавать только принявшие ислам — но назначают «золотую» пенсию, о которой он и подумать не мог при прежнем правительстве) и дает ему хорошенько поразмыслить об исламе и о том, как эта вера смотрит на образование, на полигамию, на саму веру, в конце концов. Уэльбек здесь, конечно, злорадно иронизирует, но почти все размышления приводят профессора к тому, что, если рассуждать холодной головой и зрить в корень, он не может поспорить ни с одним из нововведений президента-мусульманина.

Но, как сказал Сорокин, Оруэлл вряд ли думал всерьез, что описанное им в «1984» наступит совсем скоро. И думается мне, что Уэльбек здесь вряд ли серьезно предсказывает будущее, а наводит нас на мысль о том, что следовало бы кое-что знать о людях, которых вы боитесь, с которыми вы не хотите общаться, но которые скоро будут жить в соседнем доме. В самом деле, про ислам мало кто знает что-либо не то что вразумительное, а вообще достаточное, чтобы об этом исламе хотя бы рассуждать. Он так же далек от нас (и так же нам не интересен), как африканские дети или народы Дальнего Севера. Но в отличие от них, мусульмане не где-то недосягаемо далеко, а среди нас. И в таком случае просто глупо взращивать внутри себя целый сад негативных стереотипов о самой молодой религии мира — вместо того, чтобы просто знать, что же она из себя на самом деле представляет.

Хотя бы поэтому книга невероятно актуальна и для российского читателя, которому ее, правда, надо читать не до конца. Потому что в конце, после долгих раздумий (на самом деле не очень-то и долгих, автор слишком скоро сворачивает роман, хотя тот только поднялся на нужную высоту) профессор все–таки принимает ислам. По версии Уэльбека это настоящий конец, покорность, ведущая к смерти, и это понятно. Но важен не итог этих размышлений (может, потому он так и скомкан), а сам взгляд: узнать о предмете вашей ненависти больше, посмотреть на него с другой стороны.

Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы читать лучшие материалы платформы и быть в курсе всего, что происходит на сигме.

Автор